Зелёные огни всегда ведут в трясину

Люди назовут следующие недели одними из самых страшных в истории нового государства. Почти каждую ночь смерть приходила к нынешним юнаньцам и кого-то забирала. Мужчины, женщины... Они умирали страшно, мучительно. Смерть не трогала только детей. Людей находили повешенными, выпотрошенными, сгоревшими заживо. Одни думали, что это кара богов за свержение династии Се. Другие – что это месть бывшего бога войны, нынешнего духа несчастий. Третьи считали, что это делают призраки висельников, ведь смерть добрых горожан была похожа на смерть бывших сподвижников императорской династии. Но все боялись ночи. И следующего за ней утра. Каждую ночь на крепостных стенах танцевала девушка. Её движения были красивы и плавны, ткани, обвивающие фигуру, завораживали своей игрой, а волосы развевались от ветра. Смотрящим на неё казалось, что они слышат музыку. Она была медленной и тягучей, резкой и яростной. Музыка плакала, стонала от горя. Но это только казалось. Власти пытались бороться. Они ввели комендантский час, ловили танцовщицу, но напрасно. Неизвестная ускользала из рук, как дым, а по утрам в запертых изнутри домах находили трупы. Никто не мог понять, как убийца выбирает цели, чем он руководствуется. Иногда он вырезал целые семьи, иногда – убивал только одного человека. А иногда не трогал никого, только запугивал до безумия своими демоническими огнями. А потом всё прекратилось. Исчезла девушка на стене, будто её и не было, перестали умирать люди. Столица снова зажила спокойно, история кровавых ночей забылась.

***

Ци Жунлинь сидела посреди трупов и дрожала. В крови, копоти, грязи и пепле ещё угадывались останки человеческих тел. Её платье было порвано и заляпано, а волосы спутались. Её месть завершилась. Последний человек из тех, кто бросал в них камни на площади, погиб. Так же, как и она, в огне. Так же, как и они, растерзанный и умоляющий о смерти. Девушка встала. Она думала, что с местью придёт облегчение, но пришла пустота. Ненависть, злость и ярость остались, но стали тише, приглушëннее. Эти чувства всегда будут с ней. Она прошла в хозяйскую комнату и начала рыться в вещах главы убитой семьи. Одежды были грубыми, не тех цветов, но добротными и чистыми. Она нашла ханьфу и штаны, переоделась. Ткань висела мешком, скрадывая фигуру. Заплетясь на мужской манер, демоница посмотрелась в зеркало. Похожа, как же похожа на Се Ляня, на этого "любимца богов". От злости она скрипнула зубами и ударила осыпавшееся осколками зеркало, уничтожая своё отражение. Слизнув кровь с руки, Ци Жунлинь вышла из дома и направилась к одному из храмов брата. Она не понимала, зачем идёт туда и что хочет там найти. Девушка любила своего царственного брата, любила безумно и слепо. Она боготворила его и верила, что он вознесëтся, потому что лучше, достойнее и добродетельнее человека она не встречала. Ци Жунлинь была готова умереть за него и убить за него. Преданнее последовательницы у Се Ляня не было никогда. Она ненавидела его. Ненавидела за эгоизм и максимализм, ненавидела за неправильность принятых решений. За пренебрежение и игнорирование. За то, что он не отвечал на её молитвы, что не спас, не помог. Он сбежал и бросил её умирать. Противоречивые чувства сводили юную демоницу с ума.

***

Храм встретил её тишиной и металлическим запахом, который, казалось, въелся в стены. Тут была бойня: засохшая лужа крови около стола для подношений, изрезанная глубокими ударами статуя. Ци Жунлинь подошла к ней и обняла, спрятав лицо в складках мраморной одежды. – Какая трогательная картина. – Тишина нарушилась бесстрастным глубоким голосом. – Младший Сяньлэ пришёл на поклон к старшему. В храм, где его распяли. Ци Жунлинь обернулась. Около входа стояла фигура в белых похоронных одеждах с маской на лице. Одна половина маски плакала, вторая улыбалась. В руках у фигуры был флаг призыва духов, а на поясе висел меч. – Дух поветрия! – Девушка неосознанно прижалась к статуе свергнутого бога в поисках защиты. – Что ты здесь делаешь? – Я пришёл посмотреть, кому хватило наглости потревожить этот храм. – Голос демона сочился довольством. – Думал, это какой-то ничтожный смертный, а это княжна Сяоцзин. Ты знаешь, что тут произошло, маленькая княжна? – Что произошло? Откуда ты знаешь обо мне? – Голос девушки выдавал страх и нервозность. Бедствие подошло ближе. – Здесь, на этом алтаре, был убит бог. Люди растерзали его, чтобы спастись. Но им это не помогло. Ты знаешь, как зовут этого бога, маленькая княжна. – Демоница вздрогнула. – Ты очень похожа на него. Я вижу, несмотря на юный возраст, ты сильна. Пошли со мной, я научу тебя многому, сделаю тебя лучше. – Ци Жунлинь только теснее прижалась к скульптуре и замотала головой. – Подумай, от чего ты отказываешься. Сейчас я – единственное Бедствие и самый сильный демон. Даже Небесный император не сравнится со мной. Ты будешь под моим покровительством, станешь моей преемницей. – Нет. – Скованная ужасом, демоница смогла произнести это чётко. – Ты погубил моего царственного брата, уничтожил моë государство. Почему ты думаешь, что я пойду с тобой? – Потому что я так хочу. – Бай схватил девушку за руку и оторвал от статуи. – Потому что я могу тебя заставить, младший Сяньлэ. Белый демон нарисовал печать и растворился в воздухе вместе с Ци Жунлинь. В храме вновь стало тихо.