Последствия

Примечания и заметки по данному тексту, которые я оставляю вам на рассмотрение. Захотелось обсудить моменты, в которые мне удалось попасть. Не совсем верным с моей стороны было указывать то, что это черновик 2022 года. Работа над текстом действительно началась тогда, но на тот момент, сразу же после просмотра первого сезона, мной был сделан набросок для 9 главы. Кто знает, что было бы, если бы тогда я дописала историю полностью. Эта работа намеренно потеряла в экшене, став более размеренной и драматичной. Многим может оказаться неблизко моё решение, я понимаю. Есть множество деталей, не обозначенных в примечаниях. Хотела бы поговорить о них отдельно. Первая — браслет. И фраза Джейса «он приносит удачу». Естественно, это просто суеверие, сохранившееся с детства. Мне кажется важным, что Виктор оставил его на лабораторном столе в момент ухода. Символичный отказ от удачи, данной Талисом. После ухода Виктора он так и не был надет на руку, даже после налаживания взаимоотношений. Рана не зажила. Вторая — костыли. Интонация хромоты очень важна. Она роднит персонажей. Передача костылей Виктору в самом начале — жест заботы, незримое напоминание о том, что Джейс всегда поддержит, как костыли поддерживают тело. На Талиса можно опереться. Их два. Прослеживать историю довольно занятно. Джейс отдает их в одно время, однако первый оказывается оставленным дома у Виктора за ненадобностью после укола шиммера. Предвестник раскола. После пальбы, устроенной Джинкс, Виктор ходит с одним костылем. Это уже второй. Он оказывается оставленным в лаборатории. Последний гвоздь в крышку гроба их отношений. Но не всё так однозначно. Виктор возвращается домой к первому, не может от него избавиться, как не может избавиться от чувств к Джейсу. В конце — также не получается. Костыль становится посохом. Привязанность становится обсессией. Третья — уход. Да простят мне этот заезженный прием. Он крайне клиширован. И фраза «Я сбежал, чтобы защитить» тоже, но, господи, в какой-то момент это стало идеей-фикс. Подумала, что если не реализую это, я спать не смогу. Уход был воспринят каждым по-разному. Для Виктора он был прощанием с местом, необходимой жертвой и попыткой защитить. Его пугало ядро, усиливающаяся связь с ним. Он боялся навредить. Джейс воспринял это лично, очень болезненно. Мы видим, как он самостоятельно отворачивает Виктора от Пилтовера ещё сильнее, перекрывая путь для возвращения. Мы находим отражение сцены с уходом-побегом Виктора в последнем абзаце эпилога. Джейс повторяет за ним. Из-за чего? Из-за непринятия. Он не смог помочь. Виктор, в его глазах, лишился остатков человечности. Четвертая — дом Виктора, ничем не пахнущий чай. В самом начале Виктор чувствует себя чужим, заходя в собственный дом. Джейс же оттеняет это, даря чувство комфорта. Сливается с декорациями. Ближе к концу, в оптике Виктора, всё ровно наоборот. Он принял собственные корни, сплелся с экосистемой Зауна. Джейс же теперь не вписывается. Чай. Что символизирует отсутствие запаха? Пресность жизни. Он потерял её вкус. Пятая — прощение. Или его отсутствие. В арке Джейса существует поворотный момент. Он прощает Виктору смерть Скай. Он осознает, что она была фатальностью, лишь ошибкой на пути. Не винит его. В арке Виктора — это смерть ребенка от рук Джейса. Рассуждая на тему того, почему для Виктора это было более болезненным потрясением, нежели для Джейса, мне хочется сказать одну вещь. Корни. Виктор заунит, как бы сильно не хотел отказаться от этого, находясь в Пилтовере. Смерть ребёнка оттуда оказывается ударом, предательством, которое он не способен простить. Шестая — парфюм. От Кейт пахнет фруктами, запах душит. Прямая метафора на удушающую заботу. Ну ещё классическое «Кексик» makes more sense. Седьмая — заячьи уши. На минигане Джинкс — уши игрушки Паудер, которая некогда принадлежала Вай. Это то, какой Джинкс предстает перед нами в игре. С миниганом по имени Пау-пау. Восьмая — обещание Джейса. Речь об обещании провести воду и отопление Виктору в дом. Ну и в дома прочих заунитов тоже. Оно не сбывается до самого конца. Сам Виктор винит в этом исключительно Талиса, хотя это не совсем верно. В его глазах, если ты клятвенно обещаешь что-то сделать, ты должен. Ведь ты поклялся. Джейс проводит воду самостоятельно, подводя трубу из колодца. Но тепла нет. В конце мы можем наблюдать ложную надежду на восстановление мира. Появилась теплая вода и отопление. В конце всё налаживается, создавая ощущение «счастливости», по независящим напрямую от Джейса причинам. Виктор сам исполняет его обещание. Девятая — выбор и его отсутствие. Постепенно Виктор теряет выбор, становясь подневольным существом. Постепенно. Его изводит хекс-ядро, вина и любовь к Джейсу. В конце Джейс возвращает реплику про выбор, который «есть всегда», на что Виктор отвечает, что у него больше нет выбора. Это оказывается одной из последних фраз, произнесенных здесь. Десятая — украшения Кейтлин. Этот пункт мне изначально стоило объединять с шестым, но я посчитала необходимым акцентировать на нём внимание в отдельности. У Кассандры, матери Кейт, есть серьги. Сапфировые (я предполагаю по цвету камней), у игровой Кейтлин же, на одном арте, имеется кулон с тем же самым камнем, по форме напоминающем те самые серьги. Посчитала красивым вписать это сюда. Одиннадцатая — «божественные восклицания». Речь Джейса богата взываниями к богине, некой «святой Анивии». Анивия — крылатый дух, божество Фрельйорда. Талис (по данной работе) — выходец из Фрельйорда. Джейс сыпет ее именем в начале, в моменты стресса или страха. Мы узнаем о его происхождении даже до того диалога с Виктором дома. Анивия является символическим напоминанием о месте, из которого он родом. Джейс отрекается от веры, от собственных корней с уходом Виктора, полностью переходя в юрисдикцию Пилтовера. Веры больше нет, нет надежд и мечтаний. Двенадцатая — морские метафоры. Снова про речь, да что же такое. На этот раз мы будем препарировать Синджеда. Можно услышать, как он то и дело пробрасывает те самые морские метафоры в разговоре. Мельком. Я совсем не акцентирую на этом внимание. «Метафоры и метафоры», — скажите вы. «Но нет. Нет», — отвечу вам я. Всё не так просто. В первом сезоне Силко частенько использовал те же самые морские метафоры в разговоре, тем самым приоткрывая нам историю своего шрама. Даже до того, как мы воочию видим утопление. Синджед таким образом (используя столь характерную речевую черту Силко), отдает бывшему «начальнику» необходимое уважение. Кается. Ибо жизнь Силко украл его подопытный. Тринадцатая — «мы были учеными, когда-то давно». Фраза Виктора из самой первой главы находит отражение в предпоследней. В начале он говорит «мы», подразумевая, что Джейс превратился в политикана, а сам же он перестал нести пользу обществу, забрав жизнь Скай. Виктор винит Джейса в убийстве мальчика до самого конца. Не может простить, однако прощает себя за смерть Скай, когда говорит: «Ты был ученым».

Персонажи

Кейтлин не ведёт открытой борьбы с Джинкс. Она пытается убедить себя, что не хочет кровопролития. Но эта позиция встречается с желанием мести, рождая противоречие. Мы видим, что после ухода Вай из её жизни ничего не меняется. Любила ли она её? Вай — неприкаянная душа, как по мне. Ей нет места в Зауне, нет в Пилтовере. Пройдя через путь отчуждений и боли, она смирилась, что сестру не вернуть. Оставила Джинкс на столе Виктора, поняв, что всё кончено. Их пути давно разошлись. Кейтлин оказалась ближе. Вай по инерции движется к ней. Последняя фраза — «Ты в безопасности» от Кейт призвана подчеркнуть окончание метаний. Джинкс. Я не верю, что весь тот ад, устроенный ей в конце первого сезона, пройдет незамеченным. Как мне справедливо заметила подруга, после первого сезона ей было уже некуда падать. Я не совсем согласна с этим замечанием. Мне нравится расклад, в котором она становится отщепенкой. За ней начинают вести полноценную охоту сразу с двух сторон. Она замыкается, виня себя за смерти больше и больше. У неё больше нет человека, который успокоит и поддержит. Она убила всех таких людей. Мэл — интересный случай. Вам может показаться, что я излишне задвигаю значимость младшей Медарды, вам может показаться, что я выставляю её стервой. Но это не так. Оптика восприятия Джейса накладывает свои минусы. Мэл для него безусловно важна. Они расходятся мягко, без лишней драмы. За исключением одного — той самой пощечины. Медарда истощена, вынуждена держать мать и Совет в узде. Джейс приходит к ней, окровавленный и травмированный, с порога начинает сыпать претензиями. Пощечина — желание остудить его пыл и унять собственные эмоции. В какой-то момент мы видим, как она не справляется с задачей по контролю матери. Тогда они практически перестают взаимодействовать с Джейсом. Рифмующиеся сцены Сцена, где Джейс приносит раненого Виктора на стол к Синджеду, находит отражение сразу в двух. Первая — сцена с Силко и Джинкс у него на руках из первого сезона. Вторая — сцена с Вай и Джинкс у неё на руках из последней главы работы. Многие моменты здесь хорошо сопоставляются друг с другом, подчеркивая дуальность. Сцены у Виктора дома, сцены с больницей у Кейтлин. Диалог Джейса с мамой перекликается сразу с двумя диалогами с Виктором. Туда же можно отнести две беседы в момент, когда Джейс, на разных этапах отношений, оказывается у Виктора дома. Одно биение часов, одна неловкость. И поцелуй. Как же без него. Джейс говорит: «Выбор одного означает предательство другого и самого себя». Эту реплику позднее цитирует Виктор, цепляясь за неё, вырывая из контекста. Здесь ещё много подобного. Боюсь, если я начну обсуждать каждую из таких деталей, дополнения к тексту затянутся на десяток страниц. Перейдем к анализу сюжетных линий, в которые я мало-мальски попала (и не попала). Пойду в порядке возрастания точности прогнозов. Джинкс — персонаж, в которого я абсолютно не попала. Из их трио с Вай и Кейтлин она, на значительной дистанции 2 сезона, воспринимается наименее проблемной личностью. В новом сезоне она крепко стоит на ногах, имеет мало-мальски устоявшиеся жизненные ценности и, что самое важное, находит силы отпустить Силко. Как мне кажется, на это влияет ряд факторов. Самый значительный из них — обретение протеже (Иши). Укрепление связи с Севикой также сыграло свою немаловажную роль. Джинкс, не прикладывая к этому особых усилий, становится символом сопротивления Зауна. Символом борьбы за свободу, если угодно. Варвик (Вандер) — моё почтение сценаристам. Я не думала, что они разобьют его короткую экранную жизнь на две ипостаси. Сейчас выражу довольно непопулярную позицию, приготовьтесь. Мне не нравится его человекоподобный дизайн. Вообще. Но это, повторюсь, чистая вкусовщина. Тем не менее мне кажется довольно занимательной деталь, что его связали с Виктором. Мэл и Амбесса — противостояние "отцов и детей". К линии Черной Розы я испытываю противоречивые чувства. Она кажется мне скомканной, но крайне претенциозной. Мэл обретает больший характер и автономию, прекращая быть продолжением матери. Свергает «королеву», сама становясь таковой. Думается, игнорировать слона в комнате больше не выйдет. Мэл — маг. Их разговор-расставание (уж простите мне столь вольную трактовку) с Джейсом здесь довольно показателен. Она говорит: «Я боюсь быть пассажиром» (конец очень вольной цитаты). Джейс отвечает: «Ты никогда не была пассажиром, Мэл». Мэл берет судьбу в свои руки. Я увидела в их сюжетной линии с матерью явные переклички с Силко и Джинкс. Волки, лисы, «ты идеальна». Сюжетная значимость Амбессы Медарды заметно выше, чем у меня, из-за связи с Черной Розой. Мэл не может контролировать мать, так как находится в «плену». Амбесса же влияет на другого персонажа. Кейтлин. Кирамман по-настоящему интересный случай. Здесь стоит сказать, что в моей работе Заун не хочет войны, как и Пилтовер, кстати. Потому налета химтековых чудовищ на Пилтовер не происходит. Это всё было стихийным решением одного человека. Без наводок Амбессы она действует так, как привыкла. Пренебрегая правилами, тонко, изворотливо. До последнего пытаясь убедить себя, что не хочет смерти Джинкс, в конце она всё же признает это. Прикрываясь миром между городами. Она не признается в этом даже самой себе, но на деле она сделала бы это после причиненной боли и без возвращения иллюзорного мира. Экко со своим z-приводом должен стоять в самом начале. Я намеренно не стала включать в свою работу игры со временем. Очень легко ошибиться, так что я просто не стала замахиваться на это. Экко задвинут на третий план, что, однако, не мешает ему работать над z-приводом. Просто не у нас на глазах. Синджед. Синджед в самом шоу интересен мне, так как в действительности не имеет моральных принципов. Они гибкие, податливые. Расширяя горизонты человеческого познания, его действия имеют одну цель. Спасение дочери. Это заключает их линии с Силко и Вандером в крайне интересное кольцо. У меня Синджедом движут несколько иные материи, а со смертью дочери он, по моей задумке, давно смирился. В маниакальной жажде экспериментов, том самом расширении возможностей человеческого тела, он не чурается неэтичных методов. Но действительно расширяет их. Превращая людей в монстров. Вай. В душевные метания девушки мне удалось попасть. Это было очевидным. Разрываемая желанием быть рядом с любимой Кейтлин и Паудер, в которой она, даже после взрыва в Совете, не признала Джинкс. У меня. Виктор — крайне вольная интерпретация характера. Наложение игрового характера на сериальный, в моих глазах, несколько сломало бы персонажа, потому было принято решение внедрять изменения постепенно. И я не прогадала. В «Аркейне» он также постепенно отказывается от всего человеческого не по своей воле. Джейс также спасает его (не один раз), но счастливой концовки не случается. Виктор позволяет хекс-ядру поглотить остатки собственной человечности. Джейс — непростой человек. Он наиболее похож на реального человека, но не на привычного героя сериала. Он принимает неверные решения, ошибается-ошибается-ошибается и раскаивается. «Аркейн» подарил им с Виктором довольно трагичную концовку. Тихую, но крайне пронзительную сцену. Что сказать? Я считаю, что у меня получилось весьма точно передать образ, несмотря на разность сюжетных линий. Дополнительное примечание. Про уровни Зауна. Я позволяю себе весьма вольное обращение с каноном «Лиги». Я старалась соблюсти канон, но не отрицаю, что в каких-то моментах могла переврать или опустить важные подробности. Иногда это делалось осознанно, иногда — нет.

_____________________________

Я могла бы написать статьи про каждого из героев, обозначив их пути развития и психологию характеров. Думаю, займусь этим позже. Сюжет второго сезона крайне клиповый. Разрозненный. Много неуместности, лишнего пафоса, фрагментарного повествования. Он оставил у меня спорные ощущения после просмотра и анализа произошедших на экране событий. Знаете, ту самую оскомину на языке.