Солнечный ветер

Оттолкнув канонерку Силой, Кэнан ожидал, что пламя взрыва поглотит его, но чья-та воля продолжала защищать его от огня. — Сюда! — кричали призрачные голоса, — Быстрее, мы не сможем долго сдерживать разрушения! Он сделал шаг к ним, затем еще и еще. Огненная буря медленно, неохотно расступалась перед ним и тут же смыкала свои смертельные объятия за спиной. Джаррус почти что заново ослеп и ступал, опираясь лишь на слух. Голоса… бесконечно близкие и бесконечно далекие. Знакомые и незнакомые одновременно, будто в Силе образовалась червоточина, сквозь которую в царство огня и смерти сочилась жизнь. — Вот ты где, — облегченное. Кэнан поклясться был готов, что чувствует прикосновение прохладных рук. Они твердо сжали его плечи и потянули. Глаза Джарруса застлала пестрящая нарисованными звездами тьма. Смотреть на нее после слепящего света было больно. «Все-таки умер? Как глупо,» — успел подумать он, прежде чем отключиться. *** — Сладкая девочка моя, — лихорадочный шепот во вспотевший висок, — Я бы облизал тебя с ног до головы, да невмоготу уже. Кэнан брал Эзру прямо на каменном столе. Чувствовать, как его большой член растягивает ее киску после недель вынужденного воздержания, было жизненно необходимо. Бриджер выгнула спину, обхватывая его бедра ногами. Ее пальцы беспорядочно царапали камень, пока не задели ненужную теперь маску. Та с металлическим звоном свалилась наземь. Эта боль была такой нужной, такой сладкой. Упоительной, как чистый кислород. И Эзра дышала. Впервые за последние несколько суток дышала по-настоящему. Взгляд его пронзительно-зеленых глаз оставлял трещины на сердце, а поцелуи заживляли их. Он лег на нее, вставляя особенно глубоко. — О да, — дрожала Эзра, расцарапывая спину и плечи Джарруса в кровь, — О да, о да, о да, о да… Кэнан зарычал, и рык этот напомнил Эзре волчий. Он входил в нее широкими, жадными движениями, то резко, то нестерпимо медленно и сладко. Когда он увеличил амплитуду настолько, что член с каждым движением полностью выходил из ее киски, а затем входил целиком, Эзру начало крупно потряхивать. — Кэнан, Кэнан, Кэнан! — умоляла она не останавливаться. Глаза закатывались, губы жгло от поцелуев. Влажные от испарины бедра ритмично и уверенно нанизывали ее на большой толстый хуй, и это было так хорошо. — Я сейчас оближу твои милые маленькие сисечки, — похотливо мурлыкал Джаррус ей на ушко, — И ты кончишь для меня, детка. Обещаешь? — Обещаю! — заныла Бриджер. Кэнан отделал ее до полусмерти, и она при всем желании уже не смогла бы свести ноги самостоятельно. Сверкнув острой зеленью глаз — красивой до обморока — мужчина склонился к ее груди, жадно втягивая ее в рот. Одну сисечку, медленно смакуя ее, посасывая и все также напористо вонзая в Эзру член; затем другую, кружа языком по болезненно стоящему соску. Словно кто-то чиркнул спичкой у нее в животе, и внутренности залило огнем, и от клетки к клетке, от нерва к нерву наслаждение прошило Эзру насквозь мелкими яркими стежками. — Умница, ты такая умница, — Джаррус достал из нее горячий, влажный член и спросил коротко: — Хочешь? Эзра кивнула порывисто, облизывая губы. Его и ее вкусы, смешанные на кончике языка. Блаженство. Он был таким возбужденным, твердым, горячим. Он вызывал звериный аппетит, и Эзра брала его все глубже и глубже, с удовольствием слушая сдавленные стоны. — Девочка моя, малышечка… оох, ты сводишь меня с ума, давай еще… что ж ты делаешь со мной, маленькая, я же так кончу прямо в твой сладкий ротик… Эзра не дала Кэнану отстраниться, с голодным упрямством сглатывая чувствительную головку, и ощущая, как его пальцы приятно сжимаются в волосах. — Деточка… а-аахх… ты просто нечто… о Сила, я… Эээээзраааа!!! Вкус его семени, который Бриджер так любила. Она устало откинулась на камень, облизываясь. — О небеса и звезды, ты такая красивая. Эзра ответила на его восхищенный взгляд улыбкой. Она еще не полностью отошла от шока и скорби, а потому говорила мало. Кэнан прекрасно ее понимал, поэтому не докучал с расспросами о том, что произошло в Лотальском Храме. Главное, что они живы, а их сердца продолжают биться в унисон. — Порой я чувствую, что это неправильно. Что Сила должна была забрать меня, и я задолжал ей свою жизнь. Удивительно, что она позволила тебе спасти нас обоих. Я этого не предвидел. — Значит, для тебя все еще есть роль в этом мире, — Эзра пожала плечами, но голос выдавал ее чувства, то прерываясь, то ломаясь. — И что же это за роль? — гадал Кэнан, меряя шагами пещеру. — Любить меня. Джаррус удивленно окинул Бриджер взглядом и улыбнулся в ответ. — Достойная причина. Они легли спать в один спальный мешок, чтобы чувствовать тепло друг друга. Зима тихо шуршала снаружи, кропотливо покрывая каждую из золотистых травинок серебром. Эзра прижалась к груди своего любимого и мирно спала.