В неоне

            Вход в «SandG» – таинственная арка, за которой открывается мир неоновых огней. Стены усыпаны яркими неоновыми линиями – от фиолетового до синего, от красного к черному. Светодиоды пульсируют в такт музыки, гипнотизируя посетителей на просторном танцполе. Люди двигаются отдаваясь басам, что отражаются в ногах от сверкающих LED-плит.       В центре зала на высокой платформе стоит DJ-будка. Музыка диджея – коктейль из хауса, техно и трэпа. Пластинки умело вращаются под пальцами, подстраивая музыку под настроение уже изрядно выпевшей толпы. Плотный дым, напрочь пронизанный лазерными лучами, создает эффект чего-то нереального, чего-то из будущего.       Эндрю хмуро оглядывает помещение, сразу примечая барную стойку с высокими стульями, где украшенный татуировками и пирсингом бармен жонглирует различного цвета бутылками, бокалами, молниеносно раздавая напитки заказчиками. Миньярд выдвигается к намеченной цели, попутно отмечая VIP-зону с мягкими кожаными диванами и стеклянными столиками, где он, собственно, предварительно и забронировал себе место.       Эндрю заказывает себе виски со льдом, по классике, и обращает еще раз свой взгляд на смесь человеческих тел на танцполе. В углу клуба, под неоновой вывеской, двое влюбленных обмениваются страстными поцелуями, от чего Эндрю кривит губы в отвращении и отводит глаза, выискивая что-то более интересное. Среди молодежи в ярких нарядах и светящихся браслетах, его внимание привлекает он. Тот, ради кого Эндрю уже в которую субботу меняет привычные «Райские сумерки» на клуб «SandG», садится в VIP-зону этажом выше и, смакуя полюбившийся виски, неотрывно наблюдает за танцами рыжего парня. Нил – именно так зовут помешательство Миньярда – что-то такое же не из нашего времени, как и всё остальное в этом заведении. Движения в его танце обладают особой магией: плавные движения накачанных бёдер, скользящие руки по стройному телу в ритм играющих треков, его тонкие, почти что музыкальные, пальцы зачастую оказываются в копне рыжих кучерявых волос, аккуратно заправляя отросшие локоны. Смотря на него, Эндрю испытывает такое сильное влечение, что зубы приходится стискивать, а собственные пальцы почти с треском сдавливают бокал.             Он здесь.       Проносится в голове Миньярда и попутно принося легкую ухмылку на лице. Эндрю плавно движется через толпу дергающихся тел (на фоне танцующего Нила их движения смотрятся похабно и жалко) и занимает свое место на диване. Ореховые глаза быстро находят причину его присутствия здесь. Нил в свободных черных джинсах с прорезями на острых коленях и увешанных тонкими цепями, майка-сетка со вставками плотной ткани на торсе и груди превосходно подчеркивает его фигуру, волосы в ходе энергичных танцев превратились в вихрь залакированных локонов. Эндрю испытывает дикое желание провести по ним рукой, зачесать назад, чтобы лучше рассмотреть губящую синеву глаз. Наблюдая за покачиваниями подтянутой и наверняка упругой задницы рыжего сумасшествия, Миньярд оценивает, насколько он облажался, давая ему сигарету на заднем дворе клуба в день первого посещения «SandG».       — Ни говна, ни ложки. – Эндрю откидывает пачку сигарет, чтобы та раскрылась, и протягивает ее незнакомцу, а следом и зажигалку. Ожоги на лице, очевидно, что от сигарет, вызывают вопрос: «Как ты куришь?», но Миньярд его не озвучивает.       — Да. Просто обычно не курю, но сегодняшний день создал подходящее настроение, – незнакомец откидывает голову назад, выпуская клубы густого дыма в небо. Эндрю смотрит на изящную шею, замечая и на ней россыпь веснушек, сглатывает застрявший в горле сигаретный дым. Морщится от дерущего ощущения в горле, – меня Нил зовут. Тебя?       — Я не знакомлюсь, Нил. – Резко отвечает Миньярд, смотря в противоположную сторону от Нила. Вывеска какого-то хостела на обочине более привлекательна, чем собеседник.       Нил на это лишь тихо посмеивается и остаток сигареты докуривает в полной тишине, нарушаемой лишь слышимыми басами из-за закрытой двери клуба. Дым окружает маленькое пространство полузастеклённого места для курения, от чего Нил закашливается. Теперь посмеивается Эндрю.       — Что ж, спасибо за компанию, мистер Янезнакомлюсь. – Нил отсалютировал двумя пальцами от виска и, загубив недокуренную сигарету в пепельнице, скрылся за дверью.       Эндрю потягивает вишневый виски, поправляет плотную черную рубашку, расстёгивает две верхние пуговицы и, оценивая себя в отражении бокала, ставит его на стеклянный стол и отправляется в гущу танцпола. Сегодня у него хороший день. Расталкивая танцовщиков локтями, он добирается до своей цели, словно хищник. Нил его не замечает, стоя задом к Эндрю и полностью отдаваясь заданному диджеем ритму. Миньярд приближается к уху парня напротив:       — Потанцуем?       Нил резко разворачивается и складывает пухлые розовые губы в букву «О». Эндрю видит широкую улыбку и уже сожалеет о своем выборе, намереваясь просто проигнорировать свой порыв и вернуться к своему месту.       — Привет, мистер Янезнакомлюсь. Ты решил выйти из своего кокона для богачей? – Эндрю закатывает глаза так, что он видит собственный мозг. Нил на это так легко смеётся, что сердце Эндрю совсем чуть-чуть ускоряется. Да, только чуть-чуть и ни на каплю больше. – Ладно-ладно, это да. Можно прикоснуться?       Миньярд немного в замешательстве, нечасто он встречает людей, которые стремятся соблюдать чужие личные границы. Конечно, сеансы с Би не проходят безрезультатно и он не так агрессивно реагирует на прикосновения незнакомцев, но то, что его спросили – приятно.       — Руки и выше плеч. Ты?       — Везде.       Эндрю делает шаг вперед, притягивая одной рукой Нила за талию, на что Нил приближается к уху Эндрю и шепчет с полуулыбкой:       — Какой властный.       Эндрю задает темп танцу, чуть прикрыв глаза и сосредоточившись на битах, ощущаемых сквозь толстую подошву его берц. Руки Нила находят его волосы, тут же запутываясь. Нил, соблюдая расстояние между телами, начинает свой подстраиваясь под партнера. Это тот момент, когда два тела сливаются в ритме музыки, словно создавая свой собственный мир. Глаза устремлены друг на друга, цепи Нила отражают сверкание неона, заставляя Миньярда чуть щуриться от переизбытка света. Они вращаются в полуобъятиях друг друга, словно созвездия на ночном небе. Эндрю не замечает, как их танец приобретает новый разворот и вот – его рука скользит по спине Нила, волосам, лицу, а Нил отвечает тем же, водя ладонями по бицепсам Миньярда, гладким белым волосам и заостренным скулам. Каждое прикосновение ощущается как звездопад. Окутанный музыкой, дымом и светом, Эндрю растворяется. В леденистом омуте глаз, рыжих кудрях и в движениях. В горле неистово пересохло, хочется смочить, но он крепко держит Нила, будто он может в мгновенье исчезнуть, или это всё лишь воображение в голове Эндрю.       — Мне нужен перерыв, – кричит Нил сквозь музыку, – выйдем?       Эндрю не отвечает, просто берет за руку и тянет к выходу на задний двор. Нил прислоняется спиной к стене и тяжело дышит, чувствуя как свежий воздух избавляет его от ощущения в носу чужих запахов пота, алкоголя и остатков выпаривания от хейзера. Эндрю предлагает ему сигарету, Нил кивает и вставляет ее в свои губы, быстро шаря по карманам.       — Опять... – начинает Миньярд, но не успевает договорить, как его обрывают.       — Да, ни говна, ни ложки. – виновато улыбается Нил.       Эндрю подкуривает свою сигарету, зажатую в тонких губах, и приближается к лицу Нила, прикуривая его белую раковую палочку. С этого ракурса можно четче увидеть черные вкрапления среди кристальной синевы, закинуть на задворки памяти веснушку в виде сердечка под глазом и рассмотреть шероховатость ожогов. Казалось, что прошло минут пятнадцать, а на деле – не больше минуты. Эндрю молниеносно ретируется на противоположную сторону от Нила и выдыхает едкий дым.       — Спасибо, Эндрю, – подсказывает он, видя минутное замешательство на лице Нила.       Нил прочищает горло и его рот снова складывается в букву «О»: — Да, спасибо, Эндрю.       Они вновь курят молча, наслаждаясь приглушенными звуками музыки и прохладой ночи. Нил прерывает молчание первым:       — Хороший день для танцев?       — Да.       — И как тебе?       — Неплохо, – подумав, отвечает Эндрю.       — Ты многословен, – и опять эта дурацкая улыбка. Эндрю хочется её стереть.       — Чем больше слов, тем меньше все они имеют веса, – Миньярд замечает, что Нил за всё время сделал всего одну тягу, – ты тратишь мои сигареты впустую?       Нил смотрит на свою руку, будто бы только сейчас понял, что у него в руке и переводит глаза на парня напротив. Что-то щелкает в его голове, он сводит брови к переносице, отвечая:       — Нет, я дышу, – Нил делает глубокий вдох, будто подтверждает свои слова, – вспоминаю.       Эндрю жмет плечами, и отбрасывает окурок в свободную от застекления сторону. Выпитый виски явно туманит голову Эндрю, и он просит номер Нила. Тот с легкой улыбкой надиктовывает цифры, Эндрю повторяет жест прощания Нила, салютирует двумя пальцами и покидает помещения клуба.       Темнота ночи на парковке «SandG» погружает в тишину и спокойствие. Небо усыпано звездами, их мерцание создает ощущение бесконечности пространства и вечности времени. Находясь на свежем воздухе, Эндрю чувствует, как прохладный ветерок касается кожи, вызывая мурашки по всему телу. Это отрезвляет, делает мысли более осязаемыми, но за одну из них Эндрю хватается наиболее крепко — в его телефоне номер, за которым он гонялся больше года. Кевин будет благодарен.