Август

      На улицах обжигающая стужа подгоняла людей скорее идти домой и греться. Скорее приходить к семьям, любимым, согреваться чаем и любовью. Чуть ранее мороз пытался проделать подобное и с парнем, что шёл по этой самой улице, но у него ничего не получилось. Чонгук больше не чувствовал холод.       Он перестал ощущать что-либо в прошлом году. Август навсегда изменил его жизнь, казалось, они были вместе всего полгода, никогда так долго не длилось лето, но он не мог. Больше не мог. Тепло кончилось, он забрал его вместе с собой.       Чонгук аккуратно поднимается по лестнице, стараясь не шуметь. По этой же причине он игнорирует существование лифта. Дойдя до нужного этажа, парень останавливается: тут ничего не изменилось, перед ним всё те же три двери, от одной из которых у него есть ключи, что сейчас находятся в верхнем кармане куртки. Но неожиданно на плечи опускается, кажется, вся тяжесть вселенной, и он не может пошевелиться. Вот она, сделай шаг, проверни ключ и войди, так просто, но как же это тяжело на самом деле. Тяжело вернуться туда, где проживал свои самые лучшие дни и лишь один самый худший. Только услышав чужие шаги, парень быстро преодолевает расстояние, трясущимися руками открывает дверь и заходит внутрь, аккуратно закрывая за собой.       Первое, что он чувствует это запах. Так пах только один человек в его жизни, что обожал курить одну сигарету на двоих, после сжигать палочки благовония на этом же подоконнике, где они сидели, прилипнув друг к другу и передавая сигарету. Кажется, это было лишь вчера, но прошло уже больше года.       Он проходит вглубь квартиры, видит диван, где они сидели вечерами и играли во все возможные видеоигры на приставке, тот самый подоконник, который сейчас был единственным источником света. Справа был небольшой кухонный островок, где Чонгук любил сидеть, болтая ногами и наблюдая, как ему готовят покушать, иногда смеясь с чужих шуток. А перед ним была дверь, сделай шаг и окажешься в ванной. Но он туда не торопился.       Оглядевшись вокруг, он решил сесть рядом с диваном и начал доставать из рюкзака всё заготовленное: железная коробочка, пачка с одной сигаретой, палочка благовония, чужой одеколон и дневник. Вложив в дневник исписанный листок, он оставил его на кухонном островке. Отойдя в сторону и взглянув на раскрытый блокнот, ему показалось, что эта квартира и не пустовала вовсе, что владелец скоро придёт, начнёт что-то сочинять на кухне, записывая все мысли и громко смеясь, потом они сядут на диван, закутавшись в один плед и снова начнут проходить игру The last of us в сотый раз. Им всегда было без разницы во что играть, им в принципе было без разницы, что делать, главное, что вместе. А потом вновь выкурят одну сигарету на двоих, он зажёт благовония и они лягут спать на диван в обнимку.       Однако в реальности он садится на подоконник один, выкуривая последнюю сигарету и думая об их разговорах. Чонгук и не замечает, как сзади к нему незаметно подходит Тэхён, прошептав такое долгожданное:       – Ты скучал? – а он в ответ обнимпет крепко-крепко, вдыхая любимый запах и не замечая, что в комнате он один и запах идёт от него же, ибо Чонгук заранее побрызгал тут всё чужим одеколоном. Но он не вспоминает об этом, потому что да, скучал.       Оставив палочку благовония тлеть, они уходят в ванную, разговаривая обо всём на свете, пока набирается вода. Чонгук забирается в воду в одежде и брызгает ей в Тэхёна, слушая его смех, а потом тянется к железной коробочке, аккуратно вынимая содержимое.       – Чонгук, ты обещал, – Тэхён смотрит на него своими прекрасными ореховыми глазами, в них весь его мир. Он поджимает губы и хмурится.       – Я знаю, надеюсь, ты простишь меня и на этот раз, – Чонгук улыбается, он наконец отпускает Тэхёна, следуя за ним.       Вода в ванной не прекращает литься, заливая соседей, что повторяет сценарий событий, произошедших в прошлом году, однако в эту квартиру больше никто не зайдёт. Владелец лишь однажды доверил ключи самому близкому для себя человеку, а сейчас этот человек уже внутри.       На кухонном островке лежит блокнот, исписанный двумя разными чернилами. Двумя разными душами, что писали друг о друге каждую мелочь. На последней странице зачёркнута последняя надпись не тебя, она исправлена другим почерком на только тебя, а снизу послание, которое так никто и не прочитает: Синоним твоего имени - февраль, Заснежен вьюгой и поцелован солнцем Вот только не согреет меня сталь, Зажатая между ладоней. Февраль - месяц любви и красноречий, Прогулок за ручку и кофе с утра. Но для меня февраль это ранения, Это усталость, боль и вечная тоска. Любить тебя - тот грех, что я не вымолю. Забыть тебя - то, что не прощу. Прости, клятву я твою не выполню, Уж слишком часто по тебе грущу.