Наследники Голубой крови

***

      В течение следующего дня, пока солнце нещадно разгоняло чистокровных и других вампиров по норам, Тэхён и Чимин бродили по территории лагеря, обсуждая сложившееся положение дел, в надежде найти хоть какой-то выход из их ситуации. Тэ не видел иного варианта, как только отыскать эльфов и сбежать к ним. Практически бесконечная жизнь в рабских условиях или в презрении и позоре на одной чаше весов, и вольная, но короткая жизнь человека на другой — для Тэхёна выбор был очевиден.       Чимин был уверен, что, хотя сейчас они никому не нужны, никто не желает заботиться о засидевшихся в девственниках голубокровках, но стоит омегам скрыться из виду, как на них объявят самую настоящую охоту с указанием примет и наградой при поимке. И два ничего не знающих о жизни за Куполом омеги станут лёгкой добычей для профессиональных «охотников за головами». Это он и втолковывал идущему рядом другу.       Но Тэ был бы не Ви, если бы не попытался! После полудня он поймал в прохладном коридоре полуэльфа и пристал к нему с расспросами. Однако полукровка оказался неразговорчивым, на все вопросы Тэ отвечал долгим равнодушным взглядом. В конце концов сказал: «Эльфы предпочитают уединение. Не надо их искать», — развернулся и исчез. Тэхён только моргнул и сказал:       — Мы многого не знаем об этой расе. Может, они не воюют, потому что никто никак не может их найти? Чим, Юнхиль принёс книги про них?       Пак кивнул, и ребята отправились в его комнату. Там они до вечера читали эти книги. Ребятам казалось, что это — выдумки и домыслы, которые наверняка придуманы, чтобы сбивать с толку остальных магических. К примеру, их негодование вызвало утверждение, что по скорости эльфам нет равных. Хотя, сегодня Тэ в этом убедился сам. Как ни обидно, но тут придётся признать, что эльфы обошли вампиров в скорости. Эльфы одни из немногих существ, кому не нужна пища. Вообще. Никакая. Их тела больше напоминают мираж. Тогда возникает вопрос: как появляются полукровки? К тому же встретить эльфа крайне сложно, ведь они скрываются быстрее, чем их успевают рассмотреть. И снова тот же вопрос: как в таком случае встречаются вампиры и представители сей загадочной расы, чтобы впоследствии появились эти самые полукровки? Эльфы предпочитают исключительно дневной образ жизни. Вопрос выглядит всё жирнее! А так же эти загадочные существа совершенно бесстрастны. Омеги снова с недоумением смотрят друг на друга.       — Фигня какая-то с этими эльфами, ты не находишь? — не выдерживает Чимин.       — Абсолютно согласен, — соглашается Тэхён.       Ближе к занятиям друзья решили сделать перерыв и снова обойти лагерь. Потому что:       — Тэхён, а как привозят и увозят наших «кормильцев»? После того, как мы ими попитаемся, они мало отличаются от нас. Может, это наш шанс?       Ребята идут к «трапезной» и видят, как людей, по одному, аккуратно выводят из помещения, усаживают в автомобиль, рядом по обе стороны от бесчувственного человека садятся два вампира, и его увозят в неизвестном направлении. И так с каждым. Тэхён предполагает:       — Вероятно, их отвозят туда, откуда привезли. И будут всё делать для того, чтобы никто не понял, что его не было слишком долго. Да, этот вариант отпадает.       Тэхён задирает голову и смотрит на невысокое ограждение. В принципе, если хорошо разбежаться, вполне можно его перепрыгнуть. Конечно, крыльев у него пока что нет, но скорость уже порядочная. Тэ пытается встать в стойку, чтобы сильнее оттолкнуться от земли, но Чимин останавливает его:       — Сюда смотри!       Он поднимает небольшой камешек и швыряет его в сторону ограды. Тут же друзей окутывает голубое сияние, и они не могут сдвинуться с места, пока к ним не приходят стражники. Служители порядка, усмехаясь, ведут мальчишек к Директору. Строгий омега внимательно смотрит на ребят. От его внимания не ускользнули внешние перемены юных вампиров. Их всё же покормили. Где-то он понимает этих покинутых родственниками несчастных и сочувствует. Но ещё сильнее он боится. Вмешиваться в дела семей, из которых вышли эти мальчики, он не рискнёт. Поэтому строго интересуется:       — Куда собрались?       Отвечает Тэхён, стеснительно опустив глаза и говоря мягко, словно обволакивая старшего нежностью:       — Мы просто проверили, могут ли к нам проникнуть из-за ограды. Ведь если даже у меня получается перебросить камень, то что стоит сделать то же самое, к примеру, ведьме? Подбросить амулет или какую-нибудь отраву? Но теперь мы поняли, что защищены надёжно, — кивает он старшему, прикрывая для убедительности глаза.       Чимин просто смотрит в пол. Иногда пытается поддакнуть, но его честное сердце принимается биться быстрее, и тогда лицо начинает светиться. Директор хмыкает, глядя на этих двоих. Он решает поинтересоваться у ребят лично:       — Ким, Пак, вы ведь больше не свободны?       Ребята качают головами. Директор опять внимательно смотрит на мальчиков: почему их никто не забирает? Красивые юноши, семьи достойные, таких должны бы расхватать ещё в пятнадцать лет! Но нет, сидят парни вместе с Чистокровками и Грязнокровками в одном корпусе и ждут…       — Идите. И перестаньте нарушать правила. Кстати, Пак, зачем тебе книги об эльфах?       Чимин отвечает охотно и убедительно, ведь это тоже правда:       — Просто стало интересно что за раса такая, которая ни с кем ни разу не воевала. Почему они так смогли, а мы, к примеру, каждые сто лет если ни с кем-то, то между собой обязательно развяжем войну?       — Можешь не утруждаться, в тех книгах нет ответа на этот вопрос, — успокоившись, отвечает Директор. — Прикажи своему слуге принести все книги мне прямо сейчас.       Парни выходят, а старший омега набирает номер на своём телефоне и говорит:       — Ваше Величество король Мин, почему Ваш сын снова выбрал в мужья не того, кто живёт у нас? Если Юнги не желает вступать в брак с Чимином, откажитесь от омеги на Совете, предоставьте чёткие причины, по которым мальчик так засиделся у нас. Этот омега один из лучших учеников! Он красив, умён и отлично подготовлен к жизни в гареме. Я лично могу поручиться за него. Но если он чем-то Вам не подходит, откажитесь от него, и мы сами начнём заботиться о мальчике. Это недопустимо! Уже три года юноша постоянно голодает. В этот раз он уже ослеп и почти оглох! И я не уверен, что в этот раз о нём позаботился Ваш сын!       На другом краю связи слышится долгое сопение, а затем строгий голос прерывает затянувшееся молчание:       — Я выясню у Юнги, что происходит, и дам Вам чёткий ответ уже этим утром, Директор. Пока ничего не говорите ни семье Пак, ни Совету.       — Хорошо, Ваше Величество. Я уверен, что нам не придётся встретиться по разные стороны судебного разбирательства. Ваш сын начинает свой путь неправильно. Омеги из Голубой крови не расхожий товар, к которому он привык. Я уверен, в его гареме до сих пор нет никого, кто сравнился бы с Чимином в добродетелях, так необходимых для омеги будущего короля, — неожиданно запальчиво произносит омега.       — Я Вас услышал, господин Директор. Мы скоро решим этот вопрос. Благодарю за своевременный сигнал!       И король отключился, а чистокровный вампир смотрел на руки и никак не мог унять дрожь. Ему всегда так страшно говорить со всеми этими королями, поделившими этот мир не территориально, а по сферам влияния. Обидеть любого из них — то же, что подписать себе если не смертный, то позорный приговор. Директор всю сознательную жизнь провёл в Куполе, и покидать его не спешил. Ничего хорошего он не видел, изредка посещая «большой мир». То же бесправие для омег, те же рамки, в которых находятся представители других рас. Та же иерархия, заставляющая заискивать перед Голубой кровью.       Внезапно открывается дверь, и в кабинет по одной вползают книги. Омега с трудом подавляет отвращение и желание с воплем вспрыгнуть на стол. Он в курсе, что этот полуведьма практически ничего не делает своими руками, заставляя работать на себя восьминогих тварей. Когда все книги уложены на его стол, образовывается внушительная стопка. Директор достаёт ту, что является, по его мнению, самой опасной. Он относит её в свой сейф, по пути считывая время и место её последнего прочтения. Глупые мальчишки не добрались до неё, не прельстившись банальным названием и обложкой. Поэтому ничего особо ценного не узнали.       — Юнхиль, — обращается Директор к вошедшему, — усиль присмотр за юношами. Мне не нравится их интерес к эльфам. Если эти двое что-то задумали, я должен узнать первым.       — Они точно что-то задумали, господин Директор. После последней голодовки, я уверен, ребята думают, что свобода для них — единственный выход. Просто они не понимают, что для них нет никакого выхода. Меня они слушать не будут. Поговорите с ними Вы.       Директор смотрит в ночь. Никого они не будут слушать, пока не поймут сами. Поэтому говорит:       — Подбрось им идею с подземным ходом. Так мы хотя бы будем знать, где их искать.       Юнхиль кивает и выходит. Директор со злостью смотрит на телефон, который тут же начинает трезвонить.       — Это король Мин Вас беспокоит. Я поговорил с сыном. Он только что женился, и ему очень понравился его новый муж. Он не желает огорчать своего теперешнего фаворита. Но и я не готов отказать семье Пак. Поэтому мы заберём мальчика в конце этого месяца, сыграем свадьбу в Куполе в узком кругу доверенных свидетелей, чтобы никто не волновался, и потихоньку привезём юношу в гарем. Со временем настоящему мужу Юнги придётся смириться, что он не единственный, с кем будет спать мой сын, и всё у них наладится.       Директор прикрывает глаза. Гарем — самое ужасное, что может случиться с таким, как Чимин. Придётся мальчика приготовить и к этому унижению! Однако омега твёрдо говорит:       — Король Мин, какие гарантии того, что наш подопечный не будет брошен без присмотра в гареме Вашего сына?       — Не переживайте за мальчика, Директор. По нашим правилам, мужья принца посещают общие собрания трижды в год. Вы ведь тоже там бываете? Там и встретите своего любимчика, — смеётся король.       — У меня нет любимчиков, Ваше Величество. Просто мне больно смотреть, как альфы пренебрегают действительно ценными кадрами.       Король снова смеётся и прощается. Ну, хотя бы за одного у него может больше не болеть душа.

***

      Из кабинета Директора ребята идут сразу на занятия. Рановато, но они за день уже находились, и теперь хотят просто посидеть, хотя лучше бы полежать. Тэхён тихо начинает подводить итоги их изысканий:       — Выйти отсюда крайне сложно. Про эльфов ничего полезного для нас мы не узнали. К тому же, Директор в курсе всего, что мы делаем. Чимин, тебе не кажется, что за нами постоянно следят?       — Не кажется. Я в этом уверен, — твёрдо заявляет Пак. — Не успели нас «повязать» заклятием, как появились стражи. Они точно топтались где-то рядом. Возможно, и повязали нас именно они, а не защита ограждения так сработала!       Тэхён кивает и замолкает, потому что входят Чон Джейкей и Ким Арэм. Оба внимательно смотрят на ребят, но проходят молча. Тэхён не может понять, что так сильно напрягает его в этой парочке? Он не знает точно, к какому виду те принадлежат. Возможно, они даже здороваться с этими альфами не должны? Как же сложно! А ведь этот Джейкей так пристально всегда смотрит на Ви, что у омеги мурашки бегают по коже! Когда парень обознался и высказал свою претензию не кому-нибудь, а именно этому альфе, его сердце вырвалось бы из груди, если бы в тот момент он был сыт, как теперь. И вдруг:       — Ким Ви, зачем тебе знать, где живут эльфы?       Тэхён поворачивается и смотрит прямо в чёрные глаза.       — Это тебя не касается, Чон. Это у тебя в прислугах полуэльф?       — Угу, мой. Так что тебе нужно от эльфов? Может, я смогу тебе помочь?       Тэ внимательно смотрит на альфу и интересуется:       — Что я тебе буду за это должен?       — Ничего. Просто хочу помочь представителю Высших. Не ищи корысти в обычном предложении, Ким.       Тэхён смотрит на Чимина, тот еле заметно качает головой, и Тэ так же, чтобы видел только друг, дёргает ресницами. Любопытному альфе он отвечает:       — Книжку недавно прочитал. А там столько нереального написано! Захотелось узнать, сколько там правды, а сколько вымысла. Как только выйду замуж, обязательно попрошу супруга, чтобы он отвёз меня к этим необыкновенным существам!       — Они действительно необыкновенные, — подтверждает Чон. — Если твоему мужу будет некогда, могу я отвезти тебя к ним. Тем более, они не любят, когда к ним приходят посторонние. А с моим Косёком нас наверняка примут.       — Спасибо большое за предложение, Чон, — снова нежно поблагодарил Тэ альфу. — Но, мне кажется, что моему супругу может быть неприятно, если я поеду один с чужим альфой неведомо, куда.       Арэм, слушая ребят, только хмыкал. Неприятно! Да ни один альфа не позволит, чтобы его муж таскался по дремучим лесам и горам с посторонним мужиком! Собственничество в крови у лидеров. А уж в королевской крови его в разы больше. Поэтому он тихо говорит:       — Отстань от мальчишки, Джей. Он говорит про мужа, как будто уже знает, что его скоро возьмут замуж. Наверняка, так и есть. Кто-то же его покормил. Чон, держи себя в руках.       Но Чонгук больше не мог. Как только он прибыл в Купол, тотчас приобрёл репутацию ловеласа. Что сказать — любил парнишка омег! В его роду это было нормой — завоевать всё, что нравится! И омеги были в числе первых пунктов. Его папа был единственным мужем у отца, но не единственным омегой. У Джея были сотни единокровных братьев и братишек. Родной у него, к сожалению, был только братишка омега. Папа говорил, что его отец из очень плодовитого рода, а вот папа, к сожалению, из уже угасающего. И он чувствовал вину перед мужем, что смог подарить ему всего одного законного альфу.       Зато на Престол у Джея соперников не было! И он считался одним из самых завидных женихов. В его семье не приняты гаремы, а значит, омега, ставший его мужем, будет спокоен. В любом обществе всегда нужны воины, поэтому его династия никогда не останется не у дел.       И никто не мог устоять против обаяния юного вампира-воина. Никто, кроме этого самого Ви. Вначале Чон хотел очаровать омегу, но тот поднимал на него свои зелёные глазищи, и Чонгук забывал, зачем подошёл к нему. А после ласкового: «Ты что-то хотел спросить?» — даже собственное имя вылетало из его головы. В итоге омега пожимал плечами, нежно улыбался и говорил: «В другой раз вспомнишь», — и уходил. И так было раз за разом! При этом с другими омегами у Джея было всё отлично!       Он уж и со старшими братьями советовался, что ему делать с этим омегой, и даже к отцу однажды обратился: как перестать теряться, когда говоришь с понравившимся юношей? И только папа дал ему дельный совет: «Начни о нём заботиться. Пусть об этом никто не знает, кроме тебя. Это придаст тебе уверенности при общении с ним, и ты сможешь хотя бы нормально с ним разговаривать». И Чонгук начал заботиться. По-своему, как воспитывала его семья. Он пресекал любые пошлые разговоры насчёт их с Паком дружбы. Ведь в их обществе всегда находились такие, кто приписывал другим свои больные фантазии. К тому же возраст омег тоже давал повод для насмешек: никто их не хочет в мужья, что не так с ними или с их семьями? До их голода никто не знал, какого они вида и подозревали, что парни — грязнокровки от папы с плохой репутацией.       Несколько раз Чон замечал, как эти двое утирают друг другу слёзы. Он гонял Косёка за сведениями к их прислуге и узнавал нужды ребят. Потихоньку делал всё, что в его силах. Со временем, естественно, привязался к ним хоть и по-разному, но одинаково сильно. В Чиме он видел младшего братишку. И его агрессия, часто приводившая посторонних в недоумение, казалась Джею такой трогательной. Ведь мальчишка редко кидался в бой, если задевали только его. И срывался, как только дело касалось рассеянного Кима, который иногда, кажется, даже не слышал выпадов в свою сторону.       Однако после того, как он накормил ребят, его смущение и впрямь куда-то подевалось. Когда он увидел мальчишек снова в своём облике, то захотел всегда, до конца своей долгой, почти бесконечной жизни, видеть перед собой нежное личико Ви. К сожалению, ему уже засватали какого-то омегу из других земель. Они никогда прежде не встречались, и Джей надеялся, что однажды придёт известие, что юноша там вышел замуж и остался на Родине, потому что сейчас он хотел только одного омегу.       И тот сейчас внимательно рассматривал его в ответ. Джей даже снова смутился, но взял себя в руки и сказал:       — Если до конца этого года тебя отсюда не заберут, я возьму тебя замуж. Открою тебе тайну — я тоже из Голубой крови. Может, не так влиятелен, как, к примеру, вот этот красавец, — указал он на Арэма, — но тоже не с помойки. Как на это смотришь, Ви?       Ким на это предложение улыбается и отвечает:       — Открою тебе тайну в ответ — я уже засватан, и на мне даже есть печать той семьи, из которой мой будущий муж. Поэтому я на твоё предложение никак не смотрю, извини. Для меня оно просто больше не актуально.       — Почему тогда твой жених тебя не кормит? — возмущается Чон.       — Потому что я стал его женихом не так давно, Джей, — мягко говорит Ви.       Тут в кабинет начинают входить остальные обучающиеся. Многие видят, насколько растерян всегда самоуверенный Чон. И с подозрением глядят на двоих омег, которые опять сидят настолько близко, что так и хочется крикнуть им: «Поимейте совесть! Вы уже не в своей комнате, где, наверняка, делаете то, за что вас выгнали бы из порядочного общества!» Но все, естественно, молчат.       Во время занятий Тэхён буквально чувствует, как взгляд Чона неотрывно преследует его. Поэтому стоит учителю встать, как Ви хватает друга за руку и мчится за ним следом с просьбой:       — Господин профессор, порекомендуйте нам с Паком, пожалуйста, дополнительную литературу по сегодняшнему материалу. Такая интересная тема! Очень хочется изучить её поглубже.       Профессор улыбается и говорит:       — Если вам действительно интересно, я готов выделить вам полчаса своего времени, чтобы ответить на самые главные для вас вопросы.       — О! Это даже лучше, чем книга, — заверяет Ким преподавателя и тащит за собой слабо сопротивляющегося друга.       В этот момент к ним подходят альфы Ким и Чон, и Джейкей говорит:       — Мы тоже с удовольствием послушаем Вас, профессор!       Все пятеро возвращаются в аудиторию, и долгих полчаса парни слушают, как Ви выбивает из профессора всё новые сведения по его предмету. В итоге преподаватель встаёт и говорит:       — Было приятно пообщаться с тобой, Ви. Ты всегда вникаешь прямо в самую суть дела. За это я отвечу на любой твой вопрос не по теме.       Тэхён кивает и говорит:       — А можно наедине?       — Конечно, — заверяет старший и пристально смотрит на встрепенувшихся альф.       Чимин выходит первым, за ним следуют недовольные Ким и Чон. Когда дверь за ними закрывается, Тэхён спрашивает:       — Правда ли написана в книгах об эльфах, и как их можно найти?       — Не хитри, Ким, — смеётся преподаватель. — Выбери один вопрос. Но не промахнись. Я знаю ответ только на один из двух, которые ты задал.       Тэхён морщится и спрашивает:       — Как найти эльфов?       — Именно на этот вопрос, как ты понимаешь, я не знаю ответа. Прости, Ви, но все сведения об этих существах слишком туманны, в особенности места их обитания. Извини, что обнадёжил тебя и не смог ответить. Я почему-то решил, что ты поинтересуешься про отношения с альфами.       Тэхён готов расхохотаться: спросить у кого? У того, для кого подобные отношения под строжайшим запретом, вплоть до развоплощения? Но отвечает он, как всегда, мягко:       — Нет, профессор, альфы такие странные существа… Я их боюсь и хочу знать про них как можно меньше вплоть до того дня, когда знакомство с одной из этих особей станет неотвратимым. А пока я предпочитаю не смотреть на них, не думать про них и, тем более, не говорить.       Из кабинета омеги выходят, улыбаясь, но Чимин и Чонгук замечают нотки разочарования в голосе Кима. Когда профессор уходит, Чон интересуется:       — Ви, когда у тебя свадьба?       — Это решаю не я, — чуть отстранённо отвечает Тэ.       В этот момент кто-то приобнимает его за плечи и отвечает за него альфе:       — Это решает Совет. Наш Ви — слишком ценный мальчик, чтобы всё пустить на самотёк.       Чонгук буквально взрывается:       — Так если он такой ценный, может, нужно спросить его мнение? Что-то он не сияет от счастья, говоря о предстоящей свадьбе! Хоби, если это ты, то как мог допустить, что твой жених едва не погиб?       — Это не я, — хмуро говорит Хо. — К сожалению, мы с Ви и Чими просто друзья. Так я бы с удовольствием взял их под своё покровительство, но им нужны полноценные отношения. А именно этот пункт меня сильно напрягает: не привык я «иметь» друзей! — уже смеётся альфа, прижимая к себе протестующих омежек.       И втроём они уходят в парк, где в предрассветном сумраке Чон рассказывает ребятам, как узнал про то, что Ви собирается с ним породниться.       — Врёшь! — не верит другу Чимин.       — Можешь не верить, но я чувствую, где у Ви печать. Между вторым и третьим пальцами левой ноги. Необычно для нормальных людей. К сожалению, мой брат к ним не относится, поэтому я расстроен, но не удивлён.       Тэхён ёжится. Да уж, подобрали ему пару для жизни! С другой стороны, получается, что их Хоби — тоже претендент на Престол. Может, это просто борьба за власть? Он уточняет у друга:       — Получается, ты и мой жених — соперники?       — Нет, — заверяет его Чон. — Я никогда не мечтал отвечать за ресурсы для людей. Я люблю путешествовать. Возможно, я в итоге выбью для себя отдельную сферу по перемещению людей по планете. Ведь где-то полно тех, кого ни разу не кусали, а где-то люди просто валятся с ног, не понимая, что являются постоянной пищей для наших. Это тоже кто-то должен регулировать. И мне это понравилось бы.       Омеги видят, что Чон говорит с ними искренне. Ким спрашивает:       — Почему ты вернулся? Неужели только ради того, чтобы посочувствовать мне?       — В основном. Но ещё мне совершенно нечем заняться там, на воле. Отец пока не воспринимает меня всерьёз, а мне скучно. Здесь хотя бы есть вы, — смеётся парень, приобнимая друзей.       Вскоре Ким и Пак идут в свой корпус, в то время, как Хосок идёт в комфортабельный коттедж. В нём четыре двухуровневые квартиры, каждая площадью больше ста квадратных метров. Такое жильё своим отпрыскам могут позволить только Голубая кровь и Чистокровные. Остальные альфы живут в довольно убогих общагах. Полукровок и грязнокровок с детства приучают служить и терпеть неудобства. Есть несколько домов, где проживают солярисы. С ними особо никто не общается. А вот Хосок пару раз побеседовал с ребятами по просьбе Ви. Что сказать? Ким снова прав: если их игнорировать, эти парни очень скоро станут скрытой, а затем и явной угрозой для их общества!

***

      Войдя в свой корпус, друзья останавливаются, потому что видят отвратительную картину: один омега стоит на коленях перед сидящим в кресле, а тот положил ему ноги на спину и разглагольствует:       — Магия в наши дни — основное условие приличного положения в обществе. Получается, если ты не имеешь магии, то ты — грязнокровка. Тот, кто в итоге будет мне служить. Так что, привыкай давай.       — Я не грязнокровка, — тихо говорит омега снизу. — Просто я никак не могу раскрыть свой дар…       — Просто нет дара, нет жениха, нет положения. А кто у нас обычно оказывается в таких ситуациях? Правильно, грязнокровки, — издевается сидящий в кресле.       Чимин резко подходит к сидящему, сталкивает ногой его ноги со спины нижнего омеги, хватает юношу за грудки и подтягивает к себе.       — Я не понял, ты кто такой, чтобы нарушать мои правила?       — Ты что, Пак, это же я, Ван Баолин.       — Плевать мне на твоё имя. Я не понимаю, по каким заслугам ты тут себя ведёшь, словно жених будущего короля? — нависая над юношей, рычит Чимин.       — Так и есть! Я — жених наследного принца Чона Донхвана.       — Да неужели? — изумляется Пак такой наглости. — А чем докажешь? У Голубой крови, знаешь ли, свои методы метить собственную территорию. Как пометил тебя твой жених?       Ван молчит, зыркая по сторонам. Все вначале смотрят на него с испугом, затем разочарованно и уже негодующе. Начинают раздаваться возгласы:       — Так ты не жених будущего короля?       — Почему ты мне врал? Я же отдал тебе лучшее своё украшение!       — А я все сбережения.       — Мою сумочку верни, она мне тоже нравится, если что!       — И мне…       — И моё…       Тэхён смотрит на всё это широко раскрытыми глазами. Он подходит к Чимину, берёт его за руку и старается отцепить от Вана. Тот с испугом прячется на груди Тэхёна. Ви прижимает к себе Бао за плечи и говорит:       — Ну вы что, мальчики? Разве это причина для таких ссор? Лин уже понял, что вам всё нужно вернуть, верно? К тому же я никак не могу понять, почему он так и стоит на коленях? — указывает Ви на того, кто остался сидеть на полу, уткнув лицо в ладони. — Как тебя зовут, напомни, пожалуйста. Только сначала встань.       — Я — Чунг Мэйюн, чистокровка. Просто никак не могу раскрыть свой дар.       — Я тебя помню, — говорит вдруг Чимин. — Ты прибыл с этой проблемой, и мы тогда все решили, что раз уж нам вместе долго жить, то никто никого не упрекает ни за положение, ни за принадлежность, ни за навыки. И все тогда согласились. Баолин, с чего ты взял, что можешь единолично отменять наши правила? Ты что, первый год живёшь у нас в корпусе?       — Нет, — тихо отвечает Ван.       — Тогда я вообще не понимаю, откуда у тебя столько смелости?       — Чим, не ругайся, мальчик понял, что был неправ, верно? — снова прижимает к себе омегу Тэхён. Тот опять трясёт головой в знак согласия. И Ви говорит: — А сейчас давайте все пойдём отдыхать. Следующей ночью мы все должны быть весёлые и красивые, верно? Где ты живёшь, Бао? Я провожу тебя, и там ты сразу же вернёшь все вещи, которые позаимствовал у друзей на время, верно?       Ван снова кивает, идёт в свою комнату и принимается раздавать всё, что ему принесли или что он выпросил сам, пока его считали женихом самой властной семьи правителей. Тэхён же посмотрел на это некоторое время, затем ободряюще улыбнулся и пошёл к себе. Лансок крутился рядом. Глядя в заледеневшие в один момент глаза хозяина, слуга интересуется:       — Приготовить зонт для прогулки, хозяин?       — Будь любезен, Лансок. И проследи, чтобы никто за нами не увязался.       Когда на часах высвечивается 11:00, Тэхён поднимается из кресла, откладывает в сторону книгу и идёт к выходу. Там его встречает Лансок с огромным зонтом, защищающим вампиров от яркого солнечного полуденного света. Тэ идёт к выходу и ждёт. Вскоре к нему подходит Баолин.       — Ты меня звал, Ви?       — Да, Бао. Я хочу прогуляться, и решил взять себе в компанию тебя. Я так понимаю, что для тебя солнечный свет в зените не безопасен, поэтому я взял с собой зонт. Дай мне свою руку.       Омеги вместе выходят из-под защиты корпуса прямо на свет. Тэ быстро раскрывает зонт и прячет под ним и себя, и своего спутника. Он даже для верности обнимает Вана за талию и только тогда начинает двигаться. Они идут через тенистые аллеи вдоль дорожек, усаженных цветущими кустарниками. Тут и там стоят скамейки, приглашая посидеть, но Тэхён ведёт своего спутника к пруду. То, что Баолин слышит, приносит его душе вначале успокоение. Тэхён говорит тихо и нежно:       — Всем иногда нужно погулять вот так, наедине с другом, и поговорить, «как омежка с омежкой». Не знаю, практикуешь ли ты такие прогулки, когда все учителя спят, а стража боится высунуть нос? Я вот так периодически делаю. Я хотел бы понять, что сегодня произошло? Почему ты сделал то, что так расстроило моего друга? Ты ведь наверняка мог бы предусмотреть, что так будет?       Ван тяжело вздыхает и отвечает:       — Ви, ты ведь понимаешь, что сейчас происходит в нашем Куполе?       — Да, милый, это происходит постоянно: все стремятся наверх, как только чувствуют, что их лидеры становятся слабыми. Мы с Чимом долгие годы хранили порядок в корпусе. Но тебе показалось, что некоторое время назад мы стали уязвимыми. Но это только показалось. И ты решил попытать счастья, верно? Тем более, никто больше не сообразил, что это — прекрасное время для перемен. И ты решил сказать всем, что являешься женихом принца, чтобы заручиться своей властью в случае, если мы всё же каким-то образом выкарабкаемся. Это очень рискованный, но смелый ход, Ван! — хвалит спутника Тэхён. — Но объясни мне, зачем ты так унизил Мэйюна? Или ты забыл, что большинство правил для нашего корпуса были созданы именно из-за этого мальчика? С другой стороны, конечно, почему ты должен помнить тех, кто не сумел раскрыть в себе таланты? Или, скорее, именно поэтому ты его и выбрал, что этот мальчик без дара каким-то образом был выделен лидерами. Ты показал всем, что будет с теми, кто надеется на силу прошлых лидеров. Ай-яй, Бао! Как можно было так просчитаться? Ван — фамилия довольно распространённая, но я попробую угадать. Ты из чистокровок-пиратов? Тех, что когда-то воевали вместе с Минами, но в итоге королевской силой овладели Мины, а не Ваны.       — Да, это были мои предки, — глухо отвечает юноша, начиная догадываться, что мягкий голос и сладкие речи несут в себе какой-то совсем иной смысл.       Тэхён вдруг схлопывает зонт и показывает им на другую сторону пруда:       — Смотри туда…       — А-а-а! — начинает вопить Ван.       Полуденное солнце прожигает его кожу, на лице и руках образуются отвратительные шрамы и Ви, с испугом глядя на спутника, начинает истерично лопотать, пытаясь раскрыть зонт:       — Ох, я такой недотёпа, совсем забыл, что ты — простой вампир! — зонт никак не желает раскрываться, а с головы Вана уже ошмётками осыпаются волосы. Наконец, спасительное полотно прикрывает вампиров, Тэ с жалостью смотрит на изуродованное лицо напротив и говорит: — Ты бы видел, Бао, во что по моей рассеянности превратилось твоё милое личико! Это просто боль для глаз! А впрочем, посмотри в воду, дорогой! Видишь, как всё отвратительно плохо? Если немедленно не начать лечить, то все эти ужасные шрамы так навсегда и останутся! И лучшим для тебя выходом будет выйти под солнце и развоплотиться окончательно, ведь никто и никогда даже не посмотрит в твою сторону! Ужасно! Печальная картина. Ван, ты, наверняка, в курсе, что я своим даром могу помочь тебе, и даже не стоит сообщать ни учителям, ни твоей родне, что ты несколько минут был вот таким уродом. Но, понимаешь ли, у меня есть одно правило: я помогаю лишь тем, в ком уверен, кого уважаю, кого ценю и кому доверяю. Это такие немногочисленные люди, которых я допускаю в своё окружение. Но как, скажи мне, мальчик, я должен помочь тебе? Ведь ты прямо на моих глазах трижды повёл себя неверно. Да?       — Да, ты прав, Ви! Я трижды разочаровал тебя, но такого больше никогда не повторится!       — Я верю, что ты всё понял, — мягко гладит Тэ по обезображенной руке спутника. — Но мне нужно всё же убедиться. Что ты понял?       Ван корчится от боли, но произносит:       — Я больше никогда не пойду против тебя и Пака. Я не буду принимать подарки, которые мне не положены по рангу. И я больше никогда не буду унижать тех, кто, как мне кажется, стоит ниже меня.       Тэхён улыбается и говорит:       — Вкратце примерно так. Но на досуге ты должен вникнуть в проблему глубже. Чтобы я больше никогда не стоял перед выбором — поправлять мне это милое личико или не стоит? Сегодня я совершенно случайно не смог справиться с зонтом. Но сколько таких случайностей может быть в жизни? А вдруг в твой кувшин для умывания по недосмотру подольют святую воду? Или в крем для тела попадёт серебряная пыль? Или — ну мало ли? — залетит в комнату случайно лоскуток с письменами? Или осиновая стружка попадёт в башмачки? Случайности так опасны! Ты ведь понимаешь, что это лишь сотая доля того, что может приключиться с вампиром, который не понимает, что жить дружно — это прекрасно?       — Да, я понял, Ви! Больше я никогда никого не обижу!       — Хорошо, — говорит, наконец, Ким, и одним махом снимает с его лица ожоги, шрамы, возвращая юноше первоначальный вид. Он улыбается, глядя на растерянного Вана, который ощупывает лицо, смотрит на руки, заглядывает в воду. — Мы так мило побеседовали, столько обсудили. Я надеюсь, для тебя эта прогулка так же была полезной. Я ведь не ошибаюсь? — Ван качает головой, испуганно глядя в доброе лицо. Тэхён берёт его под руку и ведёт к корпусу со словами: — И, как ты понимаешь, это теперь наш с тобой секретик. Маленький, но очень важный! Настолько важный, что я даже Паку про это не расскажу, — смущённо смеётся Тэхён. — А ты?       — Я тоже… Никому… Никогда…       — «Никогда» — такое хорошее слово, верно? Почему-то люди часто забывают его, стоит грозе промчаться мимо. Но у меня есть один способ не забыть.       Вдруг острый коготь впился в запястье Вана, и тот вскрикнул:       — Что ты делаешь, Ким?       — О, прости, Бао, мы так сблизились сегодня, что я всё время забываю, что ты не в курсе! Только что я создал заклинание, которое сработает в обратную сторону, как только ты начнёшь кому-то рассказывать о сегодняшней прогулке или забудешь данное на ней обещание. Наверное, нужно было спросить тебя, хочешь ли ты этого, но, поверь, если бы ты не согласился, я бы расстроился, и моё старание всё исправить, сошло бы на «минус». Вот мы и пришли. Приятного тебе отдыха, Ван!       Тэхён отдал зонт Лансоку и прошёл в свою комнату. Его уже ждала тёплая ванная. Как же омеге повезло с прислугой!

***

      Юнги с радостным лицом рассказывает друзьям:       — Чон, Ким вы просто не представляете, какой Джеён невероятный! Я вначале подумал, что он — голодный. Но он всегда такой: глаза, как небо, волосы, как облака, кожа, как снег, а характер — просто сахар! Он такой нежный и податливый, милый и внимательный! Мне даже уезжать не хотелось! Но Дже был девственником, ему нужно пару недель, чтобы восстановиться. А рядом с ним я только и мог думать о том, какой же он сладкий! Я ни секунды не пожалел о том, что взял омегу из чужих земель. Чон, и ты не противься. Поверь, ты таких красивых просто никогда не видел! Да этот Ви… Ладно, не Ви, но его дружок точно моему Дже даже в подмётки не годится!       Намджун снова вздыхает. Он понимает Юнги. Когда в кого-то влюблён, то остальные кажутся лишь тенями на стене, а настоящим — только он. Как один из наследников, он тоже должен скоро жениться. Родители ищут ему подходящего жениха, но Джун вовсю старается саботировать это мероприятие, доказывая родственникам, что всё ещё не созрел для такого серьёзного шага. На самом деле он созрел ещё три года назад, на свадьбе своего старшего брата. Просто посмотрел в синие глаза его жениха и пропал! И ведь младший видел, как Намсун нагло пользуется своим даром убеждения, чтобы покорить мужа! Может, он и прав, но сам Намджун считал, что любовь должна быть добровольной.       Чонгук тем временем хмурился. Были у него подозрения, и сейчас ему очень захотелось их проверить:       — Ты вот сейчас заговорил про них, и я подумал, что должен кое-что тебе рассказать. Эти омежки явно что-то замыслили. Я их то и дело вижу гуляющими в то время, когда всем положено спать. Их даже к Директору водили под конвоем. А ещё эти партизаны выспрашивали у моего Косёка, где живут эльфы. Думаю, бедолаги решили дать дёру. Хоть они уверяют, что их скоро возьмут замуж, но что-то их женихи не спешат кормить ребят. Такое ощущение, что они просто никому не нужны. Тогда зачем было их сватать?       Юнги морщится. Его вдруг прорывает:       — А если этого жениха даже не спросили? Просто сказали: «Этот омега пополнит твой гарем. А нет, не этот, его младший братишка!» И всё, никакого выбора!       — Кто из них твой жених? — резко требует ответа Чонгук. — Ким?       — Если бы, — горько усмехается Мин. — Эту нежнятинку я бы в первый день схватил и утащил в свой гарем. Мне подсунули Пака. И даже не того, которого обещали. А именно вот этого грубияна. Нет, ну ты видел, как он себя ведёт? Это же просто недопустимо! Омега должен быть милым, как Джеён. Или тот же Ви…       — Ну, про Ви тогда просто забудь! Будь даже ты его женихом, я бы его у тебя отбил. А теперь даже его имя для тебя под запретом! А с Паком что-то решай. Хотя бы просто возьми его замуж и… в общем, облегчи мальчику проблему с питанием. Кстати, ты слышал, что сейчас многие омеги хотят уходить от своих альф, которые пренебрегали ими больше трёх лет. Вот тебе и выход. Не трогай его три года после брачной ночи, а потом просто отпусти.       Юнги даже отвернулся от друга. То же самое ему посоветовал отец. Как будто это так просто — переспать с омегой, которого не желаешь! Тем более, теперь он может даже сравнить, как это — ложиться в постель с тем, кого любишь или просто с тем, кого вожделеешь. А этот Чим… Чимин, в общем, чего уж, красивый конечно, но злющий, как псина! Он же его гарем на уши поставит, как только там появится! Да за три года он камня на камне не оставит от его дома. И его милый Джеён этого просто не переживёт со своей тонкой душевной организацией!       Однако он решает Чонгука всё же успокоить. Тот прямо из кожи вон лезет, защищая пацанов!       — В конце этого месяца моя семья забирает Чима, не переживай. Большой свадьбы не будет, так, запись в семейный реестр при свидетелях, брачная ночь, и отдельные покои на ближайшие три года. А потом, как ты и говорил — свободу омегам! Пусть идёт на все четыре стороны!       — Жёстко, — высказывает своё мнение Намджун.       — А он и сам не мягкий, чтобы с ним любезничать, — парирует Мин.       Чонгук вдруг возражает:       — Не уверен, что ты правильно судишь об этих юношах. Не такой уж Ви милый, а Чим злой. Поверь, я однажды видел, как Ким с обворожительной улыбкой дал по яйцам пристававшему к нему альфе, а Пак молча ушёл, когда ему сказали, что он, наверное, сын шлюхи, раз его жених не спешит не только забирать его отсюда, но и кормить. А ведь он, получается, из очень порядочной семьи. Но стерпел и просто ушёл. Я думаю, мы ещё многого про них не знаем.

***

      Занятия длились уже больше часа, когда вдруг вошёл омега и сказал:       — К Киму Вихёну посетитель.       Тэхён очень растерялся. Так его называли впервые, и он заозирался. Когда понял, что все глядят на него, вскочил и пошёл к двери. Кто это может быть? В голову лезла всего одна мысль: к нему приехал жених! И что делать в таком случае? Он просто не представляет, как ему сложно будет сейчас делать вид, что он сильно рад знакомству! Да, Хоби не сказал ничего конкретного про брата, но и так ясно, что хорошего там нет. Уже подходя к гостевой, Тэхён так себя накрутил, что только усилием воли не развернулся и не сбежал в свой корпус! Однако тут уже отирался Лансок, и Ви вздохнул с облегчением. При посторонних альфа не осмелится ему навредить! Однако полуведьма широко улыбается и говорит:       — Господин, я так рад за Вас!       — Да кто там? — срывается Тэ.       — Ну, зайдите и посмотрите сами, — просто издевается Лансок!       Но смелости он ему придал, и Тэхён резко распахивает дверь. На него с любовью смотрят самые прекрасные в мире синие глаза.       — Джин-и! — кидается юноша к старшему товарищу.       Тот с радостью заключает мальчишку в свои объятия и вдруг говорит:       — Вот так взял бы тебя, спрятал в карман и унёс бы отсюда!       И Тэхён понимает, что Сокджин расстроен.       — Что-то случилось, Джин?       — Да. И ты это знаешь. А когда узнал я, то был просто в ярости. Как мог твой отец заключить для тебя такой союз? Этот Донхван просто псих ненормальный! Тэ, делай, что хочешь, но ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, никогда не оставайся с ним наедине! Про него идут ужасные слухи. Говорят, что он — тиран и садист. Его отец недавно что-то узнал про него и велел немедленно остепениться и жениться, иначе он передаст престол его младшему брату. А это, по странному стечению обстоятельств, твой дорогой Хоби, но, как я вижу, ты уже в курсе. Тэхён, я постараюсь помочь тебе не вступать в этот брак. Умоляю тебя, тяни время, как сможешь! Я слышал про то, что тебя никто не кормил. Теперь я лично озадачусь этим, не переживай. Мой Намсун делает всё, что я скажу. Уж одного омегу раз в три месяца он мне найдёт!       — Двоих, Джин. Будешь заботиться обо мне, не забывай, что рядом со мной всегда есть Чимин.       Джин вдруг совсем поникает:       — Чимин скоро покинет Купол. Кто-то поставил вопрос ребром о его замужестве, и семья Мин пообещала, что брак будет оформлен к концу месяца. Я говорю это тебе, чтобы ты был готов сам к его исчезновению и приготовил его к скорому браку. Скорее всего, несчастливому.       Тэхён кивает — какое уж счастье в гареме? И всё же его хотя бы заберут отсюда — от насмешек, от неопределённости, от его ярости, которая росла в мальчике из-за обиды на весь мир. Друзья ещё какое-то время обмениваются новостями. Тэ рассказывает про свою очередную прогулку под зонтиком, и Джин спрашивает:       — Моя помощь нужна?       — Пока справляюсь, — улыбается Тэ. — Как будет туго, листай книгу.       Юношам казалось, что время пролетело в считанные секунды, и вот уже Лансок входит и говорит:       — Господа, ваше время истекло, к сожалению. Вам пора домой, а у Вас новый посетитель. Очень красивый альфа, — хихикает Лансок.       И оба омеги обмирают: это может быть только ОН!       — Не отходи от своего господина! — требует Джин, выходя из комнаты.       И тут же из другой двери в неё входит красивый альфа, немного напоминающий Хоби. Он широко улыбается и идёт к омеге, раскрыв объятия.       — Ну, наконец-то мы встретились! Надеюсь, ты меня помнишь, Ви?