Руины Древних Земель: Угасающее Пламя

Тем летом, полугодом ранее, в королевстве Арсури, что расположено на восточном континенте, происходили весьма занятные события. Был тёплый летний вечер, пахнущий лавандой и свежими травами. Уже стемнело, но на улице темно не было: везде и всюду стояли в горшках и свисали с деревянных неровных зданий светящиеся витиеватые растения, за которыми тщательно ухаживали каждый день. Ворота одного из крупных домов посередине улицы были распахнуты, и из них один за другим выходили арсури. Арсури были относительно немногочисленным народом, живущим в тропических лесах и подчинившим себе силы природы. Дома они не строили, а выращивали прямо на деревьях, заставляя кору принимать ту форму, которая им необходима. В городке Иссем Ка у большинства были кудрявые светлые волосы — верный признак северных народов. Однако в числе выходящих из ворот значительную часть занимали арсури с темными прямыми волосами. Одеты они все были одинаково: в дорогой белоснежный шелк с узором из ярко-красных цветов ликориса. Такие одежды носили выходцы из гильдии Ба Лин, когда-то занимавшейся изготовлением ядов, а ныне ставшей гильдией сведущих в лечебном деле, благодаря чему они занимали весьма высокое положение в городе. Когда толпа стала редеть, из зала вывалилась одна развеселая троица. Вернее сказать, развесёлой из них была только низкая кудрявая зеленоволосая (явно крашеная) девушка. — Нет, я предлагаю хорошенько напиться! Сейчас! — упрямо повторяла она. — Тери, ты вернулась только сегодня, — отвечала ей другая девушка, на шее которой повисла Тери. — И сразу впуталась в две склоки с Ба Лин, — поддержал подругу кудрявый паренёк. — Тебе мало приключений? Они медленно шли, продолжая переговариваться, когда мимо прошла красивая высокая девушка в красно-белых одеждах. Волосы ее были заплетены в косу, облик выражал благородство и строгость. — Твое поведение недостойно, — холодно произнесла она, глядя на Тери. — Не припомню, чтобы ты опускалась до подобного, хотя, казалось бы, дальше падать уже некуда? — усмехнувшись, она уже вознамерилась идти дальше, но Тери резко развернулась, в два шага подлетела к ней и схватила её за воротник. — А из-за кого я так себя веду, по-твоему?! Ты теперь на их стороне?! — она кричала, указывая в сторону улицы, по которой Ба Лин возвращались домой после учебы. — Даже не надейся, что я в это поверю! Высокая девушка с тёмно-бордовыми волосами спокойно отняла руку Тери от воротника. — Поверишь или нет — твое дело, — равнодушно ответила она. — Кстати, — как бы мимоходом заметила она, отряхивая несуществующую грязь с воротника, — нечистым лучше нас не касаться, и, если ты всё ещё помнишь, чем это грозит личностям с определенным статусом, отступи на шаг назад. — Голос был ровным, но в том, как именно она это сказала, чувствовалась скрытая угроза. Другая девушка в красно-белых одеждах, склонив голову, тихо подошла к согильдийцу сзади. — Госпожа, прошу вас, пойдемте, — сказала она, нервно оглядываясь по сторонам. — Старшие братья могут неправильно вас понять, памятуя о былых отношениях... — последнее слово она почти прошептала. — И то верно... — сказала собеседница Тери, не отрывая от зеленовласки внимательного взгляда, — что былых. — Ты МНЕ угрожаешь? — перебила ее Тери, так же, как и арсури из Ба Лин, не отрывая взгляда и затаив дыхание. — Рада, что ты не еще не растеряла свой хваленый интеллект от такого количества попоек, — с этими словами она прошла мимо Тери, и только спустя миг та прокричала ей вслед: — Карен, мы можем вместе все... — но старой подруги уже и след простыл. — …решить. Тери растерянно и потрясенно смотрела то на уже опустевшую площадь, то на друзей, что пытались говорить ей какие-то утешающие глупости. В итоге, махнув на все рукой, она сгребла двоих своих спутников в охапку и потащила их в город. Вскоре вся троица, несмотря на протест двоих из трех арсури, а также половины города, оказалась в харчевне. Тери везде считали дурным вкусом и признаком неудачи. Внешний облик ее напоминал аристократа, который стал бродягой: розовые ресницы и брови выдавали ее крашеные зеленые волосы, сама краска была плохой, дешевой и превращала волосы в тряпкообразное месиво; ткань одежды была сносного качества, но безобразно криво перешита; украшений было много, но они были дешевыми и находились в странных местах, как, например, кольцо на верхушке уха: так носить было не принято. Была только одна деталь высочайшего качества: ярко-красный амулет в форме цветов ликориса, явно не принадлежащий исконно Тери, и именно поэтому он так странно выделялся на фоне всего остального. Однако это было ещё полбеды. Больше всего вопросов к Тери возникало из-за ее поведения. Ее отец был гением, когда-то давно основавшим маленькую, но очень хорошую гильдию Со Ул. Он постарался собрать лучших лекарей со всей страны, выкупил все возможные медицинские трактаты, до которых смог добраться, и организовал лаборатории для опытов. В нее стекались в основном те лекари, которые не нашли признания в других местах. Какое-то время гильдия была на грани исчезновения из-за нехватки денег, что прежде всего сказывалось именно на главе, но вскоре дела пошли в гору: оказалось, что услуги Со Ул были более эффективными, чем услуги лекарей при королевском дворе. Счастье было недолгим, ибо никаких секретов и рецептов они не скрывали и к тому же часто помогали бедным в ущерб аристократам. Помимо всего прочего их заметили влиятельные кланы, и в их числе Ба Лин. Постепенно гильдия начала редеть. Кто-то пропадал без вести, кому-то срочно понадобилось уехать, а потом и вовсе началась война с марийцами на юго-западе, и последнего ее члена, отца Тери, Нари Со Ул, отправили на нее военным лекарем. Тери была, пожалуй, еще более талантливой, чем ее отец, и от нее многого ждали. Ждали, что она продолжит его дело и сможет заново основать Со Ул, вернуть городу хорошую и доступную не только аристократам медицину. Более того, это было ее детской мечтой, однако споткнулась она на первом шаге: чтобы получить лицензию врача, нужно было пройти испытание в академии. В академии Ба Лин. Тери была воспитана своенравной и свободолюбивой: не стоило и говорить, что в академии с ее строгими правилами она не продержалась и года. Ушла сама, работала как могла, без лицензии и со штрафами, не унывала, но репутацию утеряла, похоже, навсегда. С началом войны прошла волна мятежей, и поползли слухи, что Тери с ними как-то связана. Кто-то заметил, что она стала много пить, хоть была еще молода; многие перестали с ней общаться, двери большей части городских заведений были для нее закрыты: ее попросту выгоняли оттуда, с ней боялись связываться. — Тери, не налегай так сильно! — кудрявый паренек с ужасом наблюдал за тем, как Тери опрокидывает один кувшин спиртного за другим. — Зачем ты лезешь на рожон с этой Карен? — не унималась ее подруга в изумрудных одеждах. — Да-да, рассказывай! — за ними пришли еще двое арсури и подсели за стол. — Со Ул возрождается? — Ты будешь новой главой? В этом конфликт? — Тебе разрешили учиться повторно? Почему? — Ты всё-таки получишь лицензию? — Это ты готовишь эликсиры для мятежников? Тери не отвечала на вопросы. Допив еще кувшин, она лишь злобно оглядела всех бешеным взглядом, бросила: — Катитесь к гнили! — и вышла вон из харчевни. На ватных ногах она, далеко за полночь, доползла до дома. Дверь с громким стуком ударилась о противоположную стенку, возвещая о ее прибытии, и вместе с тем Тери протяжным жалобным тоном загудела: — Лииинаааа! «Лина» было личным сокращением Тери от имени «Лиана». Так звали ее младшую сестренку, которая придерживалась строгого распорядка дня и которая в данный момент пыталась уснуть. — От тебя алкоголем несет, — проворчала Лиана недовольно из-под одеяла. Тери подошла к ней, села на стул рядом, уткнулась носом в кровать и устало пролепетала: — Ты — все, что у меня осталось... Лина тяжело вздохнула, но, будучи сочувствующей девушкой, встала и принялась укладывать Тери спать, бормоча себе под нос свое извечное: «И кто из нас еще младший?» Довольная своей работой, она посмотрела повнимательнее на сестру. Тери выглядела не так, как должен выглядеть мис в первый день учебы в престижной академии, хоть и поступивший туда повторно. Что-то там произошло, отчего Тери вновь стала такой... Твердо решив, что завтра она это выяснит и поговорит с сестрой, Лиана улеглась спать.

***

Утро выдалось теплым и влажным. Лучи солнца мягко пробивались сквозь густые заросли многометровых деревьев, попадая на лицо спящей Тери. Сквозь сон она помнила, что вроде бы Лиана пыталась ее разбудить и что ей надо вот-вот вставать… Но голова гудела, тело болело, и в итоге она проспала и опоздала на занятия. Добравшись наконец до письменного зала, Тери рухнула на стол для письма словно куча сваленных вещей. Она даже толком не привела себя в порядок: и так непослушные длинные кудрявые волосы торчали во все стороны, верхние одежды съехали, лицо было помятым. В принципе, это было ее обычное состояние, однако теперь она состояла в академии, так что… — Тери! Сядь ровно и приведи себя в порядок, — разумеется, ее громкое появление и последовавшее затем не менее громкое перешептывание учеников не ускользнуло от внимания наставника, который не поленился прервать занятие ради замечаний. — У тебя распущены волосы, так не положено. — Нет нигде в уставе академии таких правил… — устало пробормотала Тери с задней части зала, чем вызвала сдавленные смешки у некоторых учеников. — Потому что это и так всем понятные истины! — взревел преподаватель, размахивая длинными рукавами. — Девушка должна выглядеть скромно! Приведи себя в порядок! — наставник не унимался. В академии жесткими были не только правила, но и сами арсури, которые в ней состояли. — Делай, как говорю, иначе тебя вышвырнут во второй же день учебы! Тебе лишь из жалости и светлой памяти Нари дозволено здесь сидеть! Последние слова не на шутку разозлили Тери. Ее отец был жив, но было сделано официальное объявление о его смерти. Гильдия ее распалась. Работы не было. Ее ограничивали в передвижениях по городу. Друзья, с которыми она прошла сквозь всю долгую школьную жизнь, спешно уехали в прошлом году, зная о конфликте между «родовитыми» гильдиями и такими, как ее Со Ул — без истории в дюжину поколений. И вчера… Ее самая близкая подруга предала ее? Уверенности не было — Тери никогда на самом деле не понимала, что творится в голове Карен, хотя девушки знали друг друга с детства. «Нет, — твердо решила она, — так не пойдет». Тери разом посвежела, выпрямилась, как натянутая струна, вдохнула побольше воздуха. — Тогда катитесь к черту, — громко и четко произнесла она. Весь зал ахнул разом, опять начались перешептывания. Тери оглядела зал и нашла цель, ради которой она и поступила в академию еще раз: Карен, ее давняя подруга из Ба Лин, сидела прямо, слегка склонив голову к соседнему столу, общаясь с согильдийцем. По ней было видно, что вся шумиха вокруг не вызывала в ней никакого интереса. Но тут она обернулась и посмотрела через плечо Тери в глаза. Зеленоволосая арсури стояла пару секунд, едва ли не силой пытаясь оторвать взгляд от глаз малиново-гранатового редкого цвета. И ей бы, вероятно, так и не удалось этого сделать, если бы она не поняла, что, кажется, подруга ей что-то говорит одними губами. «Уходи». Тери застыла. «Больно». Ей захотелось что есть мочи бежать, бежать и еще раз бежать, пока воздух в легких не превратится в жгучий газ, в глазах не запляшут цветные пятна, а губы не пересохнут и не потрескаются. А еще лучше — просто раствориться на месте. Упасть, распасться морской пеной. Просто исчезнуть. Она быстро, методично, стараясь не меняться в лице и не дай Древние Духи не расплакаться, поскидывала все пергаменты и остальные вещи со стола в кожаную крупную сумку. Но за этот короткий промежуток времени боковым зрением она успела заметить, что разговор двух учеников из Ба Лин продолжился. И выражение лица старой подруги заставило ее изменить планы. Тери пулей вылетела из зала, пока наставник снова не начал орать. Быстро бросила вещи у входа, а затем, тенью, в покрове, бесшумно настолько, насколько могла, обошла зал с другой стороны и прокралась поближе к тому месту, где сидела Карен. Другой арсури из Ба Лин, сидевший рядом с ней, продолжал что-то тихо говорить девушке. Тери еще раз выглянула из-за своего укрытия, взглянув на свою подругу, и про себя утвердительно кивнула. Да, верно. Выражение застывшего ужаса на лице того, кого ты хорошо знал, не перепутаешь ни с чем. Несмотря на то, что его отчаянно пытаются скрыть. — ...свое место. Привилегий ты лишишься по щелчку пальцев, все понятно? — донесся тихий ровный голос Старшего из Ба Лин. — Я понимаю… Я просто не понимаю, почему Ба Лин до сих пор обязаны брать в академию таких... — Кто-то может решить, что ты ей помогаешь, — перебил ее собеседник. — Я закрою глаза на этот раз, но... Преподаватель, обходивший зал, двинулся в сторону парочки, и Тери поспешила уйти, пока ее не заметили. «Что же с тобой происходит? — она бросила последний тоскливый взгляд на Карен, но тут же решительно мотнула головой. — Я вытащу тебя из этого места!» Вот только плана, как это сделать, она не придумала.

***

В тот же день Тери отчислили из академии. Эта весть добралась до зеленовласки за обедом. Не зная, что теперь делать, она в задумчивости бродила по кривым улочкам на деревьях, усеянными низкими неровными домами с перламутровыми крышами. Прошел легкий дождь, лес стал свежим и кристально-блестящим, затем время подошло к вечеру, и воздух озарил алый теплый свет закатного солнца. Тери вышла на одну из площадей в другой части города, где находилась гильдия Лины, А Лу. Она решила подождать, пока сестра не освободится, когда заметила подростков, играющих в сель — местную игру с мячом. Тери присоединилась к ним. Где-то через час она заметила Лину, девушку с темно-зелеными волосами и светлой кожей, гордо идущую из своей академии. Видимо, опять получила «отлично» за стрельбу из лука. — Лина! Всем пока! — Тери быстро распрощалась с ребятней и понеслась к Лиане. Та же всем своим видом показывала, что не разделяет энтузиазма нерадивой сестры от встречи. Она демонстративно проигнорировала Тери и продолжала идти домой как ни в чём не бывало. — Лина? Эй, что случилось? — младшая сестра вдруг ускорила шаг, словно желая оторваться от нее; Тери в ответ тоже ускорилась. — Ли-и-ин? Тери достаточно хорошо знала любимую сестренку. Если начать канючить, то ей это быстро надоест; так произошло и сейчас. Не выдержав, Лиана остановилась и холодным тоном произнесла: — Тебя выгнали из академии Ба Лин! — Ах, это? — Тери удивленно уставилась на Лину. — Да ладно, они там все равно ничему толковому не учили... — Но тебя не возьмут ни в одну гильдию! — от беспечного выражения лица старшей сестры Лиана только сильнее злилась. — Никто не даст тебе работу! На что мы будем жить?! Мы и так на грани, разве пособие для военных лекарей не дают только членам академии?! И что теперь?! Внезапно до Тери дошло. Несмотря на то, что Лиана была младше ее на восемь лет, она уже не была ребенком. После смерти матери она всерьез задумалась над тем, как и на что существовать дальше. На отца у нее никогда не было надежды: она разделяла с мамой общую точку зрения о том, что он не слишком-то серьезно ко всему относится. Вот только если мама говорила об этом с любовью и легким подтруниванием, то Лиана принимала все за чистую монету. Тери на секунду сникла, опустив плечи, но вдруг резко дала себе ни черта не фигуральную пощечину, отчего ее младшая сестренка едва не подскочила на месте, и посмотрела родственнице в глаза. — Лина... я знаю, что вряд ли вызываю доверие, — сказала она серьезно, заставив широко распахнуться такие же, как у нее самой, лимонно-зеленые глаза напротив. — И все же в скором времени попрошу тебя доверять мне, что бы ни случилось. Просто... верь. Опять. Тери не смогла. Лина не ребенок, ей нужно знать, что их ожидает… Но старшая из сестер арсури не знала, как подобрать слова, и могла пока что сказать только это. Однажды она ей все расскажет. Однажды. Время еще есть. Лина недоуменно склонила голову набок, сосредоточенно уставившись сверху вниз на старшую сестру. «Серьезно» разговаривала Тери при ней лишь однажды, после смерти матери, когда сестра обещала двоюродной тетке, что позаботится о Лине. Еще она помнила рассказ отца, в котором он описывал свое удивление от тона, которым еще в детстве Тери твердо заявила о том, что хочет спасать мис и что будет лекарем и никем иным. — Почему ты... — неуверенно начала Лина. — Тери, Лиана! Нашел вас! Живо за мной! — Лину прервал какой-то отдаленно ей знакомый голос, доносившийся из-за угла здания. Внезапно Тери быстро схватила ее за руку и потащила в сторону. — Сто-! Что происходит? — младшая арсури ничего не понимала. Вечер сменялся сумерками, стремительно темнело, лес оживал в предночных тенях. Они шли пригородом, окольными путями, высокой травой, лесом, а позади, в городе, были слышны крики, где-то можно было увидеть свет пожарищ. В городе была паника, наступил настоящий хаос. Лина испуганно озиралась по сторонам, но Тери крепко держала ее за руку и шла ровной уверенной походкой. Когда солнце село, они дошли до одной из пещер в лесу, взрытой огромными корнями деревьев и усыпанной не менее огромными валунами. Вход был извилист, глубины пещеры не было видно из-за крупного камня, но у входа сидел, прислонившись к скальной поверхности, арсури в возрасте. — Дядя Женн! — Тери подбежала к нему, как только увидела; Лина же, не веря своим глазам, произнесла лишь: — Дя...дя? — всё это время она считала, что их любимого дяди больше нет. — Ты ранен! — не успела Тери порадоваться их воссоединению, как тут же включился мастер своего дела. Девушка быстро осмотрела рану. Та выглядела ужасно: загноившаяся вспоротая нижняя часть живота. — Почему об этом никто не позаботился?! — она начала доставать инструменты из своей огромной сумки, однако Женн усилием отнял ее руку. — Тери. Тери! — он слегка тряхнул зеленовласку за плечо. — Оставь, — ему пришлось немного сжать ладонь Тери, и только когда она наконец посмотрела ему в лицо, продолжил: — Я привел хвост. Тери словно выбили почву из-под ног. Пока она лихорадочно соображала, что делать дальше, и пыталась унять дрожь в руках, все еще надеясь разобраться со злополучной раной, за спиной послышались шаркающие шаги. Растерянная, испуганная, удивлённая и плачущая во все глаза Лина, трясясь как осиновый лист на ветру, подошла к ним. — Дядя! — она рухнула на колени рядом с Тери и Женном. Слабый, но все такой же ласковый, как и раньше в ее воспоминаниях, Женн погладил Лину по голове и приобнял Тери. — Ну-ну, мои хорошие. Вы соскучились? — он чмокнул младшую сестренку в красивые ровные волосы. — Я тоже. Лина полностью отдалась на волю слезам, а Тери железной хваткой внутренне сжала собственное горло, лишь бы не сорваться в истерику… Что сейчас происходит в городе? Неужели Ба Лин действительно начали захват власти — так радикально и неожиданно? Какие еще гильдии в итоге присоединились к ним, ведь многие попросту не выразили своего отношения к конфликту? В безопасности ли ее друзья из академии, пусть она и успела познакомиться с ними всего лишь пару дней назад? Один из двух ее нынешних приятелей состоит в торговой гильдии с востока, не попал ли он под жернова обострившейся ситуации? А девушка из кузнечной гильдии? И Карен. Опять эта проклятая Карен! Какая роль уготована ей в нынешней потасовке? Тери что есть сил сдерживалась, чтобы не закричать прямо в объятиях раненого дяди... Если бы можно было, она бы, вероятно, бросила все и отправилась искать свою самую близкую подругу. Самую важную девушку в своей жизни. Даже возможно бросила бы дядю, ведь как опытный лекарь уже понимала, что сделать-то скорее всего ничего не успеет. Но на руках у нее — младшая сестра, а впереди — мрачное будущее. — Дядя, и все же тебе нельзя так оставаться, — сказала наконец Тери, взяв себя в руки и отстранившись. — Тери, слушай меня, — он положил руки сестрам на плечи. — Вероятно, на город уже напали, у нас не так много времени. — Что? — Лина наконец очнулась, вспомнила увиденное и услышанное по дороге, но она просто не могла поверить. — О чем? О чем вы говорите?! Женн напряженно посмотрел на Лиану, затем перевел взгляд на старшую сестру. — Ты ничего ей не сказала? — как мог мягко спросил он Тери. — Почему? — Я... — старшей сестре стало неудобно. Она давно пыталась найти время и подобрать слова, но каждый раз откладывала этот разговор. Каждый раз она думала, что хотя бы Лина должна жить, не зная забот. — Лина, я потом всё объясню... — наконец выдала она и вновь обратилась к дяде уже более собранно: — Ты узнал, кто они? Женн поморщился. Видно было, что ситуация ему не нравилась, но они спешили. — Нечисть, — сказал он бесцветным голосом. — Порождения тьмы, что пришли с южного континента. Они питаются живыми, их магия нам не знакома, а всех их способностей никто не знает. Но я нашел записи о тех, кто, кажется, знает, как с ними бороться, — с этими словами арсури достал из сумки рядом потрепанную книгу в простом кожаном переплете с пожелтевшими страницами и протянул ее Тери. — Дехайян? — она тут же заглянула в книгу и обрадовалась тому, что знала этот язык. — Ты знаешь его письменность? — Вроде того, справлюсь, — Тери сдерживала улыбку. Она любила новые книги и, чтобы иметь возможность их читать, самостоятельно учила любой язык, до которого только могла добраться. Благо, ей давалось это очень легко. Из глубины пещеры послышались крики, свист стрел и звон клинков. Спустя мгновение оттуда донесся до боли знакомый Тери голос: — Ты наверняка где-то здесь! Быть не может, чтобы ты не пришла повидаться со своей семьей! Липкий ужас сковал все естество Тери. Один из арсури в потрепанной одежде выбежал из пещеры и подбежал к дяде. — Женн! Нас нашли, — он говорил что-то еще. Кажется, их дядя собрал отряд, чтобы задержать магов Ба Лин, давая остальным время убежать. «Карен?» Из оцепенения Тери вывел крик дяди: — Уходите из города, живо! — он поднялся, опираясь на скальную стену, придерживая рану рукой. — Мы их задержим. — Что?! Дядя, но ты же ранен! — в отчаянии кричала Лина. Только она узнала, что дядя жив, как вдруг снова они уходят, обрекая его на смерть... Тери молча, почти не выходя из оцепенения, взяла плачущую Лину за руку и потянула за собой. Они стремительно удалялись от пещеры, Женн с остальными скрылся в проходе пещеры за валуном, затем вовсе густой лес скрыл из поля зрения и саму пещеру. Еще бесконечно долго бежали они сквозь крупные тропические деревья без остановки, но Лина все так же роняла слезы. Наконец они остановились у небольшого по меркам этого леса, ничем не примечательного дерева. Лина хватала ртом воздух, пытаясь отдышаться. Ее старшая сестра убрала траву с корней у подножия дерева и обнажила гладкий камень, спрятанный за ней. Откинув его, она открыла небольшой деревянный сундучок и начала доставать оттуда сумки и какие-то вещи. Лина обреченно наблюдала за действиями старшей сестры. Обычно она пыталась держать себя элегантно, взросло и достойно, подражая матери, не позволяла «лишних» всплесков чувств. Однако сейчас она, оглядываясь вокруг, видя горящие деревья, слыша крики, запах дыма за спиной и понимая, что ее привычный уклад меняется по щелчку пальцев, что они покидают город, в котором была вся ее жизнь, что никто ей об этом не сказал, просто плакала и пыталась уцепиться хоть за что-то знакомое. — Лук! — она шмыгнула носом. — Мамин лук! — Да здесь он, здесь! — Тери сунула руку в тайник и ловко выудила оттуда красивый резной узорчатый лук со встроенными украшениями из драгоценностей и не менее привлекательный колчан со стрелами. Она быстро отдала его Лине, другой рукой уже доставая следующую вещь. — Я думала, что потеряла его где-то дома... — увидев лук, младшая арсури немного успокоилась и только сейчас заметила, что Тери тоже плачет. Закончив с приготовлениями, Тери нацепила сумку, отдала небольшой рюкзачок сестре, взглянула на тёмный лес впереди, утерла слезы и коротко произнесла: — Идем. Она сделала шаг, заметила, что Лина не двигается, раздраженно обернулась к ней и увидела, что та застыла на месте с выражением невыразимого ужаса на лице, смотря куда-то в сторону города. — Тери, там... — девушка проследила за ее взглядом. Огромное дерево, на котором располагалась большая часть всех зданий и являвшееся, по сути, центром города, было окутано черной мглой. Часть вечнозеленых деревьев пожелтела, их листья облетели и теперь кружили в воздухе; был слышен запах горелого дерева, сладкой плесени и железной крови. «Их магия нам не знакома» — тут же вспомнила Тери слова дяди. — Уходим! — надрывно дернулась Тери. Лину не пришлось уговаривать дважды: подхлестываемые скрипящим изнутри, непознаваемым интуитивным ужасом, они рванули прочь от этого места. Так началось путешествие двух сестер арсури.