Руины Древних Земель: Угасающее Пламя

Спустя несколько месяцев Тери и Лиана были у границы между Йостре и Элейн. Поначалу они шли быстро, то и дело спасаясь от преследования. Однако после того, как они пересекли границу Арсури, погони прекратились, и они позволили себе немного расслабиться. Тем не менее им не стоило показываться местным: у них не было необходимой магической печати, которую выдавали международным гильдиям. Проще говоря, границу они пересекли незаконно. Они избегали больших городов, ночевали изредка в захудалых гостиницах, предварительно поплотнее закутавшись в плащи почти до самого носа, но гораздо чаще — просто в лесу, в палатках. Так же было и этим морозным утром. Климат в Йостре был сильно холоднее по сравнению с арсурийским: несмотря на то, что старшая из арсури взяла с собой достаточно вещей, все они годились разве что на осень в этих краях. Начались первые заморозки. Тери, проснувшаяся часом ранее от холода, ежилась у наполовину остывших углей (они никогда не разводили костер надолго, опасаясь быть замеченными), задумчиво рассматривала свой красный амулет цветов ликориса — или, как его называли на дехайян, «красной паутины» — и ждала, пока ее младшая сестра проснется, чтобы наконец позавтракать. Она провела пальцем по маленькой гранатовой крапинке. «Почему она была там? На той стороне?» Мысли, как сметана, текли бледной жирной массой в ее голове. Вопросов было больше, чем ответов, и главный из них так и остался не разрешен: как ее вытащить? Они должны были искать эту легендарную гильдию Дрёсмэ, название которой упомянуто в книге, что передал ей дядя вместе с письмом от отца; а значит, им стоило идти в страны союза Атмэ: в Элейн, в Зи’иму или в Азаяк (там относились дружественно к великому Дому). Кроме того, это самое письмо от отца было отправлено из Азаяк, а значит, при случае можно было бы попытаться найти и потерянного родственника; потому логичным представлялось двигаться к границе Элейн, откуда был выход в это королевство. Проблема была в том, что на пути лежало поле сражения с марийцами, точнее — с марами, как их называли в книге. Был еще один путь — переход через горы, и не понятно, что из этого было опаснее… Но так или иначе Карен они оставили позади. В очередной раз заплутав в своих мыслях, Тери тяжело вздохнула. Взгляд ее немного смягчился, когда она увидела, как сладко спит ее любимая младшая сестренка, закутанная во все одежды, которые только были у них с собой. Она легко, насколько могла аккуратно, погладила ее по голове. «Прости». Лина поморщилась, как маленький котенок, лениво открыла глаза. — Ой, прости... — Тери тут же отдернула руку, испугавшись, что разбудила сестру, но Лина уже поднималась. — Нет, ничего... Уже пора вставать, — она потянулась, схватила свой походный рюкзак и принялась приводить себя в порядок. Умывшись и наведя необходимую красоту (Лиана — минимальную, ограничившись вычесыванием волос, а Тери, как всегда, — максимальную, нанеся макияж и обновив краску на волосах), они позавтракали картофелинами, запеченными на углях со вчера. Пока что это была последняя еда, которая у них осталась. Остальное перед переходом — либо через горы, либо через границу — им предстояло запасти в ближайшей деревне. Правда, денег оставалось немного... Тери начала грызть тишина. Уже столько дней они вместе идут куда глаза глядят, без плана дальнейших действий, не представляя, что ждет их впереди, а Лиана даже не задала ни одного вопроса и как будто бы и вовсе избегала говорить на эту тему. Пусть для Тери пускаться в авантюры было всегда в порядке вещей, но младшая сестра обыкновенно ругала ее за безрассудность и горячность, пытаясь вразумить или же остановить. А тут она молчит уже который день, и старшей арсури оставалось только гадать, что творится в душе ее младшей сестрёнки. — Лина, — позвала она мягко, даже жалобно, — прости. Знаешь, еще там, в Иссем Ка... Я не хотела тебя тревожить и все откладывала. Так и не рассказала ничего, пока не началось, — скомкано произнесла она. В ответ Лиана только мотнула головой, обнажая красивый изгиб шеи, да пожала плечами. — Я не сержусь, — равнодушно сказала она. — Правда? — не поверив, откликнулась Тери. — Правда. Сначала сердилась, — Лиана мягко улыбнулась. — А потом оказалось, что даже в таких условиях, когда за нами гонятся, когда нечего есть и негде помыться, ты умудряешься красить волосы, губы, подводить глаза и добывать для всего этого ингредиенты, — она с усмешкой покачала головой, а ее старшая сестра каменела при каждом слове. — Нет, злиться на тебя все равно что время терять. — Эм... — «И что это должно значить?» — подумала Тери, но произнесла другое: — Хах, ну что ж... Главное, что ты не в обиде, — пробормотала она, опуская розовые пышные ресницы, и задумалась о том, что, может быть, младшей арсури и вовсе не интересно, куда они там идут и что собираются делать. — Я рада, — искренне призналась она и, увидев, что все съедено и все сказано, спросила: — Пойдем? Лиана кивнула, элегантно утирая платком уголки губ, и Тери с легким сердцем начала собираться.

***

Спустя пару часов пути солнце проступило сквозь стройные хвойные деревья. Через верхушки уже были видны скалы: они подходили к нужному месту. Лина, как воин в их паре, шла впереди, прокладывая дорогу сквозь неглубокий снег; Тери следовала за ней, отставая на пару шагов. Когда, мелькая сквозь ветви, мягкий танцующий свет достиг Тери, ей невольно захотелось обернуться и подставить личико под лучи солнца. Как только она это сделала… «Подсолнух». Тери оцепенело смотрела на подсолнух, растущий прямо из снега. «Так, — подумала она, — я определенно вижу подсолнух. Уже идет вторая половина осени, лежит снег, мы в, мать его, хвойном лесу, а я определенно вижу подсолнух. Я схожу с ума?» В нескольких шагах Лиана, ушедшая вперед, обернулась и шепнула старшей сестре: — Тери, сюда! Там кто-то есть, — она уже стояла с луком на изготовку. Где-то вдалеке, среди деревьев, угадывалось чье-то движение. Тери поспешила к младшей сестре, но на ходу не удержалась и бросила еще раз взгляд на то удивительное явление в лучах рассветного солнца. Однако на сей раз на месте подсолнуха было пусто — там просто лежала кучка снега. «А?» Тери догнала сестру. Младшая арсури загораживала ее собой, стрела была вложена в лук, она готова была выстрелить при малейшем проявлении опасности. В лесу стало шумно, оттуда доносились крики; одна фраза даже долетела до их тонкого, характерного для арсури, слуха. — Он не мог уйти далеко! — пронесся басовитый мужской голос. Речь была на языке Йостре, и из двоих сестер определить это могла только Тери. А в кустах прямо перед ними заметалась тень. Крупный йостре в доспехах армии резко выбежал из кустов. Лина тотчас же пустила стрелу, но та не достигла своей цели, с характерным стуком врезавшись в дерево. Девушка взяла новую и прицелилась. Мужчина же, ловко маневрируя между деревьями, служившими ему укрытием, избежал каждой из стрел, которые выпускала по очереди младшая из сестер, и приближался к ним с огромной скоростью. В который раз Лина не подгадала время: когда она полезла в колчан, а йостре в пару прыжков сократил расстояние между последним деревом и сестрами, вознеся огромный меч над их головами. Тери достала маленький кинжал и встала перед младшей сестрой, выйдя из-за ее спины и загораживая собой, направляя клинок на йостре, готовая ко всему… — Ма…? — меч, вместо того чтобы разрубить ей плечо, опустился рядом с Тери, а крупный светловолосый парень стоял, как рыба, с открытым ртом и издавал этот непонятный звук. — Че блять? — не удержалась от нервного комментария Тери. — Здесь следы! — послышалось с той стороны, откуда пришел йостре. — Да здесь тоже следы, тут дорога, идиот! — крики не стихали, то приближаясь, то удаляясь от странной троицы. Светловолосый мужчина схватил Тери за руку, но не резко, а плавно и аккуратно (что не ускользнуло от внимания старшей арсури), и потащил в другую сторону. Лина успела выкрикнуть тихонькое «эй» и не придумала ничего лучше, кроме как броситься следом. Спустя пару мгновений они оказались в тени кустов, окруженные буреломом. Мужчина вслушивался в окружающие звуки, не отпуская руки Тери, а младшая сестра пристроилась рядом. — Поч... — хотела спросить зеленовласка, — мпхпхпх. Рот ее был зажат сильной рукою, а чуть выше, на плече парня, она заметила кровь, пробивающуюся сквозь наплечник. Лина решила не выдавать их присутствия, имея в виду сестру в заложниках. Мимо кустов пробежали несколько йостре в доспехах, отличных от тех, что были на парне. Кажется, это была форма имперской гвардии, насколько могла судить младшая арсури по смутным воспоминаниям из академии. Когда все успокоилось и искавшие его (предположительно) гвардейцы ушли, мужчина разжал руку, освобождая Тери, и облегченно выдохнул. — Извини, я... — начал он по-йострийски. — ...ранен, — закончила за него кудрявая арсури-лекарь. Не говоря ни слова, Тери тут же начала копаться в сумке, а затем быстро достала инструменты и мази. — Чего расселся? — спросила она тоже по-йострийски. — Снимай доспех. Сестра и незнакомый мужчина смотрели на нее с недоумением, хоть и по разным причинам. Лина — потому что плохо знала язык; йостре же... — Но... Эм, может быть, вам сперва одеться? — теперь настал черёд Тери удивляться. Юноша, сначала издали показавшийся ей старше, тем временем оглядел обеих сестер: отметил про себя, что их одежда была потрепанной. У более рослой арсури она была лучше, но для здешних холодов это никуда не годилось. Он обратился к Лиане, сочтя ее за старшую: — Выглядите неважно. Младшая арсури тупо уставилась на него, затем медленно перевела вопросительный взгляд на Тери. — Сначала рана, потом все остальное, — безапелляционно заявила та. Парень больше не стал возражать. Когда с повязкой было покончено, светловолосый воин отдал им свои одежды. Начались переодевания, во время которых Тери завела неспешный светский диалог. Выяснилось, что парня звали Солан, и он оказался довольно вежливым и обходительным молодым мис. А прямо сейчас он закапывал металлические доспехи в землю. — Право, это слишком, — сказала Тери, осматривая свою новую, не по размеру, висящую пластами, но зато теплую одежду. — Ну что вы, — ответил Солан с улыбкой. — Вы не только не выдали меня гвардии, но и обработали мне рану. Все хорошо? — он осмотрел выданную одежду на Тери и Лиане и тут же проворчал: — Все же слишком велико... — он повернулся к старшей арсури: — особенно для младшей... — Я старшая, — ответила Тери, пристраивая ремень, чтобы одежда хоть как-то на нем держалась. — Ой, простите! — парень тут же начал извиняться. Тери не любила излишнюю вежливость и поспешила перевести тему. — Так часто бывает. Почему они гнались за тобой? — она посмотрела на него снизу вверх: разница в росте была катастрофической. — Ты не похож на того, у кого проблемы с законом. Было заметно, как Солан замешкался. Вопрос явно был ему неприятен, но Тери не хотела подставляться под удар. Еще не хватало, чтобы их обокрал какой-нибудь пройдоха… — Дай угадаю, — старшая сестра, не дождавшись ответа, решила избрать другую тактику. — Дезертир? И по изменившемуся выражению лица собеседника поняла, что попала в точку. Солан удивлённо глянул на нее. — Эм… но как вы? Вы не отсюда... — начал он неуверенно. — Ну, неподалеку война с... кхм, марийцами, — она не решилась произнести «марами». — На тебе армейское знамя, за тобой гонится гвардия и все такое, — она развела руками, словно речь шла о каких-то пустяках. Хотя для Тери все так и было — она считала, что если он не вор и не убийца, то ей в общем-то не о чем волноваться. Лина едва ли понимала хоть слово и от нечего делать глядела по сторонам да прислушивалась к окружающим звукам. — Там город, — сказала она, указав в каком-то направлении. — Нам нужно купить еды. Тери, двинувшись, как деревянная, полезла в кошель и высыпала из него на ладонь все, что там было: щепку и самую мелкую арсурийскую монету, которая в этих краях все равно была бы бесполезна. — А, ну... Да-да, — скептически произнесла она. Солан, увидев это, просто подошел и вложил в руку Тери крупную йострийскую монету — флекер. — А? — Тери неверяще глянула на него. — Ты даже не знаешь на что... — она пыталась протестовать. С Линой они продолжали говорить на арсурийском, и едва ли Солан понимал, о чем был их диалог только что. — И вообще, мы знакомы час с четвертью, от силы? — М-неважно, — мягко ответил он. — Мне теперь в поселения путь заказан. Тери пришла на ум идея. Видя, что Лина скучает, она отправила ее в город за едой, а сама немного пообщалась с Соланом. Как выяснилось, он был родом с самого севера Йостре, из небольшой общины, проживающей далеко в горах. Когда Лиана вернулась, они втроем сели есть, немного отойдя в укромный лес. — Куда теперь направишься? — спросила Тери, уминая все еще теплую булочку с мясом. — Пойду домой, в горный массив Элькаса, — отвечал Солан. — Далеко… Не думала, что там живут йостре. Соседство-то лихое. — Хах, нет, — парень мягко улыбнулся, понимая, о чем подумала арсури. — Амангов там встретить не так просто: их мало. Хотя нас тоже — всего три семьи. Живем по своим правилам. — Неужели вы потомки ушедших после восстания Азарии? — Тери все продолжала задавать вопросы. Ей всегда нравилось узнавать что-то новое о мире, в котором она живет. — А, да. Я помню, что-то такое мне говорили, но это было давно. А что насчет вас? Куда направляетесь? Тери задумалась. — Нам бы в союз Атмэ. Не особо важно куда, но до Элейн тут рукой подать, насколько я понимаю? — Это так, но... Там, — он указал в сторону скал, — на границе идет война Йостре с Элейн. Мы ведь в союзе с Арсури, неужели вы тоже не в курсе? — Что?! — Тери была в замешательстве. Солан продолжал: — Да, хмм. Так что, я думаю, вы там не пройдете. Тери потребовалось немного времени, чтобы переварить услышанное. Да, это было логично: ведь мары, точнее их войска, находились южнее. Если так подумать, откуда им было взяться у границы Элейн? Но благодаря письму отца, да и вообще всему, что рассказывали им в Иссем Ка, она была точно уверена, что на границе с Йостре идет война с марийцами. И почему-то, вопреки своей проницательности, даже не потрудилась сложить два и два. А ведь ей писал оттуда отец, и хотя он шифровал свои послания и, вероятно, многое недоговаривал, все же пропустить такое... — Черт, это что, серьезно? — спросила она еще раз Солана. Тот скептически усмехнулся. — М-да... Представь мое удивление: я об этом узнал на поле боя, — и, склонив голову, добавил: — Пару часов назад. Тери перевела все это Лине. С этой новой информацией их планы неизбежно менялись. Одно дело — обойти поле боя и нелегально пересечь границу, и совсем другое — прийти на территорию королевства, с которым воюешь. Да их же там в первый день повесят! — И что будем делать? — спросила младшая арсури у Тери. — Скала тянется далеко, не в горы же нам лезть... — она подняла задумчивый взгляд в обрамлении темно-зеленых ресниц на серые верхушки скал. Тери была с нею солидарна. Идти по лесу — это еще куда ни шло, но она была категорически против горного похода. Нет, нет и нет! Солан не понимал их обсуждения дословно, но очень легко мог представить, о чем они говорили. Немного подумав и приняв какое-то решение, он спросил: — Может, пойдем вместе? Тери вопросительно посмотрела на йостре. Он продолжил: — Я знаю местные дороги, а мой путь все равно лежит на север. Обойдете горный массив с другой стороны, выйдете в Зи’иму. Это будет дольше, но... — он развел руками. — А там и сориентируетесь, стоит вам идти в Элейн или нет. Тери вновь задумалась. Этот путь действительно занял бы больше времени. Но надо понимать: они — две хрупкие девушки. Тери сведуща во врачевании и, вероятно, могла бы разобраться с клинками, если бы захотела. Лиана — лучник, но очень плохой. Она, конечно, получила все свои оценки «отлично» в академии А Лу, но ни разу не попала в Солана с близкого расстояния в реальном бою. Если бы он на самом деле не был настроен дружественно, это бы закончилось очень печально. Его компания была бы очень кстати в любом случае. — Хотелось бы до Азаяк, но... — протянула Тери. — Раз так, делать нечего. Пойдем вместе. В итоге трое мис двинулись на северо-восток.

***

А мир тем временем менялся. Города арсури, витиеватые, полные домов с лазурными крышами, пахнущие морем и лесом, утопали во тьме. С наступлением сумерек тени становились чернее, бездоннее, поглощали все, до чего могли дотянуться, обретали невиданную форму, железный запах, вырастали на глазах и начинали говорить. Любой свет гас, попадая в их лапы. Постепенно мрак заволок все, что только можно было представить взору, и тогда Дарроу резко вдохнула и проснулась. Она тяжело дышала, по лбу струился холодный пот. Девушка бросила пустой взгляд в угол комнаты: Эдель, ныне ее соседка, спала. Ее подселили к Дарроу, потому что никто не хотел с ней связываться. Из-за ее покрова комнату невозможно было обогреть — даже сейчас здесь стоял жуткий мороз. Сколько ни просила черноволосая девушка убирать магию на ночь, все без толку: Эдель была так воспитана. Дарроу не хотелось терять времени. Быстро встав и собравшись, она толкнула иней за плечо, бросила ей скудное: «Эдель, просыпайся. Мы уходим», — и вышла на улицу. На улице едва-едва начало светать. Было очень рано, солнце еще не встало, и деревня спала. Первым делом Дарроу зашла к Минёро. — Мы уходим, — сказала она заспанному лангу. — Встречаемся через час у моста. — Не дожидаясь ответа, она ушла. Помятый и ничего не соображающий юноша только и успел, что уже в пустоту ответить: — Стой, но мы ведь собирались позже, когда снег отступит? Но девушки уже и след простыл. Дарроу нужно было сделать еще пару вещей. Во-первых, попрощаться и поблагодарить Акамая; во-вторых — найти Шие. С первой задачей она справилась быстро: как выяснилось, старик был занят работой и еще даже не ложился. Самым трудным для нее было во время разговора избежать вопросов о перемене планов. Сны могли видеть очень и очень немногие в магическом мире Алардаран, и некоторые мис знали, что это свойство кое-что говорит о родословной сновидца... Найти же Шие было принципиально невозможной задачей. Никто никогда не знал, где пропадает этот непредсказуемый ланг. Дарроу обошла пару возможных мест с красивыми деревьями, отличными пейзажами и, не обнаружив его там, в итоге вернулась в дом, чтобы забрать Эдель и уйти. Иней дома не было. Через несколько минут, полностью готовая к пути и немного раздраженная, черноволосая девушка стояла у назначенного ею же места сбора. Мин подошел еще через пару минут. — Дарроу, что произошло? — тут же спросил он. Юноша уже явно пришел в себя, был бодр и свеж. — Все это как-то внезапно. — Зов, — его собеседница тут же притворно закашлялась, поняв, что от раздражения выдает лишнюю информацию. Светловолосый ланг смотрел на нее вопросительно. — Просто нужно идти. Эдель и Шие куда-то пропали. У тебя нет случаем идей, где их искать? — поспешно решила сменить тему девушка. Но Мин не заметил ничего странного; он вообще будто бы витал в облаках: оглядывал деревню рассеянным взором, будто ища чего-то глазами. — Может, зайдем хотя бы к Тапперу? — спросил он, заглядывая в лицо главе своей новой гильдии. — Зачем? — тупо спросила Дарроу. — Попрощаться... — ланг смущённо опустил взгляд. — Я могу его больше никогда не увидеть. «Ах, он же... Да увидитесь вы еще, ты идешь только до Каратакая!» — подумала черноволосая девушка и раздраженно почесала переносицу. — К тому же, разве тебе не стоило бы с ним попрощаться и поблагодарить? — уже более настойчиво спросил Мин. — Онта тоже стоило бы, но он сейчас в горах. — Эм... С Акамаем я уже попрощалась, — проворчала глава Дрёсмэ. Она думала, что все формальности уже улажены, так что нет смысла делать что-то еще, но, возможно, это действительно было невежливо? — Ладно, пойдем, — заключила Дарроу. — Только ненадолго. Они стояли около большого дома гильдии Зевсег, в котором жил Таппер. Обогнув его сбоку от главного входа, Мин постучался в небольшое окошко со вставкой слюды. Изнутри послышалось недовольное бурчание: Таппер был совсем не утренней птахой. — Мин, ты знаешь, который час? — он выглядел усталым и злым и произнес это еще до того, как показался в проеме. Видимо, друг часто будил его таким образом. — Мы уходим, — выдохнул светловолосый ланг. Выглядел он при этом подавленно и даже как-то жалко. Юноша дрожал, как осиновый лист, смотрел в пол и мял в руках край своей потрепанной рубахи с заплатками. Таппер мгновенно проснулся, едва окинув его взглядом. — Сейчас выйду, — и исчез внутри дома. Глава Зевсег вышел, наскоро одевшись и держа в руке масляную лампу — вокруг все еще было темно. Он прошел мимо двух теперь уже согильдийцев, взял Мина за руку на ходу и повел их к той крытой части зала тренировочной площадки, рядом с которой Дарроу попала в неловкую ситуацию в один из своих первых дней в деревне. Если в этот час нужно было бы найти место, в котором вас никто не услышит, то этот зал подошел бы идеально. Стол был на своем прежнем месте, и Таппер аккуратно поставил на него лампу. Какое-то мгновение он просто стоял так, спиной к ним, думая неизвестно о чем. — Значит, ваше путешествие начинается сегодня? — обратился он к Дарроу, наконец обернувшись и пытаясь держать бодрую улыбку. — Да, так вышло, — ответила девушка. — Что ж, удачной дороги вам. Спасибо за интересные истории и за ценные уроки, — с этими словами он легонько поклонился. — Вам тоже спасибо за гостеприимство, — вежливо ответила Дарроу и тоже склонилась. А ведь действительно, они дали ей кров и пищу; она ни разу не слышала ни одной жалобы на чужака в деревне... Если так подумать, возможно, этим она обязана как раз Онту с Таппером. Мысленно решив, что попрощаться было все-таки хорошим решением, она отступила на шаг назад, чтобы это мог сделать и Минёро. Прошла секунда, другая. Под крышей воцарилась абсолютная тишина. Дарроу стояла в недоумении; она повнимательнее пригляделась к двум лангам. Они явно выглядели не как двое лучших друзей, которые вот-вот расстанутся «навеки». Ни один из них не смотрел на другого, оба будто бы избегали взгляда. Наконец Таппер сделал глубокий вдох. — Мин... — Прости! — лекарь в мгновение сгорбился перед ним в низком поклоне. — Я... Мне надо было сказать это раньше. Глава боевой гильдии замер. Медленно, будто выходя из оцепенения, он потянулся к Мину и погладил его по голове. — Я всегда тебе говорил, — начал он мягким, почти нежным голосом, — вместо того чтобы извиняться в таких ситуациях, лучше подумай, за что ты мог бы сказать «спасибо». Мин выпрямился и наконец посмотрел на Таппера. Вид его был ошарашенным, но в следующий миг он грустно рассмеялся, а на уголках его оранжевых глаз выступили мелкие капельки. — Ты даже сейчас... — он потер глаза запястьем и продолжил уже более уверенно и спокойно: — Спасибо за то, что не перестал быть мне другом и не отвернулся от меня, — он вновь поднял голову. — И Онту передай, когда вернется. — Обязательно! — с яркой улыбкой ответил Таппер. — Ну, идите, вперед! Дарроу с Мином побежали в сторону моста, а бурый ланг замер, неподвижно смотря им вслед. Вдалеке на верхушках снежных холмов показался первый нежный свет солнца. — Дурак ты, — тихо, будто бы про себя, произнес Таппер, — извиняться надо было мне. След друзей окончательно исчез в предрассветной дали.