Часть 2
5 марта 2024 г., 09:00
***
Рейнира Она слышит крики боли королевы, когда зажигает стеклянную свечу своей кровью и шепчет молитву. Вот уже год, с тех пор как она очнулась от того кошмара, и ознакомилась с тайными проходами Мейгора. От тех немногих слуг, которые знали об этом, незаметно избавился сир Харвин Стронг, ее новый Присяжный Щит. С Ларисом Стронгом она разобралась лично. Подстеречь его в темном алькове и столкнуть с крутой лестница не составило труда. Он был еще жив, когда она его проверяла и ей не составило труда разбить его голову о каменный пол. Гораздо сложнее было тащить его тело к одному из входов, ведущих к заливу Черноводной, и позволить волнам унести его. До сих пор лорд Стронг не нашел его тела, сколько бы раз ни посылал своих людей на поиски сына. Возможно, его съели вороны или бродячие собаки. Впрочем, это не имело значения. Когда она не занималась благотворительностью в городе или не помогала отцу руководить Красным замком, она сидела в тайной библиотеке Мейгора и читала книги королевы Висеньи по магии крови. О, сколько всего оставила ей первая королева Вестероса! Существует множество направлений магии, но основополагающим является магия стихий. Писали, что маги Валирии могли управлять четырьмя стихиями: Огнем, Водой, Землей и Воздухом. При строительстве Валирии, древнего и легендарного города Валирийского Фригольда, мастерство и манипуляции с четырьмя стихиями использовались удивительным образом. Валирийские архитекторы и колдуны использовали управляемое пламя, чтобы формировать и ковать здания и инфраструктуру города из камня и металла. Они использовали передовые техники пиромантии, плавя и лепя камень, как глину, что позволяло создавать сложные и внушающие благоговение сооружения с плавными, органичными формами, напоминающими драконов или пламя. Драконий камень — свидетельство их мастерства. Стихия воды использовалась в Валирии для практических целей, таких как ирригация, санитария и транспортировка. Каналы и акведуки были построены для отвода воды из близлежащих рек или водохранилищ, чтобы снабжать жителей города пресной водой для питья, купания и сельскохозяйственных нужд. Магия воды, практикуемая искусными гидромантами, использовалась для контроля и манипулирования потоками воды, обеспечивая ее эффективное распределение по городу. Элемент земли использовался для укрепления фундамента, на котором была построена Валирия. Магия земли использовалась для укрепления и стабилизации фундамента города, защищая его от сейсмической активности и извержений вулканов, характерных для этого региона. Валирийские инженеры использовали передовые техники камнеобработки, каменоломни и каменной кладки, чтобы вырезать городские постройки из пересеченной вулканической местности, окружающей Четырнадцать вулканов. Магия воздуха, которой занимались искусные аэроманты, позволяла манипулировать воздушными потоками, создавать охлаждающие бризы и даже поднимать и перемещать тяжелые предметы с помощью левитации. Она знала, что самые продвинутые маги с прекрасными наставниками тратили годы, чтобы овладеть только одной стихией, и, возможно, она не сможет этого сделать, но она сосредоточилась на стихии, которая больше всего запала ей в душу. Огонь. Еще одно более арканное искусство — магия крови, в которой, как выяснилось, она преуспела. Магия крови — это форма магии, которая предполагает использование крови для выполнения заклинаний или ритуалов. Ее часто считают темной или запретной ветвью магии из-за ее инвазивной и потенциально вредной природы. В свитках говорится, что маги использовали магию крови, чтобы создать первых драконов. Величайшее творение Валирии. Это искусство было потеряно, но все ученые сходились во мнении, что драконы были созданы путем скрещивания огня с крылатыми существами и последующей привязки их к крови Четырехсот семейств. Но самое важное в любом ритуале или жертвоприношении — это намерение. С тех пор как убили ее мать, она никогда еще не была такой мотивированной и целеустремленной. Теперь единственная цель ее существования — заставить страдать тех, кто причинил ей боль и предал. Начиная с ее отца и его королевы-шлюхи. Она достала из сумки золотое яйцо и обернула его вокруг девичьей простыни Алисенты, после чего зажала порез на ладони. Она пролила кровь на яйцо и увидела, как оно зашипело, поднимая в воздух дым. Она читала заклинание, заученное из книги Висеньи, а крики Алисенты на заднем плане становились все громче. Она чувствует, как ее обжигает жар, такой же жаркий, как в тот момент, когда вылупившийся из этого яйца птенец обжег ее, и со всей силы вонзает в яйцо кинжал Висеньи из валирийской стали. Она слышит громкий яростный рев, от которого звенит в ушах, но он исчезает так же быстро, как и появляется. Она ожидала от яйца какого-то сопротивления, но нож вошел легко как в масло. Она развернула простыни, чтобы посмотреть на яйцо, но оно треснуло от легкого прикосновения. Вместо дракона внутри оказалось тело младенца с четко очерченными чертами лица, крошечными пальчиками на руках и ногах, но его кожа была полупрозрачной и фиолетовой, дыхание отсутствовало. Она положила окровавленную руку на пламя и увидела, как рана затягивается сама собой. Когда от раны не осталось и следа, она взяла простыни с яйцом и пошла в конец длинного коридора. Это потребовало от нее усилий, и она уже запыхалась, когда ей удалось открыть потайную дверь, выходящую прямо к обрыву. Она небрежно бросила все это с скалы. Посмотрев вниз, она увидела, что простыни унесло ветром, а маленькое тело разбилось о большой острый валун. — Прощай, Эйгон, Узурпатор! — презрительно фыркнула она и снова с трудом закрыла каменную дверь. Еще труднее было опустить рычаг, запирающий ее изнутри. Отойдя назад, она полюбовалась светящимися глифами на стене, освещающий ей путь. Неудивительно, что Мейгор убил строителей, возводивших их. Здесь столько арканных секретов, что лорды сочтут их неестественными. Она вернулась на прежнее место и повернулась, чтобы погасить свечу еще одной молитвой. Она слышала, как с другого конца комнаты плачет королева, как шепчутся повитухи и помощники. Она открыла потайную задвижку, которая позволит ей увидеть, что происходит внутри. Ее отец уже был рядом с женой, пытаясь утешить ее, но не мог смотреть на младенца у нее на руках. Десница короля шепотом отдавал торопливые приказы Великому мейстеру и акушеркам, он был бледен, а в его глазах читался страх. Он был очень далек от того высокомерного вида, который часто принимал, когда видел ее, с тех пор как успешно продал свою дочь ради короны. Она видела, как дрожат его руки, когда он смотрел на лужу крови вокруг королевы. Усмехнувшись, она снова закрыла засов и пошла привычным путем в свою комнату.***
Она шла не спеша, а сир Харвин маячил у нее за спиной. Она видела испуганные взгляды на лицах слуг. Слухи о выкидыше королевы уже распространились. Она осторожно фыркнула. Они должны были привыкнуть к этому, разве не говорили, что королева Эймма рожает только мертвых детей? Почему в этот раз все должно быть по другому? Последний раз они сожгли младенца ее матери чуть больше года назад. Она увидела, как Великий Мейстер несет ящик через коридор. Он пройдет мимо группы незамужних леди, столпившихся на повороте. Она видит Бетани Хайтауэр, Десмеру Кью, Марис Рован, Ленору Касвелл и своих фрейлин — Анеллу Стронг, Лиарру Карстарк, Аллану Тирелл и Джоанну Вестерлинг, которые шептались между собой. — Леди. — Поприветствовала она их, все они выглядели испуганными, но тут же сделали реверанс. — Принцесса, вы собираетесь встретиться с королевой? — спросила леди Аллана Тирелл. — Я слышала новости, я хотела увидеть своего отца. — Она сказала это с грустью в голосе. Все переглянулись и зашептали свои соболезнования. Она поблагодарила их и сказала, что ей нужно поспешить к королю, и подняла юбку, чтобы поспешно идти, но внезапно появился Великий Мейстер. — Принцесса! — воскликнули девушки. Только сильные и крепкие руки сира Харвина спасли ее, иначе она бы растянулась на полу, как пожилой великий мейстер. — О боги, это чудовище! — Воскликнула леди Аллана и опустилась на колени, читая молитву из священной книги, крепко зажмурил глаза. Она посмотрела вниз, и в нескольких шагах от нее на холодном каменном полу оказался ящик, который нес серая крыса, — мертвые останки младенца королевы. Это был мертвый дракон с детским лицом на звериной морде. Некоторые чешуйки отсутствовали, обнажая открытую, нежную плоть. Крылья — всего лишь зародыши на столь ранней стадии развития — представляют собой не более чем хрупкие перепонки, натянутые между тонкими костями. Все Леди прижались к стене, боясь приблизиться к этому существу. — Это ребенок королевы? — Спросила одна из них. — Говорят, младенцы Мейгора были такими — полу драконьими, полу человеческими, — ответила другая. — Дети королевы Эйммы были не такие! — У этого проклятая кровь! С едва сдерживаемым отвращением помощники собрали остатки дракона, положили его обратно на ящик и поспешили прочь. Великий мейстер принес свои извинения, после чего тоже удалился, но уже более спокойным шагом. Она посмотрела на леди. — Думаю, будет лучше, если вы вернетесь в свои комнаты. — Все они кивнули и поспешили в противоположную сторону от Великого мейстера чтобы, несомненно, распространить информацию о том, что они видели. Она поблагодарила сира Харвина и продолжила свой путь, войдя в единственный вход в крепость Мейгора. После ритуала она вернулась в свою комнату, стерла с тела грязь влажной тряпкой, сменила платье на темно-кроваво-красное и вернулась через туннели в Богорощу, где ее ждал Присяжный Щит. В другой жизни она полюбила бы сира Харвина, и он подарил бы ей трех кареглазых мальчиков, которых она так любила. Трое сыновей «Стронгов», которые стали бы предметом насмешек и презрения всего двора, из-за этого они боялись появляться на людях. На этот раз она этого не допустит. Ни один ребенок, как бы он ни был любим, не должен терпеть жестокость из-за острых языков двора и насмешки Семи Королевств. Теперь он снова стал её защитником. Друг, которому она доверяет, и человек, готовый ради нее на все, в том числе и на то, чтобы запачкать свои руки в крови. Она знает, что он предан ей не ради нее самой, но и потому, что он один из Золотых плащей, которых Деймон обучал и одарил своими золотыми плащами. Даже сейчас, набираясь сил, она полагается на репутацию Деймона. Она понимает, как глупо поступила. Она была принцессой крови, но позволила простой андальской девчонке и ее мерзкому отцу выгнать ее из собственного дома. Она мало что сделала для укрепления своего влияния, всегда утопая в собственном горе и принимая одно необдуманное решение за другим. Даже после того, как она взяла Королевскую Гавань, ее снова прогнали из-за непродуманных решений. Теперь она понимает, что не была готова сесть на Железный трон. Она была лишь немногим лучше своего пьяного брата-насильника-узурпатора. Она напустила на лицо озабоченное выражение, когда увидела отца в коридоре, ведущем в покои Алисенты, и Десницу короля вместе с ним. — Отец, я слышала. — Она сжала его руки. — Мне так жаль. (Ты переживешь еще не одно горе, король Визерис. Тебе больше понравится быть живым трупом.) — Дочь моя, спасибо тебе, дорогая. — Устало произнес он и поцеловал ее в лоб. — Здесь нечего делать, я предлагаю тебе удалиться в свои покои и отдохнуть. — Непременно, отец, но сначала я хочу увидеть Алисенту, — сказала она. Король скривился, в его глазах едва угадывалось отвращение, но кивнул ей. — Убедись, что ты не задержишься… королева… ей нужен отдых. Она согласилась и отправилась в комнату Алисенты, пока ее отец все еще разговаривал с сиром Харвином. Королеву уже переодели в чистое платье для сна. В воздухе все еще витал слабый запах крови, и слуги даже не открыли хотя бы одно окно, чтобы проветрить комнату. Алисента откинулась на гору пуховых подушек, она была бледна, но при виде ее улыбнулась. — О, Алисента, мне так жаль, — сказала она, садясь на стул рядом с кроватью. Королева подняла руку, как бы желая сжать ее руку, но ее рука осталась неподвижной. — У отца разбито сердце. — Алисента опустила руку и посмотрела на свои колени. — Я знаю… Я буду стараться изо всех сил. — Я знаю, что постараешься. Ты всегда была послушной, и я знаю, что в будущем ты подаришь королю идеального сына, а не это… чудовище. — Королева в ужасе посмотрела на нее. Она улыбнулась ей с жалостью. — Я была с фрейлинами, когда Великий Мейстер столкнулся со мной и уронил ящик, в который его положили. Выглядело это ужасно! — Они видели… — Не волнуйтесь, я уверена, что они оставят это при себе, — заверила она ее. Они обе знают, что этого не произойдет. Она знает, что леди Джоанна и леди Аллана будут писать домой своим родителям о том ужасе, что породили чресла королевы. — Тебе просто нужно отдохнуть и набраться сил, чтобы попробовать еще раз. Следующий должен быть идеальным. Алисента кивнула ей, и тут в открытой двери появился сир Харвин. — Принцесса, король посоветовал вам сократить время общения с королевой, — сказал он. Он запнулся, но продолжил. — Он сказал, что не хочет, чтобы вы запятнали себя каким-либо проклятием или колдовством, которые поразили королеву. Она вздохнула и тут же встала. — Надеюсь, ты быстро поправишься, Алисента, — сказала она и поспешила прочь.
