Часть 5
17 марта 2024 г., 09:00
***
Визерис Он налил в кубок еще вина и выпил все сразу. Деймон и Рейнира не давали ему покоя с тех пор, как они вернулись с Драконьего Камня. Вид драконов в Королевской Гавани умерил жажду крови простого народа, и Деймон, часто посещающий город, конечно помог, но он решил втянуть Рейниру в свои приключения! Только прошлой ночью они гуляли в Королевской Гавани и были замечены за блудом в борделе! Рейнира попросила его обвенчать их, и Деймон сделал то же самое. Он не позволит Деймону совратить его дочь! Она его единственный ребенок! Возможно, это единственный ребенок, который у него будет, учитывая, насколько враждебно чрево Алисенты. Три года в браке, а она родила ему только мертвых детей. Двое младенцев умерли, а одного она убила сама, как бы случайно это ни произошло. Если бы только он не позволил ей быть с Хелейной в тот день, его дорогая дочь была бы жива. Совет уговаривал его отпустить ее и жениться снова. Леди Лейна уже достаточно взрослая, она все еще обручена с сыном предыдущего морского владыки Браавоса, а это то, что можно легко отбросить. Она подарит им самого большого дракона в мире и сократит расстояние между Таргариенами и Веларионами. Но любые его дети будут представлять угрозу для Рейниры. Дети Алисенты не будут представлять опасности для ее положения. Она — дочь безземельного рыцаря, второго сына, который ничего не унаследует. Против драконов Хайтауэры — ничто. И Вера не позволит ему отказаться от Хайтауэров. Но если он выдаст Рейниру замуж за другой дом, например, за Ланнистеров, это даст им дракона. Величайшую военную силу в мире. У Веларионов и так больше драконов, чем у правящей семьи, и он не позволит другим Домам снова получить такую власть. — Ваша светлость, однажды вы спросили меня о лучшей подходящей паре для принцессы, и я посоветовал вам обручить ее с сиром Лейнором. — Лорд Стронг серьезно посмотрел на него. — Я по-прежнему считаю, что это лучшая пара. — Он пригласил лорда Стронга, лорда Бисбери и верховного жреца в свои апартаменты, чтобы посоветоваться с ними по поводу сложившейся ситуации. Пока что он слышал разумные советы, совсем не похожие на советы Отто, которые сводились к тому, что он говорил, как не подходит Деймон и как важно найти принцессе достойного мужа. При этом он не назвал ему никаких имен. — Это также устранит пропасть, возникшую между домами Таргариенов и Веларионов с тех пор, как вы выбрали королевой Алисенту Хайтауэр вместо леди Лейны, — сказал лорд Бисбери. — Но ведь принцесса станет Рейнирой Веларион, когда взойдет на трон, не так ли? А ее дети после нее? Через поколение или два с Железного трона будет править дом Веларион, а не дом Таргариен. Он отшатнулся так резко, что пролил свой напиток. — Ни в коем случае! Таргариены выковали Железный трон, и только Таргариены достойны его! Жрец помог ему вытереть пролитое вино и налил еще один кубок. — Мы можем принять указ о том, что принцесса сохранит свою девичью фамилию, а ее наследник примет фамилию Таргариен, как только станет совершеннолетним, — предложил лорд Стронг. — Да, да, да, мы можем это сделать, — сказал он, когда оба лорда кивнули, и помрачнел, увидев, что Верховный жрец почти незаметно покачал головой. Десница и Верховный септон были очень взволнованы, когда Верховный жрец стал частым гостем в крепости. Они напомнили ему, что Вера будет недовольна тем, что язычники могут жить во дворце. Он наказал их и напомнил, что Корона — защитница Веры, как было условлено между Верой и его дедом королем Джейхейрисом, однако это не позволяет им преследовать и принуждать других людей к своей религии. Несколько влиятельных Домов все еще остаются последователями Старых Богов, и он напомнил им, что самое большое королевство все еще поклоняется Богорощам. Они были недовольны, но у них не было другого выхода, кроме как принять его решения, особенно после того, как он лишил Веру больше половины пожертвований от короны и позволил Рейнире использовать их на благотворительные нужды Короны в Городе. — Верховный жрец? Почему ты выглядишь таким обеспокоенным? — спросил он. Старец смущенно посмотрел на него, видимо, не заметив, что тот внимательно наблюдает за ним. — Простите, ваша милость, как вы знаете, Дрифтмарк и Драконий камень находятся всего в нескольких часах плавания на корабле. Наши люди свободно общаются друг с другом, не испытывая никаких трудностей, а поезда с припасами из Дрифтмарка и Ступеней никогда не прерывались. Мы всегда получали новости о войне… — он заколебался, но с трудом заставил себя продолжить. — Самый страшный секрет Дрифтмарка — то, что Лейнор Веларион… влюблен в сира Джоффри Лонмаута. Они живут в одной палатке, делят постель с тех пор, как он начал воевать в Ступенях. Даже сейчас, когда сир Лейнор лежит в Дрифтмарке из-за ранений, сир Джоффри всегда сопровождает его. Лорд Лиман был в ужасе: он человек Веры, и подобные отношения вызывают у него отвращение, в то время как лорд Стронг выглядел озадаченным. — Какое это имеет значение? — Спросил Магистр над Законами, лорд Харренхолла поклонялся Старым Богам, и он более терпим чем те, кто поклоняется Семерым. — Я не очень люблю рыбу, но я съем ее, если она окажется передо мной. — Я знаю, лорд Стронг, — сказал Верховный жрец. — В Валирии не имело значения, любил ли мужчина мужчину или женщина выбирает постель с женщиной. На Востоке мужчина может иметь четырех жен, а женщина — восемь мужей, если захочет, и никто и глазом не моргнет. Но известно, что лорд Лейнор никогда не был с женщиной. Его дядя, Веймонд, привел его в бордель, когда он достиг совершеннолетия, и шлюхи сказали, что он так и не затвердел, даже после того, как она целый час ублажала его своим ртом. Принцессе понадобятся наследники. Готовы ли мы отдать ее в жены тому, кто, возможно, не сможет уложить ее в постель? — Эти разговоры, безусловно, всего лишь отвратительные утверждения! — сказал лорд Лиман. — Что-то, чтобы запятнать репутацию лорда Лейнора! — Это исходит от людей Дрифтмарка, милорд, они никого не любят больше, чем Веларионов, которые сделали их богатыми. Зачем им распускать эти слухи, если это неправда? — спросил Верховный жрец. — Если муж принцессы не сможет уложить ее в постель, ей придется выдержать пристальное внимание двора, и в глазах всех она будет виновата, если не сможет обеспечить себе наследника, — сказал лорд Стронг. Он вздохнул, представив себе дочь, одинокую в своей постели, пока ее муж развлекается со своим рыцарем. Сплетни, которые будут окружать ее, будут невыносимы! — Или, что еще хуже, ей придется обратиться к кому-то другому, чтобы тот подарил ей наследников, и это поставит под вопрос законность ее правления, — сказал Верховный жрец. Он в ужасе посмотрел на него. Что, если Рейнира выберет человека, в котором нет ни капли валирийской крови? Баратеона или, того хуже, Мартелла? Их черты сильны, это обязательно проявится в ее детях, и все будут знать, что они бастарды! — Ваша Светлость, если позволите? У меня есть на примете кое-кто другой, кто будет более выгодным супругом, чем лорд Лейнор, — сказал лорд Стронг, с тоской глядя на него. Желчь начала подниматься у него во рту. У него появилась идея, кого он назовет. — Нет, — просто ответил он. — Ваша светлость… — Нет! Я не отдам Рейниру в жены этому разжигающему вражду извращенцу! — Лорд Стронг прав, Ваша светлость. Все качества, которыми обладает лорд Лейнор, если рассматривать его как будущего короля-консорта, уже есть у принца Деймона, — сказал лорд Бисбери. — Он прав, мой король, — сказал Верховный жрец. — Принц Деймон — валирийский принц, наездник на драконе и ветеран войны. Его любит простой народ, что только укрепит притязания принцессы Рейниры. Он укрепит род Бейлона Таргариена и принесет стабильность Железному трону. — Лорды никогда не примут его на Троне! — воскликнул он. — Но он не будет сидеть на троне, Ваша Светлость, править будет принцесса Рейнира. Репутация принца Деймона даже защитит принцессу от лордов, которые могут недоброжелательно отнестись к присутствию женщины на троне, — ответил Лорд Стронг. — Он попытается править через Рейниру! Он сделает из нее свою марионетку! — сказал он. — Мой король, я начал заседать в Малом Совете еще до того, как вы стали королем. — Лорд Лайман сказал. — Я никогда не видел, чтобы принц пытался манипулировать принцессой. Почти всегда все было наоборот. Разве принцесса Рейнира не задержала его перед дипломатической поездке в Вольные города, потому что хотела, чтобы он научил ее заплетать волосы так, как это делала королева Висенья? Разве не принцесса Рейнира успешно забрала яйцо дракона, украденное принцем, даже после того, как она дразнила чтоб он убил ее, чтобы освободить себе путь к трону? Принцесса, которую я знаю, свирепа и проницательна, она не позволит никому повлиять на себя во вред всем. — Я не собираюсь слушать это! — воскликнул он, стукнув кулаком по столу. — Оставьте меня в покое! Все вы! Все трое мужчин встали и поклонились ему, после чего покинули его покои. Он опустился на свой богато украшенный стул. Деймон совратит его дочь! Не прошло и месяца, как он вернулся, а Рейнира уже испытывает его терпение, ставя под сомнение его решения относительно Деймона. Ему придется защищать дочь от своего вырождающегося брата!***
Двор Красного замка гудел от нетерпения, когда он наблюдал за разворачивающейся внизу сценой с большого балкона. Слуги и стражники с мрачной решимостью, хорошо скрываемым отвращением и едва заметным страхом осторожно укладывали на подстилку хрупкую фигуру великого мейстера Меллоса. Когда-то великий мейстер Меллос был олицетворением мудрости и знаний в королевстве, но теперь его тело окутала пелена отчаяния. На его некогда крепких руках теперь лишь клеймо жестокой хватки неизвестного недуга. Темные чернильные усики отчаяния прокладывали себе путь по его конечностям, превращая плоть в пепел, и неумолимо ползли к сердцу. Все его ученики были поражены тем же недугом и погибли. Все начиналось довольно безобидно — небольшое чернильное пятно на руках, словно отпечаток темного предзнаменования на коже. Но то, что начиналось как простое пятно, вскоре переросло в немыслимые мучения. Все страдальцы жаловались, что им кажется, будто вены горят. Слуги говорили, что чернота ползет вверх, один за другим пальцы превращаются в смолу, пока не отваливаются без сил или не рассыпаются в прах. Когда все мейстеры и ученики заболели, он отправил письмо лорду Росби с просьбой одолжить им собственного мейстера, и лорд с радостью согласился. Они попытались остановить инфекцию, отрубив Меллосу руки, но уже через неделю чернота снова появилась на теле, и ему отрубили конечности по локоть. Мейстер Росби сказал, что такого он еще не видел. Сейчас Меллос уже лишился всех четырех конечностей и едва жив. Мейстер попросил перевести его обратно в Цитадель, чтобы обеспечить должный уход и убедиться, что инфекция не передастся кому-то еще в замке. Опасений на этот счет не было, поскольку, судя по всему, заразились только мейстеры и ученики в Лежбище. «Все, кто прислуживал Алисенте», — раздался в голове предательский голос. Он больше не может закрывать глаза на неудачи королевы. Несмотря на все заверения, он сомневается в выживании следующего ребенка. После того как она родит, ему придется отослать ее в сторону. Возможно, он не сможет сделать это законно из-за Веры, но он не намерен больше посещать ее постель, опасаясь, что какой бы злой недуг ни поразил ее, он может перейти на него. Мейстер от Росби осмотрел его и лишь подтвердил то, что уже сказал ему Меллос. Его болезнь не поддается лечению, все, что они могут сделать, — это купировать боль и симптомы, но через много лет он в конце концов скончается. Он со страхом шепнул ему, что близость с королевой может усугубить его симптомы. Он запретил своей дочери посещать королеву, опасаясь, что проклятие, заложенное в крови Алисенты, передастся и ей. По его приказу Алисенту перевели в комнаты за Септой, чтобы септон мог чаще навещать и благословлять ее, но безрезультатно. Похоже, ее утроба настолько враждебна, что ни один ребенок в ней не выживет. По крайней мере, Эймма подарила ему его любимую Рейниру, она дала ему детей, которые прожили больше года, прежде чем умерли младенческой смертью, но это показывает, что он был способен. Что он способен породить живых детей. Алисента оказалась совершенно бесполезной. Она была бальзамом для его души, когда умерла Эймма, поэтому он без колебаний сделал ее своей женой, но женился он на ней только потому, что ему нужно было больше детей, чтобы укрепить Дом Дракона. А она давала ему лишь мертвого младенца за мертвым младенцем. Он вздохнул, глядя, как телега уносит верного подданного короны все дальше и дальше. Быстрым шагом он вернулся в свои покои, где его ждала горячая ванна. Он поднял голову, услышав смех дочери. Он замедлил шаг, увидев Рейниру, сидящую перед кукольником, выступающим для нее, и Деймона, который беззаботно откинулся в кресле. На столе перед ними лежали лимонные пирожные, нарезанные фрукты, сыр, крекеры и густые сливки. За другим столом сидели дамы Рейниры, тоже наслаждаясь зрелищем. — Кто это? — спросил он. — Принц Деймон сказал, что эта труппа — самые известные кукольники в Эссосе. Он привел их сюда, чтобы утешить принцессу, чтобы она не слишком страдала от того, что случилось в Лежбище, — сказал сир Вестерлинг. Он хмыкнул и наморщил нос. Деймон всегда покупал привязанность Рейниры платьями и драгоценностями, лошадьми, соколами, а теперь еще и шоу. Он делает это только для того, чтобы подорвать его в глазах дочери. Его амбиции всегда были направлены на Трон, и он использует свою дочь, чтобы получить его. Он искупался и отправился молиться к алтарю Балериона, но с удивлением увидел, что Верховный жрец уже там. — Верховный жрец, я рад, что ты здесь, — сказал он. Старший мужчина поклонился ему и произнес слова приветствия. — Верховный жрец, я пришел поговорить с вами о своих опасениях по поводу престолонаследия. Я не думаю, что королева подарит мне живых детей в ближайшее время. Я подумываю отстранить ее от дел, но знаю, что Вера будет недовольна этим, так что единственный способ продолжить мой род — это Рейнира. Моя дочь уже достигла возраста, когда можно выходить замуж. — Вы знаете мою позицию в этом вопросе, мой король, я знаю, что вы не в восторге от этого. — Он скорчил гримасу. Да, снова Деймон! — Если вы позволите, Ваша светлость, я буду говорить откровенно? — Он кивнул ему и приготовился услышать новые похвалы в адрес брата. — Обоим вашим Наследникам необходимо жениться в ближайшее время. Я знаю, что вы, должно быть, утопаете в письмах с просьбами о помолвке для них обоих. Я по-прежнему считаю, что кровь дракона течет густо, и так должно быть и впредь. Веларионы и Сельтигары — валирийцы по происхождению, но только Дом Таргариенов сумел сблизиться с драконами. Даже сир Лейнор и леди Лейна смогли сделать это только потому, что в них течет кровь принцессы Рейнис. Но даже в этом случае их кровь Таргариенов уже слишком разбавлена. Принцесса Рейнис — лишь наполовину Таргариен, а ее дети — и того меньше. Насколько мы уверены, что их дети смогут сблизиться с драконами? Драконы — дикие существа. Они — сила Дома Таргариенов, но что произойдет, когда придет время, когда не останется детей, в которых достаточно крови Таргариенов, чтобы управлять ими? Он в задумчивости посмотрел на череп Балериона. Единственный случай, когда Таргариены женились вне своего Дома и произвели на свет не самых лучших детей, — это Мейгор и он сам. Его передернуло при мысли о том, что он может иметь нечто подобное этому чудовищу, но Верховный жрец прав: если отбросить политику, причина их брака — сохранение магии в их крови и уверенность в том, что они будут иметь детей, которые будут управлять драконами. Он плотно закрыл глаза. Неужели ему придется отдать свою драгоценную дочь своему злобному брату только ради того, чтобы сохранить их Дом? Похоже, этого ему делать не придется, потому что на следующий день из Драконьего Камня прислали ворона, который сообщил, что Деймон и Рейнира поженились по традиции их Дома, которую провел наместник Пантеона Четырнадцати Пламен, а затем провели еще одну церемонию, при свете Семи, на этот раз свидетелями стали все жители Драконьего Камня. Мейстер написал, что доказательство свершения брака получено и что принц и принцесса поручили ему разослать воронов во все Великие и Главные Дома, а не только в Королевскую Гавань. Он никогда не видел Отто таким разгневанным. Тот обвинил их в измене, и ему пришлось сделать тому строгий выговор. Ему следовало знать, что эти двое не примут отказа просто так. Ему следовало отослать Деймона! Десница посоветовал ему лишить Рейниру титула Наследницы, поскольку ее поступок был прямым пренебрежением к его приказу. Он насмехается над этим. Лишить Рейниру титула? И отдать трон Веларионам? Его дед, король Джейхейрис, сделал все, что было в его силах, чтобы Корлис Веларион не сел на Железный трон. Он напомнил Деснице, что Алисенте еще предстоит подарить ему живого ребенка и что тот, кто находится у нее в животе, может оказаться еще одним мертворожденным. Это заставило его замолчать. Лорд Стронг и лорд Бисбери поздравили его и сказали, что, по их мнению, этот союз — лучшее, что они могут получить, если не будут снова ущемлять интересы других Домов. Он вздохнул и поручил мейстеру отправить ворона, приказывающего этим двоим оставаться на Драконьем Камне, пока он не призовет их обратно. Он не может просто так наградить их за прямое неповиновение его приказам. Нескольких месяцев изгнания будет достаточно, чтобы показать им, как он недоволен их эгоистичным решением.
