Отголоски сердца

Лина работала преподавателем в художественной школе, проводя уроки и мастер-классы по рисованию для детей и взрослых. Она увлечённо создавала свои произведения и не переставала удивлять своими творениями. Она верила, что искусство способно вдохновлять, лечить душу и показывать мир в другом свете. Еë страсть к искусству и свободолюбие не знали границ. Каждый день она встречала своих учеников с энтузиазмом и радостью, делясь своими знаниями и опытом. Она умело вдохновляла своих учеников на творчество, помогала им раскрыть свой потенциал и научиться видеть мир в новых цветах. Её уроки были наполнены энергией, вдохновением и любовью к искусству. Лина умела заразить своим энтузиазмом и вдохновить даже самых скептичных учеников. Она помимо технических навыков старалась передать своим ученикам свободу самовыражения, важность чувств и эмоций в искусстве. Среди её учеников были и талантливые дети, и взрослые, которые давно мечтали научиться рисовать. Они с восторгом впитывали новые техники и приёмы, пытаясь воплотить свои фантазии на холсте. Дети с восхищением слушали Лину, увлекаясь её рассказами о живописи и искусстве. Они обожали Лину за её креативный подход к обучению и за её тёплое и доброжелательное отношение. Взрослые ценили её профессионализм, терпение и умение найти подход к каждому ученику. Они тоже не оставались в стороне и с удовольствием погружались в процесс творчества под её наблюдением. Это были люди разных возрастов и профессий, находя в искусстве способ релаксации и самовыражения и открывая для себя новые возможности и таланты. Лина замечала понимание и сближение между своими учениками, которые разделяли её страсть и любовь к искусству. Она была рада видеть, как её ученики раскрываются и растут в творчестве. Она поддерживала каждого в его стремлении к самовыражению, помогала преодолевать творческие затруднения и находить уверенность в своих способностях. Сегодня в художественной школе у Лины прошёл особый урок, который оказался незабываемым для всех. Дети и взрослые совместно работали над проектом, объединив свои усилия и таланты. В их работах отразились не только умения и знания, но и чувства, которые Лина смогла пробудить в них. Когда урок подошёл к концу, все участники почувствовали, что они стали не просто учениками, а настоящей семьёй, где каждый нашёл своё место и поддержку. Лина, сияющая от радости и гордости, поняла, что её миссия — передать искусство и вдохновение другим, сбылась в полной мере. Она увлечением передавала свои знания и навыки рисования своим ученикам, помогая им развить творческий взгляд и найти свой художественный стиль. Дети и взрослые с радостью посещали уроки, вдохновляясь её талантом и страстью к искусству. *** Однажды Лина заметила, что один маленький мальчик, по имени Майкл, был очень застенчив и неуверен в своих способностях. Он приходил на уроки со смещённым взглядом и редко разговаривал с остальными. Лина решила помочь ему раскрыться и найти своё художественное призвание. С каждым уроком Лина постепенно помогала Майклу преодолевать свои страхи и сомнения, вдохновляя его на творчество. С каждой новой работой Майкл становился всё увереннее и выразительнее в своих выражениях. Вскоре он создал потрясающее произведение искусства, которое поразило всех учеников и преподавателей. На следующем выставочном открытии Лина удивлённо обнаружила, что Майкл был главным звёздным участником и все его работы были проданы за несколько минут. Лина с гордостью улыбнулась, понимая, что смогла помочь этому talentful мальчику найти своё место в мире и раскрыть свой потенциал благодаря её урокам. *** Закончив очередной рабочий день, Лина вернулась в свой одинокий дом, расположенный на тихой улице, окружённый пышным зелёным садом. Она проживала в двухэтажном доме, который ей достался в наследство от родителей. В доме было мало свободных комнат, и Лина занимала одну на втором этаже, где находилась её спальня. Проходя мимо зеркала в прихожей, Лина заметила своë отражение и слегка усмехнулась. Она была красивой женщиной с короткими волосами и изящными чертами лица, но в её глазах всегда была тоска и некая грусть. Войдя в светлую гостиную, Лина сбросила с себя усталость и села на удобный диван, глядя в окно на заходящее солнце. Снаружи начало темнеть, и тишина была лишь нарушена пением птиц и шумом лёгкого ветерка. Лина закрыла глаза и вдохнула свежий воздух, пытаясь успокоить своё волнующееся сердце. Она задумалась о своей жизни, о её одиночестве и о том, что может принести будущее. Потом она поднялась на второй этаж и села у окна, смотря на закат, который окрасил небо в красно-оранжевые оттенки. В это мгновение ей стало особенно тяжело быть одной. Её сердце заполнилось чувством непринадлежности и утраты, и Лина задумалась о том, что нужно сделать, чтобы изменить свою жизнь и найти своё место в этом мире. Вдруг зазвонил еë смартфон, прервав спокойствие дома. Лина вынула его и на экране увидела знакомое имя. — Да, Эмили? — Привет, Лина! Надеюсь, я не отвлекаю тебя от важных дел? — Нет. Я только что пришла домой, — ответила та. — Слушай, в центре города в эти выходные пройдёт выставка современного искусства. Может, сходим? Не всё же мне постоянно у тебя зависать, играя на скрипке. Давай разнообразим эти выходные? Я не прочь сходить. Марка на такие мероприятия трудно затащить. Да ты и сама уже знаешь. Лина радостно согласилась: — Хорошо, пойдём. Они ещё немного поговорили, и Лина пошла на кухню, сделала себе ароматный чай и поужинала. Еë мысли плавно перетекли на Эмили. За два прошедших месяца знакомства они быстро сдружились, объединённые любовью к общему искусству и музыки. Лине было приятно проводить выходные в обществе Эмили. Тишина еë дома оживала от звучания скрипки девушки. В такие моменты Лина переставала чувствовать себя одинокой. Присутствие скрипачки в еë жизни скрашивало грустные дни Лины, наполняя их радостью и весельем. *** Каждые выходные Лина слушала нежные звуки скрипки, которые проникали сквозь стены еë дома. Пока художница рисовала картины, Эмили с закрытыми глазами играла прекрасную мелодию. Создавая портрет, Лина слушала еë игру, погружаясь в мир музыки и чувствуя, как каждая нота ласкает еë душу. *** Как-то она услышала звуки скрипки, несколько иные, чем обычно. Она посмотрела на играющую Эмили поражённо. Девушка играла необыкновенно красиво и страстно, словно переносила свои эмоции через музыку. Лина закрыла глаза, погружаясь в мелодию, которая казалась ей знакомой, но в то же время такой новой и неизведанной. Когда музыка затихла, Лина медленно открыла глаза и увидела, что Эмили смотрит на неë с улыбкой. — Это моя новая композиция, — сказала Эмили. — Я написала еë специально для тебя. Ты вдохновляешь меня каждый день, и я хотела подарить тебе часть своего сердца через музыку. Лина была поражена и тронута этим жестом. Она обняла Эмили и сказала: — Спасибо, это самый прекрасный подарок, который мне когда-либо дарили. Ты — настоящий талант, и я действительно счастлива, что мы встретились. С того дня мелодия новой композиции Эмили стала их секретом, который наполнял каждое пространство дома Лины теплотой и любовью. Их дружба только укреплялась с каждым днём, и они знали, что музыка всегда будет их вдохновением и связующим звеном. Каждый раз, когда Лина слышала звуки скрипки, её сердце наполнялось теплом и умиротворением. Между ними сложилась особая связь, которая с каждым днём становилась только сильнее. Лина благодарила судьбу за то, что она встретила Эмили, и надеялась, что их дружба будет длиться долго и будет крепкой, как мелодии, звучащие из скрипки Эмили. *** Однажды, Лина решила пригласить Эмили на вечеринку у своих друзей. Она была уверена, что еë подруга покорит всех присутствующих своим талантом и очарует их своей музыкой. И она не ошиблась. Эмили поразила всех своим мастерством и неподдельной страстью к музыке. Лина стала понимать, что чувства к Эмили становятся не только дружескими, но и чем-то большим. Она начала чувствовать бурные эмоции, о которых даже не догадывалась раньше. *** Сначала Лина не хотела признавать себе этот факт, но с каждым днём она всё больше понимала, что влюбилась. Всё это время Лина наблюдала за Эмили, как она играла на скрипке, как она улыбалась, как её глаза сверкали от страсти к музыке. Она понимала, что не может скрыть свои чувства ни перед собой, ни перед окружающими. С каждым новым днём Лина всё больше убеждалась в том, что Эмили — это её вторая половинка, человек, с которым ей суждено быть вместе. Однако, она боялась признаться в своих чувствах Эмили, ведь не знала, как та отреагирует. Но каждый раз, когда видела её играющей на скрипке или просто улыбающейся, сердце Лины билось сильнее и сильнее. Она не хотела портить свою дружбу с Эмили, которая была для неё так важна. Помимо этого, у неë был парень, Марк, которого она уже видела и о котором скрипачка ей иногда рассказывала. Лина не была уверена, что Эмили может быть гомосексуальной. Никаких внешних признаков к этому девушка не указывала. Лине же никогда не нравились мальчики. Она с детства их терпеть не могла. В школе мальчишки пакостили ей, дразнили или обзывали, поэтому у Лины выработалась неприязнь к ним. Со взрослением эта неприязнь лишь усилилась. Парни, которых она встречала на своём жизненном пути, не нравились ей своей не ухоженностью и грубостью. Они казались ей слишком примитивными и неинтересными. Несмотря на всё это, Лина не могла отрицать свои чувства к Эмили. Она была уверена, что в случае признания своей любви, их дружба разрушится. И она не была готова потерять такого важного человека в своей жизни. С девчонками же ей всегда было комфортно общаться и дружить. Любые девушки, с которыми Лине довелось пересекаться, становились лишь еë подругами, и не более. Все они не выказывали к ней более глубокого интереса, чем просто дружба. Они все были гетеросексуальными, имели парней, а некоторые уже повыходили замуж и обзавелись детьми. Лина же была не такая, как они. С юности ей стало казаться, что еë привлекают девушки, чем парни. Но где найти такую, как она сама? Которая поймёт еë и не осудит? Лина всё больше и больше чувствовала себя одинокой в своих чувствах и желаниях. Она понимала, что её ожидания от любви отличались от общепринятых стандартов, и не знала, как найти ту единственную, которая бы поняла и приняла её такой, какая она есть. Однако, являясь художницей, Лина начала вместо портретов природы и окружающего мира рисовать картины разных девушек, тем самым передавая на холст свои подлинные чувства и эмоции к своему полу. Она надеялась, что эти портреты помогут ей найти вторую половинку еë души. Может, это было глупо с еë стороны, но иного пути она не нашла. Как-то Эмили спросила у неë: — А где ты берёшь этих девушек? Они твои натурщицы? Посмеявшись, Лина ответила ей: — Нет. Они все из моей головы. Я их выдумываю и наношу на холст. — Они выглядят очень живыми! Естественными! — Воскликнула Эмили, рассматривая портреты девушек. — Такое ощущение, что ты списала их с кого-то! Лина отрицательно мотнула головой: — Что ты! Они создаются исключительно моим воображением! Где мне натурщиц взять? Ты хоть знаешь, во сколько мне они обойдутся? Эмили только повела плечами и ничего не ответила. Лина пристально и внимательно наблюдала за реакцией подруги на портреты, стараясь уловить во взгляде Эмили хоть какой-то знак на понимание. Только ничего такого не улавливала. «Возможно, это не она», — думала Лина с тоской в душе, но продолжала сохранять дружескую связь между ними и вести себя так, словно всё в еë жизни нормально. *** Лина вспомнила и тот день, когда нарисовала портрет Эмили, пока та играла на скрипке, создавая свою неповторимую мелодию. Скрипачка выглядела настолько очаровательно и мило, что Лина не удержалась и нарисовала еë портрет. Эмили была красавицей с ангельским лицом и блестящими голубыми глазами. Когда она увидела портрет, нарисованный Линой, то была поражена и некоторое время молча смотрела на холст. Потом её лицо вспыхнуло улыбкой, и она обняла подругу с благодарностью. Эмили не ожидала, что кто-то может нарисовать её так точно и нежно передать её музыкальную энергию. — Спасибо тебе, Лина! Я ещё никогда не видела себя такой красивой! — Воскликнула скрипачка. — Рада, что тебе понравилось! — Отчеканила с улыбкой художница. Она подарила ей этот портрет и Эмили отвезла его домой, повесив на стену в спальне. Ещё тогда Лина подумала: — «Из Эмили вышла бы отличная натурщица, если учесть, что я никогда ещё не рисовала портреты живых людей, а пользовалась лишь своим воображением». Вслух, конечно, Лина не предлагала этого подруге. Было как-то неудобно, что ли. Лина понимала, что далеко не каждая девушка согласиться на портреты более откровенного жанра. Она всегда создавала рисунки только одетых женщин, со схожими пропорциями фигуры, а вот обнажённые натуры у неë не получались. В воображении она хорошо представляла нагую девушку, только нарисовать это на листе никак не удавалось. Получившиеся изображения были какими-то неестественными и искусственными. У Лины не получалось создать определённые части женского голого тела: объём груди, размер сосков, ширину плеч и бёдер; длину всего тела, если картина в полный рост человека. Каждый раз фантазия рисовала ей не то, что хотелось художнице. В конце концов она поняла, что без живой натурщицы ей не обойтись и перестала с этим возиться, рисуя женщин так, как умела. Лина продолжала создавать портреты одетых женщин, придавая им особую изящность и стиль. Её работы всегда вызывали восхищение и восторг у зрителей, но внутри неё всегда оставалось чувство незаконченности. В её сердце проснулось желание создать нечто более глубокое и эмоциональное, что-то, что было бы искренним и истинным. Несмотря на то, что Лина не могла успешно изображать обнажённые тела на бумаге, её работы были всё равно востребованы. Её уникальный стиль и талант заставляли людей восхищаться и хотеть иметь эти портреты от неё. *** Выйдя из воспоминаний, Лина потянулась и проверила свой творческий аккаунт в соцсети, куда выставляла свои шедевры для продажи. Некоторые из картин она продала успешно, а какие-то пока находились на еë странице. Сегодня Лина увидела, что одна из её картин, которая называлась «Магия в лесу», наконец-то была продана. Это было для неё приятным сюрпризом, ведь она вложила в эту работу всю душу и старание. На том портрете она изобразила двух юных девушек-колдуний, которые занимаются волшебством посреди леса. Лина радовалась, что её творчество находит отклик у людей и приносит им радость. Смотря на изображения своих произведений, Лина вспомнила, как она начинала свой творческий путь. Она всегда мечтала стать художником и делиться своими эмоциями и мыслями через краски и кисти. И вот, благодаря соцсетям, эта мечта начала сбываться. *** Однажды Лина решила провести онлайн выставку своих работ и была поражена откликом зрителей. Многие были восторженны её творчеством и выражали желание приобрести те или иные картины. Это было для Лины настоящим признанием её таланта и стимулом для дальнейшего развития. Некоторые из её картин уже находились в частных коллекциях по всему миру, и это было для Лины не только их личным успехом, но и доказательством того, что её искусство действительно ценится. *** Снова вглядевшись в свои работы, Лина почувствовала внутреннюю гордость и вдохновение. Она поняла, что хочет и дальше радовать зрителей своими творениями и продолжать развиваться как художник. Её талант нашёл своё призвание, и Лина была счастлива. Лина увидела, что одна из её последних работ набрала много лайков и комментариев. Она ухмыльнулась, довольная своими достижениями. *** В своё время Лина получила предложение провести выставку своих работ в одной из лучших галерей города. Это был невероятный шанс для неё проявить себя и продать ещё больше картин. Лина радостно согласилась на предложение и начала активно готовиться к выставке. Она работала днём и ночью, не жалея сил, чтобы создать самые потрясающие произведения. Её творчество стало её жизнью, и она была счастлива. На день открытия выставки Лина стояла перед своими работами, чувствуя гордость и удовлетворение. Её картины восхищали посетителей, и несколько из них уже были проданы ещё до начала мероприятия. Лина поняла, что её талант не остался незамеченным, и её мечта стать известным художником начала сбываться. Она благодарила воспоминания и соцсети за то, что они помогли ей найти своё истинное призвание и стать успешным художником. *** Еë внимание привлёк новый комментарий под одной из своих работ. «Прекрасная работа, Лина! Нам нужна такая же картина для нашего нового офиса, можем ли мы заказать у вас?» — гласил комментарий от представителя крупной компании. Лина не могла поверить своему счастью. Это был её первый заказ от большой корпорации, и она была готова взяться за работу немедленно. Она ответила на комментарий, чтобы обсудить детали заказа, и уже через несколько минут получила сообщение с подробностями. Радость Лины была безграничной. Она приступила к созданию новой картины с огромным энтузиазмом, вдохновлённая возможностью стать признанным художником. Внезапно её творческий потенциал расцвёл в полную силу, и каждый новый штрих на холсте напоминал ей о том, как далеко она продвинулась, следуя за своей мечтой. *** Не прошло и недели, как новая картина была завершена. Лина отправила фотографии заказчику, который не смог скрыть своего восторга. «Это просто великолепно! Мы уже не можем дождаться, когда она будет у нас в офисе», — написал представитель компании. Лина была счастлива. Её творческий аккаунт в соцсети стал популярным, её картины покупали не только обычные люди, но и представители крупных компаний. Она поняла, что теперь её мечта стать успешным художником становилась реальностью, и она была готова идти к своей цели с каждым новым штрихом. *** Наступила суббота и Эмили приехала к ней. — Ну что, Лина, ты готова пойти на выставку? — с порога заявила девушка. — Да, конечно, только подожди пару минут! — Лина оставила входную дверь открытой и скрылась в глубине дома. — Скрипку то оставь здесь! Не с собой же еë понесëшь! Эмили прошла в гостиную и положила инструмент на мягкое кресло. В проёме появилась Лина. Сегодня еë короткие волосы были причëсаны, а одежда сияла шиком и блеском, без единого пятнышка, как на еë старом джинсовом комбинезоне. Они направились на городскую выставку современного искусства. — Кстати, а ты видела мою новую картину? Я только недавно закончила её, — спросила Лина, улыбаясь. — Нет, не видела. Покажешь мне её? — заинтересованно спросила Эмили. — Конечно, давай заглянем в мастерскую перед выставкой, — предложила Лина, и они направились к комнате, в которой она творила. Эмили в удивлении замерла, увидев картину. Она была просто потрясающей красоты и олицетворяла всю гениальность Лины. Поднимая глаза с полотна, Эмили уставилась на подругу: — Ты… ты гений! Лина улыбнулась, видя в глазах Эмили восхищение и восторг. Она знала, что одобрение Эмили — это для неё самый большой успех. И они отправились на выставку, счастливые и довольные, зная, что друг у друга всегда найдут поддержку и вдохновение. — Знаешь, Эмили, я так рада, что ты пригласила меня с собой, — сказала Лина, восхищённо оглядываясь вокруг. — Я тоже рада, что ты согласилась, — ответила Эмили с улыбкой. — Я думаю, нам будет очень интересно провести время вместе. На выставке они увидели множество удивительных работ: картины, скульптуры, инсталляции. Каждое произведение вызывало у них новые эмоции и размышления. Они обсуждали и анализировали каждую работу, делились впечатлениями и вдохновляли друг друга. Лина восхищалась каждым произведением, изучая каждую деталь и обсуждая с Эмили их впечатления. По окончании экскурсии они вернулись в дом Лины, полные восторга и вдохновения. — Чай будешь? — предложила подруге Лина. — Давай, — ответила та, проходя на кухню и усаживаясь за стол. Девушки продолжили обсуждать всё, что увидели на выставке. В этот вечер они провели необыкновенно приятное время, понимая, что у них много общих интересов и что они нашли в друг друге настоящую поддержку и вдохновение. Лина рассказывала о своих впечатлениях, а Эмили слушала восторженные рассказы подруги, порой смеясь от еë шуток. Они обсудили планы на воскресенье, и каждая из них чувствовала, что дружба, которая связывает их, только укрепляется с каждым новым днём. *** Каждый раз, приезжая репетировать музыку на скрипке, Эмили ночевала у Лины по выходным, чтобы лишний раз не мотаться домой к Марку. Художница не возражала, а была даже рада этому. Эмили проводила ночи в гостиной художницы на выдвижном кресле-кровати. Скрипачка даже оставила у Лины свою сменную одежду, чтобы не таскать вещи туда-сюда. Пакет с домашней одеждой Эмили всегда лежал в гостиной на комоде, аккуратно сложенный, ожидая свою хозяйку. Эмили постепенно стала чувствовать себя у Лины как дома, что не стеснялась принимать у неë ванную или душ. Лина не возражала. Она даже купила запасную зубную щётку для Эмили, чтобы та не возила свою туда-сюда. Лина одалживала ей свои шампуни и гели для душа, чтобы Эмили не таскала свои туда-сюда. *** Когда Лина впервые предложила Эмили ночевать у неë, за окном шëл град. В тот день погода не заладилась с утра, но это не помешало скрипачке приехать к художнице. Перед уходом девушки из дома Марк предупредил еë: — Эм, кажется, сегодня будет дождь. Оставайся лучше дома. Что тебе тащиться в такую погоду? Эмили поглядела на хмурое небо, сквозь которое с трудом пробивалось солнце. — Я не хочу попусту терять время, дорогой, — мягко сказала она. — Мне нужно начать репетировать. Я ведь тебе здесь мешаю своей скрипкой. А Лина не против того, чтобы я играла у неë. — Это та художница, что ли? — уточнил вопросительно Марк. — Да, та художница. Еë Лина зовут. — Да помню я еë имя! — Марк не забыл ту странную женщину, которая рисовала граффити и стрит-арты на улице. — Куда тебе спешить, Эм? У тебя целая жизнь впереди, чтобы написать свою музыку. Неужели не успеешь? — Жизнь слишком коротка, чтобы всё успеть. Надо ловить момент, пока не ушла идея. — И что я буду делать дома один? Я надеялся провести время с тобой. — Марк подошёл к девушке и приобнял еë плечи. — Не задерживай меня. Можно подумать, я навсегда уезжаю! Я же вернусь! — Она повернулась к нему лицом и улыбнулась. — Ты и без меня найдëшь, чем заняться, я уверена в этом. — Ну, буду выть от скуки, — состроил смешное лицо парень. — Перестань, Марк, — спокойно ответила Эмили. — Ничего страшного не случится. Я вернусь вечером. Ты можешь собраться к своим друзьям, если станет скучно. — В такую погоду? — Парень сморщился. — Нет желания. Я тогда останусь дома в ожидании тебя. Он поцеловал еë на прощание и Эмили поехала к Лине. Позднее начался сильный град. Марк позвонил Эмили на смартфон и она сказала ему, что не приедет и переночует у Лины. Он предложил приехать за ней, так как не хотел проводить ночь в одиночестве, но Эмили отговорила его, сказав, что он может простыть и заболеть и, не приведи Бог, ещё в какую-нибудь аварию попадёт на своём байке. Парню пришлось согласиться и провести ночь одному. Марк остался дома, с измученной улыбкой на лице, наблюдая, как град стучит по окнам. Его мысли были наполнены смешанными чувствами. С одной стороны, ему было обидно, что Эмили не будет проводить вечер с ним. С другой стороны, он понимал, что ей нужно время для саморазвития и творческого процесса. Весь вечер Марк сидел дома, размышляя о своей жизни и о том, как он может сделать её насыщеннее. Он решил, что пора начать новое хобби или заняться спортом. Но чем больше он думал об этом, тем больше он осознавал, что его настоящее увлечение — это Эмили. Марк никогда не сомневался в том, что его чувства к девушке глубоки и искренни. Он часто спрашивал себя, как они оказались вместе, ведь они такие разные. Иногда ему казалось, что их различия могут стать источником проблем, но Марк всегда старался найти взаимопонимание. Он был уверен, что любовь преодолевает все преграды. В то время, как Марк размышлял о своей любви, за окном продолжался сильный град. Ветер лопал по стёклам окон, а дождевые капли создавали ритмичный звук на крыше. Марк смотрел на этот прекрасный, но одновременно тревожный ливень и с удивлением задумался о том, чем бы ему заняться. Внезапно его размышления прервал звонок на смартфоне. Марк понял, что снова звонит Эмили. — Привет, Эми, ты уже домой едешь? — спросил Марк, стараясь звучать спокойно. — Привет, Марк. Я пока у Лины, у нас здесь всё в порядке. Прости, но я не приеду, на улице ужасная погода. И ты лучше оставайся дома и никуда не срывайся. Я переживаю за тебя. Марк почувствовал, что его сердце немного сжалось от обиды. Он неожиданно почувствовал себя одиноким. — Я просто скучаю по тебе, Эми, — прошептал Марк, стараясь сдержать эмоции. — Я тоже скучаю, Марк, но безопасность важнее всего. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня. Обещай мне, что останешься дома и не будешь никуда выходить. Марк, испытывая смешанные чувства, кивнул, понимая, что Эмили права. Он обещал ей остаться дома и защитить себя от непогоды. — Ладно, дорогой. Я знаю, что тебе будет скучно. Постараюсь вернуться как можно скорее. Посмотрим, что там у Лины в планах на вечер. Люблю тебя, Марк. — Люблю тебя тоже, Эми. Будь осторожна и звони мне, если что-то понадобится. Они попрощались, и Марк остался один в своих мыслях. В первый раз он осознал, что нужно научиться быть самостоятельным и справляться со своей собственной компанией. Устроившись на кровати с планшетом в руках, парень включил марафон любимых боевиков, понимая, что вряд ли уснёт до утра. *** Закончив музицирование на скрипке, Эмили положила еë в футляр и размяла плечи и пальцы, снимая с них напряжение и усталость. Оглядев мастерскую, где репетировала свои мелодии, она прошлась по помещению, рассматривая висящие на стенах картины Лины. Еë окружало потрясающее искусство. В каждой картине Лины проникалась энергия и сила, словно они оживали прямо перед глазами Эмили. Каждый цвет, каждая краска воплощала эмоции, которые вызывали неподдельное восхищение в душе молодой скрипачки. Одна из картин в особенности пленяла её внимание. На ней изображался пейзаж в глубоких зелёных тонах, передающих спокойствие и гармонию. Перед ней открывался массивный дуб, которому уже несколько веков, и самая прекрасная жизнь отражалась на его ветвях. Вдали показывалась величественная горная гряда, затерянная в облаках. Эмили всегда завораживало, как художница может суметь передать такую истину и красоту природы на холсте. Она задумалась, как было бы здорово создавать что-то подобное своими музыкальными композициями. Окружённая потрясающим искусством, Эмили глубоко вдохнула аромат свежей краски и продолжала рассматривать картины Лины, которые висели на стенах её студии. Каждая работа была уникальной, отражая интенсивность эмоций и живую силу художественного выражения. Она вспомнила день, когда художница рисовала портрет пустого кресла, возводя палитру и расправляя свои кисти на столе. — Лина, — Эмили подошла к ней с добродушной улыбкой, — очевидно, ты устала от покраски. — О, да, — Лина сделала паузу, посмотрев на свою картину и улыбнувшись Эмили, — это был очень интенсивный день. Я работала над этой картиной днями напролёт. Но знаешь, когда я вижу свои произведения висящими на стенах, они приходят к жизни, словно разговаривают со мной. Эмили наблюдала за Линой, видя, как она так нежно рассуждает о своей творческой работе. В её голосе было что-то магическое, что заставляло Эмили увидеть картину по-новому. — Ты так талантлива, Лина, — промолвила Эмили, наливая им обеим чашечки чая, — твои картины словно живые, они вызывают у меня такие сильные эмоции. Лина улыбнулась и глубоко вздохнула, наслаждаясь теплом чая. — Спасибо, Эмили. Это очень много значит для меня, особенно когда другие люди получают от моего искусства такую же радость, как я сама. Это — настоящее взаимодействие, симфония эмоций и вдохновения. Они сидели в тишине, наслаждаясь моментом, словно мелодия, которой сопровождался этот знакомый и уютный мир искусства. Потом Лина встала и указала на скрипку, лежавшую в футляре. — Что насчёт тебя, Эмили? — спросила она с улыбкой. — Ты ещё готова играть или твой внутренний художник снимает своë напряжение и усталость? Эмили посмотрела на Лину, её глаза засверкали искрами смелости. — Я готова играть ещё одну мелодию, Лина. Давай сделаем нашу симфонию ещё более магической. И так, они продолжили своё творчество вместе — художник, создающий через краски и полотно, и музыкант, создающий через звуки и ноты. Их искусства переплетались в совершенной гармонии, создавая новую историю, которая будет жить в сердцах всех, кто погрузится в их мир волшебства и творчества. *** Эмили вынырнула из воспоминания и обратила внимание на следующую картину, висящую на стене. Это был портрет молодой женщины с грустным, но одновременно прекрасным лицом, наложенным на холст с невероятной техникой. Картина вызывала массу вопросов и восхищения одновременно. Эмили подошла ближе и начала рассматривать портрет вдоль и поперёк. Именно тогда она заметила в портрете нечто необычное, но что, не могла понять. Стоя у окна, она подставляла своё лицо солнечным лучам, словно пытаясь привнести дух свободы и надежды в свою жизнь. Но всё это время в её сердце пребывало ощущение, что чего-то не хватает. Эмили не могла забыть эту картину. Она не могла понять, что именно в ней привлекало её внимание. Было что-то закодированное в той глубокой грусти, что излучала женщина на портрете. Как будто она пыталась выразить огромную скрытую боль, которая заставляла своих зрителей задуматься о смысле жизни. Эмили старалась разгадать тайну этого портрета и наконец поняла, что этот портрет нёс в себе больше, чем ей казалось. Она видела портреты Лины в разных стилях и жанрах, картины отражали боль и тоску, но при этом они отличались невероятной красотой и уникальностью. Лина была известна своей способностью передать глубину человеческой души с помощью кисти и красок. Эмили поняла, что на самом деле в этом портрете отражалась её собственная эмоциональная борьба. Грустное лицо женщины напоминало ей о её собственных потерях и разочарованиях, а необычное что-то в портрете было её собственной неудовлетворëнностью и желанием найти ответ на свои вопросы. Она пошла искать Лину в недрах еë дома. Та сидела в своём кабинете, занимаясь иллюстрацией к обложке книги на компьютере. — Лина, я могу у тебя спросить кое-что? — обратилась к ней Эмили. Та оторвалась от работы и взглянула на неë: — Да. В чëм дело? Эмили поделилась с ней своими чувствами и мыслями, которые вызвала у неё та картина. Она рассказала ей о своих собственных битвах и поисках смысла жизни. Ей показалось, что подруга могла понять её и помочь найти ответы на её вопросы. Лина поделилась с ней своими мыслями и опытом. — Ты должна пройти через свою боль и использовать её как источник вдохновения. — Сказала художница. — Смысл жизни можешь найти только ты сама, Эмили и ты должна сама пройти через свою собственную жизненную путаницу, чтобы найти свою истину. Эмили поняла, что теперь она должна выйти за пределы своих страхов и ограничений, чтобы найти свою настоящую причину существования. Она уже не боялась потеряться в море неопределённости, так как она поняла, что это — её собственное приключение, её собственная живая картина, которую она штрих за штрихом должна создать сама. — А что ты делаешь? — полюбопытствовала она у художницы, склонившись над монитором компьютера. — Работаю над созданием книжной обложки для романа, — ответила Лина. — И что за роман? — Ну, лесбийский, — Лина отвела глаза от подруги, уткнувшись в монитор компьютера. — А можно понаблюдать за процессом? Интересно, как они вообще создаются? — Ну, если хочешь, посмотри, — Лина откинула волосы со лба и усмехнулась, продолжая создавать иллюстрации с экрана компьютера. Улыбнувшись, Лина пригласила Эмили подойти ближе к монитору. Она начала объяснять детали своей работы. — Сначала я провожу исследование и выясняю, какой общий стиль и настроение должны передавать иллюстрации для обложки романа. Затем я общаюсь с автором и пытаюсь понять главные темы и сюжетную линию книги. Это помогает мне создать идеальное визуальное представление для обложки. Лина аккуратно перемещала мышью по экрану, нанося краски и создавая рисунки, которые воплощались в потрясающих иллюстрациях. Эмили была поражена мастерством своей подруги и не могла оторвать глаз от каждого движения. Эмили была так захвачена процессом творчества подруги, что скоро уже не отрывала глаз от работы Лины. Она могла видеть, как художница использовала разные инструменты и техники на своём компьютере, чтобы захватить эмоции и атмосферу книги. — Иногда я использую фотографии в качестве отправной точки, а иногда я создаю всё с нуля, вбирая в себя описание и настроение самого романа. Это действительно творческий процесс, где я пытаюсь освоить атмосферу книги и изобразить её на обложке. — Это твоя первая обложка для лесбийского романа? — спросила Эмили, внимательно рассматривая полотно на экране. — Нет, это не первая моя работа в этом жанре, — ответила Лина с улыбкой. — Мне всегда нравилось художественное искусство и литература, и создание обложек для книг — это прекрасный способ объединить мои две страсти. Эмили с любопытством наблюдала, как на экране появлялись красочные иллюстрации, передающие атмосферу и суть романа. Она не могла оторвать глаз от изображений, которые переносят зрителя в необычный мир любви и страсти. — Как ты обычно начинаешь работу над обложкой? — спросила Эмили, забыв о своей скрытой стеснительности. — Всё начинается с беседы с автором романа, — объяснила Лина. — Я стремлюсь понять его или её взгляд на произведение, а затем воплощаю его в своих иллюстрациях. Все детали, цвета, композиции — они должны передавать эмоции и историю романа. Эмили счастливо уселась рядом с Линой, продолжая пристально наблюдать, как расцветают на мониторе красивые иллюстрации. Лина постепенно придавала роману нужную эмоциональную глубину и атмосферу, выражая его сюжет и настроение через каждую деталь. — Место действия романа — загадочный остров, окружённый кристально чистой водой. Я хочу сделать обложку такой, чтобы она притягивала читателей и позволяла им окунуться в мир сюжета уже с первого взгляда, — объяснила Лина, не отрываясь от работы. Эмили затаила дыхание, увлечённо наблюдая, как под изящным движением руки Лины оживали персонажи романа. Она всё сильнее втягивалась в магию творчества, которой обладала Лина. С каждым мазком кисти, обложка становилась всё более уникальной и притягательной. Лина не могла отвести глаз от этой красоты, понимая, как важно правильно передать суть романа уже с самого начала. — Готово! — воскликнула Лина, взглянув на своё произведение с гордостью. Обложка сочетала в себе нежные фиолетовые оттенки с яркими акцентами, которые идеально передавали тонкую игру эмоций между героинями романа. Эмили была просто ошеломлена талантом своей подруги. — Лина, это просто потрясающе! Ты создала настоящую шедевральную обложку, которая точно заставит меня захотеть прочитать эту историю, — восхитилась Эмили. Лина улыбнулась, благодарная за поддержку. — Спасибо, Эмили. Вот почему я люблю создавать иллюстрации. Я живу в каждом персонаже и событии, пытаюсь передать все эмоции и чувства через обложку. Это такое удовлетворение, когда видишь, как твои творения вдохновляют и поражают других. Эмили закрыла глаза на мгновение, ощущая в себе желание реализовать свой собственный талант в музыке. Лина заметила мимолётное выражение лица Эмили и поняла, что та тоже изо всех сил хочет найти способ выразить своё творчество. Поднявшись с рабочего кресла, Лина подошла к Эмили и взяла её руку в свою. — Знаешь, Эмили, ты всегда поддерживала меня и верила в мои способности. Посмотри на меня, я смогла найти своё истинное предназначение в искусстве. Ты тоже можешь найти свой путь, и я буду поддерживать тебя, как ты всегда поддерживала меня, — сказала Лина с искренностью в голосе. Эмили улыбнулась, чувствуя тепло и доверие, и решила поделиться своей тайной мечтой с Линой. — Знаешь, я мечтаю написать свою собственную мелодию. Музыка для меня — способ передать свои эмоции и чувства, как и для тебя иллюстрации. Но я боюсь, что не не получится осуществить свою мечту, — призналась Эмили, слегка сжимая руку Лины. Лина улыбнулась в ответ и тепло похлопала Эмили по плечу. — Никогда не бойся пробовать, Эмили. Если мечты не пробудят в нас смелость, то мы всегда будем только мечтателями. Ты такая талантливая и вдохновляющая личность, и я разделяю твою страсть к музыке. Ты ведь изобрела кое-что своё? Эмили кивнула. — Ну да, я создала небольшую мелодию на своей скрипке, но она всего лишь начало, — ответила Эмили, чувствуя, как внутри неё зажглась искра надежды. Лина восхитилась искренностью и страстностью своей подруги. Она видела, как музыка растворяется в душевных глубинах Эмили и как сильно это её волнует. Лина была уверена, что с её помощью подруга сможет осуществить свою мечту. — Так продолжай в том же духе, Эмили! Я верю, что у тебя всё получится! — Благодарю тебя за поддержку, Лина! — Эмили вдруг обратила внимание на портрет, висевший в кабинете подруги. На нём были нарисованы две девушки, которые выглядели радостными и счастливыми. Подойдя к картине, Эмили задумчиво всматривалась в каждую деталь и мазок шедевра. Протянув руку, она коснулась пальцами полотна. В какой-то миг еë воображение вдруг нарисовало ей себя на этом портрете вместе с Линой. Эмили зажмурилась, отгоняя видение прочь. Тряхнув головой, она распахнула глаза, уставясь удивлённо на картину. — Эмили, с тобой всё нормально? — обратилась к ней с вопросом Лина. Та рассеянно кивнула: — Да, всё хорошо. Просто этот портрет настолько красив, что у меня в глазах засверкало. Лина подошла к стене, разглядывая свой шедевр и краем глаза посматривая на подругу. — В самом деле, он прекрасен. Я сумела передать эмоции и счастье девушек через каждую краску и мазок, — сказала Лина, улыбаясь. Она почувствовала тепло и радость от похвалы подруги. Но всё ещё ошеломлëнная видением себя на картине, Эмили не могла удержаться от волнующих мыслей. «Может, это просто моё воображение, игры света и цвета, — мысленно подумала Эмили, но сама в это почти не верила. Ведь мгновение того видения было очень реальным. — Или это подсознание играет со мной?» *** В следующие дни Эмили начала сравнивать Лину и Марка. В Лине было всё то, чего ей так не хватало в Марке: это любовь к искусству, музыке и взаимное чувство непринадлежности. В сердце Эмили всё сильнее стало зарождаться ощущение, что Лина становится для неё не только лучшей подругой, но и той недосказанной половинкой, которая могла бы дополнить её жизнь. Однако было одно «но». Лина была женщиной, а не мужчиной, и для Эмили это было камнем преткновения. Она никогда в своей жизни не встречалась с девушками. У неë даже в мыслях этого не было. В еë жизни был лишь один Марк и всё. *** Но постепенно, с каждым днём, Эмили стала осознавать, что пол не имеет значения, когда дело доходит до настоящей связи между людьми. Она размышляла о том, что любовь и привязанность не зависят от пола, и именно это она находила в Лине. Однако, несмотря на все эти размышления, Эмили не могла решиться подойти к Лине и открыть своё сердце. Она пыталась найти опору в своих мыслях, разговаривая с Марком, который всегда был рядом. Но с каждым разговором с ним ощущение непринадлежности всё усиливалось. *** Тем не менее, с каждым днём притяжение к Лине становилось сильнее. Эмили не могла игнорировать свои чувства и дальше играть роль удовлетворённой отношениями с Марком. Каждое проведённое с Линой время становилось для неё бесценным. Но она испытывала страх перед новыми ощущениями и боялась изменить свою жизнь. Душевная борьба стала невыносимой и Эмили поняла, что не может продолжать играть свою роль. Она была готова стать счастливой, но сомнения тормозили каждый еë шаг. Тем не менее, Эмили испытывала страх перед тем, что еë семья скажет или подумает о ней, если она объявит им, что променяла парня на девушку. Она жила в смещённом обществе, где стереотипы о том, как должна выглядеть семья и что такое «нормальные» отношения, были тщательно культивированы. Она боялась быть отвергнутой или не принятой окружающими. Она не была уверена в том, что сама Лина может оказаться лесбиянкой и не хотела испортить дружеские отношения с ней. *** Но с каждым днём, когда Эмили проводила всё больше времени с Линой, они обнаруживали, что их связь всё более углубляется. Их разговоры, смех и взаимопонимание делали эти моменты невероятно специальными. Теперь Эмили знала, что больше не может скрывать свои чувства, и с каждым днём страх отступал на второй план. *** Они проводили выходные вместе, не только рисуя и музицируя, но и беседуя о искусстве, обменивались своими любимыми музыкальными композициями и описывали своё взаимное чувство непринадлежности к окружающему миру. Лина оказалась такой же страстной поклонницей искусства, что и Эмили, поэтому они совместно посещали галереи и выставки, наслаждаясь красотой художественных произведений. *** Каждый визит становился для них настоящим путешествием в мир творчества, и они обсуждали каждую кисточку, каждую ноту музыки, постигая тайны искусства и вдохновляя друг друга на новые открытия. *** Очень скоро Эмили начала понимать, что в Лине она нашла не только единомышленницу, но и опору, которая помогает ей переживать сложные моменты в жизни. Вместе они откровенно говорили о своих эмоциях и делились своими самыми глубокими мыслями. Эмили ощущала, что Лина понимает её лучше, чем кто-либо другой, и это делало их связь особенной и уникальной. Между тем, Эмили не могла не сравнивать Лину с Марком, парнем, который был её бойфрендом. Марк тоже был умным и талантливым человеком, но в их отношениях всегда не хватало взаимопонимания и искренней поддержки, присутствующих в дружбе с Линой. *** С каждым днём их дружба начала превращаться в нечто большее, наполняя не только их души, но и сердца. Эмили стала понимать, что рядом с Линой она находит настоящую версию самой себя — любвеобильной и жаждущей счастья. Эмили и Лина продолжали развивать своё взаимопонимание, преодолевая препятствия и находя поддержку друг в друге. Скрипачка начала понимать, что в своей дружбе с художницей она найдëт то, чего ей так не хватало в отношениях с Марком — взаимную любовь, поддержку и непринадлежность. Их история только начиналась, и они были готовы открыть новую главу своей счастливой истории, наполненной любовью к искусству и музыке, а также взаимным чувством непринадлежности. *** Каждый раз, когда Эмили была рядом с Линой, еë сердце начинало биться сильнее, а мир вокруг казался ярче и красочнее. Они проводили вместе множество часов, гуляя по паркам, разговаривая о всём на свете, и даже без слов они понимали друг друга. Лина была тем человеком, который видел и понимал Эмили, даже самые скрытые её мысли и чувства. Неожиданно для себя Эмили поняла, что она влюблена в Лину, и это было гораздо больше, чем просто дружба. Однако, даже сознавая свои чувства, она всё ещё колебалась и испытывала страх перед неизвестностью. Она боялась разрушить то, что у них уже есть, и потерять Лину как друга. Также, она задумывалась о том, как всё это отразится на её семье, которая жила в обществе, где различия и неприëмлемые отношения тщательно утаивались. *** Настала очередная пятница. Придя домой с работы, Марк мечтал о том, чтобы провести выходные с Эмили, но увидел, что та куда-то собирается. — Эм, милая, ты что делаешь? — спросил он, озадаченно наблюдая за тем, как его девушка вынимает из шкафа комплект нижнего белья и кладёт его в сумку. Эмили бегло посмотрела на парня: — Да я на минутку заскочила, прихватить кое-что с собой, — она застегнула сумку и перекинула через плечо. — Ты куда-то собралась? — вопросил он. — К Лине, — беззаботно отчеканила Эмили. — Сегодня? — уточнил он. — Ну да, а что? — Ты же по субботам к ней ездиешь. — Мне нужно больше времени на репетиции, Марк. Приезжая в субботу, я трачу пол-дня только на дорогу. Марк вытаращился на неë удивлённо: — А тебе не кажется, что ты шибко зациклена на своей музыке, а? Я тебя практически дома не вижу. Оторвись хоть от этого на день, другой. Никуда она не убежит. — Дорогой, ты преувеличиваешь. Если я перестану репетировать, как же я создам своё произведение? Репетиция очень важна, знаешь ли. — Эм, я не против, чтобы ты репетировала свои мелодии, но можно ведь не делать этого каждые выходные? — А что такое, собственно, Марк? — Да я уже задолбался просиживать выходные в одиночестве! Чуть суббота настанет, ты едешь к этой Лине! И так длится уже много месяцев! Да за это время можно уже кучу мелодий насочинять! А ты что, ещё с одной у неë возишься? — Марк, создание собственной музыки является долгим процессом. — Да кого там сочинять? Пару нот изобрела, объединила и всё готово! Эмили хмыкнула: — Если бы это было действительно так просто… — А разве это не просто? Эти, как их там, композиторы и то быстрее сочиняют, чем ты! Чем ты занимаешься у этой художницы? Что там делаешь двое суток в неделю? — Репетирую, Марк! Что мне там ещё делать? — Ага, репетируешь! Как же! Двое суток беспрерывно? Не ешь и не спишь даже, тренькая на своей скрипке? — Какая муха тебя сегодня укусила, Марк? — сщурила глаза Эмили. — Что ты кричишь на меня? На работе проблемы? — Не на работе, а с тобой! — рявкнул парень раздражённо. — Ты только и делаешь, что проводишь свободное время у этой девицы, а меня, похоже, вообще задвинула в дальний угол, да? — Что за глупость ты несёшь! Я и так нахожусь возле тебя по пять дней в неделю! Тебе что, этого мало? — Вопросила Эмили рассерженно. — Да, конечно, я и забыл! Это только по вечерам и утрам я тебя вижу! Целый день я на работе! А выходные мне хочется проводить с тобой! — Ты думаешь только о себе! Почему я должна всегда делать то, что хочется тебе? У меня тоже есть свои мысли и чувства! Мне необходимо репетировать как можно чаще и дольше, чтобы действительно сочинить свою мелодию! Марк развёл руками: — Ладно, Эм! Репетируй дома! Я постараюсь не обращать внимания на звуки твоей скрипки! — А ты дашь мне репетировать нормально? Только будешь отвлекать и мешать мне сосредоточиться! — А у этой девки тебе, значит, ничто не мешает отвлекаться? — В тёмных глазах парня промелькнул гнев. — И зачем ты с собой бельë своё взяла? Собралась у неë дифеле устроить? Или у вас там вечеринка в трусах и лифчиках намечается? — Успокойся ты! — Зашикала на него Эмили. — Это на всякий случай. Может, душ там приму. — А что тебе мешает принять его здесь? — Взъелся Марк. — Или у той художницы что, какая-то ванная особенная? — Он указал пальцем на дверь ванной комнаты. — Вон! Свободно! Иди да мойся! В чём проблема? Эмили часто заморгала, смотря на своего бойфренда. Она впервые видела его в таком состоянии. В наступившей тишине они глядели друг на друга. Наконец, девушка шумно выдохнула и сказала: — Марк, Лина моя подруга и помогает мне сочинять мою мелодию. Меня вдохновляют еë картины и, смотря на них, я чувствую небывалый прилив музыкального вдохновения. Смотря на то, как она рисует, я заполняюсь новыми мыслями и чувствами, что музыка начинает воспроизводиться в моей голове. И не будет у неë никаких вечеринок или чего-то подобного. Пожалуйста, попробуй понять меня. Но Марка душила ревность и чувство, что художница пытается отнять у него Эмили. *** Когда по вечерам они ложились спать, Эмили на смартфон приходили какие-то сообщения от Лины, и та с интересом и улыбкой отвечала на них. Художница даже звонила Эмили и они перекидывались словами. Он ревновал к женщине! Кто бы мог подумать! Хоть Лина не появлялась в их доме ни разу, Марку казалось, что еë невидимое присутствие встаёт между ними. Эмили часто задерживалась на работе, не приходя домой вовремя, как раньше. Приходя домой с работы, Марк видел, что его девушки ещё нет дома. Он звонил ей на смартфон, но она не отвечала. Марк ужинал в одиночестве, не дожидаясь еë, а потом ложился в постель, но не спал. Когда же она возвращалась домой, он спрашивал: — Где ты была и почему приехала позднее обычного? Она отвечала: — Лина пришла на моё выступление и после мы разговорились, что не заметили, как пролетело время. — А что на звонки не отвечала? — хмурился он. — Не хотела прерывать беседу с Линой, — выдавала она простой ответ. Этой Лины стало как-то много в их жизни. Скорее, в жизни Эмили. Он даже не знал, где живёт эта художница. В голову лезли всякие дурные мысли и он старался их от себя отгонять. Он начал обретать уверенность, что Лина стремится отделить Эмили от него. Он не одобрял их общение и настолько частые встречи ему не нравились. — У меня такое чувство, что она пытается отделить тебя от меня, — высказал он мнение вслух. — Тебе уже мало проводить с ней только выходные, что вы теперь встречаетесь и в будни. Эмили усмехнулась: — Марк, не говори ерунды! Не преувеличивай! — А я не преувеличиваю, Эм! Это так и есть! С того дня, как ты встретилась с ней, наши отношения пошли наперекосяк! Разве это не так? Эмили молчала. — Что, я не прав? — надавил на неë парень. — Может, я чего-то не знаю? Мне кажется, что твои якобы репетиции это лишь повод лишний раз увидеть еë. Да? Эмили продолжала молчать. — Молчание — знак согласия? Я прав? У тебя что, отношения с ней? Эмили покраснела. — Что за чушь, Марк? Какие ещё отношения? Она ведь женщина! Я просто провожу с ней время по-дружески! Мы общаемся, разговариваем! У нас общие интересы! Ты о чём думаешь вообще? В чём меня подозреваешь? Марк внимательно вглядывался в еë лицо и ощущал, что Эмили что-то недоговаривает ему. Но какой смысл на неë давить, если она всё равно не скажет правду? Что-то происходило с его девушкой, и Марк старался понять, что именно. Он язвительно ответил: — Ты ещё весь гардероб к ней перевези! Может, и сама к ней переедешь? Я же для тебя пустое место и, похоже, уже ничего не значу в твоей жизни? Она для тебя важнее меня? — Ты выпил, что ли? — вскинулась Эмили, хотя спиртным от парня не пахло. Он дыхнул на неë: — А я разве похож на пьяного? — Так, Марк, стой! Всё, что ты говорил, это какой-то бред! И вообще, мне пора! А то последний автобус уйдёт! — Эмили торопливо подхватила свою скрипку и пошла к выходу. — Даже не поцелуешь на прощание? — с издёвкой спросил Марк, но Эмили уже хлопнула входной дверью. *** Едя к дому художницы, Эмили думала о том, что еë отношения с Марком ухудшаются. Сквозь окна автобуса, Эмили наблюдала мимолëтных прохожих, мелькавших по сторонам улицы. Она почувствовала лёгкую грусть смешанную с тревогой за будущее своих отношений с Марком. Последнее время их любовь казалась становящейся всё более прозрачной и потерявшей свою силу, словно уходящую в рассвете солнечного дня. Она понимала, что дело в ней самой. Покрывая расстояние между своим домом и домом художницы, Эмили не могла не вспоминать о последних ссорах с Марком. Она ощущала, как их отношения постепенно ухудшаются с каждым прошедшим днём. В последнее время споры и негативные эмоции появились между ними всё чаще и чаще. Они стали ссориться по пустякам, что приводило к долгим и неприятным молчаниям. Было время, когда они не могли найти точку соприкосновения, чтобы восстановить свой обычный ритм и гармонию. Их связь начала распадаться под воздействием конфликтов и недопонимания. Недавно они пережили серьёзную ссору, которая стала кульминацией столкновений их разных характеров и интересов. Вместо того, чтобы найти компромисс и понять друг друга, они всё больше уходили в себя, чувствуя себя одинокими и несчастными, даже находясь рядом. Выйдя на нужной остановке, Эмили дошла до дома художницы и позвонила в дверь. Лина открыла ей. — А я уж хотела тебе звонить, — сказала она, пропустив подругу в прихожую. — Подумала, может, случилось что? — Нет, что ты! — Эмили не стала говорить подруге, что порамсила из-за неë с Марком. Она налепила на лицо радостную улыбку. — Просто автобус по пути сломался! — Ужинать будешь? — спросила Лина. — Можно, — ответила Эмили и прошла за ней на кухню. Устроившись за столом, они поговорили о событиях уходящей недели, рассказали друг другу, чем занимались на работе, обсудили проекты, которыми были заняты. По мере разговора, грусть и тревога, которые ощущала Эмили по пути, начали отступать, заменяясь чувством тепла и уюта. Она чувствовала, что время, проведённое с Линой, помогает ей забыть о проблемах в своих отношениях и находить внутреннюю силу и мотивацию. Они завершили ужин чаем со сладостями. *** — Лина, а почему у тебя никого нет? — поинтересовалась Эмили, следя за тем, как художница работает над очередной картиной. — Просто я ещё не встретила свою вторую половинку, — ответила Лина, стараясь не смотреть в сторону подруги. Эмили заметила небольшую грусть в голосе Лины и решительно села рядом с ней. — Неужели, Лина? — удивилась Эмили. — Ты прекрасна и талантлива, ты же всегда покоряешь сердца людей своим искусством! Как могут не замечать твою прелесть? Лина продолжала красить палитру цветов на своей картине, словно пытаясь уйти от неловкой темы. Её музыкальные краски заполняли всю комнату, создавая атмосферу таинственности. Подруги дружили вместе уже несколько месяцев, и Эмили не могла понять, как такой искренней и одновременно загадочной женщине так сложно найти свою вторую половинку. — Не знаю… может быть, я слишком замкнута в себе, слишком сосредоточена на своей работе. Общение с людьми иногда кажется мне слишком сложным, — призналась Лина, лишь отвлекаясь на секунду от своего шедевра. — И, кажется, я даже боюсь дать возможность кому-то войти в мою жизнь и помешать моему творчеству. — А может быть, тебе просто не суждено встретить этого человека? — задумчиво проговорила Эмили, наблюдая за мастерством Лины. Лина остановила свою работу, на мгновение задержав дух. Глубоко вздохнув, она оглядела свою студию, полную своих творений, и наконец обратилась к подруге. — Может быть, ты и права, Эмили. Я просто слишком занята творчеством и не уделяю достаточно времени личной жизни. Художник должен полностью отдаться своему искусству. Возможно, мне нужно найти баланс между работой и любовью. Эмили закатила глаза и весело улыбнулась. — А ты обязательно найдëшь свою вторую половинку, Лина. Ведь для того, чтобы быть счастливым, необязательно отказываться от своего призвания. Ты можешь любить и творить одновременно. Кем-то, кого ты полюбишь, вдохновителем, музой. — Эмили ещё раз внимательно посмотрела на свою подругу. Она видела, как Лина постоянно росла в профессиональном плане, как новые идеи становились реальностью на холсте. Но с другой стороны, ей хотелось, чтобы Лина нашла своё счастье и любовь. — Знаешь, Лина, иногда, чтобы раскрыться, нужно рискнуть. Я уверена, что в твоей жизни есть место и для любви, и для творчества. Возможно, ты даже будешь невероятно вдохновлена, если найдëшь свою вторую половинку, кто усилит твоё искусство своим присутствием. Лина взглянула на Эмили и улыбнулась. Её глаза засветились, словно смогли проникнуть сквозь самые глубины души. Она понимала, что подруга была права, истинное счастье может прийти, когда она откроет своё сердце. — Спасибо, Эмили. Ты всегда видишь во мне то, чего я иногда не замечаю сама и всегда знаешь, что сказать. Может быть, пришло время открыться новым возможностям и довериться своим чувствам. Возможно, мне действительно стоит попробовать найти свою вторую половинку, кого-то, кто будет понимать мою страсть к искусству и поддерживать меня. В то же время, я не хочу променять своё творчество на что-то меньшее. Эмили кивнула с пониманием и положила руку на плечо Лины. — Я уверена, что тебе удастся найти такого человека, Лина. Ты талантлива и страстна в своём искусстве, а это качества, которые привлекают настоящих ценителей. Не теряй надежды, моя подруга. С новыми мыслями о будущем и с поддержкой Эмили, Лина продолжила работать над своей картиной, надеясь, что встретит того, кто подарит ей любовь и вдохновение, чтобы с ещё большим пламенем продолжить своё творчество и преодолеть любые трудности на пути к счастью. Однако художница сомневалась, что это будет Эмили. — А что не играешь на скрипке? Устала? Для Эмили репетиции своих мелодий стали уже предлогом для того, чтобы лишний раз увидеть Лину. Скрипачке было сложно признаться, но она была уже давно влюблена в Лину. От встречи к встрече, Эмили поняла, что их души соединены невидимыми нитями, а каждая нота, которую она исполняла, звучала в гармонии с красками, которые рождались под кистью Лины. — Нет, совсем нет, — ответила Эмили, улыбаясь. — Я всегда нахожу вдохновение, когда слушаю, как ты работаешь. Ты создаëшь магию на своих картинах, а моя скрипка помогает мне выразить свои чувства. Лина улыбнулась в ответ, благодарная поддержке и пониманию своей подруги. Они с Эмили действительно нашли друг друга — обе они были творческими душами, которые искали своё место в мире и нуждались в понимании. Лина доделала последние мазки на холсте и прислонила картину к стене. — Это для продажи? — спросила Эмили. — Да, — кивнула Лина. Она взяла смартфон, открыла камеру и, сфотав портрет, выложила его на свою страницу в соцсети. Эмили блуждала глазами по картинам художницы. — Лина, а ты можешь снова нарисовать меня? — вдруг задала она вопрос. — В прошлый раз ты меня очень красиво нарисовала, когда я играла на скрипке. Я каждый день дома любуюсь тем портретом. Лина улыбнулась и кивнула, соглашаясь с предложением. Она начала выбирать подходящую позу для Эмили, чтобы передать её артистичность и грацию. Эмили принимала разные позы, но Лину в них что-то не устраивало. Возможно, мешала одежда… В голове художницы промелькнула мысль, но предлагать такое Эмили ей было неудобно. А может, рискнуть? Лина решила принять риск. — А может, мне нарисовать тебя в стиле ню? Эмили почувствовала лёгкое стеснение и замешательство, но затем она решила довериться художнице и принять вызов. — Ну… Давай! Почему бы и нет? Взгляды девушек пересеклись, и в этот момент Лина поняла, что не нужно больше искать идеального человека, свою вторую половинку. Она уже была рядом с ней всё это время. Художница восхищённо наблюдала, как Эмили отбрасывает свои вещи, погружаясь в процесс. Эмили, воплощая чистую эмоцию и невероятную красоту, стала настоящей моделью для Лины. Ни одно платье или аксессуар не могли сравниться с её внутренней грацией, которая расцветала перед глазами художницы. Лина словно пропала в мире рисования, позволяя кисти на холсте выразить всю свою любовь и восхищение перед этими двумя искусствами — музыкой и живописью. Вместе они создали подлинное произведение искусства, и Лина не была так счастлива уже давно. Портрет Эмили без одежды стал ярким свидетельством их взаимопонимания и доверия. Когда Лина закончила свою работу, они с Эмили долгое время молчали, созерцая портрет. Внезапно, Эмили растянула улыбку до ушей и сказала: — Лина, ты передала мою душу на холсте. Этот портрет — самое искреннее творение, которое я когда-либо видела. Спасибо, что ты рискнула и поверила в меня. Я никогда не забуду этот момент. Лина чувствовала себя счастливой и исполненной радости. Её риск оказался оправданным, и она смогла показать Эмили свою истинную талантливость. Это был не только портрет, но и искусство воплотившее прекрасную связь между двумя душами, которая останется навсегда. Эмили безотрывно рассматривала этот портрет, в который художница вложила все свои чувства и эмоции, которые испытывала к скрипачке. Лина же смотрела на неë с надеждой во взгляде. Скрипачка медленно дотронулась до своего портрета, проводя кончиками пальцев по каждой линии. Собственное изображение словно зачаровало еë. Пока она позировала Лине, а та водила кисточкой по холсту, срисовывая каждую деталь еë тела, Эмили показалось, что эта кисть ласкает еë саму и скользит по очертаниям еë тела. Во время рисования Лина переводила взгляд с Эмили на холст и обратно, смотря на обнажённое тело скрипачки и срисовывая еë. Эмили продолжала смотреть на своё отражение на холсте, переживая каждую черту, каждую тень, которые Лина так искусно передала. В её глазах отражалось восхищение и гордость, ведь портрет стал не просто иллюстрацией, а скорее откровением души. Она чувствовала, как эти кисточки, что осторожно нарисовали её облик, ласкали её тело и дотрагивались до её самых глубинных чувств. Лина, в свою очередь, видела в каждой линии и каждом цвете на холсте частицу Эмили, которую она так долго искала и наконец нашла. Все её эмоции, любовь и преданность к скрипачке были воплощены в этом произведении искусства. Обе девушки понимали, что произошло что-то особенное, что это не просто портрет, но живописная иллюстрация их взаимопонимания и сильной связи душ. Эмили чувствовала, как её душа приобретает новые ноты и цвета, благодаря художественному воплощению, созданному Линой. В это мгновение Эмили обратила взгляд на Лину с полной искренности улыбкой и сказала: — Лина, благодаря тебе, я могу увидеть себя совершенно по-новому. Этот портрет — это не только шедевр, но и произведение искусства, запечатлевшее нашу неповторимую связь. Я не могу передать словами, насколько благодарна тебе за то, что ты поверила в меня и создала нечто такое восхитительное. Этот момент останется в моём сердце навсегда. Лина чувствовала, что её сердце наполнено счастьем и гордостью. Весь её риск и преданность искусству оказались оправданными, и она смогла не только показать свою талантливость, но и захватить сердце самой Эмили. В этом портрете они воплотили искусство, любовь и взаимопонимание, которое будет пребывать с ними вечно. Эмили продолжала рассматривать портрет, как будто взглядом возвращаясь в моменты, проведённые с Линой. Тогда, неожиданно, она медленно прикоснулась к холсту, проводя пальцами по каждому контуру своего изображения. Это прикосновение словно привлекло её к портрету, заставив почувствовать его настоящую энергию. Каждая линия и штрих мягко взбудораживали её ощущения и вели её в глубины её собственной души. Она поняла, что этот портрет — это не только воплощение её тела в искусстве, но и самовыражение её самой. В молчании, Лина и Эмили чувствовали, что они нашли истинное смысловое единение, создавая произведение искусства, которое будет жить с ними вечно. Они переживали этот момент, зная, что их связь и их творение — это нечто особенное, неповторимое. Эмили, не отрываясь от портрета, подняла глаза на Лину со слезами счастья в глазах и прошептала: — Лина, ты воплотила всю мою душу на этом холсте. Этот портрет — самая искренняя работа, которую я когда-либо видела. Спасибо, что рискнула и дала мне возможность увидеть себя таким образом. Я никогда не забуду этот момент. В этом моменте их души слились воедино, и портрет стал тихим свидетельством их взаимопонимания и глубокой связи, которая никогда не исчезнет. Эмили продолжала смотреть на портрет с благодарностью, а Лина наблюдала за ней с надеждой. Они обе точно знали, что их искусство и связь навсегда сохранятся в их сердцах и душах. Лина понимала, что именно эта своободная и чувственная девушка пробудила в ней истинное искусство. Она нашла в Эмили исключительного музыкального партнёра, который смог дополнить её художественную вдохновлëнность. Художница поняла, что созданный ею портрет стал не только искусством, но и символом их с Эмили сильной и непреодолимой связи. Скрипачка начала под другим углом смотреть на портреты художницы. Все те нарисованные девушки и еë портреты буд-то дали некий намёк на чувства, которые Лина испытывает к своему полу. Эмили медленно повернулась к Лине. — Теперь я понимаю, что несут в себе твои рисунки. Ты предпочитаешь женщин, да? Лина молчала, смутившись от прямого попадания подруги. Она растерялась, не зная, что ответить. Затем начала мямлить что-то бессвязное и отрывистое. — Ну… Я… Эмили… Та только улыбнулась до ушей и прислонила палец к губам подруги: — Не говори. Я уже всё поняла сама. — Скрипачка приблизилась вплотную к ней, придерживая на себе покрывало. — Я поняла тебя. Не бойся, твои чувства взаимны. Ты — моя вторая половинка, Лина. Вместе мы создали настоящее искусство, и я не могу представить свою жизнь без тебя. Я люблю тебя! Прежде, чем художница успела что-нибудь ответить, Эмили поцеловала еë в губы. Лина вздрогнула от этого прикосновения и неуверенно дотронулась до Эмили. Поначалу их поцелуй был медленным, осторожным и изучающим. Затем они обе помаленьку втянулись в него. Между ними стала разгораться безграничная любовь друг к другу. Поблизости стоял диван. Обнимая друг друга и целуясь, они подошли к нему и упали на него, неспешно сплетаясь в объятиях друг друга. Они обе понятия не имели, что произойдёт дальше и действовали наугад. Их чувства друг к другу постепенно распалялись, пробуждая внутри них огонь желания. Они крутились по дивану, чуть не рухнув на пол. Лина водила руками по фигуре Эмили, оглаживая изгибы еë тела через простыню. Эмили руками блуждала по художнице, трогая через одежду еë грудь, бока и зад. В скором времени одежда начала мешать им. Осмелев, Лина сдëрнула простыню с Эмили и откинула в сторону, вкушая выдающиеся прелести девушки. Та постанывала от еë ласк, извиваясь под ней. Руками она гладила обнажённую спину Лины и целовала еë плечи. Художница сместилась ниже и завладела губами сосками партнёрши. Эмили ахнула, но ей было приятно. Когда еë так целовал Марк, ей было не очень хорошо, потому что его щетина колола кожу. С Линой было иначе. Ничего не кололо и не мешало. Языком художница обвела ореолы сосков Эмили. Она слегка посасывала каждый еë сосок, отчего они покрылись мурашками. Эмили вся раскинулась под ней. Языком Лина провела дорожку от груди скрипачки до еë живота и облизала пупок. Руки художницы сжимали грудь партнёрши. Эмили зажмурилась, когда Лина сместилась пониже и покрыла поцелуями еë бёдра, обойдя деликатное местечко. Скрипачка запустила пальцы в короткие волосы художницы, словно желая погладить еë по голове. Лину не надо было направлять. Она и сама догадалась, что ей надо делать. Эмили жаждала достичь того сексуального удовлетворения, которого не вышло получить от Марка. Она надеялась, что с женщиной это получится. Думая, как бы не облажаться, ведь ни разу этого не делала, Лина сначала покрыла поцелуями ноги своей партнёрши, а затем неторопливо присосалась к мягким складочкам между бёдер Эмили. Та издала длинный стон удовольствия, ошущая скольжение языка Лины по своей промежности. Внутри неë поднималась волна блаженства. Губы художницы изучали и целовали еë мягкую плоть. Для Эмили это было гораздо лучше, чем с Марком. Даже он не умел так, как Лина. При этих прикосновениях и поцелуях Лины, Эмили полностью растворилась в океане удовольствия. Её тело дрожало под каждым движением языка художницы, а её стоны усиливались из-за нарастающей страсти. Лина догадалась, как довести женщину до предела, и с каждым мгновением они обе всё глубже погружались в незабываемую эйфорию. Руки Лины стали уже смелее и поглаживали каждый участок тела своей партнёрши, в то время как её язык продолжал изучать и теребить самые чувствительные места. Эмили не могла сдержаться и сильнее сжимала волосы Лины, призывая её оставаться ближе. Она никогда не ощущала такого удовольствия с Марком, как она испытывала сейчас с Линой. Лина вернулась к еë губам и они сплелись в едином поцелуе. Затем Эмили покрыла поцелуями тело художницы, лаская и обжимая еë изгибы. Она действовала решительно и смело, жаждая познать большего. Скрипачка проделала с ней тоже самое, что и Лина, а после ввела в неë свои пальцы. От нахлынувших эмоций художница чуть не задохнулась. Казалось, Эмили понимала в этом больше, чем она сама. Хотя разница была малозначительной. Мастерская заполнилась стонами их обоюдного наслаждения. Эмили вдвигала в промежность партнёрши свои пальцы, чувствуя на них еë влагу желания. Лина выгибалась под ней навстречу руке скрипачки. Эмили безотрывно целовала верхнюю часть еë тела, языком полизывая торчащие соски Лины. Она шоркалась о неë своим телом, затем свободной рукой обхватила руку художницы и опустила вниз, к месту между своими бёдрами. — Войди в меня! — прошептала Эмили, направляя Лину. Скрипачка застонала, когда пальцы художницы проникли в неë. Она задвигала бёдрами, углубляя внутрь себя еë руку. Они стали единым целым. Эмили даже с Марком не ощущала ничего подобного. Они одновременно подходили к точке наслаждения. Вскоре оба их тела достигли пика возбуждения, и они обрушились вместе в кульминационном моменте наслаждения. От огромного потока эмоций и сексуального удовлетворения обе они начали дрожать и теряли контроль над телом. Эмили слабо вздохнула, её кожа покрылась мурашками и она погрузилась в безграничный экстаз, как и Лина. После этой невероятной ночи обе они остались лежать рядом друг с другом, накрывшись простынëй, ощущая нежность и близость. Эмили поняла, что никогда раньше не испытывала такую любовь и взаимопонимание, какое она нашла с Линой. Они оказались духовно и физически связанными, и Эмили знала, что их с Линой история только начинается. *** — Марк, привет! — произнесла Бруклинн Грейс, держа смартфон возле уха. — О, здравствуйте, миссис Грейс! — отозвался парень на том конце сотовой связи. — Надеюсь, я не отвлекаю тебя своим звонком от важных дел? — Ну что вы! Я сегодня ничем особо не занят, выходной же! — Слушай, Марк, а что случилось с телефоном Эмили? Я ей звоню, а там абонент недоступен?! — Я и сам ей звонил несколько раз, мне тоже самое сказали! Мать Эмили тяжело вздохнула: — У вас там всё в порядке, Марк? Что-то вас давненько у нас не видно и не слышно! Раньше хоть иногда приезжали по выходным, а теперь что-то не ездиете. — Ну, миссис Грейс, это не от меня зависит. — А Эмили разве не дома? — Нет еë. — А где она? Я просто беспокоюсь за неë. Подумала, может, случилось что, раз не отвечает. Марк фыркнул: — Да что с ней может случиться? Она сейчас занятой стала, что ей ни до кого дела нет, кроме своих репетиций. — Каких таких репетиций? — А она вам не говорила, что ли? — О чём? — Что мелодии начала сама сочинять на скрипке. — О! Так это же здорово! Она у нас талантливая девочка! Молодец! Получается хоть? — А я знаю? Я ни одной даже не слышал пока. — А что так? Разве она не дома репетирует? — Ну… — Марк призадумался, не представляя, стоит ли рассказывать обо всём матери своей девушки. Повисло молчание. — Алло? Ау, Марк? Ты ещё там? Слышишь меня? Он опомнился: — Конечно, я вас слышу, миссис Грейс. — Тогда что замолчал? Где Эмили? Она в театре, что ли? Там репетирует? — Театр у них не работает по выходным, — ответил парень. — Она у подруги своей репетиции проводит. — Какой подруги? Из еë театра? — начала любопытствовать Бруклинн. Ей всегда было интересно влезать в личную жизнь дочери. — Нет, художницы какой-то, — уклончиво ответил Марк. — А почему я не в курсе? — Вы меня об этом спрашиваете? Спросите лучше свою дочь. — В голосе парня промелькнуло раздражение. — Не знала, что у Эмили есть друзья-художники, — посетовала Бруклинн. — Как же им не быть? — съязвил Марк. — Она же любит искусство. — Это да, — протянула миссис Грейс. — А почему она у художницы репетирует? Разве дома нельзя? — Вы ведь знаете моё отношение к еë работе. Я не любитель слушать еë бремчание на скрипке дома. Мне это мешает наслаждаться тишиной и только раздражает. Вот она и сдружилась с какой-то женщиной, обожающей посещать театры, и с тех пор каждые выходные отчаливает к ней репетировать. В тоне Марка Бруклинн уловила нотки недовольства: — Кажется, между вами не всё нормально. — Это с какой стороны посмотреть. Я, конечно, не против еë репетиций, но мне кажется, что они очень уж частые у неë. На меня она забила капитально. Сижу тут, как дурак, один, пока моя девушка там не пойми чем занимается, что даже телефон выключен и никак не дозвониться. — А зачем его отключать то? Можно и на вибрацию поставить. — А это вы у неë спросите, миссис Грейс. Я понятия не имею, чем она там занимается у этой художницы! Хотя сомневаюсь, что именно репетициями! — С чего такие выводы, Марк? Ты в чëм-то подозреваешь мою дочь? — Я ничего такого не думаю, но мне эти еë постоянные отлучки из дома вызывают странные подозрения. — Какие? Он помялся, не зная, стоит ли посвящать мать Эмили в свои догадки. — Вам это может показаться странным, но эта художница, как мне кажется, пытается встать между мной и Эмили. — Это как? Что ты хочешь этим сказать, Марк? — Ну, понимаете, это лишь мои предположения. Может, я ошибаюсь и это не так, но с появлением в жизни Эмили этой женщины мы стали чаще ругаться по пустякам. Выходные она проводит с ней, а не со мной, что мне очень обидно, знаете ли. С работы приходит позднее обычного, встречаясь с этой женщиной. И всё они там обсуждают музыку и искусство. Прям круглосуточно напролёт! Подозрительно, не находите? — Марк, может, тебе стоит спросить Эмили прямо о её отношениях с этой художницей? — подсказала Бруклинн. — Ведь только разговор может помочь вам понять, что происходит. Марк задумался над словами матери девушки. — Уже пытался! Ничего объективного она мне не сказала! — Эмили у нас личность творческая, музыкальная. С детства у неë тяга к скрипке была. Но я что-то не припомню, чтобы она постоянно играла только на одной скрипке и больше ничего не делала. Может, она просто находит вдохновение у этой художницы, и им интересно обсуждать искусство вместе. Не думаю, что в этом есть что-то странное или плохое. Возможно, тебе стоит попробовать понять и поддержать её в том, что она любит и чем занимается. Марк замолчал на мгновение, осознавая, что мать Эмили, возможно, была права. Может, его подозрения были просто результатом ревности и отсутствия общего понимания с девушкой. Ведь она всегда была страстно увлечена музыкой, и эта новая дружба могла быть просто новым источником вдохновения. — Вероятно, вы правы, миссис Грейс. Может быть, я просто неправильно воспринимаю всё это. Я постараюсь лучше понять Эмили и поддержать её во всём, что она делает, — ответил Марк, ощущая, как с его плеч снимается груз подозрений. — Я рада слышать это, Марк. Всегда важно поддерживать друг друга и доверять. Эмили всегда была особенной девочкой, и я уверена, что она сделает всё возможное, чтобы достичь своих музыкальных целей. Давай верить в неё и поддерживать на этом пути. Марк прочувствовал слова миссис Грейс и почувствовал себя более спокойным и уверенным в своих чувствах к Эмили. Он понял, что они должны быть поддержкой друг для друга, а не причиной руганий и недоверия. — Спасибо, миссис Грейс. Я оцениваю вашу поддержку и буду стараться доверять и понимать Эмили лучше, — сказал он с искренностью в голосе. — Не за что, Марк. Семья должна быть всегда поддержкой и укрытием. Я уверена, что вы с Эмили сможете преодолеть все преграды и стать ещё крепче вместе. Они поговорили ещё некоторое время, потом Марк сказал: — Ваша дочь недостаточно откровенна со мной. Вы еë мать, может, лучше еë поймëте и сами поговорите с ней? — Эх, Марк! Хорошо! Я как-нибудь обсужу с ней это. Не унывай! У вас всё наладится! — Мне бы вашу уверенность… — мрачно протянул парень и попрощался. *** Эмили проснулась в объятиях Лины. Сползшая простынь едва прикрывала их голые тела, переплетённые вместе. Она приподнялась, улыбаясь своим мыслям. Как же ей было хорошо! Разглядывая свою партнёршу, которая ещё спала, Эмили склонилась над ней и провела пальцем по еë лицу. Она чувствовала себя удовлетворённой, довольной и счастливой, словно открыла в себе что-то новое и непознанное. Она другими глазами смотрела на Лину. Теперь они стали чем-то большим, чем просто подругами. Эмили медленно вздохнула, пытаясь вдохновиться этими новыми ощущениями. Она осознала, что между ней и Линой возникло нечто гораздо глубокое, чем просто дружба или сексуальное влечение. Всё это время она не замечала, насколько Лина была особенной и важной для неё. Пока Лина спокойно спала перед ней, Эмили наслаждалась моментом, постигая истину о собственных чувствах. Её сердце замирало, когда она рассматривала каждую черту Лины, каждую маленькую волну её волос и каждый её вздох. Она начала понимать, что эта связь, эта нежность, расцветала в ней больше, чем просто любовь или привязанность. Эмили не могла удержать улыбку от такого нового открытия. Её сердце и душа были полны новыми эмоциями и надеждами. Она ощущала, что Лина тоже чувствовала что-то похожее. Возможно, они обе скрывали эти чувства долгое время, опасаясь изменить то, что было уже идеальным. Эмили наслаждалась моментом, погружаясь в свои мысли. Она вспоминала, как сильно изменились их отношения на протяжении последних месяцев. Вначале они были всего лишь лучшими подругами, тесно связанными общими интересами и взаимопониманием. Но вчера, когда она осознала истинную суть картин, которые рисовала Лина, всё изменилось. Нежность, присутствовавшая в каждом мазке на холсте, превратилась во что-то более глубокое и интимное. Теперь, прикосновение пальца к лицу Лины наполнило Эмили лаской и любовью. Она никогда не думала, что так близко сможет почувствовать другого человека. Открытая и искренняя связь между ними неизбежно привела их к этому моменту. Она совершила большой шаг вперёд и поняла, что больше не может скрывать свои истинные чувства. Эмили ощущала внутри себя силу, которой прежде не владела. Отношения с Линой давали ей уверенность и откровение себя. Они стали для друг друга опорой и источником вдохновения. Тихо, чтобы не разбудить Лину, Эмили наклонилась и поцеловала еë, та стала сонно отвечать на все их нежные моменты вместе. Скрипачка погрузилась в эти сладостные губы и забыла обо всём, окутанная волнами истинной любви. Постепенно Лина проснулась от прикосновения пальца Эмили и от поцелуя партнёрши, медленно открывая свои глаза. Увидев Эмили над собой, у неё появилась сладкая и нежная улыбка. Они обменялись приветственным поцелуем, и Эмили почувствовала напряжение в воздухе, которое только усиливалось. С каждым касанием и каждым взглядом, между ними возникало нечто более интенсивное. Увидев улыбку на её лице, Лина подмигнула и растянулась, приветствуя новый день и новые возможности. Её глаза встретились с глазами Эмили, и они обе поняли, что что-то особенное происходит между ними. — Доброе утро, красавица, — шепнула Лина, протягивая руку к Эмили и завлекая её к себе. — Доброе утро, любовь моя, — ответила Эмили, чувствуя, как её сердце наполняется эмоциями. Волнение и растущая страсть охватили их, и предложенная рука Эмили была мгновенно принята Линой. В этот момент они знали, что верны своим сердцам и что это не только новая глава в их отношениях, но и новое путешествие в поисках любви и смысла. И так, день начался с поцелуев и объятий, проникнутых радостью и нежностью. Эмили и Лина знали, что их будущее будет сложным и неизвестным, но они решили идти по этому пути вместе, поддерживая друг друга и познавая все новые аспекты своих чувств. Глубокое желание и страсть украшали их тела, словно они находились на грани между мирами дружбы и любви. Они оставались связанными друг с другом, но их взаимные эмоции становились всё более яркими и непреодолимыми. Кожа Эмили горела от поцелуев и прикосновений Лины, а каждый её вздох только увеличивал желание и страсть. Окончательно проснувшись, Лина разразилась смехом. — Что же происходит между нами? Эмили улыбнулась в ответ и сказала: — Это нечто непознанное и сложное, но однозначно потрясающее. Я люблю тебя, Лина! Та растаяла от слов Эмили и полностью открылась перед ней. Они решили, что этот взгляд на их отношения не должен быть страшным. Вместе они приняли волшебство этой новой любви. Они были счастливы и наполнены яркими эмоциями, несмотря на возможные преграды и сомнения. И так, они продолжали наслаждаться взаимными прикосновениями, их голые тела продолжали переплетаться в объятиях желания и страсти. Эмили и Лина знали, что их отношения были чем-то уникальным и прекрасным, что они нашли друг друга и были готовы идти вместе по этому новому пути, который открылся перед ними. Им не хотелось вставать и они ещё долго лежали в обнимку друг с другом. Когда в животах обеих заурчало, подняться всё же пришлось. Одевшись, Лина отправилась готовить завтрак, а Эмили, закутавшись в простыню, взяла смартфон, чтобы проверить вызовы. Ей пришло много сообщений о пропущенных звонках от Марка и матери. Сконфузившись, она откинулась на диван и тут зазвонил телефон. На экране высветилось «Мама». Потянувшись, Эмили ответила: — Да? — Господи, родная, наконец я дозвонилась до тебя! Ты куда пропала? — Никуда, просто занята. А что случилось? — Да ничего. Захотела вот тебя услышать. А что у тебя с телефоном было? — Мам, я занимаюсь репетициями мелодий своего собственного сочинения и поэтому отключаю телефон, чтобы никто не отвлекал. — Да, мне говорил об этом Марк. — Ты разговаривала с ним? — Не дозвонившись до тебя, позвонила ему. — И что он тебе наболтал? Миссис Грейс пересказала свой диалог с Марком, потом добавила: — Родная, мне надо поговорить с тобой об этом. — Да не слушай ты его! Он всё преувеличивает! Что плохого в том, что я зависаю у подруги? — Может, ничего плохого в этом и нет, но Марк любит тебя и переживает за ваши отношения. — Мама… — начала Эмили, но тут в мастерскую заглянула Лина. — Завтрак ждёт! — радостно сообщила она. — Сюда принести? Эмили приложила палец к губам, призывая подругу помолчать. — Доча, я тебя что-то не слышу! — буркнула Бруклинн в смартфоне. — Мам, мне сейчас некогда болтать с тобой. Я завтракать собираюсь. Давай это позднее обсудим? — Когда? Завтра начинается новая рабочая неделя. Ты будешь занята в театре. — Миссис Грейс призадумалась. — О! А приезжай к нам в следующие выходные, а? Повидаемся, пообщаемся! В конце концов, обсуждать подобное лучше вживую, чем по телефону! Эмили вздохнула: — Мам, нечего там обсуждать! Не слушай ты Марка! — Как это мне его не слушать? Он же мне почти что зять! Как сын родной! У вас там разлад и я, как твоя мать, должна поговорить с тобой об этом! Так что жду тебя у нас в следующие выходные, а если не приедешь сама, то я приеду к тебе. Эмили приложила руку к голове. Ей не хотелось, чтобы мать приезжала к ней с Марком домой, ведь атмосфера там царила не очень хорошая. — Ладно. Жди меня в следующие выходные. Эмили знала, что мать слов на ветер не бросает. — Вот и славненько! — Весело отчеканила Бруклинн и отключилась. — Мама звонила? — поинтересовалась Лина, стоя в дверном проёме. — Ага. Тебе бы такую мать, как у меня. — Ну, мне в этом плане повезло больше. У меня еë нет. Родители Лины погибли в дорожной аварии, когда та уже была взрослой. От них она унаследовала только этот дом, поскольку была единственным ребёнком в семье. Повисла пауза. — Так ты тут будешь есть? — спросила наконец Лина. — Оденусь и приду на кухню, — ответила Эмили. — Тогда поторапливайся, а то я умру от голода, — хихикнула Лина, чтобы разрядить атмосферу. Развернувшись, художница ушла, а скрипачка, скинув простыню, шустро оделась и прошла на кухню. После принятия пищи, обнимашек и долгих поцелуев, Эмили произнесла: — Ну, мне пора домой. Лина немного омрачилась. Ей не хотелось отпускать Эмили. — Может, останешься ещё на несколько часов? — предложила она. — Я бы рада, но мне надо вернуться. Там все мои вещи. Нужно ещё с Марком поговорить. По лицу художницы прошлась тень. — Ты едешь к нему, — утвердительно сказала она. — Естественно, я ведь с ним живу, — ответила Эмили. — И после того, что между нами произошло, ты будешь спать с ним, — высказала вердикт Лина. — А потом после него станешь приезжать ко мне… — Лина, я уже не люблю его! Я люблю тебя! Не буду я с ним больше спать! Поверь мне! — Но он пока что твой парень, Эмили! Я люблю тебя и не хочу делить тебя с ним! — Успокойся, Лина! Ты можешь всецело доверять мне! У меня с ним больше ничего не будет! Разберусь с проблемами по мере их поступления. — Ещё до вечера уйма времени, Эмили! Мы могли бы побыть вместе ещё немного! — Лина, я понимаю твои опасения, и мне жаль, что ты чувствуешь себя так. Но я обещаю тебе, что с Марком я разберусь и поставлю точку в наших отношениях. Мы можем побыть вместе ещё немного, но я должна уехать до вечера. Лина посмотрела на Эмили с сомнением в глазах, но в сердце девушки горело искреннее желание сохранить свои отношения с Линой. Она понимала, что эта ситуация сложная, но её любовь к Лине была глубокой и искренней. — Лина, я знаю, что это сложно для нас обеих. Но я хочу показать тебе, что ты единственная, кого я люблю. Дай себе время разобраться во всём этом и найти выход из ситуации, — сказала Эмили с надеждой в голосе. Лина погрузилась в раздумья, ощущая, как в её сердце сражаются разные чувства. Она знала, что ей очень трудно будет принять решение, но быть с той, кто действительно любит её, было важнее. — Хорошо, Эмили. Я готова продлить наше время вместе. Но я прошу, чтобы ты рассчитывала на меня и решала свои проблемы с Марком. Я не хочу ощущать, что я для тебя на втором плане, — сказала Лина с решимостью в голосе. Эмили почувствовала облегчение и радость. Она обняла Лину сильнее и поцеловала её нежно. — Спасибо, Лина. Ты не представляешь, как я счастлива, что ты рядом со мной. Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы наши отношения были счастливыми и полными доверия, — прошептала Эмили. Их губы снова соединились в поцелуе, и они решили насладиться оставшимся временем вместе. Однако, для Лины и Эмили наступило время исследования их отношений и поиска решения, которое принесёт счастье им обеим. Улыбка Лины возвратилась на её лицо, и они продолжили проводить время вместе. Они занялись тем, что им обеим нравилось: гуляли по парку, обсуждали музыку и искусство. Каждую минуту, проведённую вместе, они чувствовали, как их связь становится сильнее. Настал вечер, и они решили сесть на берег реки, насладиться закатом. Лина смотрела на Эмили с любовью в глазах. — Эмили, я так рада, что ты осталась. Я не хочу тебя терять. — говорила Лина, мягко касаясь её руки. — Лина, я тоже не хочу потерять тебя. Ты самое прекрасное, что со мной случилось. Я готова бороться за нашу любовь и справиться со всеми проблемами. Марк пускай будет прошлым, — ответила Эмили, смотря ей в глаза. Лина крепко обняла Эмили и они обе понимали, что их отношения стоят того, чтобы бороться. Они решили быть рядом и поддерживать друг друга, независимо от преград, которые им могли встретиться. Так они сидели вместе, наслаждаясь моментом и зная, что путь может быть непростым, но они всегда будут рядом, чтобы преодолевать все трудности, которые им попадутся на пути. Ведь они нашли что-то особенное — настоящую любовь, и они не собирались её отпускать. Их губы слились в поцелуе. — Эмили? — раздался неожиданно женский голос. Две девушки отстранились друг от друга и увидели идущую к ним девушку с собачкой на поводке. Эмили узнала в ней девушку, с которой, бывало, играла совместно в оркестре театра. Скрипачка ощутила лёгкий дискомфорт и чувство неловкости. «Она наверняка видела меня, целующей с Линой!» — промелькнуло в мыслях. Лина тоже ощутила некоторую неловкость. Посторонняя девушка могла их неправильно понять и осудить за это. — Привет, Лара! — воскликнула Эмили, встав со скамьи. — А что ты тут делаешь? — Собачку свою выгуливаю перед сном, — ответила та. Она переводила взгляд с коллеги на художницу и обратно. — А у тебя тут что, тайное свидание? — усмехнулась она, подмигнув. — А вы знакомы? — подала, наконец, голос Лина, поднявшись с лавочки. Эмили спохватилась: — Да, это Лара, играет с оркестром в театре. А это Лина, моя подруга. Лара уставилась на художницу внимательным взглядом, продолжая ухмыляться. — Ну, рада знакомству, Лина! — воскликнула она. — А не поздно ли для прогулок? — Пока нет, — ответила Эмили, смутившись от взгляда коллеги. — Мы разговаривали… Лара хмыкнула: — Видела я ваши разговоры. Меня можно не обманывать. — Она махнула рукой. — У тебя же, вроде, парень есть, а ты тут с женщиной уединилась… Что, твой не справляется, что ли? — Засмеялась она. — Замену ему нашла? Эмили стало некомфортно, как и Лине. Они обе почувствовали себя в ловушке, окружённые насмешливыми взглядами Лары. Эмили пыталась объясниться: — Нет, Лара, ты не понимаешь… Лина и я всего лишь подруги, мы сегодня случайно встретились… — О, «случайно»… — насмешливо проговорила Лара. — Мне кажется, я видела нечто большее, чем просто дружескую встречу… Все эти взгляды, касания… Эмили чувствовала, что её лицо горит от стыда, а Лина всё больше сгибала пальцы в нервозности. Пространство парка вдруг стало невыносимо тесным, и девушки почувствовали пот не только от летнего солнца, но и от горячего внутреннего напряжения. — Послушай, Лара, я правда… — начала было говорить Эмили, но Лина прервала её. — Хватит, Эмили! Да, мы встречаемся… — ответила Лина смело. — Лара, я тебя не знаю и ты не знаешь меня… И я думаю, что в этом нет ничего предосудительного! Что плохого в том, если две девушки любят друг друга? В нашем городе не запрещены подобные отношения! Лара на мгновение задумалась и потом откинула голову назад, громко смеясь. — Да ладно вам! Не принимайте всерьёз мои слова! Просто люблю поколебать нервы других. Пошутила я, да и только! Эмили и Лина выдохнули с облегчением, осознав, что Лара просто шутила. Затем они все вместе засмеялись, чтобы разрядить напряжение. — Знаешь, Лара, ты всегда так вдохновляешь своими шутками! — сказала Эмили, погладив собачку Лары по голове. — А вам, девочки, в компании третья не нужна? — ухмыльнулась Лара. — Может, замутим секс втроём? Лина и Эмили переглянулись и засмеялись, понимая, что Лара опять шутит. — Нет-нет, Лара, третья в нашей жизни уже будет лишней! — ответила Эмили, подмигнув Лине. Их лица озарились улыбками, а Лара сказала: — Не парьтесь! Я против гомосексуалов ничего не имею! — Она похлопала Эмили по плечу. — Бывайте! Она пошла дальше по дорожке, таща собачку за собой. *** В следующие выходные Эмили, как и обещала, приехала к матери. Неделя для неë прошла тяжело. Она сильно поссорилась с Марком, когда вернулась поздно домой от Лины. Он начал приставать к ней, но она отвергла его и теперь спала в гостиной. По утрам они не разговаривали, собираясь на работу. Даже друг на друга толком не смотрели. На работе Эмили попросила Лару никому не говорить о своих отношениях с художницей и та пообещала помалкивать. Эмили не хотела, чтобы весь театр знал о еë личной жизни. Дома у родителей царила нормальная атмосфера. Лина не обиделась, что эти выходные Эмили проведёт не с ней, а с предками. В конце концов общение по смартфонам никто не отменял. К тому же у художницы набралась подработка на иллюстрацию книжных обложек, поэтому два дня она проведёт за компьютером. Лина понимала, что Эмили надо разрулить ситуацию с Марком и своей семьёй. Эмили, конечно, могла бы переехать жить к Лине, чтобы больше не натыкаться на недовольное лицо Марка, но решила пока повременить с этим, не расставив окончательно все точки над «i». Марк задерживался на работе, чтобы лишний раз не скандалить с Эмили, а когда возвращался, та уже спала в гостиной на диване. Она не ждала парня с работы, чтобы лишний раз не порамсить с ним. Так они избегали скандалов. — Эми, привет! — навстречу ей выскочила младшая сестра Тереза. Она была почти копией Эмили. Только еë глаза были синими, а не голубыми и волосы были покороче. — Привет, Тер! — улыбнулась Эмили младшей сестре и обняла еë. — Мам, пап! Эмили приехала! — проорала на весь дом Тереза. Родители высунулись в коридор, приветствуя старшую дочь. Обняв предков, Эмили разулась и прошла в гостиную. Дом еë детства почти не изменился за прошедшие годы. Всё те же мебель и предметы, которые она так хорошо запомнила. Она присела на своё любимое место у дивана и с улыбкой осмотрела комнату. Всё ещё чувствовался запах детства — аромат свежих печенек, которые мама всегда готовила. Вспомнив о детских годах, в её глазах засверкали ностальгические воспоминания. Она вспомнила, как вместе с Терезой играла в прятки по всему дому, создавали уютные лагеря из простыней и подушек. Вместе они исполнили много песен, разыграли десятки спектаклей и планировали свои будущие приключения. Комната была украшена фотографиями, на которых изображены улыбающиеся лица семьи. Встав с кресла, Эмили подошла к комоду, где стояло несколько фотографий. На одном снимке её родители, Тереза и старший брат посещают парк аттракционов. Вспомнились смех и радость, проведённые вместе семейные праздники и незабываемые приключения. Пока она проводила выходные у предков, в гости к ним приехал старший брат со своей супругой и двумя детьми. Дом оживился детскими криками и смехом. Все были рады видеть друг друга. Оказалось, что это Бруклинн пригласила старшего сына с семьёй приехать к ним, чтобы они смогли повидаться, поскольку очень редко собирались за одним семейным столом. В суете дел миссис Грейс никак не удавалось поговорить с Эмили, но всё же подходящий момент для беседы настал и скрипачке пришлось раскрыться перед своей семьёй. Эмили понятия не имела, как еë предки отреагируют на еë отношения с женщиной, но под давлением со стороны матери, которая всё силилась понять, почему в их отношениях разлад и какое отношение к этому имеет художница, скрипачка не выдержала нервного напряжения и ляпнула, что встречается с ней. Миссис Грейс втолковывала дочери, что и у неë в молодости случались разногласия с отцом, но это не было поводом для скандалов. — Вы это вы, а я это я! — отчеканила Эмили. — Не сравнивайте одно с другим! — Я просто хочу понять, что не так у тебя с Марком? — давила на неë мать. — Почему ты всё своё свободное время уделяешь какой-то художнице, а не ему? Он же любит тебя, родная! Неужели музицирование занимает у тебя слишко много времени? Помню, в детстве, у тебя было время не только на игру на скрипке, но и на забавы с Терезой и походам на аттракционы. А сейчас что происходит? Не поверю, что ты у какой-то женщины круглые сутки репетируешь. Да и беседовать довольно долго о музыке и исскустве просто нереально. Чем вы там на самом деле занимаетесь? Даже я с твоим отцом не болтаю круглосуточно. — Мам, я творческая личность и нет ничего плохого в том, что я общаюсь с другой творческой личностью, — спокойно ответила Эмили, не зная, как ещё увильнуть. — Я понимаю, что тебе трудно понять мои отношения с художницей, но у нас есть особая связь. Мы разделяем общие интересы и волнуемся друг за друга. Марк же совершенно другого плана. Он ничего не понимает в музыке и искусстве. С ним даже поговорить не о чём. Его только секс интересует. В музыке я нахожу вдохновение и самореализацию. Это моя страсть и то, что мне действительно близко. Я не хочу снизить всё до обычных повседневных разговоров. В наших отношениях есть что-то глубокое, мы делаем друг друга счастливыми. Миссис Грейс испытывала некоторое замешательство перед таким открытым ответом дочери. Всё, чего ей хотелось, это понять, что происходит с её родной девочкой. Она ощущала, что что-то важное ускользает от неё. — Возможно, мне стоит проявить больше терпения и понимания, — задумчиво произнесла миссис Грейс. — Я видела, как музыка оживляет твои глаза. Но та женщина ведь художница, а не музыкант. Где связь? — Мам, это общее искусство. Я хочу, чтобы ты поддерживала меня в том, что делает меня счастливой. Миссис Грейс посмотрела на дочь с явным не пониманием. — Я люблю тебя, Эмили, но всё равно понять не могу твою привязанность к этой женщине, которую я даже не видела ни разу. Марк подавал мне странные намёки и я не знаю, что и думать после этого. — Марк ничего не понимает в этом, мам. Глупо было его слушать. — Отнекивалась скрипачка. — Он преувеличил. — Ну, не знаю, мне так не показалось, — протянула Бруклинн. Беседа начала казаться нудной для Эмили. В какой-то момент она не выдержала и выпалила: — Я встречаюсь с ней! Повисла пауза. Мать недоумëнно вытаращилась на дочь: — Чего? Что ты сказала? Эмили сглотнула подступивший ком в горле и повторила: — Я встречаюсь с ней! — В каком смысле? — уточнила вопросительно мать. — В прямом! У меня отношения с ней! Реакция миссис Грейс была неординарной. Женщина несколько раз изменилась в лице. До неë с трудом доходили слова дочери: — Ты… в отношениях с… женщиной? — с расстановкой спросила она. Эмили кивнула: — Да, это так! Я люблю еë! — Ох! — Миссис Грейс побледнела и схватилась рукой за сердце. — Ох! Что творится? Ах! Ой! — вскрикнула она и стала сползать со стула. — Мама, что с тобой? — Эмили вскрикнула и бросилась к матери. На вопли в кухню зашёл мистер Грейс. — Что вы кричите? — пробасил он громко. Увидев супругу на полу, подскочил к ней: — Милая, что с тобой? Тебе плохо? Бруклинн всхлипнула: — Да, мне плохо! Я умираю! — От чего? — спросил отец. — От стыда и позора! — Бруклинн ткнула пальцем в Эмили. — Ты представляешь, что учудила наша дочь? Мистер Грейс с недоумением воззрился на ту. Бруклинн продолжила: — Она… она… она… влюбилась в… женщину? О, господи! Боже! За что мне такое наказание? — Она расплакалась. — Где я тебя упустила? Где недоглядела? Как такое могло произойти? Мистер Грейс помог жене встать с пола и усадил обратно на стул. Нахмурившись, он посмотрел на дочь. — Ты что это творишь, Эмили? Что за чушь собираешь? — гневно отреагировал он. — Папа, это не чушь, а правда! — Эмили сделала паузу. — Я действительно полюбила женщину! — Ты что, с ума сошла? — накинулся на неë отец. — Ты хоть соображаешь, что несёшь? — Да, я понимаю, что со стороны это выглядит глупо, но… — Какие тут могут быть «но»? — взвился отец. — У тебя что, с головой не того стало? С каких это пор ты стала интересоваться девушками? — Папа, я открыла в себе нечто новое и удивительное! Это не сравнимо ни с чем, поверь! В этом нет ничего плохого! Мы любим друг друга! — Как две женщины могут друг друга любить? Это неприемлемо! Это вообще бред какой-то! — раскричался отец. — Где это видано, чтобы одна баба с другой встречалась? Кто это изобрёл? Во времена моей молодости подобного не было! — А может было, да прошло мимо тебя! — воскликнула Эмили. — Тебе то откуда знать? — По крайней мере, я своими глазами такого не видел! Это уму непостижимо! В нашей семье не приняты такие отношения! Это как так? — Он обратил внимание на рыдающую жену. — Ты глянь, до чего мать довела! Не стыдно? — Что за шум, а драки нет? — В кухню заглянул старший брат, Кайл. Отец повернулся к сыну. — Ты представляешь, что вытворила твоя сестра? — он указал на Эмили. — Она влюбилась в женщину! Кайл выпучил удивлённо светлые глаза. — О! Ну, это… — в растерянности он не знал, что ещё сказать. — А как же Марк? — подала голос плачущая мать. — Я ведь надеялась, что вы поженитесь, создадите семью, внуков мне подарите… Как же всё это, Эмили? С женщиной у тебя никогда не будет детей… На что ты себя обрекаешь? Что может дать тебе эта художница? Что за жизнь будет у тебя с ней? Боже! А что скажут остальные родственники? — Мам, полюбить можно кого угодно, независимо от половой принадлежности, — вмешался в разговор Кайл. — Ты что, одобряешь то, что твоя сестра стала… — Отец сконфуженно выдавил: —… лесбиянкой? Кайл беззаботно повёл плечами: — Ну… Это личное дело Эмили. Влюблённость не имеет границ. — Но ты же нормальный мужчина, женатый на женщине и в тебе такого нет! — воскликнул мистер Грейс. — Я полностью уверен в своей ориентации, батя! А сестричка, видимо, не смогла сразу осознать свою истинную природу! Возможно, она би. — Какая ещё би? — не понял отец. — Бисексуалка, — ответил Кайл без стеснения. — Это когда может быть с мужчиной и женщиной. Мистер Грейс поморщился: — Какая мерзость! Хватит говорить об этом! Даже представить тошно! — А может, она всегда была лесбиянкой, только не сразу поняла это, — сказал Кайл, проигнорив отца. — Простите, что я расстроила вас! — Воскликнула Эмили. — Я надеюсь, что когда-нибудь вы поймëте меня и примете такой, какая я есть! Я люблю вас и мне не хочется терять с вами связь из-за этого! Но если вы больше не хотите меня видеть, то я всё пойму и уйду из вашей жизни, чтобы впредь не позорить! Мистер Грейс разгневался на дочь. — Как ты могла променять такого хорошего парня, как Марк, на какую-то там женщину? Я что, должен сейчас от радости плясать? Чем тебе Марк не угодил? — Мы с ним слишком разные, чтобы быть вместе, — отчеканила Эмили, опустив голову. — Он не тот, кто мне нужен, пап. — А женщина какая-то нужна, значит, да? — раскричался тот. — Ты хоть соображаешь, какой позор ляжет на нас? Ты подумала о репутации младшей сестры? Что станут судачить, а? — Так вышло, — ответила Эмили понуро. — Прости! — И это всё, что ты можешь сказать в своё оправдание? — разорался отец. На крики пришла Тереза и заглянула супруга Кайла. Они молча слушали разговоры, переводя взгляд с одного на другого. Эмили попыталась оправдаться перед ними, но отец не принял это. — Я не потерплю в своём доме подобных сношений! Прекрати встречаться с этой особой и вернись к Марку! Либо убирайся вон! Чтоб я тебя больше тут не видел! Чувствуя, что расплачется, Эмили сорвалась с места и выскочила из кухни. Тереза кинулась за ней. Отец стал успокаивать ревущую мать. Кайл лишь почесал затылок, а его супруга пожала плечами. Прибежав в спальню, которую делила в детстве с младшей сестрой, Эмили торопливо собралась, но путь ей преградила Тереза. — О, Эми! Мне так жаль! — она с горечью обняла старшую сестру. Эмили еле сдерживала рвущиеся наружу слëзы. Тереза нежно погладила старшую сестру по голове. — Я… я… — Эмили трудно было выговорить что-нибудь. — Молчи! Я не осуждаю тебя! Родители из иного поколения! Им такое трудно понять! Несмотря ни на что, ты всё равно останешься моей дорогой и любимой сестрёнкой! — О, Тереза! Спасибо! Хоть ты не презираешь меня! — Кого бы ты не выбрала себе в спутники, я не собираюсь из-за этого отказываться от тебя! Сейчас родители обескуражены услышанным, но со временем могут образумиться! — Тебе не стыдно за меня? — спросила Эмили, отстраняясь от младшей сестры. — А чего тут стыдного? — вопросила та. — Знаешь, я уже насмотрелась в школе подобного! У нас там и гомо ходят, втихаря целуясь друг с другом! — хихикнула она. Они обменялись ещё несколькими фразами, потом Эмили уехала. *** Эмили оказалась на распутье — выбрать между любовью к женщине, при этом потерять контакт с родными либо растаться с Линой, вернувшись к Марку и продолжать общение с семьёй, словно ничего и не было. У неё возник внутренний конфликт и борьба с самой собой. Идя по городским улицам в раздумьях, она наконец осознала, что не может изменить свои чувства к художнице, и что её счастье и благополучие важнее, чем мнение окружающих. " Я последую за своим сердцем и буду с Линой, даже если это означает потерять одобрение близких», — решила Эмили. Она понимала, что только сама может выбирать свой путь и быть счастливой, независимо от общественных стереотипов и предвзятостей. Перед ней стоял самый трудный шаг — рассказать Лине о своих решениях. *** — Что случилось, Эмили? — тревожно спросила Лина, открыв входную дверь и увидев заплаканную возлюбленную. Эмили рухнула в еë объятья, шмыгая носом. Художница провела еë в гостиную и усадила на диван. В еë объятьях и поцелуях скрипачка понемногу успокоилась и поведала ей о своей встрече с семьёй. Лина выслушала еë откровенность и искренность, приняв выбор скрипачки с пониманием и поддержкой. Лина обняла Эмили ещё крепче, гладя её спину нежными поглаживаниями. Она понимала, что это было очень сложное решение, но она была готова поддержать свою любимую. — Я знала, что у тебя что-то на сердце, дорогая, — прошептала Лина, целуя Эмили в лоб. — Я готова идти рядом с тобой, независимо от того, что мы потеряем. Слова Лины окутывали Эмили теплом и покоем, проникая в самое сердце Эмили, она ощутила глубокую благодарность и безмерную любовь к своей возлюбленной. Она знала, что не может сдаваться в своих чувствах, что отказ от них приведёт лишь к мукам и несчастью. Теперь у неё была поддержка, и они вместе смогут преодолеть любые преграды и будут счастливы, несмотря на критику окружающих. Лина сжала руку Эмили, глядя ей в глаза с любовью и нежностью. Она знала, что этот выбор был непростым для скрипачки, и была готова идти рядом с ней через все трудности. — Эмили, ты знаешь, что я люблю тебя и всегда буду рядом с тобой. Мы сможем преодолеть любые преграды вместе, — сказала Лина, погладив щеку возлюбленной и смахнув слезинки из полузакрытых глаз. — Ты знаешь, я всегда буду возле тебя, независимо от того, что скажет твоя семья, — прошептала Лина, обнимая возлюбленную покрепче. Эмили почувствовала, как все её сомнения и тревоги начинают рассеиваться. Быть рядом с Линой и следовать за своим сердцем было то, что она действительно хотела. В её объятиях она чувствовала безусловную поддержку и любовь, которую никогда не испытывала раньше. Скрипачка облегчённо вздохнула, чувствуя огромное облегчение от осознания, что её чувства и решения поддерживает её важный в жизни человек. Она знала, что её семья, возможно, будет разочарована, но теперь она поняла, что счастье и право на выбор своей любви стоят гораздо выше. *** С каждым днём они становились ближе и счастливее, находя друг в друге поддержку и понимание. И хотя отношения с близкими были наизнанку, Эмили чувствовала, что она наконец нашла своё истинное счастье. Так она выбрала свой путь, идя наперекор обществу, и обрела то, что долго искала — любовь и свободу быть самой собой.