II Страсть и искушение.
9 ноября 2024 г., 20:19
— Ваш ход, леди Эридия! — Воскликнул Макемаке, мельком взглянув в книжку с сюжетом, по которому трое карликовых планет сейчас играли, дружно сидев всей компанией в позе лотоса около самого ведущего. Взгляд красного быстро взметнулся от книги к сидящей рядом девушке, которая, призадумавшись, в итоге подняла голову и посмотрела на того в ответ. — Так значит, сейчас я не могу передать свой ход другому игроку? — Вздохнула Эрида.
— К сожалению, нет, — Пожал плечами парень в очках. — астероблины напали в засаде именно на тебя, и придётся либо отбиться, либо.. Получить удар, который может пробить класс твоей брони!
— Ясно. — Коротко бросает в ответ она, и собравшись с мыслями, озвучивает своё действие. — Я возьму пару кинжалов и совершу атаку вперёд. — Пара мгновений... Макемаке неожиданно затих, будто случилось что-то нехорошее. Неужто ли леди потерпела неудачу в своём деянии? Однако, после такого затишья, карлик тут же легко улыбнулся, ещё раз посмотрев на Эриду, что сама немного напряглась от такого непривычного молчания со стороны разговорчивой планеты, пропитываясь интригой, как и сидевшие рядом Хаумеа с Плутоном.
— И это крит, — Внезапно выдал он. — у тебя получилось поразить атакой сразу двух астероблинов!
Девушка с облегчением выдыхает и отводит взгляд, а уголки губ не могут не приподняться в незаметной улыбке. Наконец-то за всю игру ей так повезло.— Славно. Но вот что насчёт тебя, Плутон? — Улыбка внезапно спадает. Как рукой сняло.
Хмуря брови, её голова поворачивается на ”бывшего аристократа”, что всю игру сидел напротив самой Эриды с немного обеспокоенным видом. — Или же, мне стоит говорить "сэр Плуто", — Она по прежнему не сводит с того своих внимательных глаз.
Разговаривал парень в этот день куда меньше обычного, да и вёл себя чересчур скованно. Особенно рядом с Эридией. Плутон будто чувствовал, как она может легко увидеть его насквозь. И действительно, она сразу поняла, что с ним явно что-то сегодня не так.
Её настороженный тон заставил Плутона растеряться ещё больше. Но почему? Естественно, тот боялся, что девушка догадается о том, что произошло между ним и двумя его друзьями вчера. И произошло как раз таки по его вине, это ведь он взял ту злосчастную колбу в порыве любопытства. Выпил сам, предложил Хаумее, а дальше... Пошли очень запретные и развратные дела, кои если тот начнёт вспоминать, то точно сейчас ничего ответить Эриде толкового не сможет. Глубоко в душе чувствовался ком сильной вины, который ни с чем нельзя было сравнить.
— Ээ-э.. Что? — Еле выдавливает из себя Плутон, проморгавшись и с неловкой улыбкой на лице уставившись на Эриду. Голос неосознанно дрожал.
— Следующий ход за тобой. Да и не хотел бы ты мне помочь разобраться с противниками? Или так и будешь перекладывать свои действия на меня с Хаумеей? — Скрещивает руки на груди леди.
— Сегодня ты весьма молчалив. Видно, случилось что? — Непривычно было слышать вопросы от такой персоны, но по правде, 9-ой планете было уже откровенно всё равно. Лишь бы только эта самая "персона" не узнала о вчерашнем...
Хаумеа молча сидела рядом, обняв колени, слушая этот натуженный диалог двух карликовых планет, не смея проронить ни слова. Он продолжался, пока Эрида не почувствовала на себе осторожный взгляд Макемаке. — Леди Эридия, не стоит излишних беспокойств! С Плутоном всё стабильно, правда. — Вовремя прикрыл того исследователь, за что 9-ая планета сейчас в мыслях бесконечно благодарит его.
— Дело в том, что вчера у нашего друга выдался очень тяжёлый день. Можно понять.. — Ключевое слово «вчера»...
Макемаке не окрасил его особой интонацией, но на Плутона уже нахлынули воспоминания.
***
Две невысокие фигуры бездейственно замерли, в предвкушении кинув заинтересованные взгляды на только что обмолвившуюся Хаумею. Планета же, от такого внезапного прилива внимания, в смятении отводит глаза, смущённо прищуривая их. — Простите... — Эффект незаконченного эликсира пропитал беловласого парня сильнее, чем можно было ожидать. — Это так постыдно, но.. — Перестань. Мы уже поняли. — Прерывает его внезапно знакомый голос, раздавшийся напротив, что принадлежал Плутону. После этих коротких слов, взгляд бывшей планеты плавно переходит на Макемаке, который также посмотрел на ту в ответ. Брюнет похотливо ухмыляется, потянувшись к уху исследователя, начиная что-то активно и сладко ему нашёптывать, на что парень в очках сначала весь изошёлся румянцем, иногда поворачиваясь к Хаумее, посматривая на неё, а затем воротился к Плутону обратно, тихо отвечая тому что-то из разряда ”Ты уверен?”, ”А точно?”, что заставляло рядом стоящую белую планету сильно заинтересоваться, о чём же эти двое там шушукаются, однако подслушать разговор возможности не было. И как оказалось, уста Плутона таинственно нашептали красной планете одну очень, очень интересную идею... Сил воздерживаться уже почти не было. Ноги Хаумеи слегка дрожат в коленях, едва ли держав столь возбуждённое тело. Единственное, что ещё не давало беловласому упасть, так это стоящий рядом Макемаке, за плечи которого серая планета скромно придерживалась, немного сжимая их своими пальчиками, что пару минут назад ловко ласкали плоть любознательного, а теперь с трепетом в своих же движениях по его плечам будто скрыто просили приласкать Хаумею в ответ. И кажется, исследователь прекрасно понимал этот потайной смысл в поведении друга, но сейчас у него был другой план. Они перекинулись взглядами с Плутоном ещё раз.***
Светловласый делает робкий шажок назад под натиском двух друзей, и его во мгновение ока настойчиво прижимают и укладывают на стол. — Ах, нет.. — От одной только мысли возбуждение накрывало волной невинное тело вновь. Хаумеа, кажется, даже не сопротивлялась рукам Плутона, что крепко прижали её запястья к столу, а только поддавалась. Карликовая планета смиренно укладывает голову на стол, и от будоражащих чувств закрывает глаза, позволяя всему телу расслабиться. Та параллельно слышит то, как неспешными шагами кто-то из этих двух переходит к другому концу стола. И внезапно, щеки касается парочка пальцев с той стороны. Приятно поглаживая, а после перемещаясь к подбородку Хаумеи, легко задирая её голову повыше, дабы та была почти откинута назад в сторону того, от кого и следовали эти нежные касания сзади. Та уже сразу начала догадываться, даже не открывая глаз, что это скорее всего был Макемаке. Ведь такой осторожный темп прикосновений мог принадлежать только ему. Да и эти пальцы... И только беловласый успевает пододвинуть голову вперёд к тазу очкарика, делая это лишь из-за неудобства её расположения на твёрдом столе, как губы планеты случайно достают до кончика чего-то. Чего-то вроде и мягкого, а вроде и твёрдого, слегка влажного и чересчур манящего, неловко утыкаясь в неизвестный предмет. Сверху тотчас же раздалось приглушённое мычание знакомого, и обычно до жути болтливого голоса, отчего белой планете не нужно было прикладывать особых усилий, чтобы догадаться, до чего она сейчас дотронулась. Волна неловкости накрыла эту стыдливую парочку за пару мимолётных секунд, и оба парня в смятении замерли, будто позабыв, что хотели делать дальше. Хаумеа как-то подрастерялась, а предстоящий пред её лицом член таки наливался кровью, твердел от чужого дыхания, что ещё больше вводило в ступор. А также, это не могло не засмущать и Макемаке, разглядывающего данную картину с верхнего ракурса. Но неожиданно для самого себя, тот резко ловит чуткую дрожь в коленях: приятный и тёплый язык белой планеты ласково, одновременно робко прошёлся около разгорячённой плоти во всю пульсирующего органа, по стороне чувствительной головки, слизывая дорожку стёкшей капли предсемени. Губы, в которые был уткнут кончик, с лёгким причмокиванием втиснулись в середину ещё сильнее. Так невероятно это вскружило голову красновласому... Неожиданно, особенно от Хаумеи. Пальцы нырнули в волны белобрысых волос, двинувшись к затылку, постаравшись как можно крепче зафиксировать голову кольцевого на месте. И кажется, уже известно, для чего. Макемаке с волнением, осторожностью и стоном двинул тазом вперёд, и член с протяжным хлюпком протолкнулся в рот обескураженной Хаумеи, заставляя ту издать приглушённое мычание. Оно отдалось лёгкой и приятной вибрацией по половому органу, сводя любопытного с ума. Губы плотно сжались вокруг середины ствола, усердно обволакивая взятую длину, а глаза сожмурились. Тем не менее, член стал продвигаться дальше, доставая чуть-ли не до задней стенки горла, а белая карликовая планета всё старательно пыталась заглатывать и принимать, изо всех сил сдерживая рефлексы. Хотя ей даже нравилось чувствовать эти молчаливые наставления своего любознательного друга. Парню нравилось ощущать себя таким сосредоточенным и одновременно таким расслабленным. Теперь настало полное расслабление тела и передача всей инициативы в руки очкарика. «…Интересно, как далеко сможет зайти столь непорочная душа в эту ночь?» — Складно, но уж больно некстати заиграли мысли в голове его, пока гуща приятных ощущений снизу начинала постепенно прерывать всё здравомыслие. И стоило ли говорить, что Плутон сейчас во всю уже разбирался с бесполезными нижними одеждами беловласой карликовой планеты, проделывающей такую влажную и старательную работу для своего красного друга? Застёжка за застёжкой, и ткань, сквозь которую виднеется невзначай выпирающий бугор, медленно сползает, через полминуты оказываясь прямиком на полу. Так или иначе, "9-ая" планета уже позаботилась о том, чтобы быстро и незаметно обнажить всю паховую зону своего стеснительного кольцевого приятеля, открывая себе совершенно новый вид. Указательный палец нежно проходится по напряжённой головке члена, а затем спускается до самого основания, минуя всю бледную кожицу возбуждённой длины, и кажется, заставляя её красиво приподняться ещё выше. Но похоже, Хаумее было далеко не до этого. С другого конца стола раздавались развратные громкие хлюпанья вперемешку с лёгкими мычаниями двух парней. Они интенсивно двигались навстречу друг другу. Один уже во всю заглатывал, а второй сдавленно похмыкивал, поправляя на нос сползавшие очки, наслаждаясь таким умелым и сладким минетом со стороны первого. Третий же ещё больше завёлся, созерцая это зрелище.. Убирая пальцы от чужого достоинства, Плутон в миг преподносит их к своим кривившимся в улыбке губам, смакуя и тихо умасливая средний с указательным собственной слюной, дабы те скорее вошли в покорно лежащую и ничего не подозревающую Хаумею, отводя их от своего рта. Кареглазый ловко подставляет их вплотную к тесному колечку мышц, проталкивая внутрь сразу оба, выбивая тем самым расслабившегося кольцевого напрочь из колеи. — Гхм-мм! — Дёргается и гортанно стонет светловласый, совершенно позабыв об утехах с любимым исследователем, раскрыв ранее прикрытые в вожделении очи. Фаланги Плутона настойчиво раздвигают анальные стенки дальше, перетягивая всю пелену внимания теперь только на себя. Хаумеа больше не пыталась доставить Макемаке как можно больше удовольствия, двигая головой всё более размеренно, пока довольный своим смелым решением брюнет пытался найти внутри чувствительный комочек нервов, пусть и уверенно, но осторожно пихаясь двумя пальцами во все стороны. Где-то Плутон делал даже неприятно, но в один момент, ему удалось добраться до того, что тот так искал. Ноги кольцевого в миг подкосились от прямого попадания по простате, а изо рта вырвался настолько похабный стон, что и Макемаке не остался равнодушен к происходящему. Он скептически приподнимает бровь, мельком окидывая взглядом бывшую планету напротив, что походу наслаждалась происходящим развратом не меньше перед ним лежащей. Плутон не может не заметить на себе взгляд умных глаз, а потому смотрит на него в ответ исподлобья. Но зачем же им соперничать, когда можно действовать сообща?***
— Х-ххм! Н-нн! Мм-м-нн-н! — Его пронзительные мычания заполонили собой всё окружающее пространство, разрезая ночную тишину без капли совести и сожаления, не утихая ни на секунду. Ну и как же здесь не спохватиться, когда тебя так горячо и страстно берут, разложив на столе? Так ещё и сразу с двух сторон. Плутон, закусив губу, активно двигался внутри зажатой карликовой планеты, выбивая из той самые пошлые звуки, что заглушались чужим пульсирующим органом во рту, плотно стискиваемым губами светловласого. Все эти трое потеряли счёт времени, пока Хаумее, даже не ожидавшей такого расклада событий, приходилось работать сразу на двоих, превосходно принимая как и Плутона, так и Макемаке. Хотя, пусть кольцевого и прижимали сразу с двух сторон, тараня в обе стороны, он не испытывал ни капли неприязни или боли со всего этого, а даже немного наслаждался. Сосредоточиться было неимоверно тяжело, однако, ритмичные удары сзади в простату давали о себе знать, и каждым своим движением, подобно электрическому току, молниеносно разгоняли удовольствие по телу. Снежные глаза в похоти закрылись, а член был оттопырен, стояв колом и во всю сочась тёплым предэякулятом, что от таких долгих махинаций постепенно стекал к анусу, где продолжались хлюпанья и лёгкие брызги. Член любознательного продвигался во рту слишком быстро, но Хаумеа продолжала добровольно принимать, скромно обволакивая внутри длину языком, пусть и было ощущение, что от любого неровного движения светловласый вздрогнет и закашляется. Эти двое будто вовсе не жалели своего робкого друга, хоть и видели, что он только подставляется, и никак не противится ни одному действию, приноравливается под ускорившийся темп. И когда один входил, а другой выходил... Хаумее просто сносило крышу от этих похотливых и мокрых толканий.***
— Аа-аккуратнее! АА-А-.. — Ладони Макемаке плотно фиксировали бёдра уже доведённой и изнурённой сексом карликовой планеты, приподнимая на себе, а затем с её громким стоном опуская. Он делал это медленно, осторожно, но так чёрт возьми глубоко, что у бедняги просто слезились и закатывались глаза. Хотелось откинуть голову и отдаться чувствам на полную катушку. — Хаа-а.. Ох, это.. Я не могу, о, звёзды... — Сладко и будто в полусне бормочет себе под нос исследователь, что от ощущений сейчас был сам не свой, чего уж тут говорить про верхом скачущего на нём кольцевого? Дыхание Макемаке было настолько учащённым и сбитым, что цвет его щёк почти сравнялся с цветом его волос. Он больше не мог привычно анализировать ситуацию, отдаваясь такой желанной и запретной похоти, голосок светловолосого ласкал его покрасневшие уши, давая позабыть обо всём на свете. Хаумеа не сбавляет свой темп, и ничуть не теряя запал, наклоняется к его лицу, жадно и мокро впиваясь в чужие губы, что на протяжении всей близости так влекли. И красновласый тут же отвечает взаимностью, сплетая языки и в головокружении сминая нежные уста, подталкиваясь бёдрами снизу. Как же эти двое хотели, как же эти двое желали... Но и третий не томился в ожидании, и прильнув к любознательному телом сбоку, утыкаясь носом в его разгорячённую шею, поцеловал, прикусив её ближе к ключице, желая привлечь драгоценное внимание. Макемаке нетерпеливо отстраняется от светлоглазого. И судя по тому, как табун мурашек прошёлся по его коже, у Плутона безусловно получилось его взбудоражить. И всё же. Эта ночь... Этот напиток... Всё было окутано волшебным ореолом тайны. И эти трое будут безмолвно нести её сквозь все остальные дни, проведённые вместе в компании карликовых планет. Но со стороны Плутона это было таким проступком, за который тот будет ещё долго извиняться перед своим любопытным другом. К чёрту этот статус планеты. Но почему тот с самого начала не мог вбить себе в голову это утверждение?
