На берегу

Миновал месяц. Моё тело приходило в норму, маленькими, но настойчивыми шагами. Я могла есть фрукты, хоть и один раз в день. Они приносились лично с его рук, приготовленные с заботой. Эта мысль не покидала мою голову, поэтому, тарелка всегда оставалась пустой. В зеркале уже не стояла скелетная оболочка, от которой исходила мрачная тень. Теперь, моё лицо обретало краски, фигура начала выделяться утонченными изгибами. «Солнечная надежда на счастливое будущее»? *** Встав с утра пораньше, я начала собираться на утренние процедуры. Сегодня в планах было сдать кровь из вены и конечно же, прожужжать уши начинающим практиканткам. Мне настолько жаль смотреть на их позеленевшие от нервов лица, что приходилось тараторить о моих историях из жизни, половина которых, придумывались на ходу. Лежав на мягкой кушетке, я встретила новую девушку. В их группе, по моему, человек тридцать. На моем опыте, это четырнадцатая. Довольно невысокого роста, рыжие, как насыщенное пламя волосы, лицо покрывалось в крапинку веснушками, а красная помада на губах, спряталась в тонкую линию из-за прекрасной улыбки. Она чем-то была похожа на Бан Чана – своей лучезарностью. Почему такие люди из множества путей выбирают самый трудный, где умирает внутренняя особенность, внутренний огонь? Я смотрю на неё, и думаю, вот была бы она сейчас на отдыхе с друзьями, поя песни под гитару, либо бегала по цветочным полям, не нарочно падая носом в пыльцу, либо в конце концов читала книги, развалившись на кровати, пока теплый ветер дул из распахнутого окна и охватывал ее кругленькое лицо. Нет, вместо этого всего, она выбрала видеть искалеченные болезнями тела, поникшие от терапий гримасы, и меня, все еще не подтвержденную анорексичку. – Доброе утро, меня зовут Джису. Я буду брать у вас кровь. Если что-то начнет тревожить, говорите мне. – И вам доброе, Джису. Союн. – Союн.. Красивое имя. – Папа назвал. Ему понравилось его значение – «душа, полная света». – И правда, завораживает.. - задумчиво проговорила Джису, параллельно распечатывая иглу. Во время разговора, незаметно в дверном проеме появился главный врач. – Душа, полная света. - облокотившись, с улыбкой произнёс он. – Чан? Сколько ты здесь стоишь? - удивленно спросила я. – Достаточно времени, за которое можно было перейти к делу. - подойдя ближе, говорил Чан. - Джису, вас легко отвлечь разговорами. – Извините.. Мне так неспокойно, это моя первая практика, а Союн помогла убрать навязчивые мысли. - сказала она, благодарно посмотрев на меня. – Бан Чан, не будьте ворчуном. Отнеситесь с пониманием. - театрально проговорила я. – Союн, это не первый раз, когда я ловлю тебя за душевными посиделками. Девушки приходят сюда учиться и прорабатывать врачебные навыки, страх тут неизбежен. В их голове должны остаться лишь последовательность действий и отточенная техника, а не твой успокаивающий голос. Я просил тебя относиться серьёзнее. – Ладно, ладно, твоя снова взяла. – выдохнула я. – Можешь приступать, Джису. Я буду помогать. - сказал он. Несколько пояснительных слов врача и игла постепенно вошла внутрь. Когда мужчина убедился, что дальше справятся без него, он спешил покинуть кабинет, на прощание помахав мне рукой. Спустя несколько минут, моя кровь болталась в маленькой пробирке. Джису облегчено выдохнула, справившись со своей задачей. – Как вам первые впечатления? - спросила я. – Очень волнительно, но на самом деле, здесь нет ничего такого. - пожав плечами, ответила Джису. – Это уже первый шаг к успеху. - улыбнулась я. - Ваши коллеги падали в обморок при виде этой красной субстанции. – Вы шутите? - рассмеялась она. – Нисколько. - подхватив её смех, проговорила я. Распрощавшись на хорошей ноте, я покинула кабинет. В коридоре потихоньку начала появляться суматоха. На диванчиках выстраивалась очередь из посетителей, а пациенты покидали палаты на предстоящий завтрак. Я не была исключением. Спустившись на нужный этаж, зашла в столовую. Подойдя к автомату и найдя кнопку с надписью «Капучино», я непременно нажала её, после чего механизм издал бурлящий звук на всё помещение. – Хрр, чего так орать. - протерев лоб, прошипела я. Ранние подъемы ещё никому не доставляли удовольствия. – Эй, Союн! - спеша навстречу, закричал Чан. - Какое кофе? – Я могу хоть раз его попить? - недовольно пробурчала я. – Натощак, после сдачи крови – нежелательно. - помотав головой, сказал он, забирая напиток из моих рук. – Мне надоело чувствовать себя ходячим мертвецом. Уже и не помню, какое оно на вкус. – Даже не проси. – Пожалуйста. - посмотрела я, щенячьими глазками. – Союн, кофеин ничем не поможет в твоем случае. Ты наверное забыла, что я до сих пор работаю врачом и знаю, что говорю. - бросив серьезный взгляд, сказал Чан. – Черт с тобой. Стукнув по автомату, я вылетела из столовой. – Неугомонная. - фыркнул он. Хлопок двери оглушил молчаливые стены. Я прижалась к ней спиной, пытаясь привести в норму сбившееся дыхание. Раньше, я не особо заостряла внимания на лечебные рамки, но в последнее время, моя импульсивность давала о себе знать всё чаще, тем самым, загоняя в угол. Чан всегда удивлял своим спокойствием и стойкостью. Его советы были чем-то неизвестным, но имеющие невероятную силу. Только он мог влиять на меня, это недоумевало и будоражило одновременно. Только он меня крепко обнимал, нежно гладя по спине, забирая боль и муки, которые приходилось пережить за день. Только он смотрел на меня с восхищенными глазами, наполненными любовью. Столько всего мы прошли бок о бок. Час близился к ночи. Всё это время я читала книгу, почти дойдя до последней главы. Живот издал непонятный звук, напоминая, что сегодня о понятии «еда» ему и не слышалось. – Это не похоже на Чана.. - задумалась я. Раздался тихий стук и дверь медленно открылась. Следом зашла знакомая фигура. – Только о тебе подумала. - сказала я, мягко улыбнувшись. Чан улыбнулся в ответ, ставя пиалу с нарезанными яблоками на столик и присев рядом со мной. – Извини за утро, я поступила не очень красиво.. - проговорила я, усаживаясь рядом. Ничего не ответив, он погладил моё плечо. – Что-то не так? – Твой диагноз.. – Подтвердился? – Н-нет.. Я прежде не видела его таким. Да, иногда он был подавлен, но ощущения идут намного глубже. Будто это касается не только работы, а и него самого. – Чан.. я не узнаю тебя.. - обеспокоено, взглянула я. С тревогой в глазах, посмотрел на меня. Было заметно, как он нервничал. Как перед очень важным разговором. Пытается подобрать слова, но не выходит. Ком в горле загородил путь голосу. – Скажи, как есть. - говорила я, протянув руку ему на колено, нежно поглаживая. Прикосновение заставило его вздрогнуть. Отводя взгляд, последовал нервный выдох. – Да что с тобой?.. - взяв ладонями его щеки, повернула на себя. Чан продолжал молчать, упорно прикусывая нижнюю губу. Глаза постепенно начали отражать лунный свет, машинально поблескивая. Он не собирался отступать, держа эмоции в себе. – Ты можешь мне доверять, слышишь? Я прошу тебя, не молчи.. - не на шутку испугавшись, проговорила я. – Союн.. - практически на грани падения, шепнул Чан. – Да, Чан. - сказала я, с мольбой в глазах. Его дыхание замирает. – У тебя рак.. четвертой стадии.. Сдался. – Ч-что? - опускаю руки, еле вымолвив слова. - Это т-точно не ошибка? Чан помотал головой. – Нет, нет, нет, такого быть не должно! Может, ошиблись всё таки? Меня ведь месяц подтвердить не могли на чёртову анорексию! - закричала я, параллельно размахивая кистями. – Шшш.. - перехватывая их, произнес он. Моя грудь часто вздымалась, критично не хватало воздуха. Глаза начинала затмевать мутная пелена, а голос слегка подрагивал. – Давай сделаем ещё одно обследование. Хоть сто! Я готова на всё. Чан, я готова.. - уткнувшись ему в плечо, бормотала я, прикрывая лицо ладонями. – Моя милая.. - обхватив меня и крепко прижав к себе, произнес он. - Это конечный результат.. Как только эти слова повисли в воздухе, я заплакала. Безысходность накрыла с головой. Все те настойчивые шаги, оказались сладкой иллюзией, которые вместо победы, привели меня к сущему кошмару. К кошмару для нас двоих. Слезы Чана разрушили ограждающий барьер и непроизвольно потекли по щекам, падая на мою кофту. – Я делал всё, что мог. Каждую мать его секунду. - говорил Чан, не контролируя появлявшиеся всхлипы. - Спасал тебе жизнь. Отдавал всего себя. А взамен, получил удар в самое сердце. – Чан.. всё будет хорошо.. обещаю, я справлюсь. Мы справимся.. - шептала я, в мокрую от слез ткани его халата. – Шансов минимально, Союн. Почти никто не выходил отсюда здоровым, после четвертой стадии.. – Я войду в этот минимум ради тебя. Чан медленно отстранился, не отпуская мои плечи. – Ради меня?.. - проговорил он, пробуя слова на вкус. – Ты стал для меня всем, ещё тогда, на берегу. Ты первый, с кем я чувствую себя счастливой. С кем я верю в себя и продолжаю идти дальше. С кем я хочу быть в любой момент, радость это или грусть. Я чувствую себя живой, Чан, благодаря твоей жизни, которая кроется внутри. - вновь обхватив его лицо, проговорила я, на одном дыхании, словно это хранилось для подходящего момента. – Союн.. - переводя руки также на мое лицо, - Моя душа, полная света.. - бережно убирая пару поступающих слезинок, прошептал Чан. – Твоя.. - едва заметно улыбнувшись, тихо произнесла я. Чан осторожно наклонился ближе, стремя свой взор на мои губы. Я медленно кивнула, дав согласие. Наши губы встречаются, как пара вихрей, постепенно набирающих обороты. Нежный поцелуй сменялся на более настойчивый. Его язык изучал мой рот, в то время как я, млела от каждого его движения. Единый мир, который создали мы, в котором давно хотели побывать. Рак сплотил нас ещё сильнее. Тугой канат намертво связал нас, сделав пленниками нашей судьбы. И нам определенно это под силу. Я медленно отстранилась. Мы жадно глотали воздух, который предательски не хотел наполнять легкие. Чан искренне улыбнулся мне. В его глаза читалась страсть и глубокое восхищение. Не продержавшись и минуты, я повалила его на себя, крепко обнимая. Он выдал тихий смешок. – Вот же лиса. – Тогда, ты маленький волчонок. - рассмеялась я. – Идёт. - сказал он, целуя мою тыльную сторону ладони. – Нет, Чан, серьёзно. Это был лучший первый поцелуй. - сказала я, прямо посмотрев в глаза. – Мой тоже, Союн. - искусно выдержав мой взгляд, ответил Чан. Я стала первой для него, а он для меня. Теперь мы уже не врач и пациент, а сплотившиеся души, готовых пройти этот путь – вместе.