Кошмары

Это небольшое пространстве. Именно пространство, а не комната, потому что у него нет формы и даже четкого размера. Только рисунки куда не посмотри. Луна сидит посередине этого странного места. Держа в тонких пальцах простой карандаш для рисования. Грифель касается бумаги оставляя всё новые штрихи. Баскетбольное кольцо и красивого рыжеволосого парня делающего данк. Потому что Земля может. И делает это просто восхитительно. В отличие от Луны. Рисование одна из причин. То на что лишь тратилось время. И пускай маме нравились его рисунки, это не отменяло их бесполезности. Луна никогда не решился бы выставить их в интернет. Да и слишком мало рисовал, чтобы претендовать на роль художника. Так что рисунки просто отнимали его время и в то же время делали счастливее. Потому что позволяли выразить мысли и чувства. Когда грифель начинает аккуратно вести линию губ, появляется пламя. Сначала маленькое и безобидное. Вызывающее лишь удивление. Но не проходит и секунды как весь рисунок вспыхивает. Недорисованное лицо уже не видно. Только осыпающейся серый пепел. Алый язык пламени лижет пальцы, причиняя боль. Рука невольно отпускает бумажку. Но вместо того чтобы упасть вниз, она планирует до другого рисунка. Где рыжий парень и сероглазый мальчишка целуются. Огонь набрасывается на нарисованных людей с ненавистью. Уничтожает сантиметр за сантиметр нарисованное с душой и старанием. Одно воспоминание за другим. Луна судорожно вскакивает и отодвигает часть рисунков дальше от огня образовывая просеку. Надеясь, что пламя остановиться и не поглотит все воспоминания. Пускай останется лишь дружба. Но хотя бы она должна быть! - Пустые старания, - издевательски шепчет голос. - Нет! Я не позволю. Я… - Луна срывает рисунки со стен. Некоторые рвутся, оставляя неровные обрывки бумаги. - Будто ты что-то можешь! – смеётся Сэм, выходя из тени с которой может сливаться. Он прав. Роста не хватает. Луна не может сорвать бумагу с потолка, а по ней уже бежит пламя. - Нет-нет-нет! – кричит в отчаянье Луна, оглядываясь по сторонам и пытаясь найти выход из ситуации. Глаза невольно замирают разглядев в пламени силуэт. Крашенный блондин. Искусственный как пластиковая кукла. Покрытые лаком ногти и украшения. Кажется даже стрелки. И искусно уложенные кудрявые волосы. Достаточно яркий чтобы привлечь внимание. Достаточно открытый чтобы согласиться переспать без вопросов. Достаточно плохой чтобы предложить выпить. Достаточно доступный чтобы Земля забыл его имя. И всё же он был. Голубые языки пламени соединяются в знакомую шевелюру. Луна тут же отворачивается, чтоб даже краем не увидеть поцелуй этих яркий, красивый и распущенных людей. Но будто тут в пространстве сновидения он что-то может! Пальцы из мрака больно впиваются в пепельные волосы. Рвано дёргают. Ставя на колени, заставляя смотреть на жёлто-голубое пламя. На знакомого до боли и увиденного лишь раз. И плевать, сколько времени прошло. Больно как тогда. Как было всегда. По щекам текут слёзы. И уже не ясно от почти вырывающей пряди хватки на волосах или зрелища, которое вызывает лишь отчаянье. - Смотри! Смотри внимательно, дрянь. Это тот человек, которого ты до сих пор называешь другом. Похотливая мразь которой ты открыл сердце. И чем же это кончилось? Чем всегда кончаются твои попытки доверять людям? Заводить близких о которых ты так старательно заботишься? - Замолчи! - Нет! Я хочу, чтобы ты прочувствовал! Понял весь позор, - Сэм всё так же за волосы потащил Луну ближе к огню, поставив на ноги, так что языки пламени лизали бледные пятки. - Это был мой выбор! – стоило чёрным пальцам разжаться и Луна вскочил, поворачиваясь к огню спиной. Но Сэм лишь усмехнулся. - Тебя использовали! – рука из мрака резко двинулась вперёд схватила за воротник, опрокидывая спиной в языки пламени. Одежду прожгло и, тлея она безжалостно врезалась в кожу пламенными иглами. Из горла против воли вырвался крик. Протяжный и жуткий. Выражающий испытываемую боль. Но Сэм продолжил говорить. – Не думая о твоём комфорте. Используя твою доверчивость и наивность. Зная, что ты боишься снова остаться один. Хочется сказать «Нет!» но угарный газ заполняет лёгкие, душит, заставляя глаза слезится. И получается лишь кашлять. Сорванный голос превращает крики в хрипы и всхлипы. Пока кожа невыносимо горит. Останется ли от спины хоть что-то после такого? - А потом наигрался и заменил чем-то более подходящим. Соответствующим его запросам. Не боясь, что ты уйдёшь или обидишься. Ты же верный. Верный и преданный. Вот тебя и предают, - Сэм улыбался. Пламя начало стихать. Бумага и так горела слишком долго. Боль хоть и не отступала, но хотя бы прекратила нарастать, давая привыкнуть. Вдохнуть хоть немного кислорода. Запястья сжали металлические оковы. Прикреплённые к ним цепи натянулись поднимая обожженное бледное тело в воздух. Заставляя свежие ожоги натягиваться, а волдыри лопаться. Снова крики, сиплые от содранного до боли горла. Чёрные пальцы поднимают острый подбородок, заставляя смотреть в лицо, состоящее лишь из мрака. - Верить и прощать! Давать людям шансы. Ты так любишь подобное. Но сколько ещё выдержишь? Когда и Титан тебя бросит… - Не бросит! – из глаз снова текут слёзы, но голос уверенный, даже убеждённый. – Только не он. Я знаю. Я верю… - Я же говорю, наивный, - смеётся Сэм. – Это вопрос времени. Ты всегда будешь брошенным и использованным. Нелюбимым и никому не нужным. И каждый раз, когда ты будешь пускать кого-то в своё сердце они будут резать его изнутри! - Неправда… - Разве твой опыт говорит не об этом? – Сэм спрашивает почти ласково. - Он просто злился и переживал, что я не иду мириться, - хочется отвести взгляд, но не получается. Мрак везде. - А ты помнишь, почему вы поссорились? На что ты обиделся? За что Земля не стал извиняться? Я мог бы сделать с тобой это снова… - Убери свои грязные руки! - Грязный тут только ты! – смеётся Сэм. Чуть ведёт чёрным пальцем и цепи, повторяя движение тянуться в разные стороны, отчётливо пытаясь оторвать Луне руки. Из груди снова вырывается крик. Потому что сухожилия, мышцы и нервы неестественно тянуться. Рвутся. Кровоточат под кожей. – Им плевать на твои чувства. Было есть и будет. Всем плевать. - Мама… - из последних сил возражает Луна. - Рано или поздно умрёт, - перебивает Сэм. Играючи задевает пальцем цепь, будто струну гитары и та послушно начинает вибрировать причиняя новую боль, почти отрывая левую руку. – И ты останешься один! В мире где тебя все ненавидят! Где ты никому не нужен! – щелчок чёрных пальцев и цепи расходятся дальше открывая бледные конечности от острых плеч. – Беспомощный. Луна снова задыхается. Но вокруг уже не жарко, а наоборот холодно. Взгляд упирается в потолок собственной комнаты. Грудная клетка судорожно дёргается. Из глаз текут слёзы. Предплечья отдают фантомной болью и приходится двигать ими, чтобы знать, что все конечности ещё на месте. Сердце бьётся в бешеном ритме. Луне плохо и очень-очень нужна помощь. Надо открыть окно. Чтобы не задохнуться. Открыть окно. Резкая попытка встать. Не понимая ничего, не чувствуя. Падение с кровати на пол. Тело дрожит. Так что руки сами сжимаются, обнимая хозяина за плечи. Руки, которые на месте. Никуда не делись. Надо дышать! Дышать. Дышать… - Что случилось? – Титан садится на пол рядом, смотрит встревожено. - Я… - Луна задыхается. – Я… ничего! Просто… стало так страшно. - Что я могу для тебя сделать? – Титан аккуратно сжимает острые плечи. Помогает встать и сесть на кровать. Успокаивающе гладит по спине. - Я… - Луна слишком растерян. Слишком взволнован и испуган. – Нет. Ничего не надо! Я.… Обними меня, пожалуйста, - вырывается само будто против воли. - Конечно, - выдыхает Титан и прижимает к себе, почти сажая к себе на колени. – Всё хорошо. Я рядом, - тихий успокаивающий шёпот. Жёлтоватые пальцы на бледной щеке. – Ничего страшного не происходит. - Да… - дыхание неохотно приходит в норму. Пульс следует хорошему примеру и тоже перестаёт бить в виски. – Да. Прости, что разбудил… - Всё хорошо. Но ты уже вторую ночь вскакиваешь так. Ты в порядке? - Да! Конечно. Не переживай обо мне, - натянуто улыбается Луна. – Просто переволновался. Бывает. Скоро пройдёт… - Ты уверен? - Да! Конечно, да, - сознание, наконец, успокаивается и Луна встаёт с кровати направляясь в кухню. – Просто тревожность. Сейчас выпью полтаблетки атаракса и всё пройдёт. Ложись спать. И не переживай обо мне. Ладно? - Если ты так уверен… Ладно, - Титан явно хочет разобраться в ситуации, но видя как отчаянно Луна пытается уйти от темы замолкает. Сложно выразить насколько будущий психолог ему за это признателен. Полтаблетки горького транквилизатора и надежды. Пустые надежды, потому что Сэм прав. И явно не раз ещё докажет это во сне.