Живи сама

September seventh, and she's heading for school She'll probably leave me for some college fool And I know, that's just the way it goes      

      В первый раз она сталкивается с ним случайно в супермаркете: Клэр, заметив знакомого, посильнее закуталась в капюшон, плотнее натянув его на лоб, и спешно направилась в сторону отдела молочных продуктов, пока тот листал что-то в телефоне, опираясь плечом о стеллаж с газировкой. Он стоял там в своей привычной позе — немного похуистично, немного косолапо. Она, конечно, могла попробовать убедить себя в том, что обозналась, но его позы, движения рук, и походку за годы выучила наизусть — это точно он, и, кажется, совсем не изменился: те же растрепанные пряди, выцветшая мерчованная футболка и рваные джинсы. Разве что сутулости поубавилось, но это навскидку. Рассмотреть детальнее уже не выйдет. Разве что высунуть голову и-       Не то чтобы она была против шокировать его, случайно пройдя мимо с деловитым видом, будто и не уезжала никогда из города, а сейчас просто спустилась закупиться продуктами на завтрак, но… Явно не здесь и сейчас. Голова подсказывает удобные отговорки вроде: у неё был тяжелый перелёт, скоро приедут курьеры на фуре с её вещами, да и вообще ей не до веселья, у неё голова раскалывается и тело ноет. Никаких судьбоносных встреч. Только по расписанию.        Она посмотрела на йогурт, зажатый в руке. Навязчиво-желтый стаканчик. Манго-маракуйя. Клэр, вообще-то, ненавидит мультифрукт и всё, что с ним связано, но тут рука потянулась чисто из-за картинки, а потом появился он, и Клэр запаниковала, прихватив его с собой. Возвращаться назад нельзя, а ближе к кассам остались только батончики и всякая сахарная ерунда. Пришлось взять несчастный йогурт. Пусть подавится, но хоть что-то съест. Ей сегодня допоздна придется раскладываться, так что перед сном придётся ещё раз зайти за энергетиком и чем-нибудь мало-мальски съестным. Остаётся только надеяться, что он тоже не решит подкрепиться на ночь. И вообще зашёл сюда случайно, а живёт на другом конце города.       Стоя в очереди на кассе, сжимая в руках йогурт и мятную жвачку, Клэр засмотрелась на буклет с акциями и совсем растворилась в мыслях. Как интересно выходит — она столько раз разово приезжала сюда по поводу документов о переводе и прочего, но ни разу не встретила никого знакомого. Встречи и те срывались. А тут только первый день приземлилась, пошла прогуляться, и он тут как тут. Как будто следит за ней…       Она протянула наличные кассиру, забрала покупки. Отошла подальше. Чиркнула зажигалкой, заструился дым. Затянулась.       Жаль, конечно, что они продали ту квартиру. Она нравилась Клэр. В каком-то смысле она олицетворяла для неё беззаботное детство и скорое взросление. Эти прятки в комнате с розовыми обоями, первые «взрослые» посиделки с подругами и бутылкой шампанского с соком, а сколько за шторой парню прятаться приходилось, это ж вообще на целый роман тянет. Сейчас бы, конечно, Клэр там по-другому всё обставила. Но сейчас она и без родителей жить предпочла, чего уж вокруг да около ходить. Тем более, что мама уже влюбилась в домик на окраине в соседнем городе, где живёт её сестра — стоило ей только зайти за порог.       — Вот тут будет место для камина! Я буду читать внукам сказки, а Шармёр будет облизывать им пятки, отвлекая их от рассказа!       Что уж тут попишешь… Когда это случилось Клэр была уже не в том возрасте, чтобы бунтовать. Хотя, конечно, поначалу пыталась. Сами понимаете, первая влюблённость, юношеский максимализм, отношения длиной в месяц уже ощущаются, как год, а разлука на два — как разлука на целую жизнь… «Мама, папа, вы меня не понимаете» и всё такое.       В какой-то момент родители, видимо, решили, что она выросла. Клэр с удивлением наблюдала, как угасает их дотошный интерес к её жизни. Они стали чаще пропадать вдвоём, не посвящая её в свои планы, и меньше рассказывать о задуманном. Это открытие вызвало в ней смешанные, но в целом скорее приятные чувства — нечто вроде долгожданного облегчения.       Первый год такой свободы был самым странным. Она буквально не знала, куда себя деть. Винить себя за отдаление? Стараться вернуть их внимание, заваливая отчётами о каждом своём шаге? Или, наоборот, замкнуться, мстя им за то, что они построили свои отношения в ущерб её?       Но затем её отпустило. Слёзы, истерики, первые тусовки с сомнительными типами, но знакомыми подругами, и она просто смирилась с этим. Она просто смирилась. А затем — начала видеть в этом плюсы. Клэр поняла: они словно «пережили» её бурный пубертат и заново открыли друг друга. Как муж и жена, забывшие, каково это — быть просто парой. Они снова стали ходить на свидания, развлекаться, собирать друзей для настолок в гостиной.       Переломным моментом стала её первая подработка. Когда Клэр начала покупать продукты на ужин, вкладываться в мелочи для дома и иногда оплачивать счета, в их отношении к ней появилось что-то новое — уважение. Теперь она наконец-то стала той самой взрослой Клэр, полноправным членом семьи.       И вот ей уже за двадцать с хвостиком. За спиной почти оконченное образование (чёрт бы побрал эти университеты с их факультетами), пара непыльных подработок и с десяток новых друзей из самых разных мест. Словом, ей казалось, она уже имела право говорить, что «освоилась в жизни».        Так что со всем своим опытом, привычками в быту и предпочтениями в еде, её это разделение быта с абсолютно незнакомым человеком (или, Боже упаси, сразу несколькими) в перспективе очень напрягало. Она же свою повседневную жизнь по-кирпичикам выстраивала для собственного комфорта. А тут что? Всё менять? Поэтому она молилась, чтобы в соседи попался кто-то путёвый. А то она уже наслушалась историй от друзей про тех, кто моется раз в неделю и складывает горы грязной посуды на месяц.       В принципе, она ещё легко отделалась. Университет выделяет жильё, и, вроде как по отзывам в интернете, довольно неплохое. Его недавно отремонтировали на средства одного из местных руководителей — выпускника университета, который решил таким образом отблагодарить альма-матер. Клэр оказалась в первой группе студентов, которые поселятся в этом общежитии после ремонта. Многие годами не выпускаются из университетов чтобы жить в кампусе, а Клэр ладно. Годик поживёт и обратно вернётся. У неё нет каких-то глобальных проблем и целей. Её пока даже не мучают с вопросами о семье и детях — пока только аккуратно намекают. Этого уже достаточно.       Стоит ли говорить о том, что она почти выдохнула, когда встретила Элин? Да, характер у неё гремучий, но, договориться оказалось нетрудно. Они быстро нашли общий язык. Если это можно так назвать.       — Я говорю сразу: я много учусь, туда-сюда не мотаюсь, а вечером хожу в зал. У меня всё по расписанию. Ночью, а я имею в виду десять часов — я уже мажусь кремом и ложусь спать. Если надумаешь учиться допоздна с энергетиком иди в другое место. Кстати, такой запах стоит, ты куришь?       — Ну, иногда.       — Тоже мимо. Мне без разницы, чем ты занимаешься, но я не хочу чтобы мои дорогие свечки из Mara`s home перебивала эта вонь, ясно?       — Да-да, без проблем. Я не курю в окно и всё такое.       Элин сморщилась, как Клэр показалось, недоверчиво, но всё же кивнула.       — Мгм… Ладно. Про музыку, концерты и гулянки, я думаю ты и так понимаешь. Не здесь. Где угодно, но не здесь. А, и ещё. На свою сторону я повешу свои шторы. Мне нужен полный блэкаут, так что лучше купи тоже. Это будет бесполезно, если перекрыть только одну часть окна, понимаешь?       — Только я не очень в них разбираюсь, там вроде как есть различия и всё такое… Куплю ещё ерунду какую нибудь. — попыталась она съехать с темы.       — Завтра я пойду закупаться товарами для дома. Могу захватить для тебя, но ты должна оставить мне деньги заранее.       «Блять, настырная какая. Ладно. Разберёмся» — подумала Клэр, мысленно поражаясь. Да уж, как дома не выйдет. С другой стороны, будет повод попробовать что-то новое, держать себя в режиме и всё такое. По крайней мере, так она заставляет себя думать.       Со временем она, конечно, освоилась. Ей удалось немного задобрить Элин, а затем и раздвинуть границы дозволенного и выторговать себе возможность заниматься учёбой в своей части комнаты даже ночью. На музыку, звучащую сквозь наушники в тишине, Элин впоследствии тоже перестала обращать внимание.

By the twenty-seventh, she's been gone for weeks I'm terrified she won't remember me And I know that's just the way it goes

      — М, кстати, ты случайно не занималась в местном драм-кружке или что-то такое? — спросила она однажды, когда они разбирали стирку. Клэр даже подумала, ей послышалось, сняла проводные наушники и стала усиленно вспоминать, чем вообще занималась в этой прошлой жизни.       — Э-эм, вроде бы нет? У меня как-то не было таких талантов, а родители после начальных классов перестали меня мучить кружками. Разве что на поделки всякие водили.       — Просто я уже в который раз смотрю, и ты мне кого-то напоминаешь… Лицо знакомое. Мы же не знали друг друга до этого?       — Думаю, нет. — Клэр подняла тяжёлую корзину на стол с характерным выдохом, — Я бы запомнила.       — Ну, ладно. Как закончишь, отнесёшь обратно мою корзину тоже, ладно? Я на допки опаздываю. До вечера.       Её даже чуть подотпустило. Корзины. Деловая, скинула всё как всегда. Ладно, ерунда. Главное, что ей удалось уйти от вопроса. Клэр-то выяснила случайно на днях, что Элин — давняя фанатка кое-кого. И этот кое-кто в своё время очень неосторожно вёл социальные сети, отчего ей свои пришлось перевести в закрытый режим после всех нападок от фан-сообщества. Одни, найдя то злополучное фото, написывали ей гадости, другие просили поделиться подробностями личной жизни, третьи предлагали деньги… С годами, конечно, фотография затерялась среди прочих, но почему этот кое-кто её не скрыл или не удалил, до сих пор вызывало вопросы. Он же знал последствия этой истории. Навряд ли бы он просто забыл. И Клэр сомневается, что он не скрыл её от сентиментальности. Это вообще не в его стиле. Всё себе, а окружающим крохи — вот как он мыслил раньше. С другой стороны, с тех пор столько воды утекло.       — Или ему просто похуй. — сказал её друг однажды.       — Или так, да. Похоже на него.              По крайней мере, пока ей удавалось всё скрывать и держать под контролем. На самом деле удивительно, что её ещё никто не нашёл и не стал донимать. Потому что однажды даже до Прии докопались из-за одной общей фотографии, что уж тут говорить о бывшей школьной любви фронтмена известной группы. Клэр думала, что она, наверное, мелкая рыбёшка, поэтому всем всё равно. Или группа нашла свою аудиторию среди взрослых людей, а не детей и пубертатных подростков. Или она так изменилась внешне, что никто не может сложить два и два. В любом случае, и хорошо, что не трогают. Её до сих пор иногда дрожь пробирает, когда она вспоминает какой назойливой была Нина в своё время. Вот у кого была настоящая обсессия. Клэр просто повезло встречаться не с Лизандром, а с его другом. Хотя даже так Нина находила причину её не любить.       Элин была не то чтобы такой его ярой фанаткой, и уж с Ниной её точно не сравнить, но, честно признаться, когда Клэр впервые увидела бывшего у неё на заставке телефона в какой-то обработке с блёстками… Да, это было очень странно. Ещё Клэр подслушала её разговор с подругой по телефону (это всё произошло в один вечер) о том, что завтра он наверняка должен прийти на пары, потому что начинается сессия, а группа как раз откатала небольшой тур по близлежащим городам. Вот это уже застало Клэр врасплох. Идея остаться дома и прогулять занятия звучала соблазнительно, но так делать было нельзя. Но если они пересекутся, то пройти мимо и сделать вид, будто не знакомы будет очень глупо. Ладно в магазине он её не заметил, но тут точно вцепится. А Клэр давно уже вышла из такого возраста. Но и просто вести себя так, будто ничего не произошло и они не расстались противно, как пубертатные подростки — с криками, соплями, слезами и воплями — тоже не вариант. С другой стороны — ещё на стадии перевода она думала об этом и согласилась, что не может бросить учёбу только потому что боится встретить бывшего. Даже в теории.       Подруга Элин оказалась права. На следующий день Клэр действительно увидела его — Кастиэля — в стенах университета. Она как сейчас помнит: заполненный студентами коридор, она перебрасывается парой слов с одногруппницей и вдруг все начинают суетиться. Поднимается шум и гам. Клэр ещё ничего не видит и не понимает, но на подкорке приходит какое-то осознание, а сердце ходит ходуном. Даже руки по ощущениям похолодели. Она услышала его голос, и от этого вся спина напряглась. Только бы не повернуться. Да уж, как мало нужно, чтобы все заготовленные реплики и былая уверенность рухнули в одночасье.       Казалось бы, если переглянётесь просто улыбнись и кивни. Этого хватит. Нет, Клэр трусиха, она даже этого не может.       Она услышала хлопок. Кажется, подошёл какой-то его знакомый.       — Эй, Кас! Классный был концерт, я водил свою сестрёнку. Ей понравилось. А что, может, ваш барабанщик захочет сходить с ней на свидание, а? Сколько ему?       Наверняка в прошлом подлети к нему кто-нибудь с подобным разговором он бы разозлился, а тут стоит, смеется. Как, всё же, люди меняются. Как там говорят, повзрослел, раскрепостился, стал проще? Похоже, это то, что с ним случилось. Может, тогда и бояться так не стоит, и они смогут нормально поговорить? Если вообще говорить придётся…       Толпа немного расступилась перед ней, и Клэр показалось, что всё закончилось. Она небрежно и как-то слишком резко подняла голову, словно очнулась ото сна, и чуть не впечаталась в чужое плечо. Но думать об этом не было времени, потому что сразу же перед её лицом появился Кастиэль. Они как будто испугались друг друга, потому как вздрогнули, чуть не врезавшись руками. Вот и всё. Бежать было некуда. Клэр смотрела на него испуганной ланью, радостно, но всё же виновато насупив брови. Именно такое смешение эмоций было в её душе. Страх и радость от внезапной встречи и печаль от совершённых ошибок в прошлом.       Кастиэль выглядел напряжённым — наверняка подобная встреча и для него была большим удивлением, и, похоже, он просто не знал, как к этому относиться. Эти секунды пока они разглядывали друг друга в проходе между студентами казались такими длинными. Клэр внимательно разглядывала такие родные черты лица, пытаясь запомнить каждую деталь, и вдруг поймала себя на мысли, что больше не боится. Вчера она вся извелась, пока пыталась уснуть, представляла, как он поднимет её на смех, как начнёт кричать или наоборот будет избегать её с угрюмым видом, но здесь и сейчас она вспомнила. Это же Кастиэль. Её Кастиэль. Он никогда бы так с ней не поступил.       Вместо этого он наконец подал голос.       — Добро пожаловать обратно. Ты здесь надолго или просто…?       — Надолго. Теперь я здесь учусь. — мягко ответила она, чувствуя, как тепло разливается у неё по груди от этих слов.       — Тогда встретимся ещё?       — Не бойся, больше я никуда не убегу.       Внезапно его губы растянулись в улыбке, и Клэр, поддавшись этому настроению, улыбнулась в ответ. А ларчик, выходит, просто открывался…

Back from the city, standing in the rain Asked if she'd be going back again She said no, this time I'm staying home