Живи сама

      Клэр проскальзывает через узкий, выложенный кирпичом дворик за лекционным залом во время десятиминутного перерыва, замечает Кастиэля, прислонившегося к низкой каменной стене под зарослями плюща, и колеблется на пороге их импровизированного убежища, прежде чем шагнуть вперед; воздух между ними напряжен от неловкости, оставшейся после долгих лет их романа, и Клэр заставляет себя слегка улыбнуться чтобы разбавить атмосферу.       — Привет.       — Ну, привет. — под его внимательным взглядом она слегка ёжится и переводит внимание на лямку рюкзака, с досадой пытаясь правильно её вывернуть. — Помочь?       Кастиэль смотрит на это всё с каким-то прищуром, словно наблюдает за провинившимся ребёнком, который теребит рукав куртки, не силясь признаться, что испачкался. В какой-то степени именно так она себя и ощущает. Клэр мотает головой и продолжает мучить лямку. Кастиэль закуривает, чиркая зажигалкой. Запоздало предлагает ей — и в этом жесте столько родного, что её передергивает. Клэр отказывается, получая в ответ очередную усмешку. Он точно подумает, что она строит из себя монашку. Объяснять, что на днях у неё был такой кутёж с коллегами с прошлой работы, что теперь её от одного вида мутит ей не хотелось. Да и не к чему.       Они обходятся будничными вопросами, словно не виделись всего неделю или две, но по-другому пока никак, и, чтобы продолжить диалог, она спрашивает, как прошел тур группы. Кастиэль наклоняет голову, усмехаясь её осторожному тону. Он поддразнивает.       — Это правда то, что ты хочешь спросить?       Клэр не понимает, что в этом смешного.              — Как будто ты не слышала все эти завывания. — он закатывает глаза и кивает головой в сторону здания, — Нормально. Как обычно. Может, ещё немного и из страны выедем.       — Ого, я думала, вы уже.       — Ну, пока не дают. Тем более, я сам пока не готов. Это тройная ответственность, куча аппаратуры, а затягивается, блять, на недели и недели. Ты же знаешь, я не очень с перелетами, да и вообще… Я уже отсидел свой зад в туровом автобусе. Хватило.                    Клэр хихикает. Что-то такое и в правду вспоминается. На самом деле, когда их отношения из ежедневных встреч резко сократились до двух в месяц, он и в правду жаловался, что плохо переносит дорогу. Она тогда ещё подтрунивала над ним. «У такого большого мальчика такой маленький и нежный вестибулярный аппарат!» Это воспоминание заставляет её улыбнуться, и обстановка немного разряжается.       — Да ерунда всё, расскажи, как сама? Почему здесь? Давно?       — Недели две. — ей становится проще говорить, когда она смотрит в сторону, — Ну, что сказать, теперь я снова учусь здесь. Смешно, да? Уехала чтобы учиться, а всё равно вернулась. Видно у судьбы есть на меня какие-то планы.       Кастиэль выглядит так, будто хочет что-то сказать, и они переглядываются, но всё же ничего не отвечает. Этот жест уже в целом всё сказал.       — В моём городе закрылся филиал, — она не может игнорировать, как он играючи сморщился на слове «моём», — Ну, так и сказали, кто хочет — можете дистанционно учиться, остальные на очные занятия в другой город.       — Предложили б мне такое, я б долго не думал.       Клэр про себя думает, что это настолько классический его ответ, что пообщавшись с ним больше пары минут его можно было бы предугадать. Ему вообще по жизни нравился путь, где меньше проблем. По крайней мере, вслух. Сама то она знала, что он тот ещё упертый баран, который пока своего не добьётся, не угомонится.       Хотя учёбы это обычно не касалось. Будь его воля, он бы и школу закончил удалённо чтоб своими делами заниматься. Мальчишка, как говорится, очень смышлёный, но ленивый.       — Вот и я всё думала сначала, что уйду на удалёнку и смогу подыскать работу. Совмещать, так сказать, приятное с полезным.       — Почему передумала?       — Пообщалась со знающими. Сказали, за двумя зайцами погонишься… Такое можно планировать, если знаешь, куда идти. А у нас там студентов не особо нанимают, так что ничего кроме подработки на два месяца я не нашла. А, ещё вспомнила! — Кастиэль отвлёкся от прокручивания зажигалки и посмотрел на неё, — Я как-то проходила собеседование онлайн, а у меня мама, ну ты же знаешь, — он снова улыбнулся, видно, предчувствуя, что дальше будет, — Я там, значит, сижу такая серьёзная, даже очки надела чтоб выглядеть презентабельнее, всё такое. Мы там разговариваем, обсуждаем обязанности, а она врывается ко мне в пижаме и давай рассказывать гороскоп…       Кастиэль смеётся сдержанно, и Клэр в голову приходит шальная мысль остаться здесь до конца занятий. Он смеялся не столько потому, что ситуация была комичной, а сколько потому что… Знал её?       Это осознание на мгновение пробивает Клэр, и она только надеется, что не выглядит глупо в этот момент. В носу защипало. В отличие от многих здесь он действительно знал её, её семью, повадки, привычки, истории. Ему не нужно что-то объяснять или показывать чтобы понять, о чем разговор. Возможно, вот эта привязанность и знание о другом и заставляют людей возвращаться к бывшим.       Всегда проще протереть зеркало от разводов, чем покупать новое. Даже если в углу расползлась трещина, а в новый интерьер оно уже не вписывается.       — Ты знаешь, я не любитель всей этой темы, но из-за твоей мамы я до сих пор краем уха нет-нет, а утренний гороскоп слушаю.       Клэр аж засияла озорной улыбкой, стукнув себя по колену.       — Ты серьёзно? До сих пор?       — Да-да, сам удивлён. Ну, знаешь, зато я точно знаю через сколько мне нужно выйти, если его объявляют. Тоже свои плюсы.       Они общаются ещё пару минут и Кас предлагает где нибудь посидеть, потому что прерывать разговор не хочется, а стоять становится все неудобнее. Они прогуливаться по внутреннему двору университета, стараясь не обращать внимания на чужие взгляды, хотя с каждым разом у Клэр выходит всё хуже. В старших классах на них тоже пялились, но скорее из любопытства послушать что нибудь эдакое, а здесь она чувствовала себя подопытной крысой. На удивление, Кас держался лучше.       — Да ему и не привыкать, — подумала она погодя, — Это для меня тут всё в новинку, а он не вчера родился.       Они заскакивают в столовую чтобы Клэр взяла в автомате кофе, но Кас настаивает чтобы она не доставала кошелек и покупает себе рандомный напиток, даже не глядя особенно на аппарат. Клэр для приличия ворчит, что она уже взрослая девушка и может заплатить за себя сама, на что он просто пожимает плечи.       — Значит, угостишь в следующий раз.       Кастиэль, вообще-то, терпеть не может кофе. И от этого ей становится неловко и вместе с тем — тепло в груди. Ещё она вспоминает, как на них пялились пару минут назад — он ведь местная звезда, это же получается целая привилегия! Как будто он каждой знакомой кофе покупает. Это веселит её ещё сильнее.       Она держит пластиковый стаканчик в руке, слегка дуя на отверстие в крышке, будто это всерьёз поможет охладить напиток. Он просто идёт рядом. Во дворе освобождается скамейка, и они присаживаются снова.       Каким-то образом диалог скатывается в банальные бытовые жалобы: на ворчливых соседей, на придирки на работе, на пропущенные спам-звонки, на дорогие цены и ощущение, что в их подростковом возрасте всё было иначе.       Клэр пропускает момент, когда у неё начинает легонько щипать нос от слез. Ещё небольших, лишь скапливающихся в уголках глаз. Она инстинктивно опускает голову, силясь не смахнуть их, чтобы он не заметил. Странно, что после стольких лет она стесняется его, но это кажется таким естественным, что она не упрекает себя за это.       Кастиэль филигранно делает вид, что ничего не замечает. Даже не пьёт свою бурду в стаканчике — для вида глотнул пару раз и оставил. Но руку всё-таки через неё кладёт и треплет её по плечу. Немного прижавшись, Клэр чувствует тепло его тела через куртку, и она старается не винить себя за то, что поддавшись моменту, кладёт голову ему на плечо. Кастиэля это устраивает. Он пытается её отвлечь разговорами о группе, о ребятах, с которыми общается, делится малыми планами, что-то периодически у неё спрашивает.       — Знаешь, я всегда тебе завидовала.       — А?       Клэр поворачивает к нему голову, слегка отступив корпусом назад чтобы не говорить в ухо.       — У тебя всегда был какой-то план. Даже если ты никогда не говорил вслух или не подавал виду. И вот ты здесь.       — Тебя послушать, я прям какой-то стратег. — он ухмыляется, и Клэр видит, что на самом деле ему приятно это слышать.       — Но это правда! Ты всегда знал, чего хотел, на что согласен, а что сразу можно послать куда подальше. У меня такого не было. Я всегда ощущала себя… Как сказать? Бестолковой, вот. Как будто будущее размыто, а там на ходу разберусь. Только вот нихера я с этим не разбираюсь, оказывается. Учёбу обломали, работы нет, стабильного заработка нет, живу я тоже на птичьих правах, соседка меня использует, а доучиваясь здесь… Я чувствую себя, как третье колесо. Меня вроде рады видеть старые друзья, а я всё равно чувствую, что уже в это всё не вписываюсь, понимаешь? Я уже не я. Это раньше им было весело с школьницей Клэр, а сейчас мы просто делаем вид, что дружим. Новых друзей завести пока не то, чтобы получается… Я иногда думаю, что я вообще тут забыла? Зачем? Чтобы что? Ну, скажи мне?       — Не знаю. — он пожимает плечами.       — Вот и я не знаю. Понимаешь, вернуться сюда, это как, блять, сделать двадцать шагов назад. Я как будто снова школьница без гроша в кармане и ничего не добилась, понимаешь?       — Ты поэтому нас избегала?       Клэр неловко ведёт плечом.       — Типа того. Говорят же, есть призраки прошлого, вот и я, когда общаюсь с кем-то типа Мелоди или Алекси, которые вообще не изменились, меня аж корёжит всю. Меньше всего я бы хотела снова в это всё окунаться.       Кастиэль молчит какое-то время, и Клэр уже думает, что зря завела этот диалог. Просто не смогла вовремя закрыть рот. Кто её просил столько жаловаться? Он наверняка уже об этом пожалел, как и о встрече в целом. Куда ему, будущей звезде, до проблем его мелочной бывшей. У него наверняка делами голова забита, а она тут начала…       — Знаешь, я вот тут пытался ёмко и красиво сформулировать мысль в голове, и понял, что нет ничего лучше моего старого доброго совета.       — Не лезть не в свое дело?       Он улыбается.       — Отъебаться от себя. — Клэр шутливо стукает его по руке, от того, что он не оправдал ожиданий, и он даже подыгрывает ей, потирая раненное плечо, — Нет, серьёзно. Клэр, ты че у нас тут самая большая тётя? Решала? Всесильная? Да забей ты на это всё, на придурков и на работу. Найдёшь ты ещё всё, никакая ты не бестолковая. Ты просто много думаешь, вот и крутишься, как белка в колесе. А так, это всё херня. Всё у тебя будет. И диплом ты свой напишешь, и работу найдёшь, и друзей. Всё будет. Просто если удар приходит в себя, а не в грушу, то и последствия будут соответствующие. Вот и всё.       Клэр помолчала, но не смогла сдержать улыбки. Кто бы ещё, если не он, нашёл такие правильные для неё слова?       Она не знает, что на это ответить, но, на удивление это молчание не ощущается тягостно. Скорее, правильно. Клэр улыбается, качая головой.       — Ну ты прям философ.       Кас смеётся, начиная загибать пальцы.       — За один перерыв я стал и стратегом, и философом, прямо боюсь представить, сколько ещё регалий ты мне отвесишь, если пообщаемся чуть дольше.        Клэр тихо фыркает, опуская взгляд в стаканчик.       — Осторожнее, а то зазнаешься.       — Уже, поздняк метаться. — он пожимает плечами.       Она снова качает головой, но улыбка не сходит с лица. На секунду становится так легко. Почти так же, как раньше, когда он говорил ей всякую ерунду в школе, лишь бы развеселить. Теперь в этом появилось зрелое зерно мудрости. Прогресс.       Она медленно выдыхает и чуть отстраняется, аккуратно выскальзывая из-под его руки. Плечам тут же становится прохладно и как-то одиноко без его руки.       — Спасибо, — говорит она, и в этот раз без шутки.       Кастиэль смотрит на неё чуть дольше, чем нужно, но в итоге только хмыкает и машет рукой:       — Да забей. Сказал, как есть.       Где-то со стороны здания раздаётся звонок. Громкий, резкий, вырывающий их из этого разговора. Клэр оборачивается на звук, словно вспоминает, где вообще находится.       — Ой, у меня пары уже, я пойду.       — Угу. Она делает шаг, второй — и спиной чувствует, что он провожает её взглядом. Останавливается, и, опомнившись, разворачивается.       — Слушай… — она чуть сжимает пальцами край стаканчика. — Насчёт «в следующий раз», ты же не сменил номер? Я напишу.       Кастиэль прищуривается, и в уголке его губ появляется знакомая усмешка. Он наверняка хочет сказать что-то другое, но останавливается и говорит просто:       — Не сменил.       Клэр выдерживает его взгляд всего секунду, но этого хватает.       — Я тоже. Хорошо, тогда до следующего раза.       Между ними на мгновение снова возникает что-то прежнее — скрепление старой связи.       Она коротко кивает и отворачивается. Теперь уже окончательно. Идёт к корпусу, не ускоряясь, не убегая. Просто идёт, чувствуя себя легче с каждым шагом, словно её подгоняет сам ветер. И заходя в аудиторию ловит себя на мысли, что внутри стало спокойнее, тише.       Да, конечно, она ещё ничего не решила и не знает, что будет дальше. Проблемы, всё-таки, никуда не делись. Но теперь у неё появилась приятная уверенность, что они ей по плечу. Всё таки Кастиэль тот ещё мотиватор. В следующую встречу нужно будет ему обновить список регалий. Или нет. Зазнается ещё…