Грязная душа

      Коленки подогнулись, и Гарри упал бы, если бы не сильные руки Малфоя, поддержавшие его за локоть. — Ты никогда раньше не перемещался с помощью портала? — удивился тот, направляясь вслед за отцом к массивным воротам, украшенных переплетением плюща. — Не приходилось, — Гарри с удивлением оглядывался.       Они стояли возле ограды, за которой располагался трёхэтажный мрачный особняк. Вокруг него раскинулся большой сад с фонтанами, фруктовыми деревьями, прикрытыми снежными шапками и маленькими клумбами, в которых, видимо, в тёплое время года росли цветы.       Между голыми кустами проходили тщательно расчищенные дорожки, ведущие к небольшому пруду, по глади которого плавали утки. Гарри приоткрыл рот от удивления, наблюдая, как невысокая женщина с длинными светлыми волосами, закутанная в длинное пальто, кидает птицам крошки. Фигура волшебницы показалась ему смутно знакомой, и он прищурился.       Заметив прибывших, она повернулась и пошла по направлению к ним, улыбаясь и вскидывая ладонь в приветственном жесте. — Люци, мальчики, вы немного раньше, чем я думала, — Нарцисса Малфой улыбнулась и коснулась губами щеки мужа. — Ты, наверное, очень замёрз, Гарри, проходи внутрь.       Гарри смущённо кивнул, натягивая рукава своей так плохо греющей куртки. За эти пять минут нахождения на улице он ужасно продрог и весь дрожал, переминаясь с ноги на ногу.       Люциус нахмурился, проследив за взглядом супруги, и положил руку на плечо Гарри, намереваясь отвести в Мэнор. Тот вздрогнул и неосознанно отшатнулся, спотыкаясь и делая шаг назад. — Вот чёрт, извините, мистер Поттер, я совершенно не хотел напугать вас, — Малфой отдёрнул пальцы и сжал зубы. — Драко, милый, проводи Гарри в дом, — Нарцисса мягко подтолкнула сына к дверям и улыбнулась, никак не замечая неловкую ситуацию.       Зайдя в особняк, Гарри удивлённо застыл, забывая о только что пережитом стрессе. Его взгляду открылся большой холл с мраморным полом и статуями, стоящими по углам.       Заметив восхищённое выражение лица, Малфой рассмеялся, помогая другу снять куртку и разуться. Пока он разбирал вещи, Гарри ходил по зале, рассматривая картины, украшающие стены.       Ему почему-то всегда казалось, что Малфой-Мэнор должен быть мрачным и тёмным, таким же, как и его хозяева. Но, на удивление, внутри было светло и просторно. Будучи увлечённым портретами всех многочисленных предков семейств Малфой и Блэк, Гарри не услышал, как сзади скрипнула дверь, и в дом зашли Нарцисса и Люциус. — Гарри, дорогой, пойдём я провожу тебя, — Нарцисса качнула головой, прося следовать за ней.       Многочисленные коридоры и комнаты второго этажа заставляли чувствовать себя в лабиринте. Гарри уже совершенно забыл, как из крыла, в котором они находились, вернуться обратно. Но Нарцисса шла совершенно спокойно, неся в руках клетку с Буклей.       Немного нервничая, Гарри облизывал губы и взволнованно теребил рукава свитера. — Мы с Люциусом подумали, что тебе будет комфортнее жить рядом с комнатой Драко, чтобы, если что, ты всегда мог к нему прийти, — Нарцисса приоткрыла дверь в ближайшую комнату, и Гарри замер, ошарашенно заглядывая внутрь.       Впервые в жизни он видел такое огромное помещение, полностью принадлежащее ему. Большую часть залы, открывшейся его виду, занимала двуспальная кровать с бессчётным количеством подушек и пологом. Возле стены стоял шкаф для одежды, такой широкий, что Гарри с удивлением подумал о том, что в него, наверное, влезли бы десять его гардеробов, если не двадцать.       Возле огромного окна, выходящего в сад, стоял письменный стол, а рядом с ним — книжный шкаф, невольно заставляющий вспомнить о Гермионе. Но Гарри прогнал от себя мысли о подруге, не желая портить такой момент грустными воспоминаниями и тревогой. — Проходи. Мне кажется, здесь очень уютно, но, если тебе не нравится, то мы всегда можем подобрать какую-нибудь другую комнату, — Нарцисса подошла к окну и распахнула его, запуская в залу свежий морозный воздух. — Я правда…правда могу здесь жить? — Гарри всё ещё не верил в происходящее, неловко переступая порог комнаты. — Разумеется, Гарри, — миссис Малфой ласково кивнула. — Сейчас домовик принесёт твои вещи. Располагайся. Драко скоро подойдёт.       Гарри присел на край кровати, чуть смущённо сминая в руках одеяло. Ему было стыдно, неловко, но в то же время так хорошо от мысли о том, что Малфои не просто оказались не такими плохими, как он думал, но были очень вежливы и милы к нему, переживая за его комфорт.       Когда Нарцисса вышла в коридор, Гарри почувствовал себя комфортнее, растянулся на кровати и прикрыл глаза. Слишком много эмоций обрушились на него, и он постарался расслабиться, чтобы не словить очередной нервный срыв.

*****

— Эй, ты как? В порядке? — мягкий голос Малфоя выдернул Гарри из сна.       Он вздрогнул и распахнул глаза, присаживаясь и удивлённо поглядывая на друга. — Я…я… — Гарри сонно сощурился, потягиваясь. Он и сам не заметил, как задремал. — Ты, наверное, очень устал. Все эти приезды, знакомства, — Малфой улыбнулся, ласково приглаживая взлохмаченные волосы. — Пойдём, поешь и можешь снова лечь спать.       Гарри смущённо кивнул, направляясь вслед за Драко в гостиную. Чета Малфоев уже заняла своё место за столом, вежливо ожидая ребят.       Неловко краснея, Гарри сел на стул рядом с Драко, не поднимая взгляда и рассматривая чёрную салфетку так внимательно, словно ему действительно был очень интересен её узор. Нарцисса, видимо, заметив его состояние, завела разговор об их с Люциусом поездке во Францию и домашних мелочах.       Драко тоже участвовал в диалоге, мягко поглаживая руку Гарри под столом. — Мистер Поттер, не хотите завтра съездить в Косой переулок? Нам с Цисси кажется, что было бы неплохо купить вам зимнюю куртку, — аккуратно спросил мистер Малфой, делая глоток вина. — У меня нет денег на новые вещи, — еле слышно прошептал Гарри, взволнованно дёргая ногой. — Мистер Поттер, ну, что вы! За наш счёт, это будет как подарок вам. — Спасибо, мистер Малфой, но не стоит. Я постараюсь оплатить своё пребывание здесь, а оставшуюся сумму отдам вам позже, — на словах Гарри брови Люциуса взлетели, а Нарцисса закашлялась, давясь салатом.       Драко тоже застыл с удивлённым лицом, не донеся вилку до рта. В зале повисла тишина, нарушаемая лишь свистом ветра и тресканьем дров в камине. — Мистер Поттер, я искренне ценю такую высокую ответственность, удивительную для вашего возраста. Вы — несомненно хороший человек, и я восхищён вами. Но нет никакой необходимости платить за себя в той ситуации, когда у нас есть возможность помочь вам. Мы с Цисси не только готовы оплатить ваше пребывание, но и будем выделять вам деньги на карманные расходы, чтобы вы не были скованны каким-либо рамками.       Гарри нервно затряс головой, тяжело дыша и шокировано глядя на Люциуса. Всё происходило совершенно не так, как он хотел, и заставляло его нервничать. — Я не возьму ваши деньги, ни в коем случае! То есть…я…извините, я совершенно не хотел сказать… — Гарри сбился и покраснел, весь дрожа. — Милый, не надо так переживать. Всё в порядке! Если ты не хочешь, то можешь не тратить их, но мы хотим максимально обеспечить твой комфорт. Поэтому тебе надо поесть и пойти отдохнуть, — Нарцисса ласково улыбнулась, делая Драко знак глазами.       Тот тут же сжал руку Гарри и начал мягко поглаживать.       Оставшееся время ужина прошло в спокойствии. Гарри постарался расслабиться и не думать о предложении Малфоев, а те негромко разговаривали, больше не касаясь тревожной темы.       Наконец, закончив трапезу, Драко проводил Гарри в комнату и осторожно обнял, желая спокойной ночи. Тот покраснел, прижимаясь к широкой груди и смущённо кивнул, чувствуя, как чуть прохладные пальцы поглаживают его по волосам. — Приятных снов, — прошептал Драко и, улыбнувшись, ушёл к себе.       Всё ещё испытывая сильное стеснение, Гарри переоделся и лёг в кровать, свернувшись клубочком. Простыни были белыми и пахли свежестью, что только способствовало быстрому засыпанию, и вскоре он провалился в сон.

*****

      Руки дяди Вернона скользят по телу, прикрытому пижамой. Гарри спит, раскинув ноги и тяжело дыша. Над губой у него выступила испарина, а волосы слиплись от пота.       Негромко постанывая от кошмара, Гарри приоткрывает рот, всё ещё не просыпаясь. — Кисонька, сделай своим сладким ротиком мне приятное, — шепчет Дурсль, снимая штаны и засовывая свой, уже порядком набухший от возбуждения, член в рот племянника.       Медленно ускоряя темп, он вбивается в горло Гарри, скользя липкими ладонями по мокрым от пота волосам.       В один момент зелёные глаза широко распахиваются, и Гарри вырывается из объятий сна, нервно вздрагивая. Осознав, что происходит, он пытается встать и скулит от страха и боли, но толстые пальцы Дурсля крепко прижимают его к кровати, а прерывающийся из-за скорого оргазма шёпот обжигает покрасневшее ухо ребёнка: — Давай, малыш, поработай язычком, ты же знаешь, как мне приятно, когда ты стараешься.       По разгорячённым щекам Гарри текут слёзы, когда Вернон в очередной раз толкается в его рот и кончает, заливая обкусанные губы и лицо спермой. — Ты — просто чудо. Такая послушная киска, — маслянистые губы Дурсля растягиваются в блаженной улыбке и, потрепав Гарри по волосам, он выходит, аккуратно притворив дверь.       Вскочив, Гарри, плача, бежит в туалет. Там, склонившись над унитазом, он выплёскивает в него рвоту вперемешку с семенными жидкостями дяди Вернона и ревёт в голос, крепко цепляясь за фаянсовый ободок. Он ненавидит себя, свою жизнь и эти страшные воспоминания, сжирающие его изнутри…