Потоки его мыслей

      Чхве Хан не мог не нахмуриться, поддерживая Кейла, пока из носа у юноши текла кровь. Злосчастная книга лежала на земле. «...Что происходит?» — Человек! Мне тоже интересно! Почему у тебя пошла кровь? «Как будто бы я знаю...»       Чхве Хан усадил аловолосого на землю, а Раон протянул Кейлу платок. «Это "запись"? Или что-то другое? Нет, это сейчас не так важно, как Белая Звезда... Я запишу содержание книги, а разберёмся мы с ней уже после. Надо будет показать эту хрень Чхве Хану...» — Кровь, остановившаяся несколько секунд назад, вновь хлынула у юноши из носа. — Эй, я не думаю, что это хорошая идея, — прокомментировал Бад. «Заткнись.» — Но, разве она уже не работает? Я имею ввиду "запись", — немного смутился Чхве Хан, всё ещё поддерживая Кейла за плечи. «"Запись" и "заклин" – это разные вещи. Первая создаёт нестираемые воспоминания, второй хаотично их воспроизводит... Я сейчас временно отключусь, пока буду запоминать содержание книги.»       В сознаниях двух мастеров меча и трёх детей вновь поселилась пустота в перемешку с их собственными прозрачными мыслями. Чувство, от которого они успели отвыкнуть.       А в это время Кейл, словно в очередной фолиант библиотеки, что зовётся памятью, записывал содержание из книги. Он скрыл всё, не дал ни одной буковке прорваться за пределы его воспалённого разума, всё больше разжигая огонь своих мыслей. Кровь текла не останавливаясь, благо только из носа.       Чхве Хан сам сел на землю, не боясь запачкаться, и притянул к груди аловолосого юношу. Раон зацепился за плечи черноволосого мечника, с тревогой наблюдая за своим человеком, время от времени тыча в спину корейца, требуя, чтобы тот вытер кровь с лица Кейла. Котята забрались на ноги аристократа, но ни коим образом не мешали тому. Бад неловко стоял позади, время от времени задумчиво глядя на разрушенные здания.       Чхве Хан и трое детей невольно подумали об одном и том же. Им было так удобно просто слышать мысли их человека, что они начали полагаться на них. Если ты чувствуешь в своём сознании тихое шевеление, похожее на переворачивающегося с одного бока на другой спящего человека, укутанного одеялом – значит, Кейл где-то неподалёку. Если этот спящий человек начинает громко дышать и дёргаться, шурша тканью – значит, аловолосый недоволен. И так с каждой его эмоцией. Да, дело совершенно не в слышании его напрямую, а возможности истинно ощутить его существование на более тонком уровне.       И вот, сейчас они ничего не чувствуют – больше нет шевеления, похожего на движения спящего. И осознание того, сколь сильно они пристрастились к возможности абсолютного видения сокрытого – пугало. Смогут ли они отказаться от этого, когда "заклин" более не будет удерживать мысли человека на виду?       Тяжёлые думы прервал Кейл, зашевелившийся в руках у мечника. «Удобно?» — Очень. Так бы и держал вас в объятиях всю жизнь, Кейл-ним, — отшутился Чхве Хан в ответ. «Ужас какой... Нам пора, за всё запомнил.» — Как температура? — Поинтересовался Король Наёмников, помня о ещё одном побочном эффекте "записи". «Не умру.»       Чхве Хан помог Кейлу встать на ноги. «Надо идти. И сломать несколько позвонков некоему звёздному придурку.» — Да! Человек, ты прав! Давай выбьем из Белой Звезды всё дерьмо! «Это нормально, что у шестилетнего такой словарный запас?»       Ни Чхве Хан, ни, тем более, Бад не смогли сдержать тихие смешки. Группа направилась ко второму входу в Деревню. Внезапно кореец поймал на себе внимательный взгляд кроваво-карие глаз. — Кейл-ним? «Несчастный...» — Что? Что вы имеете ввиду? «Тебе придётся напасть на Белую Звезду.»       На лице мастера меча отразилось абсолютное непонимание. Даже с возможностью слышать мысли аловолосого, порой было невозможно было понять его логические пути. Там определённо что-то сломано! — Человек! Почему ни единой мысли о великом и могучем мне? «Потому что в бой ты не вступишь, но будешь поддерживать его. Он и Хон тоже.»       На Кейла уставились два изумрудных глаза: — Начальник, а как же я? «Нет. Я не хочу, что бы ты сражался с ними.» — Почему нет!? Я тоже хочу драться! Я сильный! Почему ты обращаешься со мной как с балластом! Я – Король Наёмников! Ты не можешь этого забыть! — По детски хмурое лицо Бада выглядело крайне забавно: — Я не багаж! «Я очень легко забываю то, что ненавижу. Я – багаж.» — А? «Сначала я хотел притвориться, будто бы сейчас откинусь, но, кажется, я и вправду сейчас откинусь... Тебе придётся нести меня.» — Человек! Не смей терять сознание!       Кейл просто покачал головой в ответ. Ему сейчас даже не нужно имитировать, что у него было кровотечение: даже с учётом того, что Чхве Хан неоднократно вытирал его лицо – алые дорожки всё-равно остались на его коже. Одежда так же быля вся испачкана. Юноша залез на спину Короля Наёмников и прижался лбом к его шее. — Ты горишь... «Ха...»

***

      Медведи уже долгое время продолжали атаковать белый щит, закрывающий собой каменный купол, выстроенный Кейлом Хенитьюз. Наблюдая, как время от времени камни осыпались на земь, нарушая конструкцию, подчинённые Белой Звезды пришли ко мнению, что их враг более не может поддерживать купол. Но также, что странно, они уже давно не слышали его безумных мыслей.       Но в то же время они сами совершенно не двигались. Им надо было увидеть состояние Кейла Хенитьюз. Но внезапно... — Прекратите атаковать! Позади нас! — Голос Белой Звезды сотряс воздух.       Пространство время от времени странно искажалось. — Нас заметили, — прошептал Чхве Хан Раону и ринулся вперёд. Его чёрная аура сияла, прерываясь на мгновение и возрастая с ещё большей силой. Лезвие его меча было направленно прямо в лицо Белой Звезде: — Давно не виделись! — Как? Какого чёрта?       Помимо черноволосого мечника, Белая Звезда видел и Короля Наёмников, чья одежда была покрыта кровью. Чужой кровью. Голова Кейла Хенитьюза безвольно лежала на плече Бада, которое постепенно окрашивалось в алый.       Сам же аристократ в это время скрывал все свои мысли, как тогда, когда записывал содержание книги. К крови из носа добавилась и пульсирующая боль в висках, которая словно игла швейной машинки, прошивала нитью агонии его горящий разум насквозь.       И если бы ранее Белая Звезда не мог слышать мысли Кейла, то он бы заподозрил неладное, но вот в том, что странные чары всё ещё наложены на юношу он не сомневался – а это значит лишь одно: его враг находится в ужасном состоянии. Уголки губ Белой Звезды неудержимо начали подниматься. — Куда ты смотришь? — Слева от человека в маске раздался злой голос мастера меча. Маг, помогающий Белой Звезде, создал стрелу из маны и направил её в мечника. Но ей не было суждено достигнуть цели – она взорвалась, встретившись с препятствием и нанеся урон своему создателю. А после мир заволок туман, красный яд проник во все оставшиеся щели.       Маг задумался о телепортации, так как ничего не мог сделать с распространяющимся ядом. Но телепортировать около ста пятидесяти человек нелегко даже для него. Неподалёку раздался новый взрыв – чёрная аура, похожая на остаточный след от взмаха косы самой смерти, врезалась в стену воды, созданной Белой Звездой. Мечник вновь и вновь устремлялся к противнику, пытаясь достать того: — Я позабочусь, чтобы тебя не стало, — Чхве Хан был полон злобы и затаённой тревоги. Ему чрезвычайно хотелось хоть краем глаза увидеть Кейла, но он не мог позволить себе продемонстрировать врагу свою слабость.       Внезапно земля задрожала: каменный купол начал стремительно разваливаться. Из под его обломков показались Рон и Бикрокс. Пара отца и сына, заметив состояние молодого господина, пошла в разнос. Следом за ними из под купола появились и оставшиеся члены команды. Множество атак устремилось прямо на Белую Звезду.       Каждый пытался задеть руку или ногу человека в маске. Они сражались безумно, не защищаясь. Казалось, что их разум сменился на превосходные инстинкты, когда исчезли потоки мыслей Кейла Хенитьюза. В это время Рон безудержно нападал на членов кошачьего племени, а Бикрокс направился к Королю Наёмников.       Защищаясь от врагов, Белая Звезда демонстрировал невиданную мощь, но его внутренности не были в порядке. Недостающий кусочек пазла в виде Древней Силы Земли нарушал всю картину. Кейл изначально не хотел позволить противнику без проблем покинуть поле боя, а потому все сейчас были сосредоточены на нанесении наибольшего урона телу Белой Звезды. Но тот не собирался бежать.       Кейл приподнял голову, чтобы увидеть как Чхве Хана, Шеритт и других его товарищей постепенно отбрасывают за пределы возможной победы. Пламя души аловолосого с болезненной силой вздыбилось, полыхнув безысходностью.       Земля задрожала, когда булыжники, которые создавали ранее купол начали сминаться, ломаться и перестраиваться. Без единой внешней мысли, каменный барьер превратился в сотни копий. Он закончит всё сейчас.       Белая Звезда, увидев это, создал щит такой силы, какая только была доступна ему.       Вода и камень столкнулись, запустив реакцию разрушения. Копья вновь и вновь ломались о природный щит противника, который не сиял столь же ярко, как барьер Кейла. Трещина за трещиной, осколок за осколком. Всё изменялось, возгоралось, потухало, тратя себя в качестве топлива.       Команда Кейла уже давно сбежала с поля битвы, но их сердца остались там. Об этом своём действии их молодой господин не предупреждал.       Белая Звезда, увидев, что его щит рушится, превратил его в неистовую змею, что понеслась на Кейла Хенитьюз. Тот же не обратил никакого внимания на неё, продолжая атаковать врага каменными копьями, зная, что его защитят.       И Белая Звезда бежал, когда змея из природных атрибутов напала на аловолосого юношу...

***

      Когда команда укрылась за стенами Белого Замка, Бад неожиданно осознал, что более не слышит тяжёлого дыхания у своего плеча.       Пламя свечи горит ярче и теплее всего перед тем, как его задуют. И после любого пожара останутся лишь холодные угли.