losing my religion

Love is like a flame It burns you when it's hot Love hurts — И почему я не удивлен, что ты здесь, — вместо приветствия сказал Нанами, не оглядываясь. — Я правда не хотел на тебя наткнуться, — глухо ответил Сатору, встав рядом с другом. — Попробуешь? — блондин протянул вытянутую сигарету, пока Годжо удивленно хлопал глазами. Я надеюсь, не надо объяснять, как правильно затягиваться, — Нанами зажег свою и Годжовскую сигарету. Сатору сильно закашлял, выпустив облачко дыма. — Как там.. первокурсники? — Кенто понимал, что непросто так Сильнейший слонялся по Токио ночью, да еще к тому же не отказался от предложенной сигареты. — Первокурсники? — задумался белобрысый, не поняв намека. — Все надо в лоб у тебя спрашивать, — вздохнув, проворчал Нанами. — С верхушкой не поладил? Или это ты бродяжничаешь от несчастной любви? — Нанами-ку-ун, и как же ты догадался? — дурашливым голосом спросил Сатору. — Только не надо так ко мне обращаться! — отрезал Нанами, избегая дебильного взгляда Сильнейшего. — Просто Нанами. И ты слишком предсказуемый. — Нанами? Так у нас новый этап в отношениях? — белобрысый засиял, всю его грусть и задумчивость словно смыло. — Это надо где-нибудь отметить! — Только не надо лезть обниматься! — Кенто ненавидел приступы тактильности Годжо. Временами блондин жалел, что это не он обладает техникой «Бесконечности». — И не в бар. Я тебя опять домой тащить не собираюсь. — Как скажешь, — вздохнул Сатору, которого на самом деле подташнивало даже от мысли о выпивке. Еле как найдя еще не закрытое заведение, два мага уселись в самый дальний столик за углом. Столик освещала лишь лампа с абажуром, которая стояла посередине белой скатерти. — Как романтично, — пропел Годжо, тут же наблюдая за реакцией блондина. — Не шути так, — Нанами злобно сверкнул глазами, и его губы плотно сомкнулись. — С твоей-то ориентацией. — Что мы все о моей ориентации, — Сатору гнул свою линию, пальцами постукивая по столу. — Что насчет твоей? — Если ты считаешь, что я когда-либо начну с тобой делиться личным — то ты сильно оши.. — договорить Кенто не дали. — Ну ты зануда, мы ведь теперь непросто коллеги, — белобрысый скорчил обиженную рожицу, а Нанами скривился. — Я такого не говорил, — маг поймал себя на желании соскочить со стула и докурить оставшиеся в пачке сигареты, пока к их столику не подойдет официантка. Еще и вся эта уединенная обстановка подливала масла в огонь. — Ты над всеми знакомыми так издеваешься? — Это один из моих сотней талантов, — шаман подмигнул Кенто, который на это фыркнул. Сатору заливисто рассмеялся, после чего мягко улыбнулся каким-то своим нахлынувшим мыслям, словно Кенто ему о ком-то напомнил. — Я не хотел натыкаться на него, — Сильнейший виновато опустил голову, избегая чужого взгляда напротив. — Застал Юджи как раз после свидания, — белобрысый избегал встретиться глазами с блондином, испытывая вину за то, что вламывался в жизнь своего ученика. — Да ты и правда сталкеришь его, — покачал головой Нанами и закатил глаза. — Интересно, Юджи еще не настораживает, что ты постоянно неподалеку от него маячишь? — вопрос был явно риторический. — Думаю, он спихивает это на учительское беспокойство о нем, — Сатору облокотился о свою ладонь и чуть овтел взгляд. Юная официантка подошла как раз вовремя для Сатору, которому было необходимо перевести дух. Под цепким взглядом Нанами хотелось провалиться под землю. *** — Который час? — Нанами начал поглаживать спину, которая отчаянно заныла от долгого сидячего положения. Ну, до рассвета еще есть время, — протянул Годжо, который совсем не заметил, как пролетело время. — Знаю, ты у нас не любитель посиделок до утра, но сегодня сделай исключение, — и он сложил руки в просящем жесте, при этом сделав умоляющее лицо. — Мда, умеешь ты зубы заговаривать, и это уже не в первый раз, — и когда фокусы Годжо начали работать на Нанами? Сильнейший, да к тому же искусный манипулятор. — Ты не все рассказал? — вздохнул блондин, чувствуя что-то неладное в поведении Сатору, который был каким-то нервным и скованным. — Я.. да, — белобрысый вновь чуть опустил голову, испытывая вину и в то же время облегчения, — я признался. Нанами смотрел все также непонимающе, что Сатору со вздохом пришлось продолжить: — Ну в чем признаются тем, кого мы любим? М? Ну теперь-то точно должно дой.. — Ками, я с тобой во второй раз подам в отставку, — маг первого уровня прикрыл глаза, переваривая. — Либо в отпуск в Малайзию. Да. Когда вообще был мой последний отпуск? — Знаю, я пал ниже некуда, хотя куда еще ниже. — горько хмыкнул белобрысый, спрятав лицо в ладонях. — Но Юджи не понял. Наверняка. — Ты его принимаешь за тупого или глухого? — Ну я.. слышал такое выражение «Луна кра..»? — Нанами поморщился, его уши словно резанули: — Не договаривай, Сатору. — скривился Нанами, раз за разом Годжо продолжал лишать его дара речи. — Ты дорам насмотрелся? — Ты как будто лучше в таких вещах, — цокнул уязвлённый Сильнейший. — Я не знаю, что на меня нашло тогда… я струсил, чтобы признаться по-человечески, ведь тогда уже ничего нельзя было бы исправить. — Не мне, а тебе пора в отпуск. Ты выглядишь мягко говоря хреново, а поступки твои желают лучшего. — Не в отпуск, а на пенсию, Нанами, — горько поправил Сильнейший, на что маг первого уровня усмехнулся. *** — Приятное заведение, и официантки ничего, — поделился чуть повеселевший Сатору, подставляя лицо первым лучам солнца. Их спровадили на улицу, так как часы работы кафе подходили к концу, отчего парочка магов прогуливалась по пока спящему Токио. Хотя гул машин не прекращался, разве что стал гораздо тише. — Я уже не понимаю, кто тебе все-таки нравится, — вздохнул Нанами, нахмурившись. — Это я тебе так советую присмотреться, — объяснил Сатору. — А сам я — бисексуал с гомосексуальными наклонностями. - Ты перечитал гей-журналов, — у мага первого уровня уже голова разболелась от таких новороченных слов. Сатору рассмеялся: — Да шучу я, — он похлопал товарища по плечу. — Я всю жизнь думал, что знаю себя, да и расскажи мне 10-летней давности о таком, мы с Гето бы так ухохотались… Нанами резко обернулся на Годжо, вдруг упомянувшего старого друга. Это случалось так редко, что имя преступника резануло слух. Но он не был удивлен — кем бы не пытался казаться Годжо, он никогда не переставал тосковать по другу, и Кенто это было знакомо. — Знаешь, Мегуми стал таким замкнутым, — вдруг перевел тему белобрысый, запустив руку в волосы. — Чувствую себя никудышным о..опекуном. — А разве он не всегда замкнут? — Нанами начал вспоминать поведение Фушигуро в последнее время, которое вроде никак не отличалось от прежнего. — Да, но раньше из него можно было хоть слова выдавить, — от беспокойства маг особого уровня прикусил нижнюю губу. — Его можно понять, ты часто несешь бред, на который нечего ответить. — однако, Нанами воспринял опасения шамана всерьез, решив в следующий раз внимательнее приглядывать за Мегуми. Что-что, а Сатору уж точно получше разбирался в чувствах людей, чем прагматичный Кенто. — Когда ты ему расскажешь про Тоджи? Он уже достаточно подрос. — Я так не думаю, — уверенно отрезал Сильнейший. — Он еще совсем пацан, да еще и такой правильный, — взгляд Годжо чуть потеплел, — Ему будет тяжело принять, что его отец был преступником. *** — Нобара, с каких пор ты начала краситься? — Юджи приблизился к лицу подруги, заметив осыпавшуюся тушь на ее нижнем веке. — А ты с каких пор перестал так вонять? — съязвила шатенка, тряхнув головой. — Духи себе прикупил, м? — Нет у меня никаких духов, — неубедительно солгал Итадори и покраснел до кончиков ушей. — Не слушай ее, брат! — Тодо хлопнул по спине своего лучшего друга, отчего тут ойкнул. — Ты никогда не вонял, но твои новые духи придают тебе мужественности. — По-моему, такой аромат и у Годжо-сенсея есть. — задумчиво произнесла Нобара. — Нет, у него другие, что-то на к.. — Итадори резко себя оборвал и густо покраснел. Ничего необычного — просто Юджи был в гостях у своего учителя и запомнил, как от него пахло. К счастью, никто не обратил внимания на слова розоволосого — Тодо обсуждал с Мегуми технику Десяти Теней, а Кугисаки вообще с кем-то увлеченно переписывалась по телефону. Юджи поглядывал на подругу, изменившуюся в последнее время. Но не мог для себя точно объяснить, что конкретно переменилось в подруге — на ум пришло, что та несмотря на всю ее язвительность, стала счастливее и общительнее. Может, влюбилась? Губы чуть дрогнули — за всеми переживаниями он начал отдаляться от друзей, постоянно погружаясь в себя и пучину необнадеживавших мыслей. В голову закрадывалась мысль хотя бы отдаленно рассказать все своим друзьям, заслужившим знать, что происходило с Итадори. Он так устал плыть по течению, обманывать близких, устал от отвращения к себе. И дело было далеко не в Годжо-сенсее, нет. «Когда я перестал быть собой?» — вопрос ударил под дых, что розоволосый начал глубже дышать, чтобы избавиться от образовавшегося болезненного узла в груди. — Юджи? Юджи? — донесся глухой голос Мегуми, взгляд которого выражал беспокойство. — Все нормально? Воды? — брюнет тут же потянулся к сумке. — Все нормально, ничего не нужно, — отмахнулся с улыбкой Итадори. Кугисаки буравила взглядом Юджи, при этом прикусив губу. Мегуми почесал висок и со вздохом обратился к Тодо Аой: — Тодо, сможешь отойти? — Что? — второкурсник скрестил руки, недоверительно смотря на мага Токийской школы. — Я не оставлю своего лучшего друга! — Нам надо обсудить секретную информацию по следующей миссии, — решительно заявила Нобара, желающая поскорее избавиться от назойливого мага. — Итадори? — Тодо пропустил мимо ушей слова бой-бабы, слишком уж та любила не к месту указывать. — Да-да, Тодо, это ненадолго, — решительно кивнул Итадори, после чего тревожно перевел взгляд на друзей. — Сгоняю тогда за колой без сахара, — почесав затылок, озадаченный третьекурсник ушел. Повисло молчание, которое нарушала только постукивающая нога Кугисаки по асфальту. От неуютности атмосферы Юджи чуть отвернул голову, наблюдая за уходившим бодрым шагом Тодо, унесшим с собой всю непринужденность атмосферы. — Ну так что там? — неуверенно начал Итадори. — Почему я не узнал о миссии от Годжо-сенсея? — Не валяй дурака, — Нобара бросила на Итадори недовольный взгляд. — Это отмазка, чтобы Тодо отстал. — Я-ясно, — голос Итадори дрогнул, он с опаской смотрел на чуть заведенную подругу — сейчас точно грянет буря. «Сочувствую ее будущей половинке, она так страшна в гневе», — уголок рта Юджи пополз вверх, но он отринул отвлекавшие мысли и вернулся в реальность, вновь сфокусировавшись на молчаливых однокурсниках. Нобара недовольно покосилась на Мегуми, будто чего-то от него дожидаясь. Было нетрудно догадаться — она не хотела заводить разговор первой. — Юджи, все хорошо? — начал издалека Фушигуро, выглядя обеспокоенно. Итадори почувствовал укол стыда — по Мегуми было часто тяжело прочесть его эмоции, но сейчас его переживания за друга были легко читаемы. — Что-то с Юко произошло? — осторожно спросил брюнет, которому никогда не нравилась идея вот так лезть в душу человека. — Нет, я не хочу от вас ничего больше скрывать. Она мне. она мне не нравится, — признался Итадори, которого тошнило от недоговоров и полуправды. — Я так и думал, — кивнул ничуть не удивленный Мегуми. — Мегуми, ты знал?! — потрясенная Нобара переводила взгляд от одного первокурсника к другому. — А зачем тогда ходил с Юко на свидания? — Вообще-то ты на меня давила, — насупился розоволосый, хоть его вновь замутило от подходящего к горлу приступа тошноты, вызванного жгучим чувством вины. — Ками, и ты из-за этого ходил с ней на свидания? — Нобара резко поднялась, и Юджи весь стушевался, ожидая звонкой пощечины. Он вздрогнул, когда шатенка резко его обняла, сдавленным голос произнеся: — Дурак, не делай так. Ты настолько меня боишься? — Да, я дурак. — с улыбкой согласился Юджи, успокаиваясь в объятиях подруги. — Нет, не боюсь. — Я же думала, это взаимно. что ты просто нерешительный, — в голосе девушки отчетливо прослеживалась вина, на что Итадори тут же отрезал: — Не надо, Нобара. Я разберусь с Юко, это вообще не должно быть твоей головной болью. Кугисаки кивнула, после чего разорвала объятие с Юджи. — Ты впервые меня обняла, — заметил слегка растрогавшийся Итадори. — Это была разовая акция, — хмыкнула девушка, слегка покраснев. Она не привыкла показывать себя такой — уязвимой и чуткой и очень надеялась, что ей никто не будет этого припоминать. — Мегуми-и-и, — Юджи хитро улыбнулся, приблизившись к брюнету. — Обнимемся в знак примирения? — Мы не ссорились, — вздохнул Мегуми, но принял прильнувшего к нему сокурсника и даже пару раз погладил его по спине, мягко улыбаясь. — Ну и сопли, — пронесся саркастичный голос рта Сукуны на щеке своего сосуда, отчего троица засмеялась. — Он всегда любит все обламывать, — беззлобно поделился Итадори, которому сейчас настроение не мог испортить никто — даже говнюк-Сукуна. — Когда ей расскажешь? — вернулась к теме Нобара. — Не знаю. Скоро. С-сегодня, — голос чуть дрогнул, тяжелее всего было причинить боль Юко, которая этого совсем не заслужила. Юджи так запутался в себе, что совершил огромную ошибку, дав ей надежды. — Я могу за тебя. — Не надо, я сам. Я устал чувствовать себя трусом, давно хотел вам рассказать обо всем, так что.. простите. — искренне извинился Итадори. — И я не все вам рассказал, пока не могу. Вы не обижаетесь? — Все нормально, — Мегуми смотрел с полным пониманием, — Расскажешь, как будешь готов. — Только больше никакой лжи, — безапелляционно добавила Кугисаки. — Никакой, обещаю, — серьезно кивнул розоволосый. *** Юджи набрал сообщение Юко и завалился спать. В ближайшие дни он все ей расскажет. И поймет, если она надоет ему пощечин, проклянет и больше не захочет иметь с ним ничего общего. Итадори мучительно вздохнул, чувствуя себя таким мудаком. На телефон неожиданно пришло уведомление — видимо, Юко предложила дату для встречи. «Прости за поздний час, ты просил о тренировке. Готов завтра?» — Итадори резко выключил телефон, чтобы утихомирить быстро забившееся сердце. Вот и как теперь уснуть? Годжо-сенсей обычно никогда так поздно не писал. Юджи и не думал, что учитель серьезно отнесся к его просьбе и запомнил ее. Это так согревало, что он глупо улыбнулся и начал печатать ответ. Первокурсник действительно мечтал о личной тренировке с Годжо-сенсеем, в последнее время со всеми навалившимися проблемами Итадори перестал так серьезно подходить к тренировкам, за что винил себя. Так что выпала идеальная возможность. И чего таить, ему не хватало их с учителем разговоров, прогулок и посиделок в кафе. Он ни на что не рассчитывал — только на капельку Годжо Сатору в его жизни хотя бы иногда.