Теория графов плоской Вселенной

      Таир, конечно, согласился. Согласился, прекрасно осознавая подвох, но кто бы на его месте гордо отказался? Предложения более щедрого, чем полное покрытие операции, он вряд ли от кого-то дождётся. И вот он снова обесточивал квартиру, проверял, что на коммунальном счёте достаточно средств, и готовился уехать надолго. Однако теперь он бежал не только от воспоминаний. Взять на себя ответственность за нарушения в экспедиции — полбеды, и не с таким сталкивался, когда водил туристов. Но как дальше жить в Малом Хабе, зная, что Гайни воспринимает их неравенство далеко не на уровне дружеских подколок. Как гулять по выходным с ребятами и не думать, навели ли Бекир с Реште врагов на руины или просто оказались не в том месте не в то время. Как не задаваться вопросом, были ли они вообще друзьями или просто в Хабе больше не с кем было общаться. Отлучиться на некоторое время ради операции на сердце выглядело неплохой отсрочкой на привести мысли в порядок и разобраться с будущим.              Хоть Мерген заверял, что прокси в столицу не сунутся, Таир не терял бдительности, пока они после кружного маршрута с трёмя пересадками не поднялись на платформу над Ортавахой, откуда стартовали лифты. Только в зале ожидания — VIP-зале! Мерген чем-то помахал и их пропустили без вопросов — он позволил себе расслабиться. Здесь безопасно, здесь охрана, здесь администрация больше всех заинтересована в том, чтобы не допустить беспорядков.              Из VIP-зала открывался панорамный обзор пустыни. Почему-то проектировщики сочли его более интересным для тех, кто не пожалел доплатить за тишину и комфорт. Просидев с десяток минут перед окном, Таир оценил их решение. Никакой суеты большого города. Никаких одинаковых коробок, понаставленных на месте обветшавших зданий, — вечный круговорот, восходящий к модулям, поставленным первыми колонистами. Даже трассы попадали на панораму лишь тёмными ниточками вдалеке; уже не разглядеть, фура там едет или глайдер. Только бескрайняя пустыня, застывшая в своём величии до следующей бури.              Таир зацепился взглядом за блеск у горизонта и по привычке открыл карту. По всем ориентирам выходило, что панорамное окно смотрит на хорошо знакомое ему солёное море. Руины он не увидел — их закрывал невысокий хребет; проектировщики, должно быть, надеялись, что однажды эрозия и бури сотрут его окончательно, открыв взору наследие Картографов. Не то чтобы там было на что смотреть.              Сориентировавшись, Таир без труда определил, какая из нитей шоссе ведёт к Малому хабу, и убедил себя, что может различить какие-то здания. Комплекс центральных зданий ведь достаточно большой, его должно быть видно. Где-то там и больница, куда должны были успеть доставить Гайни, если полиция вовремя приняла анонимку. Гайни… Теперь, когда их точно никто не преследовал, стоило выяснить, что с остальными участниками незадавшейся экспедиции. Хотя бы для очистки совести.              — Где здесь терминалы связи? Надо связаться с Гайни, — спросил Таир, на что Мерген окинул его недовольным взглядом.       — Не говори, где ты и куда направляешься.       — Если она жива, мне придётся как-то объяснить, что я опять уезжаю. Кто-то должен присмотреть за моим домом в Хабе, пока меня нет.              Мерген утонул в мягком кресле, издав звук, больше всего похожий на протяжный смех.              — Может, подаришь ей ключи ещё?       — Если на то пошло, то из-за тебя она пострадала куда сильнее. Но возмещать ущерб ты решил только мне, — ровно сказал Таир и отправился на поиски терминала связи.              Нашёл он нечто получше: отдельное помещение с доступом к информаторию и быстрой связи, даже межпланетной. Цены кусались, но не настолько, чтобы возвращаться к Мергену с просьбой дать в долг. От закрытой кабинки он отказался — не такой уж важный разговор, чтобы доплачивать в полтора раза больше.              Таир залогинился в свой аккаунт и первым делом заметил мигающий значок сообщения. Судя по иконке — кто-то из отдела консервации. На мусор среагировали, или до них уже дошли новости о происшествии в руинах? Таир потянулся, чтобы ответить, и передумал. Разговор обещал быть долгим, сначала — Гайни. Прямой созвон.              Быстрого ответа он не ожидал, но забеспокоился, когда тишина пошла на третью минуту.              — Погоди-погоди, сейчас картинку подрублю, — сказал наконец тёмный экран голосом Гайни.              И изображение появилось. Это, несомненно, была она. На фоне больничных желтоватых стен, растрёпанная и с бледными губами — но она. Живая. Таир облегчённо выдохнул, надеясь, что не слишком заметно.              — Ого, ты живёхонек, — присвистнула Гайни.       — Это я хотел сказать! — шутливо обиделся Таир. — Ты-то как?       — Нормально, насколько возможно. Ты прикинь, этот твой турист — опасный преступник. Они подумали, что мы его охрана, вот и стреляли. Потом разобрались, отвезли сразу в Ортаваху, здесь больница лучше нашей. А с тобой что? Бекир сказал, что Мегрен тебя погнал к глайдеру.              Она тараторила и тараторила, Таир от неожиданности ловил от силы каждое второе слово, но и того хватило, чтобы понять, что заготовленные извинения и оправдания не годятся.              — Да, мы угнали глайдер… — вымученно произнёс он. — Потом меня выкинули на шоссе. Хорошо, что попутку поймал. Наверное, было бы проще, если бы… кое-кто не стрелял без разбора.              С языка чуть не сорвалось «прокси». Знала Гайни о том, что из себя представляли те бойцы или нет, но свою осведомлённость показывать не стоило. Пока он не прояснит, кто же всё-таки опаснее: Мерген или прокси.              — Так они нам помогли в итоге! — продолжала Гайни. — Очень извинялись, что стреляли не разобравшись.       — Извинения в карман не положишь.       — Не только словами же. Со мной долго говорили, выписали чек на лечение. Хватит, чтобы стабилизировать. Как услышали про тебя, спрашивали, где живёшь. Видимо, адрес нужен, чтобы деньги перевели. Я и назвала тот, что в Хабе, твои счета все на него сейчас?       — Да… всё правильно. Кстати об адресе. Я пока поживу в Ортавахе. Не уверен, как скоро вернусь. Можешь кому-нибудь передать, чтобы присмотрели…              Перевести разговор на дом в Хабе оказалось легче, чем на ходу придумывать легенду, почему они не пересеклись в больнице. Гайни к тому же заметно заскучала, всем видом показывая, что ей не интересно запоминать, где искать запасные ключи и за чем проследить в доме. Растения поливать не нужно, хватит отключить системы — так и зачем о чём-то сверх беспокоиться. Напоследок Таир разрешил сдавать его комнату, если совсем припрёт, и отключился.              — А она не пропадёт. Бери пример, — посоветовал из-за спины Мерген. Он неслышно скользнул в кабинку, та мгновенно отгородилась от внешнего мира звуконепроницаемыми створками. — Я доплатил тебе за приватность.       — Много услышал?       — Достаточно, чтобы понять, что с компенсацией проблем не возникнет.       — Так за тобой по делу охотились или?..       — Я честно о себе рассказал.       — После того как нас прижали.       — Ты можешь отказаться от путешествия, я не держу, — легко согласился Мерген. И, пока Таир искал в его словах подвох, добавил: — Важнее, веришь ли ты, что тебя будут задабривать так же, как девчонку. Тебе уже известно побольше, чем ей. Не берусь гадать, станут ли они плясать вокруг тебя с тройным усердием или попытаются устранить.       — Только без угроз…              Вместо ответа Мерген вытянул шею в попытке рассмотреть экран, на что Таир отвёл его локтем: не подглядывай.              — Моё предложение в силе: я оплачу все расходы на выращивание и пересадку второго сердца, — сказал Мерген, никак не показывая, обиделся ли.       — Тебя разыскивают.       — Всего-то в десятке-другом миров из тысяч. Мне далеко до вселенской славы. На моём корабле безопасно. Покатаешься, пока не позовут на операцию, а потом свободен. Ну как?       — Ещё одно дело, — ответил Таир и вернулся к мигающему значку сообщения.              Знакомый из отдела консервации мог прислать короткое «Ок» на фото мусора, мог спросить, что за балаган творился в руинах, но вместо этого на Таира вывалился бесконечный текст со скачущим регистром, смысл которого сводился к простому: «Ты опять тайком водишь туристов в руины?! Почему я должен об этом узнавать по левому фото и новостям?». Просьбу срочно связаться голосом Таир проигнорировал и уже начал набирать ответ, как до него дошло.              — Всё-таки ты ничего не подписывал и не получал никакого разрешения. И скрыл от властей, что мы едем в руины, а не покататься по пустыне, — устало сказал он.       — Теперь ты, наверное, догадываешься почему.       — Всё равно же не помогло. И в следующий раз лучше ставь меня в курс дела, чтобы можно было хоть что-то планировать.       — Значит, путешествуем вместе? — сделал Мерген вид, будто услышал самое важное.       — Ещё не решил. Успею подумать. — Таир сверился со временем отлёта.              Мелодичный перезвон подсказал, что они провели в будке почти полчаса. Больше здесь нечего было делать — Таир решил, что о теле матери сообщит, когда подберёт слова и сгладит объяснение, почему нарушил столько правил разом. Мерген выскользнул из кабинки так же неслышно, как в ней очутился, и сообщил, что отправится занять очередь на посадку в космолифт. А Таир… Таир не спеша последовал за ним. Ведь если выйти из зоны ожидания, обратно не пустят. Следующая точка невозврата — гейты, и она неумолимо приближалась с каждым шагом. Таир попробовал отвлечься на магазины, но быстро потерял интерес: одно не по карману, другое не нужно и даром. Голод тоже не мучал, да и Мерген говорил, что в самом лифте кормят интереснее, в билеты включено.              Таир усмехнулся про себя. Неужели его всё-таки купили? Даже если здесь двойное дно, понять, на что он сдался Мергену, Таир так и не мог. Не такой уж он специалист по руинам. И глайдер под дулом пистолета повёл бы любой. И пересидеть ночь можно было бы хоть в завалящем хостеле, хоть в дорогущем отеле с личной охраной. Однако же Мерген зачем-то спас жизнь, пристрелив прокси. Один раз сбежал, на другой — помог. Прокси оба раза стреляли, не задавая вопросов. И пусть во втором случае шаткие основания у них были, однако ноль больше, чем минус. А мать бы тем более отругала за нерешительность, когда есть полное право требовать возмещения ущерба.              Показалось, что за спиной упорно нависала чья-то тень. Таир резко обернулся, но не заметил никого подозрительного, кроме высокого парня в куртке с меховым воротником не по сезону. Этот уж со слишком нарочитым интересом рассматривал проплывающую сбоку рекламную голограмму. Таир уже хотел продолжить путь, как вдруг воротник привстал на тонких лапках и моргнул глазами-бусинками. Угрожающего в позе зверушки ничего не было: она всего лишь потянулась и снова свернулась вокруг шеи. Однако Таиру увиденного хватило, чтобы быстрее двинуться к гейту. Через десяток шагов он влетел в Мергена — тот отступил за колонну, не сводя взгляда со странного парня.              — И эти твари здесь, — злобно прошептал Мерген. — Ненавижу. Что им дома не сидится.       — Кто?       — Дылда с котом.              Насколько Таиру было известно, коты выглядели немного иначе. У них должны быть огромные уши и длинный хвост. Поправлять он не стал, чтобы не опозориться незнанием редких пород.              — Пошли на посадку, пока нас не заметили. Может, он другой рейс ждёт, — поторопил Мерген и бесцеремонно потянул его за руку.       — Я ещё ни на что не соглашался.       — Но зачем-то пришёл сюда, а не к выходу. Идём уже. Тебя они в покое не оставят.              Таир постарался не отставать, но напоследок оглянулся на парня. Тот так и не оторвал взгляда от рекламы. А наблюдал ли за ними воротник, с такого расстояния уже не было видно.       

***

             Капсула космического лифта делилась на несколько уровней-классов. И на класс Мерген не поскупился, выбирал вентральный уровень со всеми удобствами.              — Напитки — безлимит, если не алкоголь. Еду набирать с той большой вертушки, но если хочешь горячее, лучше подождать. Его позже выставят, — пояснил он с видом знатока.       — Это же сколько лишней полезной нагрузки… — всплыли у Таира в памяти школьные знания.       — За неё и доплачиваем. Предлагаю засесть у обзорного экрана. А если совсем отчаянный, то вон там в центре прозрачные полы. На самом деле тоже экран, но смелости хватает не всем.              В указанном направлении Таир увидел толпу весело скачущих подростков и приглядывающих за ними взрослых.              — Сам не пойдёшь?       — Чего я там не видел, — проворчал Мерген и едва ли не с ногами забрался в кресло.              Любопытство, а вовсе не желание доказать себе, что он-то не боится высоты в отличие от некоторых, потянуло Таира к напольному экрану вместо закусок. Смотреть особо было не на что: половину обзора перекрывали крепления стартовой площадки, а видневшиеся куски Ортавахи сливались в пёструю кашу. Таир разглядел купола правительственного дома-квартала и цветущий парк вокруг оазиса. Квартал с домом и родной квартирой, должно быть, попал в слепую зону, но ничего не мешало попытаться прикинуть расположение.              Безумная молодёжь скакала рядом, прыжки и топот начинали ощутимо раздражать. Но не осаждать же незнакомых людей. Не поймут. Да и мало ли кто их родители. Таир насмотрелся достаточно, чтобы уйти, как вдруг рядом кто-то прыгнул с громким воплем. Картинка на экране задрожала и выскользнула из-под ног. В ушах зазвенело, Таир рухнул на колени, тяжело дыша, пока изображение под ним стремительно уменьшалось. Минута-другая — и лишь трос космического лифта напоминал, что капсула не висит просто так в воздухе.              — Ты чего? Мы всего лишь стартовали.              Мерген стоял за ним с наполненной тарелкой и смотрел сверху вниз, золотые искорки озорно плясали в глазах.              — Вот так без предупреждения?       — А ты почувствовал что-то, кроме лёгкого толчка? Компенсаторы хорошо работают. Высокие технологии, — беззаботно ответил Мерген. — В третьем классе лучше сесть и пристегнуться, конечно, а здесь-то что.              Он широко обвёл рукой с тарелкой весь уровень, не заботясь, видят ли его и слышат ли. Тарелка застыла у Таира под носом, Мерген ткнул в нарезанное чуть ли не до прозрачности филе, отливающее с одного края голубым.              — Кстати, ты знаешь, что это такое?       — Рыба, скорее всего, — предположил Таир по тонким параллельным следам, оставшимся от костей.       — Это я догадался. А какая?       — Понятия не имею. Ты видел рядом реку или море? Рыбу мы едим разве что по праздникам.       — Ты же упоминал какое-то солёное море.       — Тогда и рыба пропиталась солью, попробуй.              Легче было с ним согласиться, чем пытаться переспорить по вопросу, в котором Таир сам не разбирался. Возможно, в концентрированной солёной воде что-то и выживало, но не в таких количествах, чтобы правительство разрешило рыбалку.              — Вообще никакое, — сообщил Мерген, прожевав кусочек. — Тогда точно речная.              Что означало — безумно дорогая. Ближайшие фермы с пресноводной рыбой находились в зелёном поясе, но ничего похожего по цвету Таир не припоминал. Родственники покупали самую дешёвую, гурманов среди них не было. Выходило, что сэкономленные на двухместном люксе деньги Мерген спустил на комфортный подъём на лифте, дабы распробовать местную кухню. Неплохой выбор. Таир хотел пошутить вслух, но отбросил порыв. Смысл в действиях Мергена какой-никакой был: дорогой вход отсечёт хотя бы часть преследователей. Меньше толпа — заметнее любое пристальное внимание. Отправившись с этими мыслями за едой, Таир не мог украдкой не рассматривать людей вокруг. Уровень большой, неизвестные дизайнеры постарались не сделать его плоским и скучным, обзорные площадки с огромными экранами располагались на разной высоте. А что не скрывали стены, то могло спрятаться за большими пышными растениями.       Когда он почти убедился, что опасности нет, и отошёл с полной тарелкой, в толпе около обзорных экранов мелькнула высокая спина с пушистым воротником. Вроде бы даже куртка того же цвета.              — Что там? — спросил не отступавший ни на шаг Мерген.              Показать ему Таир не успел: на кресла вокруг обзорных экранов надвинулась ширма, оставив один-единственный вход. То же случилось с остальными экранами, кроме напольного.              — Иначе звёзды не разглядеть. Отсвечивает, — пояснил Мерген.       — И много там видно?       — Порядочно. Мы не так быстро движемся, чтобы всё смазывалось. Можешь сходить, если тебе интересно. Если сесть негде, стоять не запрещают.              Таир задумчиво глянул на ближайшую ширму. Очередей на вход не наблюдалось — так, один-два человека ждали то ли друзей, то ли свободное кресло. Однако идти на обзорную площадку с едой казалось неправильным, даже ради того чтобы проверить, тот ли это «дылда с котом» или похожий. Рассудив, что звёзды никуда не денутся, Таир последовал за Мергеном. Возможно, тот прав, и вид космоса с корабля наскучит быстрее, чем они улетят прочь от планеты.              Мергена, вероятно, тоже заботила слежка, иначе бы он не выбрал столик на площадке повыше. К сожалению, оттуда не было видно именно ту ширму, за которой скрылся незнакомец. Или нет. Сверху всё казалось таким одинаковым, что Таир решил не забивать голову и приступил к еде. Время позднего завтрака давно прошло, так что он надеялся, что набранной горки закусок хватит утолить не только эстетический голод.              О том, что лифт уверенно поднимался к «Узай-лиману» не говорило почти ничего, кроме висевших тут и там табло со временем прибытия и расписанием пассажирских лайнеров. Из визуальных ориентиров остался круглый экран в полу. Попавший в обзор кусок планеты медленно увеличивался, Таир уже видел зелёный пояс на краю пустыни.              — Трудно поверить, что мы вообще движемся. А ведь параллельно спускается другой лифт и ещё две линии в запасе. И энергетический кабель по центру. Как оно не рассыпается… Когда-нибудь и мы так сможем строить… Что не так? Разве это не две базовых цели для второй ступени: уметь обеспечивать свою планету энергией и выходить в космос.              Мерген рассмеялся.              — Думаешь, это просто лифты с энергетическим кабелем? — и, дождавшись удивлённого взгляда, постучал носком ботинка по полу. — В случае атаки он отцепляет якоря, выдвигает пушки и начинает палить по поверхности.       — Это конспирология. Я читал.       — Как знать, как знать… Услышишь, что закрывают перевозки — не одну-две линии, а вообще всё под предлогом ремонта — беги с планеты. И друзей предупреди. Коты драные!              Окончание фразы вышло настолько внезапным, что Таир не сразу сообразил проследить, куда Мерген смотрит. А когда сообразил, к ним уже приблизился давешний дылда с меховым воротником. Высокий незнакомец повёл ноздрями и шумно вдохнул воздух, принюхиваясь. Воротник проснулся и скопировал его движения. Наверное, это было ужасно невежливо, но Мерген не сделал замечания. Таир тогда тоже промолчал.              — Агабала? — чётко выговорил каждую «А» незнакомец. Или зверушка? Оба открывали рот и слегка двигали головой в такт слогам.       — Предположим, — бросил Мерген, прежде чем Таир успел влезть с «Вы, скорее всего, обознались».       — Мы хотели бы поговорить.       — Как мило, что на этот раз обходится без стрельбы по всему, что движется.       — Мы до последнего выступаем за мирные переговоры и честный судебный процесс.       — Ты — может быть. Однако смотри, как забавно: ты назвал меня по имени. На то же имя дали наводку прокси, которые ломанулись за мной в эту дыру, подстрелили моего гида и попытались захватить меня. Дальше два и два сложишь или помочь?       — Контракты прокси конфиденциальны. Невозможно узнать цель законным путём.       — Хотя бы не отнекиваешься, что вы подослали прокси. Прогресс.              Раз его не прогоняли, Таир делал вид, что случайно оказался за тем же столиком, хотя в притворстве не было нужды: прокси наверняка рассказали или расскажут, что там за подстреленный гид. За разговором он следил исподтишка, и быстро заметил, что Мерген обращается исключительно к зверушке-воротнику, а на хозяина взгляда не поднимает. Говорил-то точно хозяин: раз-другой Таир заметил, что рот раскрывает он один. Зверушка застыла чучелом, словно пыталась выиграть в гляделки.              — Мы не нанимали прокси. Однако мы присутствовали при заключении договора, чтобы удостовериться, что вас доставят живым и предоставят нам возможность задать несколько вопросов, — монотонно признался незнакомец. Не говори он настолько медленно, Таир бы не успел разбирать слова. Без переводчика пришлось спешно освежать знания универсалки. — Мы довольны исходом.       — Не помню, чтобы я согласился на что-то отвечать.       — Мы можем обсудить условия. — Зверушка заинтересованно вытянула шею, словно в бокале Мергена осталось что-то лакомое. Тот спешно допил. — Вы спрашиваете — мы отвечаем. Затем наоборот.       — Кто ещё знает имена, под которыми меня знаете вы?              Зверушка вернулась в прежнюю позу чучела. Молчание затянулось достаточно, чтобы Таир с некоторой уверенностью расшифровал вопрос Мергена: с кем вы сговорились? — и приготовился услышать отказ по причине конфиденциальности.              — Это будет стоить пять ответов, — уверенно ответил незнакомец.       — Пять вопросов. Я могу пропустить любой. Могу пропустить все, если решу, что ваша награда того не стоит. Валяй, — сказал Мерген и отсалютовал пустым бокалом.       — Посещали ли вы за последние три локальных дня место, похожее на то, где бывали ранее? — долго продумывала странная парочка первый вопрос, и здесь даже Таир догадался, что они подразумевают руины Картографов, но почему-то не хотят назвать их прямо.       — Хороший вопрос. Как жаль, что мне не с чем сравнить.       — Это не ответ.       — Тогда считай, что пропускаю. Только давай знать, что не засчитываешь.       — Что вы искали на этой планете?       — Что-нибудь.       — Вы нашли «что-нибудь»?              Таир пожалел, что плохо видит лицо незнакомца. Хотелось подтвердить, подчеркнул ли он издевательскую интонацию мимикой или так и остался непроницаемым истуканом.              — Нашёл, потерял, снова нашёл. — Мерген очертил бокалом восьмёрку. — Не трать вопрос, я не скажу, одна это вещь, две или три.       — Вы забрали что-нибудь с планеты?       — Ничего.       — Лож-ж-жь. — Человек резко повернул голову в сторону Таира. Тому показалось, что он слышал хруст шеи.       — Во-первых, он «кто-нибудь», а не «что». Во-вторых, если ты настаиваешь на таком определении, то опасно подходишь к оскорблению жителей дальних миров. В-третьих, почему бы мне и не соврать, в самом деле. В отличие от тебя, я это умею. — Мерген потянулся наполнить бокал, но не нашарил графина. Все стояли там, у вертушки с закусками. — Пятый вопрос будет?       — Вас не особенно интересовала информация, которую мы могли бы предоставить.       — Бонус за догадливость. Наш разговор окончен, я полагаю?              Незнакомец продолжал сверлить их взглядом. Даже зверушка ощетинилась, Таир впервые забеспокоился, не опасен ли её укус.              — Что ты мне сделаешь? — продолжал наседать Мерген. — Это не ваш лифт, не ваша станция. Ордер на мой арест наверху ещё не выписали.       — Всё можно устроить, — пригрозил незнакомец напоследок и лишь тогда их покинул, почёсывая зверушку по загривку.              Мерген раздражённо хлопнул бокалом по столу и потрогал бугорок переводчика за ухом. Таир придвинулся к нему, чтобы лучше видеть глаза. Как ни странно, они оказались серыми.              — Я отключу эту штуку, а то она меня самому себе переводит. Голова болит, — пояснил Мерген, то ли неверно интерпретировав его взгляд, то ли к слову пришлось. — Ты сколько языков знаешь?       — Только универсалку. Но практики мало.       — Перед Галактическим советом тебе выступать не придётся. В остальном справишься. Погоди-ка, ты ведь понимал, о чём мы говорили?       — Примерно понял, что ты не очень хотел ему что-либо рассказывать.              Мерген довольно хмыкнул. Таир поискал взглядом незнакомца внизу и приметил его, когда он подходил к одной из обзорных площадок.              — Кто это? — спросил Таир, потому что Мерген ничего объяснять не собирался.       — «Эвридика». Бешеные юристы. Чтят уголовный кодекс и не станут нарушать сами, пока нет возможности провернуть по букве закона. От саботажа лифта или станции даже им не отмыться.       — Но почему «бешеные»?       — Потому что коты.              Улавливать, когда Мерген что-то недоговаривает, становилось всё легче, поэтому Таир не стал допытываться дальше и продолжил следить, не выйдет ли незнакомец с обзорной площадки. Зачем он туда пошёл, например? Уж не переговорить ли со своими? Рядом завозился Мерген и занял место, с которого хорошо просматривалось табло. Один за другим там сменялись ролики с рекламой сервисов на «Узай-лимане» и пассажирских маршрутов. Таир не мог взять в толк, что такого интересного в них можно усмотреть. Стоило цветным пятнам сложиться в отсчёт времени прибытия, как Мерген поднялся из-за стола.              — Идём на выход.       — Уже? Ещё полчаса.       — Нам нужно быть первыми. И сразу, как откроются двери, бежим. Я знаю путь.       — Разве ты уже бывал здесь?       — Стандартная планировка. Был на одной — видел все. Незачем изощряться, когда надо раскидать их по развивающимся мирам.       — Наверное, — Таир запил желание поспорить, что значит «развивающийся». Для мира третьей ступени у них не всё так плохо. Многие ли могут поддерживать жизнь в пустыне, даже если им дадут всю энергию мира? То-то же.       

***

             Побежали они не сразу. Сначала протиснулись в зал прибытия сквозь ряды таких же нетерпеливых. Потом лавировали в толпе встречающих, ожидающих посадки и праздношатающихся. Мерген бросал быстрый взгляд на указатели, снова и снова резко меняя курс. Они проскочили поворот на выдачу багажа, и Таир порадовался, что упаковал всю свою жизнь в один рюкзак. С любыми чемоданами сейчас пришлось бы распрощаться — Мерген не останавливался ни на секунду, а, выбравшись в переход посвободнее, рванул со всей дури. И тогда громыхнуло объявление. Что-то про изоляцию сектора в связи с контрабандой.              — Придумал-таки! — хрипло выкрикнул Мерген, заглушив окончание, и прибавил скорости.              Таир обернулся — не преследует ли кто? — но увидел лишь удивлённые взгляды им вслед и смыкающиеся створки заграждения. Последнее привело в недоумение его самого, так что он чуть не врезался в неспешно идущего мужчину. Полетела ругань на незнакомом языке, Таир не притормозил, чтобы извиниться. Нельзя терять Мергена из виду. Нельзя отставать. Нельзя застревать на станции, бесплатно вниз не спустят.              Единственное оставшееся сердце считало иначе. Оно рвалось из груди, пытаясь покинуть хрупкую оболочку и получить заслуженный отдых. Перед глазами пошли тёмные пятна, бег сменился шагом. Шаг раз, шаг два… ноги заплетаются. Почему он вообще помчался за этим проклятым туристом?              На лицо побрызгали водой. В ушах зазвенело, но звон быстро превратился в обеспокоенный гомон. Пока Таир пытался вычленить хоть какие-то понятные слова, гомон растолкал знакомый голос.              — Идти можешь, нет? Встать хотя бы можешь? — Мерген похлопал его по щекам. — Давай, встань, ложись сюда.              Под спиной оказалось что-то упругое, но плотное. Почти матрас, только оно ещё и обволакивало по бокам. Таир хотел сказать, что ему трудновато дышать, но стоило ему попытаться вдохнуть полной грудью, как материал смягчился и перестал сдавливать по бокам. Платформа тихонько завибрировала и сдвинулась с места.              — Всё хорошо, ты в порядке. Сейчас доедем, — приговаривал рядом Мерген. — Здесь уже недалеко… Э, погоди, ты куда свернул!              Прежде чем Таир сообразил, что обращаются не к нему, шар в изголовье ожил и завертелся.              — Медицинская платформа предназначена для скорейшей транспортировки в медпункт с целью оказания помощи.       — Есть у меня на корабле медблок, вези в доки!       — Медицинская платформа не может быть использована в качестве транспортного средства.              Таир помахал рукой перед, как он надеялся, камерой шара и со словами «Да не умираю я» сел на край.              — Пожалуйста, не мешайте работе медицинской платформы, — немедленно отреагировал робот, и Таир послушно слез. Опустев, платформа продолжила свой путь в направлении значка медпункта.       — Тупая техника, — бросил ей вслед Мерген, сверкая золотыми глазами. — Пошли грузовую искать.       — Я не смогу больше бежать, — Таир приложил руку к груди. Сердце вроде успокоилось, а рана не вскрылась. Хотя пойми ещё, не началось ли внутреннее кровотечение.       — И ладно. Главное, что мы успели в нужный сектор, от доков нас уже не отрежут.              Пустую грузовую платформу они перехватили по пути. Не пришлось сворачивать в специальное помещение — Таир не был уверен, что лишний крюк пойдёт ему на пользу. Мерген немедленно забрался с ногами, за что получил замечание от проходящей мимо сотрудницы.              — Послушайте, девушка, у меня и у друга был тяжёлый день, — начал он оправдываться, когда Таир приготовился осаживать, чтобы на девушку не вылились остатки ругани, предназначавшейся для робота. — Я знаю правила, однако сейчас мы оба в таком состоянии, что только за груз и сойдём. Я честно позвал сначала медицинского робота, но они закодированы на путь до медпункта и обратно. А у нас нет времени ждать, планы на отлёт срываются. Да и вы сами знаете, сколько здесь лишние часы стоянки стоят…              Его прибеднению Таир ни на секунду не поверил, хотя и согласился бы, что лишние траты ни к чему, даже когда у тебя много денег. Но девушка таких подробностей не знала, а потому вошла в положение и, предупредив ни в коем случае не улетать с платформой, оставила их. Мерген, должно быть, растратил на неё весь запас обаяния. Глаза его опять потускнели до скучного серого цвета. Таир не был уверен, обратил бы внимание на перемены настроения без подсказок, но скачущий цвет глаз определённо их подчёркивал.              — Так это из-за нас объявляли изоляцию? — спросил Таир, пока платформа мерно двигалась по тёмно-синей линии. — Но у нас нет никакой контрабанды.       — Ты вывез что-нибудь из руин?       — Нет. Только вещи матери, я могу доказать.       — Но ты мог бы что-то вывезти. Или я. Потому что мы оба были в руинах.              С этим не поспоришь. Таир уже засомневался, не намекает ли Мерген на то, что тайно прихватил сувениров из руин Картографов, как тот пояснил:              — Коты сами разговаривать не умеют, только в симбиозе с двуногими. Однако лезет забавный баг: им почему-то начисто отшибает способность врать. Поэтому в совершенстве оттачивают навык не говорить правду. Он не мог приказать задержать нас под ложным предлогом. Но успел состряпать правдоподобную наводку. Возможность ошибки это ещё не ложь. И мы, конечно, молодцы, что не попались на глаза раньше, у него не было форы. А теперь пока багаж у всех проверят, пока пробьют по базам…              Грузовая платформа свернула под окантованную тёмно-синим цветом арку с огромной цифрой «два» наверху. Рядом с основной табличкой роились альтернативные символы, включая обозначение двумя точками и несколько письменных. Вскоре после арки платформа притормозила: общая маршрутная линия закончилась, дальше только двигаться к своему кораблю.              Мерген сошёл с платформы. Объяснил, что они могли бы на ней доехать до нужной стоянки, но опять же лишние деньги, ручное управление и вообще мы достаточно уже испытывали их терпение. Что, сами не дойдём, что ли? Сердце Таира совсем успокоилось, так что ему и в голову не пришло возражать. Освободившуюся платформу с благодарностью забрал кто-то и погнал к тяжёлому катеру, занимавшему добрую половину уровня.              Нумерацию стоянок, видимо, минула стандартизация, потому что Мерген сначала уверенно завёл их в дальний угол второго уровня сверху. Ни корабля, ни резервации места там не обнаружилось. Они покружили рядом, пока Таир наудачу не попросил показать номер. Предположение, что номера стоянки и сектора с уровнем переставлены местами, ему показалось идиотским, но Мерген отнёсся серьёзно и двинулся на поиски. Почему он не может просто связаться со своими, Таир отчасти понимал: он бы тоже сначала перепробовал все варианты, прежде чем звать на помощь.              В секторе, куда они пришли, стояли небольшие катера — они хотя бы помещались в поле зрения. От чего и выглядели намного менее внушительно. Ну да, размером не с одну фуру, а где-то с четыре приставленных друг к другу и обёрнутых защитой от космических лучей. Ничего необычного.              Далее в ряду торчали верхушки кораблей побольше, однако Мерген уверенно свернул к катеру-«четыре фуры плюс половинка сверху» и помахал сидящей рядом коротышке.              — Дамира, привет!              Дамира неспешно поднялась и распахнула уши. Роскошные треугольные уши с рыжими кисточками выдвинулись из-под волос и легонько дёрнулись под эмоции хозяйки.              — Явился. Я уж думала, задержишься, когда объявили, что изолируют зону прибытия. Не твоих рук дело?       — И да. И нет.       — Значит, «да», — сказала Дамира и, не услышав ответа, опустила трап с пульта управления. — Ладно, пусть с тобой Пола разбирается.              Последняя реплика застала Мергена одной ногой на трапе. Он было сошёл и повернулся к Дамире, чтобы ответить, но передумал и мигом вскочил на середину трапа.              — Она тоже здесь? — бросил он мимоходом.       — О, разумеется, она здесь! — воскликнула Дамира ему в спину. — На что ты надеялся, когда не вернулся на корабль, а несколько дней спустя наныл, чтобы тебя забрали с другого конца галактики? Если бы Пола могла сюда сразу прыгнуть, она бы так и сделала, чтобы надрать тебе задницу!       — Могла бы и выйти тогда, — еле разборчиво проворчал Мерген и поманил Таира к себе.              Таир попытался подняться за ним, но коротышка перегородила трап.              — Провожающие остаются на платформе. Проверьте, не остались ли у вас билеты отправляющихся пассажиров и не заходите за жёлтую линию, — укоризненно сказала она.              Хорошая была шутка, но, когда Таир посмеялся, Дамира не поддержала.              — Он со мной, — сказал с катера Мерген.       — А документы на выезд у него есть?       — Ему не нужно, кажется, хватит зарегистрироваться на месте. Они везде могут летать, если под свою ответственность.       — Под твою тогда тоже. — Дамира не очень уверенно освободила трап, и Таир взбежал по нему побыстрее, пока она не передумала.              Внутри оказалось не так тесно, как Таир опасался. Единственный коридор прошивал катер насквозь, видимо, вплоть до кабины пилотов, разойтись в нём могли бы двое и ещё чуть-чуть осталось. Таир приметил несколько боковых дверей с подписанными табличками, пока они дошли до зоны, где коридор расширялся в кают-компанию. Коротко стриженная блондинка в пастельном комбинезоне — волосы белее кожи — скучающе протирала стол. Заслышав шаги, она повернулась на звук и уверенно метнула тряпку Мергену в лицо.              — Хаггарда позови. Это же его гениальная идея была внезапно свалить за тысячу парсеков. Его, да?!              Таира блондинка заметила, но не удостоила ни приветствием, ни вопросом, кто такой. Должно быть, Дамира успела передать, что на катер привели гостя.              — Я же вернулся. Одним куском. Тебе мало? — сказал Мерген, подчёркнуто неспешно складывая тряпку в ровный квадрат.              Должно быть, блондинка была достаточно вежливой, чтобы не сообщать вслух, сколько кусков бы предпочла увидеть. Она сомкнула руки на груди, еле слышно звякнув браслетами из розоватых камешков.              — Это Пола. А это Таир, он местный гид, — подсуетился Мерген. — Проходи, не бойся, она тебя не тронет.       — Просто высадим на ближайшей станции, если будешь себя плохо вести, — весело сказала Пола, пока Таир осторожно прошёл внутрь и огляделся в поисках места, где бы сесть.              Она протянула руку и стиснула ладонь Таира в крепком рукопожатии. Очень крепком. Она бы смогла на спор победить в честном бою едва ли не любого парня из Малого хаба, если бы тем не достало осмотрительности вызывать её на поединок. То, что Таир принял за составные браслеты, больше походило на отдельные кусочки камней, растущих не то из руки, не то из комбинезона.              — Но поверь: очень трудно быть хуже него, — картинно вздохнула Пола.              Таир покосился на Мергена. Тот так и стоял в проёме, снова складывая тряпку в правильный треугольник. Словно почувствовал чужой взгляд, он посмотрел в ответ исподлобья. Радужка вновь ушла в оттенки тёмно-жёлтого.              — Так у тебя правда раздвоение личности? — осторожно спросил Таир.              Мерген покосился на него, всем видом давая понять, что не очень рад вопросу. Однако возмущение направил в другую сторону:              — Пола, вот зачем было палить перед незнакомыми?!       — Ты привёл постороннего на корабль и ничего ему не рассказал?       — Да я сам догадался. Желтоглазый не знал про два сердца, — пояснил Таир.       — Я мог забыть! — воскликнул Мерген, а затем тряхнул головой. На Таира уставилась пара серых глаз. — На самом деле я не счёл эту информацию достаточно важной.       — Да ладно, чего уж там, — поскребла Пола затылок. — Лучше сейчас узнает, чем будет удивляться, почему к тебе по-разному обращаются. Желтоглазого зовут Хаггард, сероглазого — Жанта. Я зову. Можешь эти же имена использовать, можешь те, к которым привык. Он на любые отзывается.       — И много у тебя имён? — уточнил Таир у Мергена.       — Достаточно, чтобы их помнить, но устать придумывать.       — Так, а что за два сердца-то? — спросила Пола.              Вопрос прозвучал настолько же незначительно, насколько ответ грозил Мергену новой выволочкой, но тот спокойно попросил Таира поднять рубашку и продемонстрировать наглядно. Пола не выглядела человеком, которого можно напугать боевыми ранениями, и, тем не менее, обеспокоенно цокнула, увидев расплывшийся шрам на груди Таира.              — М-да, с таким без защиты обычно не выживают. Ваши генетики хорошо поработали. Я дам медблоку знать, чтобы готовились тебя принять.       — Что, так быстро? — Таир старался не подать вида, что расстроился. Обещанное путешествие на космическом корабле грозило оказаться коротким.       — Да нет, сердце мы не пересадим, — пояснил Мерген. — Сначала закажем выращивание у профессионалов. А затем привезём тебя к ним на операцию. Но сейчас тебя же надо стабилизировать, чтобы хоть на бег хватало, разве нет?              Таир не был уверен, будто что-то поможет: отсутствие второго сердца сложно компенсировать. Однако удостовериться, что ко внутреннему кровоизлиянию нет предпосылок, тоже бы стоило. Однако, крутой у них на катере медблок, раз на такое хватит.              — Не здесь. На главном корабле, он побольше. — Мерген очертил в воздухе размеры, которые ни о чём не говорили, пока рядом не было самого катера для масштаба. — А это челночный катер. Он, конечно, может через врата ходить, но так не очень удобно. Основной корабль несколько известнее меня, ему здесь лучше не появляться.       — Да боевой он просто. Боевые всех нервируют, — фыркнула Пола.              Чего ещё было ожидать от богатого туриста, который оказался не то преступником, не то наёмником, а то и всё вместе. Таир не нашёл сил сколько-либо эмоционально отреагировать. Если от него и ждали удивления, то внимание быстро перетянул вызов с коммуникатора: Дамира доложила, что всё готово к отлёту. Через несколько минут она пробежала мимо — тонкий хвост прицеплен к пояску, уши сложены, что еле отличить от гривы волос.              — В кабине пилотов места мало, оставайся здесь, — сказал Мерген. — Если совсем устал, смело занимай любую каюту, они здесь общие. Отсыпайся, сколько влезет, оттуда сразу в медблок перевезём.       — Лучше разбуди. Я хочу быть в сознании, если вы вдруг собираетесь ставить на мне опыты, — пошутил Таир.              Мерген то ли не нашёлся, чем ответить в том же духе, то ли не заметил шутки, но скрылся в направлении носа катера, коротко попрощавшись.              — Правильно пытаешься не прогибаться под него. — Пола заговорщицки наклонилась, прежде чем покинуть кают-компанию. — Ни за что не позволяй ему сесть к тебе на шею.