Теория графов плоской Вселенной

      Тело нещадно ломило. Попытка приподняться на локтях и осмотреться принесла волну тупой боли от пяток до макушки. Рядом висели трубки капельницы, но не подсоединены, как и всякие мониторы. Белые стены отражали холодный свет ламп. Определённо, больничная койка и палата, однако всё другое. Операция начиналась не здесь. О-пе-ра-ци-я. Операция по уничтожению. Операция по спасению. Военная операция. Хирургическая операция. Забавное слово, может быть чем угодно.              На шевеление и сдавленные стоны подошла женщина. От яркого света она казалась белым силуэтом с неразличимыми чертами. Тем не менее даже сомнений не возникло, что это «женщина». Наборы букв оформлялись в слова, слова присоединялись к понятиям, понятия — к образам. На том и заканчивалось: образы повисали в мыслепространстве, не желая складываться в связные воспоминания.              — Что случилось? Почему я ничего не помню?       — Это побочный эффект операции, память скоро вернётся. Мы обговаривали такую возможность. Всё под контролем.       — Кто ты? Я тебя не знаю.       — Меня наняли незадолго до операции, могу показать контракт.              Не дожидаясь просьбы, она повесила в воздухе экран с договором на трёх языках. Закорючки под бесконечным текстом выглядели столь же смутно знакомыми, как и её лицо. Как и палата.              — Это не моя подпись.              Как перечёркнутый треугольник может быть вообще чьей-то подписью… Ещё бы крестик поставили. Не менее странным выглядело то, что имя нанимающей стороны тоже отсутствовало, только название. Корабля? Да, точно корабля.              — Это мой корабль? Тебя наняли на корабль, а не лично ко мне? Но чья подпись?       — Ты просто не помнишь. Потребуется время, чтобы вспомнить, но в этом ничего страшного. Страшно будет, если ты так и не признаешь, что подпись — твоя.       — Угрожаешь?       — Всего лишь не могу поверить, что кто-то добровольно отказывается от защиты Паладинов константы. Тебе она не помешает.       — Дай хотя бы вспомнить, как меня зовут.       — О, если не получится, то я придумаю тебе столько имён, сколько потребуется, — звонко рассмеялась женщина. — Хотя лучше правда вспомнить все предыдущие — мало ли сколько знакомых выскочит из прошлого. Да и с какими намерениями…       — Тогда не мешай. Уйди. Я в порядке, я не собираюсь умирать, сиделка не нужна.              Женщина действительно ушла без лишних препирательств, не забыв, однако, запереть за собой дверь. Намёк понятен. Вспомнить прошлое было в их общих интересах. Стоило бросить попытки раскопать в памяти, что это была за операция и зачем, как воспоминания хлынули рекой. И все они заканчивались задолго до встречи с этой женщиной. И тем сильнее крепли подозрения, что она знала секрет. Она знала, что разговаривала не с прежним хозяином этого тела.