Ангелы

До весеннего собрания пар оставалось два месяца. Пережить их надо, а как неизвестно. Точнее известно, работая с Самаэлем, а этого делать не хотелось. Фагаль всяческими способами пытался забыться в процессе. Напарники сделали ещё пару заданий, как Фагаля озарило. Он полетел к Яну и Агнес попросить о помощи. Без предыстории Фагаль выложил правду, Ян и Агнес, которые уже два месяца мучаются от слухов, согласились. Пары незаконно поменяться. Самаэль воспринял перемены ровно. Ему достался Ян и они остались в Канаде. Фагаль оказался с Агнес, чему очень обрадовался, и отправился в её город. Они планировали так оставаться до официально собрания, после чего Фагаль найдёт новую пару.

…

Агнес по кошачьи улыбнулась. Она купила себе и Фагалю клубничное мороженное, заявив, что пред началом работы надо набраться сил, поговорить обо всём для хорошего и продуктивного настроения, а то кто знает что за человек будет. Фагаль поддержал идею, и они проговорили не мало времени. К сожалению, работать надо. Они взяли задание. Королевство Иордания — нынешняя страна. Оно расположена берегу сразу двух морей: Красного и Чёрного. Прекрасное место, со своей культурой и обычаями. Песчаные цвета, древние постройки создают атмосферу жизни. Тёплый климат и солнце! Что ещё нужно для счастья? У Фагаля было чувство, что отогрелось не только его тело, но и сердце. Он был полон энтузиазма. Азат Абади, 58,7. Владелец крупной фирмы, занимающейся горнодобывающей промышленностью. Её предыдущий директор, отец Азата, умер, когда сыну было не больше 25, и завещал ему все права на собственность. У Азата двое взрослых детей, жена, дом. Несмотря на уже немолодой возраст имеет личную жизнь. Человек он статный и красивый, но в душе обитает нечто, что почти полностью «съело» его. Он никому об этом не говорит и не показывает, поэтому выяснить это было чрезвычайно сложно. Фагаль и Агнес разработали план по выяснению. Агнес претворилась старушкой — колдуньей и наговорила всякого родственнику Азата. Про то, что его что-то гложет, убивает и не оставляет в покое, про то, что он может ему помочь, но сначала надо узнать, что это. Брат попытался, однако ничего не вышло. Азат молчал. Тогда Агнес пришла к его жене и попыталась провернуть тот же план. Опять ничего не вышло, стало даже хуже. Цель начала что-то подозревать. Надо было придумывать новый план, ничего в голову не лезло. Фагаль претворился рабочим и поспрашивал сотрудников фирмы. Опять пустота. Они следил за целью круглосуточно. Агнес всё время рассказывала истории из жизни и не давала заскучать. Так прошло около двух недель. Так долго на одном месте Фагаль ещё не топтался и пошёл на риск. Надо было войти в контакт с целью. Почему они не сделали это раньше? Всё из-за положения в обществе и возраста. Испугом они могли довести его до инфаркту. Азата часто возят на личной машине домой, но бывают тяжёлый дни, когда ему надо расслабиться, подышать свежим воздухом и собраться с мыслями. Этот тёплый, по сравнению с Канадой, вечер был именно таким. Дул лёгкий ветерок, уносящий все заботы далеко за край небосвода. Вечерняя свежесть приводила в себя. Улицы пустовали. Люди уже сидели дома и смотрели телевизор, кто-то ещё только ужинал, а кто-то уже спал. Все живут в своём ритме. Азат наслаждался вечером и одиночеством, как вдруг его окликнули. Женщина, закутавшись в тёмно-бордовый хиджаб. Почему-то он подошёл к маленькому столику, на котором стояла только тусклая свеча. Женщину рассмотреть не удавалось, только старые морщинистые руки лежали на столе и слабо перемешивали карты. Казалось, что они вот-вот их выронят и их унесёт навсегда. — Сегодня хороший вечер, вы так не считаете? — Голос был женский, спокойный и неторопливый. Азат ничего не ответил, и она тихо посмеялась. — Хоть и зима, но снега нет и тепло, а ведь где-то на другом конце нашей крохотной планеты умирает от холода какой-нибудь человек. А мы сейчас спокойно разговариваем и это нас не волнует. Мы его не знаем и нам всё равно, что с ним будет… — Я думаю вы не правы. Людям не всё равно, что с остальными. Мы не знаю где он, но по возможности помогли бы ему. — Вы переоцениваете людей. Они могут только сочувствовать, но не помогать. Вы же не даёте деньги каждому встречному нищему, и остальные так же. — Это вы недооцениваете людей. Сильный поток ветра заглушил последние слова, но она всё равно их расслышала. Отвечать не стала. Повисло молчание в ожидании ответа. Время близилось к одиннадцати. — Холодно, я пойду. До свидания. — Азат резко развернулся и пошёл, но его окликнула всё та же старушка. — Вы сказали, что я не права что недооцениваю людей, докажите это. По вашему мнению, люди помогают друг другу: те, кто просят и те, кто дают… — К чему Вы клоните? Зачем позвали меня? — спросил он. — И вы тоже один из них. Так сделайте милость, помогите мне узнать, чем вам помочь. Расскажите, что вас тревожит. — неожиданно сменила тему старушка. Она взяла колоду и попросила «снять». Бизнесмен скептически посмотрел на неё, но не стал сопротивляться. После она взяла верхнюю карту и сожгла её. Пепел упал на колоду, и она вновь открыла карту. Начала гадать: что на них видит и что они значат. — Гадание запрещено! Это посягательство на сокровенное, которое знает только Бог и больше никто не может знать, — прервал её Азат. Старуха продолжала. Она говорила очень откровенные вещи и не поверить ей — значит не поверить в жизнь. Когда сеанс проникновения в душу закончился она ещё раз попросила рассказать. Азат застыл в шоке. Неужели пророк? — На улице никого нет и нас никто не услышит. Азат старался не показывать удивления. — Нет! Мне надо идти! Покайтесь! До свидания! — Поведайте свою историю старушке, которая всё равно скоро умрёт и вам станет легче. Азат сломался. Сначала родственники, теперь старушка — говорят одно и тоже. Может это знак? Тяжёлый вздох. — Отец, перед смертью оставил мне, большую сумму денег и сказал, что она на самый крайний случай. На тот случай, когда мы будем в таком упадке, что не сможем выбраться из него. У нас было много моментов на грани, и я думал, что это тот самый крайний случай, но мы всегда выбирались. Сами. Отец велел мне никому о них не рассказывать: ни жене, ни братьям, ни помощнику — никому, ибо люди алчны и захотят их забрать себе. Я понимаю, что их лучше оставить, но постоянное ожидания чего-то плохого давит… — Почему? — Голосом помоложе вскликнула старушка и напугала директора. — Что почему? — Азат ничего не понимал. Он выпал из наложенного транса. — Ах, извините. Духи кое-что сказали. — снова по-прежнему ответила колдунья. — продолжайте. — Духи? — Азат опешил. — А… Разве… Вы не гадалка? Вы можете видеть духов? — Ох, не обращайте внимания, прошу, продолжайте. — Засуетилась она. — Да… Я… Вроде… Закончил… Не дождавшись окончания фразы старушка резко встала, небрежно собрала карты, затушила свечу и, поставив своего собеседника в глубокий ступор, бодро убежала.

…

Агнес не понимала для чего они всё это сделали, она просто следовала указаниям Фагаля. Её полное доверие к нему ничем не подкреплялось, но так говорит ей сердце. Люди часто поступают странно и нелогично, словно забывая про прошлый опыт. Знакомятся друг с другом и говорят, что неожиданно захотелось. Идут не по той дороге, дольше чем обычно и это приводит к необъяснимым последствиям. Судьба? Сейчас не об этом. Убежав достаточно далеко от Азата, она нашла место, где её никто не увидит. Найти такое место было не сложно: тьма укутала город в своих объятиях. Агнес второпях причитала молитвенное заклинание и вновь става молодой, исчезла. Воздушная ткань белого платья развивалась на ветру, поднималась и возвращалась в обычное положение. Она манила к себе. Ангелы частично живые и устают за день. Сон — хороший способ восстановить силы. У Агнес и Фагаля нет постоянного места жительства и они, как кочевники искали себе ночлег. На протяжении предыдущих дней им служила пустующая квартира, тёплая лавочка парка, забытая палатка или бассейн с шариками в детском парке. А иногда закрывшийся магазине матрасов. Агнес пыталась выведать дальнейший план, почему её так неожиданно пришлось прервать сеанс, но Фагаль постоянно отнекивался. Бормотал себе под нос, ходил вперёд-назад, непредсказуемо хлопал в ладоши или пытался щёлкнуть пальцами. Может это что-то гениальное требующие доработки, а может его просто не было. Агнес не настолько умна, чтобы догадаться в чём дело. Утро вечера мудренее. Как только солнце начало подниматься из-за горизонта город оживился. Домашние животные шли после ночной прогулки домой, люди отправлялись открывать прилавки и магазинчики. Агнес оперлась локтями о подоконник и, напевая мелодию, следила за прохожими. Народ отличался от Канады. Он веселее, что ли? Добрый? Несмотря на это люди есть люди. Она начала рассуждать об этом вслух. Не добившись хоть толики внимания от напарника, убежала за завтраком. Притащила упаковку тахинной халвы и питу с клубничным джемом. Она завернула всё в лепёшку. Фагаль отказался от угощения. После напарники пошли прогуляться. Надо было вернуться к Азату, а добраться до него можно и пешком. Насладиться культурой. В попытках не попасть под машину или пройти сквозь незнакомца Фагаль переключился. Азат никуда не денется, так почему бы ему не насладиться путешествием? Пятница — выходной день! Фагаль втянул ноздрями воздух. Говорят, в Иордании он идеальный. От количества поступившего кислорода голова помутнела, а затем просветлела. Он улыбнулся. Агнес заметила оживление и улыбнулась в ответ. Фагаль поинтересовался её мнением о стране, она весело начала повествование. В каждом окончании предложения, в каждой букве «И» и «С» Фагаль узнавал её высокий голос. Сейчас дорогая Агнес была рядом с ним. И это была не иллюзия снов. Такая воздушная и милая она шла впереди, скрестив руки сзади, и рассказывая очередную историю. Фагаль обратил внимание, что она немного изменила дизайн одежды. Высокая талия и платье осталась, добавились длинные рукава и бриджи. Агнес развернулась на небольшом каблуке лицом к Фагалю. Шла спиной. Сиреневые глаза блестели. Люди проходили сквозь её миниатюрное тело. Она улыбалась. — Тебе не мешают волосы? — поинтересовался он. — Иногда. Их обычно Ян заплетает. В груди у Фагаля кольнула. Он укорил себя, что не попросил Лили научить его заплетать волосы. Тем временем они успели дойти до дома Азата. Он представлял собой сочетание европейской архитектуры и декораций в иорданском стиле. Практичный заезд для машины наполнен ярким, роскошным восточным колоритом. Сочетание классики с экзотическими мотивами создавал выдающийся и многогранный образ. А водная гладь бассейна, расстилающегося перед главным входом, отражала великолепие архитектуры и окружающей природы. В здании кипела жизнь. Сыновья Азата недавно вернулись из Мечети. Отца нигде видно не было. Агнес и Фагаль облетели весь участок в его поисках, но не нашли. Снова вернулись проверить комнаты. — Надеюсь с отцом всё в порядке. — раздалось от младшего. Ангелы навостри уши. — Как вернулся вчера, так сам не свой ходит. Всё истигфар читал, да ещё и не вуду, а гусль совершил. Случилось что-то. — Если и совершил грех какой, то он же проповедоваться остался. Искренне покается, и Аллах его простит. Ты же знаешь нашего отца. Младший закусил губу. — В том-то и дело, что знаю. — вздохнул он. Агнес ахнула. Они полетели проверить Азата. Месиво неразборчивых слов поразило их голову стоило им войти в Мечеть. Разобрать среди них нужные мысли было невозможно. На Зохр пришло слишком много верующих. Ангелы встрепенулись и покинули сооружение. Весь день просидели у входа в ожидании цели и осознании произошедшего. Встретиться они смогли только на следующий день в его офисе. Открыть жалюзи требовало времени. Большие окна выходили не на улицу, а на исследовательский цех. Азат любил смотреть как начинают приходить люди, стоять и наблюдать. Он очень внимательно следит за рабочими и замечает если что-то не так. Это может показаться пугающим, но для него это лучшее решение. Все знали эту его черту и не желали, чтобы их плохое самочувствие было замечено и сообщали об этом заранее. Из-за такого отношения рабочие редко разносили бациллу и заболевали. Поэтому, когда утром Азат опоздал все насторожились. Это означало нечто непредвиденное, опасное или плохое. Когда директор, несмотря на своё опоздание, всё же немного понаблюдал за работой все успокоились и забыли про происшествие. В насторожённости остался только его секретарь, но вмешиваться не стал. Азат как обычно провёл совещание, поработал с документами. Пообедал бараниной с булгуром и продолжил работать. Вечером народ разбрёлся по домам, и он отпустил секретаря. Ему нравилось смотреть не только на рабочих, но и на пустующие столы, проходы. Он смотрел куда-то далеко, а его мысли блуждали. — Липовая колдунья, я знаю, что Вы здесь. Скрываться не имело смысла. — Да. — Азат наблюдал за ней через отражение стекла. Он не хотел смотреть на неё лично. Не хотел что бы она смотрела на него, поэтому не повернулся. — Сегодня Вы выглядите моложе, чем позавчера, — Ответа не было. — почему Вы так резко убежали? — Ответа опять не последовало. — Почему молчите? Нечего сказать? — Агнес, я поговорю с ним, не переживай. — Раздался голос из воздуха и появился его владелец. — Мы просим у Вас прощения за столь странное поведение, нам нужно было обсудить кое-что. Директор развернулся. Его взгляд зацепили сиреневые растерявшиеся глаза Агнес и быстро перешёл на Фагаля. — Небо… — Пробормотал он. Пришёл в себя. — Кто вы, что вам от меня нужно? Вас наняли мои конкуренты? — В голосе явно было подозрение. — Вы и сами знаете, что это не так. Они помолчали. — Да, извините. Я это знал, но не хотел принимать то, что я не знаю кто вы. Кто вы? — Азат расслабился и открылся для разговора. — Меня зовут Фагаль, а это Агнес. С ней Вы уже знакомы. — Агнес поклонилась в знак приветствия. — Мы не можем сказать кто мы, однако мы хотим помочь. — Почему не можете? Потому что я не простой человек и могу рассказать про вас. — Именно так. Мы хотим выслушать Вас, что бы Вам стало легче. — Не Ваша ли спутница недавно говорила, что люди не настолько добрые, чтобы помогать друг — другу. — Ну так мы не люди. Азат закрыл глаза. — Ха… На самом деле вы всё сделали позавчера. Мне стало намного легче. Просто нужно время что бы принять всё. Ваше дело выполнено. — Не до конца. Есть ведь ещё что-то? Что вы скрываете? Это застало директора врасплох. — Я… Не… Я всё рассказал. Я ничего не скрываю. — замялся он. — Раз так не будем настаивать. Мы ещё придём к вам. Может именно тогда Вы и дорасскажите свою историю. — Фагаля толкнул застывшую Агнес, собираясь уходить. — Ещё кое-что, — нервничал он. — Вы не совершили никакого греха. Это мы виноваты. Азат проводил их ледяным взглядом. Оставшись один, обессилено упал на стул. Перед ним одна за другой мерцали картины прошлого. Бесхребетная набожная мать, упрямый строгий отец, братья, копания на грани банкротства. «Никогда не говори о деньгах. Никому!» — раздался наказ родителей. Молодой он стоит в этом самом кабинете, мама лаского обнимает его, а в голове цели, цели, цели… Обязанности. «Только на САМЫЙ крайний случай! Молчи!». — А пожертвую-ка я всё церкви! Если не смогу набрать такую же сумму самостоятельно, то не быть мне бизнесменом!