Тень Тхэурда: шепот из глубин

Холодный каменный пол пробирал до костей, в воздухе сквозили сырость и едва уловимый запах дыма, а вдалеке слышались удаляющиеся в спешке шаги. Как только звук стих, наступила желанная тишина, принесшая с собой одиночество. Выждав еще пару секунд, Рэя открыла глаза, вырываясь из лап наискучнейшего занятия из всех возможных – медитации. Последние слова матушки, прежде чем та ушла, уже успели забыться. Кажется, это было предупреждение о хорошем поведении, но предвкушая небольшой отдых, девушка решила полностью сосредоточиться на звуке шагов, чтобы точно знать, что храм опустел. — Ну, наконец-то! – потянулась она. Тело затекло, проведя несколько унылых часов в одной позе на жестком и холодном полу. – Самое время все тут разведать! В миг настроение улучшилось. Раз матушка ушла второпях, значит путь ее лежал в главную башню и отсутствовать она будет минимум часа два. Вскочив на ноги, Рэя тут же ринулась наружу. Место, в которое Рэя попала на ближайший год, выглядело как старинный храм времен до Трибожия, а точнее, до становления самой религии, ведь привычного образа пятистенного храма здесь не прослеживалось. Он был действующим до 633 года III эры, когда во время Разрыва Ткани Мироздания храм оказался слишком мал, чтобы укрыть всех, просящих защиты. Поэтому, вместо него, на окраине Ремоты был отроен полноценный псэт. Удивительней всего было то, что даже через столетия, храм почти не обветшал. И еще страннее – мало кто на сегодняшний день мог отыскать к нему дорогу, к тому же, вокруг храма был выставлен защитный барьер, через который свободно мог проходить только глава клана Эстаз, то есть матушка. Сей факт несомненно огорчал Рэю, ведь возможность покинуть это злосчастное место вряд ли имелась. Знать границы своей территории, пусть и временной, надо. Даже если полезное знание навеяно чистым любопытством. Во всяком случае, исследовательский дух Рэи не мог дать усидеть ей на месте, особенно когда предоставилась возможность для самовольства. К дверям храма вела лестница из нескольких ступеней, огражденная по краям двумя серыми статуями, покрытыми мхом и трещинами. Далее дорожка, будто из мозаики, плавно перетекала в обычную утоптанную пыль. Рэя вышагивала уверенно и быстро, за что поплатилась уже через несколько метров, смачно врезавшись в невидимую стену. Воздух разошелся мелкими волнами, расходящимися от девушки в разные стороны. — Как-то мелковаты мои владения. – она потерла ушибленный нос. – Эх, ладно, в тесноте да не в обиде, так ведь говорят? Запомнить границу оказалось просто – как раз в этом месте на дороге была выложена мозаика стрекозы. Странное решение, поместить едва заметный узор прямо под ноги. Главное, запомнить, что именно хвост стрекозы знаменует конец пути. Но Рэя все же надеялась, что это знание ей не пригодится. Как бы ей не хотелось возвращаться внутрь, но сделать это пришлось. Теплотой это место не отличалось и даже камин в соседней комнате едва справлялся со своими обязанностями. Повезло, что полы там были паркетные, а не каменные. Минимальное убранство давало лишний повод потосковать по дому, мягкой кровати, теплому одеялу, даже пушистый ковер невзначай всплывал в памяти, не говоря уж о расписных стенах и разноцветных камнях, подвешенных к потолку, которые так любила сестренка. Пустой зал с тонкими колоннами приковывал взгляд только замшелыми барельефами. Трудно было сказать, несли ли они в себе хоть какую-то историю. Их искусные изгибы изображали четыре разные стихии. И, казалось пятый барельеф изобразит их единство, но его образ никак не вписывался в общую тематику храма. Подобно водовороту в океане, уходящему на самое дно. Или яростному смерчу, уносящему к ярким звездам. Но все же это волны, бушующие и смертоносные. Этот водоворот имеет всего четыре таких гребня, способных потопить целые армады кораблей. — Странно, – Рэя с подозрением осматривала барельеф со всех сторон. – И требует срочного решения! М-да, кажется именно поэтому меня бояться оставлять одну. Но ничего не поделаешь – загадка сама себя не решит! Так-с, потрогаем. Она начала нескромно ощупывать каждый изгиб изваяния. Места, покрытые мхом, осматривались тщательнее всего. И вот, послышался хруст. Кусок одного из гребней теперь находился в руках Рэи, чей ошарашенный взгляд скакал с отломанного куска на сломанный гребень, который теперь был не более куском бесполезного камня. Она попыталась примостить отломок на место. Он выдержал не более секунды, прежде чем грохнуться на пол и расколоться на множество мелких кусочков. — Какова вероятность, что матушка это заметит? – пыталась утешить себя Рэя, пока разбрасывала то, что еще недавно считалось вершиной гребня, ногой по разным укромным углам. Завершив сокрытие улик, она вновь решила взглянуть на место преступления. — Да, в общем, если не знать, то и незаметно. – закивала она, но взгляд за что-то зацепился. Пришлось присмотреться повнимательнее. Сломанный гребень имел довольно ровное углубление. Недолго думая, Рэя пальцами ссыпала лишнюю гальку. — Выглядит как место, куда можно что-то вставить. Определенно! Загадка была занимательной, но мысли, ведущие к разгадке, Рэю не спешили посещать. Разве что, остальные три волны так же, по-варварски, лишились своих гребней. Пожалуй, это все, что девушка могла сделать. Мыслительные процессы никогда не посещали ее головушку, этой способностью была одарена ее сестра Вэния. Значит, лучше оставить эту тайну для нее. Рэя уже развернулась, чтобы заглянуть в другие неисследованные углы, но остановилась. В голове всплыли воспоминания о том, как они с сестренкой лежали на ковре. Находить скрытый смысл в многочисленных цветных камушках, переливающихся в пламени свечи, было одним из немногих занятий, где Вэния позволяла себе лениться. Теперь же Рэе так не казалось. Девушка точно могла сказать, что четыре камня выделялись своими размерами среди всех остальных. Так же они были разного цвета. — Прямо как… – Рэя задумалась, но тут же ее взгляд упал на стены храма. Барельеф, олицетворяющий воду, привлек внимание. В его центре были выгравированы три маленькие звезды. — Звездная ловушка. – Рэя припомнила такие же на статуях Четырех генералов, в которых замуровали осколки меча Шангвау’ра. Взяв нож из сумки в соседней комнате, она провела нехитрые действия, чтобы разрушить ловушку. Верхний слой потрескался и осыпался. Под ним открылся поблескивающий синий камень, странным образом напоминающий отломанный гребень волны. — Какова вероятность, что этот древний храм не обрушиться, когда головоломка будет решена? – Рэя пыталась унять уже тянущиеся к камню руки. – Я ведь и неправильно могу решить. – руки все еще медленно тянулись к синей драгоценности. – И наверняка буду похоронена здесь заживо. – заманчивая вещица уже лежала в ее руке. – Но могу и не допустить ошибку! – воодушевилась она и через пару секунд добавила: – Это место обречено. Четыре камня были извлечены из своих барельефов. Синий, зеленый, красный и желтый. Их идентичная форма поставила Рэю в очередной тупик. Поразмыслив, она пришла к неутешительному выводу, что вставлять камни наобум, неминуемо увеличит процент неудачи. — Не припомню, чтобы на потолке в комнате были хоть какие-то обозначения. Хоть что-то, откуда можно начать. – но внезапно она остановилась. – И почему меня совершенно не волнует, что эту загадку ты, моя дорогая сестрица, уже решила? Задаваться вопросами Рэя не желала, но ничего не могла с этим поделать. Они потоком заполняли сознание. «Почему ты разгадала ребус, но не дошла до конца?» «Не смогла сюда попасть? Не хотела? Нужное время еще не наступило?» «Попала ли я сюда случайно, или?..» — Что же там такое сокрыто, раз даже матушку ты вывела ненадолго? Ладно, так и быть, снизойду до мыслительного процесса. – усмехнулась Рэя и уселась на пол, в надежде, что это поможет. – Этот храм был построен во времена до Трибожия. Но… но-но-но! конкретно этот барельеф появился намного позже. – она внимательно взглянула на водоворот, немного надеясь, что тот сам даст ответ. Чуда не произошло, даже маленькой подсказки. Однако осознание явилось неожиданно. Она тут же вскочила и принялась более тщательно разглядывать барельеф, словно он был чем-то чуждым, нереальным. — Не может быть. – выдохнула Рэя. – Это гробница Лорона. Лорон Разящий ветра, основатель клана Эстаз, ордена Лета, один из Четырех генералов, один из тех, кто отдал жизнь за спасение королевства, тот, кто пожертвовал собой и стал печатью, чтобы изгнать Сияние в Тхэурд и навеки сковать там. — Но, – Рэя едва не задохнулась воздухом. – Но вряд ли же эта детская загадка ведет к печати. Наверное, за ней скрывается что-то другое. Наверняка. Переубедила себя Рэя и начала вставлять камни, будучи все еще неуверенной в правильной последовательности. — Если разгадка кроется в водовороте ордена Лета, то сверху должны быть вода и воздух, а снизу – огонь и земля. Как только последний камень был вставлен, все они со щелчком погрузились немного глубже. Послышались треск и грохот. Каменные плиты под ногами начали расходиться. В полу открылся спуск. Рэя хмыкнула, припоминая блуждания в потайных коридорах дома Чтеца, где она чуть не словила стрелу. — Зайти и выйти. Всего-то. – она призвала Лучистую рыбку. – Я точно успею до того, как мама вернется. Ага. Самовнушение вышло неубедительным даже по меркам самой Рэи, но вот она уже вышагивает по темному коридору, откуда сразу попадает в небольшую комнату. Лучистой рыбке не потребовалось много времени, чтобы встать посередине и полностью осветить незнакомое пространство. Свет рыбки освещал каждый изгиб каменного гроба, расположившегося точно посередине. На крышке был выгравирован с поразительной точностью силуэт мужчины с закрытыми глазами. Рэя точно знала, что это Лорон, – слишком много рисунков она видела с самого детства. Странно видеть его умиротворенное, будто спящее, лицо, когда в книгах и на картинах Лорон всегда представал жизнерадостным человеком. Даже острые из-за худобы черты лица и тонкий длинный нос никогда не омрачали его задорной улыбки. Наверное, Рэя находила в Лороне некое сходство с собой, поэтому зачитывалась книгами с любым упоминанием основателя клана. Рука сама потянулась к таинственному гробу, но кожа так и не коснулась камня – ладонь застыла в воздухе, уперевшись во что-то. Этот невидимый барьер сначала разошелся волнами, а потом заискрился узорами, среди которых были вполне знакомые символы. Рэя принялась вчитываться в сэнамда’ахский язык. — Здесь покоится Лорон Разящий ветра. Печатью он стал, себя в жертву принеся. Затмение было тому свидетелем. И только оно разобьет путы. – Рэя попыталась осмыслить слова и пришла к неутешительному выводу. – Бред какой-то! Рука все еще лежала на барьере. И тут Рэя почувствовала тепло, резко сменившееся жжением. Символы и узоры вспыхнули и девушку отбросило к выходу. Барьер мягко замерцал, успокоился. Рэя поспешила наружу. Быть причастной к снятию могущественной печати она не желала. Благо, барьер явно был невредим. Она спешно убрала все камни с барельефа, закрыв проход вниз. Волосы на спине зашевелились, а по телу пробежали мурашки. Чутье подсказывало, что матушка вот-вот должна вернуться. Наскоро обернув камни в ткань, она услышала приглушенный стук каблуков. Глаза забегали по комнате в поисках укрытия, но ничего подходящего не нашлось. Шаги становились все громче. Она ринулась в соседнюю комнату, и тут же за спиной послышался скрип двери. Взгляд упал на камин, и она тут же воспользовалась им, закинув сверток на дымовой карниз внутри камина. — Ты не успела. – как гром среди ясно неба, раздался голос Сцинциллы Эстаз. Рэя обернулась, пряча руки за спиной и стараясь тщательно их вытереть от сажи. Виноватая улыбка не сходила с ее губ. — Надо поработать над твоей реакцией. Я знала, что ты будешь отлынивать от медитации, как только я уйду, но не думала, что ты не успеешь вернуться на место, только заслышав шаги. — Я заснула. — Ожидаемо. – Сцинцилла взглянула на кровать, на простыни которой не было ни единой складки, но ничего не сказала. – С завтрашнего дня займемся теорией. — Я изучаю ее уже шестнадцать лет. С пеленок. Буквально! – возмутилась Рэя. — Хорошо. Почему, скажем, заклинатели Мо-Сэмпита не могут использовать созвездия? – Сцинцилла скрестила руки в ожидании ответа. Отчего-то казалось, что она знала, что Рэя не найдет ответа. — Завтра будет самый скучный день в моей жизни. – простонала девушка.