Тень Тхэурда: шепот из глубин

Бледная луна сменила пылающее солнце и вот, долгожданное одиннадцатое марта наступило. Ночь перед рассветом стояла мирная, спокойная. Крепкий сон обуял всех обитателей Багряных Островов – от зверей до людей. Даже чайки покачивались в гнездышках на мачтах, убаюканные на волнах. Предвкушая грандиозный праздник, жители портового города пытались выспаться, дабы сил хватило на весь день и всю ночь. Узкий лучик света медленно продирался к закрытым векам. Девушка тихо посапывала, совершенно не беспокоясь о маленьком мокром пятне на подушке. Но вот этот яркий луч вскочил прямо на глаза, неприятно щекоча. Она зажмурилась и плотнее укуталась в одеяло, надеясь прогнать раздражающий свет. Но что-то не дало ей погрузиться обратно в сладкую дрему. Приоткрыв один глаз, она обнаружила, что шторы на окне задернуты. Рэя точно помнила, каково было условие ее ранних пробуждений, – изголовье кровати точно напротив окна. Пусть солнце в Ремоте показывалось из-за горы не столь рано, как, например, в ордене Зимы, но это должно было способствовать пробуждению не позже девяти часов утра. Однако не это сейчас волновало девушку. В такой знаменательный день Рэя хотела быть первой, кто поздравит сестру с шестнадцатилетнем. Чутье подсказывало, что момент уже давно упущен. Комната ожидаемо оказалась пуста. Птуньки, привычно ухающей на жердочке, не было, кровать Вэнии была прилежно заправлена, а окна по какой-то причине почти наглухо задернуты шторами. — И куда же ты ушла ни свет, ни заря? Рэя вскочила с кровати и тут же об этом пожалела. Прохлада тут же окутала ее с головы до ног, пробирая до мурашек. Особенно уязвимыми себя чувствовали голые ноги, пусть и утопающие в мягком ворсе ковра. Распахнув шторы, девушка удивилась: — Пожалуй с «ни свет, ни заря» я поспешила. Взглянув на настенные часы на первом этаже, где плывущая по оси планета указывала на что-то около десяти часов, Рэя громко вздохнула. Зачем же сестрица поспособствовала столь позднему пробуждению? Задаваться этим вопросом не имело смысла. Быстро собраться не составило труда. Даже подарок уже был упакован в серебристую коробку с голубой лентой. Осталось только найти именинницу. С глупой, но искренне счастливой улыбкой, Рэя вышла из комнаты, предвкушая небольшое путешествие. Вэния наверняка пряталась в каком-нибудь укромном уголке подальше от предпраздничной суеты. Первым делом все же стоило проверить кабинет матушки. Он как раз располагался ближе всех к их комнатам. — Вэния? – Рэя аккуратно заглянула в приоткрытую дверь. Отвлекать матушку от работы ой как не хотелось, поэтому лучше было бы оставаться незамеченной. Но ни матушки, сидящей на кресле и грозно нависающей над бумагами, ни Вэнии, притаившейся где-нибудь поблизости, замечено не было. Ничего другого, кроме как зайти внутрь и осмотреться, не оставалось. Поднявшись на балкон второго этажа, Рэя обнаружила матушку. Сцинцилла сидела в кресле спиной к лестнице, поэтому увидеть ее сразу было невозможно. Вид у нее был уставший. — Доброе утро. – как-то неловко заглядывая через кресло, сказала Рэя. – Ты не видела Вэнию? — Я думала вы будете слоняться по всему ордену с утра пораньше. Нет, ко мне она еще не заглядывала. — А почему ты здесь, а не внизу? – любопытство взяло верх. — Прячусь от нашего нерадивого организатора. Каждый год одно и то же, а он все носится с кипой бумажек, заверяя каждый шаг! Не дает ничего сделать остальным, пока я не прочту и не поставлю печать. — Значит с ним сейчас папа. — Именно. – устало сказала Сцинцилла, пригубив мятного чаю. – Вэния, скорее всего, в оранжерее. — Буду надеяться. Зная ее, она могла уйти хоть в горы, лишь бы подальше от всей этой суматохи. – Рэю эта мысль забавляла, но как только она представила, что придется подниматься по тяжелой тропе, вздрогнула. — Хорошая идея. В следующем году проведем этот день в тихом месте. — Я ушла! – крикнула Рэя, уже спускаясь по лестнице, чем вызвала очередной приступ головной боли у матушки. В оранжерею могли зайти только самые близкие родственники клана Эстаз. Исключением с недавнего времени стал лишь Аман. Вэния любила это место за тишину, красоту и дивную ненавязчивую мелодию ароматов. Все здесь способствовало развитию ее дара предвидения. Немудрено, что она обустроила в оранжерее личный уголок с покрывалами, подушками, сундучком с зельями и небольшим столиком для чаепитий. Некое убежище, куда не смели заходить посторонние и всегда могли найти родные. Огненное дерево непоколебимо возглавляло шестиугольную оранжерею. Его алые цветы, подобно фениксу, опадали и расцветали вновь. Вот и сейчас большая часть лепестков пламенным ковром стелились у корней и случайно залетали на другие растения, будто окропляя их зеленые листья огненными слезами. — Вэ-ни-я. – пропела Рэя, не беспокоясь, что может прервать очередную медитацию сестры. Девушка мягко покружила на лепестках, любуясь дивным переполохом. Поднявшись по лестнице на балкон, она никого там не обнаружила. Подушки и покрывала были холодными, а значит сестрица давненько сюда не заглядывала. Чайничек и кружка так же не источали тепла, однако плавающие чаинки на дне фарфоровой чашечки насторожили Рэю. Возможно, сестра приходила сюда ранним утром. Но большего Рэя сказать не могла. — Приходить сюда перед рассветом дабы насладиться чашечкой любимого чай? Да-а, – вздохнула девушка. – И это я считаюсь самой странной в семье? Меж тем лепестки уже осели на землю. Следующим пунктом в очереди была беседка средь тихих водопадов. Прозрачная вода падала прямо в центр стеклянного купола, омывая его, и, подобно фате на голове невесты, ниспадала на землю. Ни единого грубого шума не доносилось здесь до ушей. Только умиротворяющее журчание да поющие капли брызг. За водной завесой едва ли было видно, что происходит в белоснежной беседке. Искаженный, пляшущий силуэт виднелся снаружи, намекая на чью-то хрупкую и маленькую фигуру. Рэя бесцеремонно заглянула внутрь, буквально выпрыгивая. Она втянула воздух, чтобы громко заявить о себе, но не произнесла ни слова. На спинке белого стула с витиеватыми ножками висела бардовая шаль. Самой же девушки не было. Она, вероятно, забыла о шали, отвлекшись на какое-нибудь важное дело, как это с ней часто бывало. Шерстяная накидка уже давно не хранила чужого тепла. Последний раз Рэя видела этот бардовый платок пару дней назад. Значит, с тех пор сестрица сюда не заходила. Аккуратно сложив шаль, Рэя вышла из беседки. — Куда же ты запропастилась, птенчик? Рэя взглянула на небо, на медленно плывущее солнце, на кудрявящиеся облака. Перед ногами пролетел, гонимый слабым ветерком, алый лепесток. Похоже, он умудрился сбежать из оранжереи, когда Рэя уходила оттуда. — Проделать такой путь от оранжереи досюда? Какой храбрый путешественник. – заулыбалась Рэя, разглядывая подхваченный пальцами одинокий лепесток прямо перед собой. Взгляд ее скользнул с бархатистого листочка на горизонт. Водная стена незыблемо мозолила глаза, что было привычно, но вот окружающие ее темные тучи вызывали некоторое беспокойство. — Дождя нам еще не хватало! – нахмурилась Рэя, убрала лепесток за пазуху и продолжила путь, изредка продолжая коситься на тучи. – Надо найти ее до начала празднества. Остальные возможные места, где могла находиться Вэния располагались далековато от резиденции ордена Лета. Недолго думая, Рэя поспешила к конюшням, намереваясь мимоходом заглянуть на тренировочную площадку к брату. — И ты тоже ее не видел? – пыталась выведать хоть что-то девушка, пока Нэгато избивал очередной деревянный манекен. — Ты же знаешь, как она не любит всю эту суматоху вокруг ее дня рождения. – прервался он ненадолго и взглянул на сестру. – И прошу заметить, речь всегда идет только о подготовке к празднику. Само торжество ей не претит. Думаю, она ушла к берегу за цветными камнями. — Она скоро из них дом сможет построить. – усмехнулась Рэя. — А чего ты Вестницу не призовешь? По ее следам идти проще. – закатил он глаза, высказывая совершенно очевидную вещь. — Как будто я об этом не подумала. – слукавила Рэя, позабыв о такой гениальной идее. – Сам знаешь, она не любит, когда ее разыскивают через Вестницу, мол, присутствие этих бабочек мешает сконцентрироваться на предвидении и видение может ускользнуть после долгих и мучительных попыток. — Она тебе это долго объясняла, смотрю. – с нескрываемым ужасом посмотрел на нее брат. — Очень, очень долго. – Рэя вспомнила эту крайне нудную лекцию и скривилась. – Ладно, проверю сначала очевидные места, а потом уже прибегну к крайнему методу. — Шкатулка-то работает? – крикнул ей вслед Нэгато. — Цыц ты! – завертелась сестра в поисках нежеланных свидетелей. – Конечно работает! Вчера все проверила несколько раз. К твоему сведению, больше трех! — Ладно-ладно. – махнул он рукой, улыбаясь. На протяжении целого месяца Нэгато ждал, когда же упрямая сестра придет с мольбами о помощи. Но этого так и не случилось. Порой, усидчивость Рэи его не на шутку удивляла. – На берегу ветер, запахни шаль плотнее! Но Рэя уже убежала к конюшням, где ее встретили радостным цокотом копыт. — Ну что, Азалия, прогуляемся немного? – конечно же, лошадь была рада это услышать. – Сначала к Одинокому дереву, а потом к берегу. Надеюсь, птенчик еще не успела замерзнуть. Только стоило Рэя сесть в седло, как Азалия с энтузиазмом пустилась в путь. — Кажется, я давненько тебя не выгуливала. – девушка покрепче ухватилась за поводья. Обогнув Одинокое дерево и, ожидаемо, никого подле него не обнаружив, они пустились к морю. Волны Лазоревого океана омывали песок и камни густой пеной. Ветер здесь дул гораздо сильнее и пронзительнее, поэтому Рэя незамедлительно поправила бардовую шаль. Нависающие над лазурным океаном черные тучи медленно приближались, подгоняемые холодным ветром. — М-да, вечером будет не просто дождик, а целая гроза. Меж тем оставалось проверить одно единственное место – дом дедушки Трукса. Но зачем Вэнии вообще понадобилось бы туда идти? Именно это и предстояло выяснить. Скорее всего, сестру волновали его переведенные тексты и различное оборудование. Азалия браво преодолевала довольно тяжелый подъем в гору. Рэя не стала ее привязывать к какому-нибудь суку или ветке, ведь знала, что Азалия не сбежит. Эту лошадь мало что могло испугать. Дом Трукса казался забытой тенью, особенно на фоне покачивающихся деревьев. Дорожка к крыльцу уже начала понемногу зарастать травинками и покрываться мхом. В остальном же, дом отшельника выглядел неизменно тускло и обшарпанно. Дверь со скрипом открылась, пропуская дневной свет, и девушка аккуратно переступила через порог. Внутри было темно и промозгло. Сквозняк согнал со стола несколько желтых бумаг, теперь шуршащих в разных углах. — Вэн? – как-то тихо произнесла девушка и изумилась сама себе. Прочистив горло, она позвала громче: – Вэния! Ответом ей была тишина. Проходить вглубь пустынного дома не хотелось, ноги буквально не позволяли пройти лишнего шага. Вдруг раздался шум разбитого стекла. Рэя вздрогнула и поспешила к источнику звука, прямиком в подвал. Одной Лучистой рыбки хватило, чтобы осветить каждый уголок этого места. На полу лежала разбитая склянка с высыпанными зернышками, возле которых бесстрашно сновала мышь. — Значит и здесь ее нет. – прошептала Рэя. Наверху что-то скрипнуло. Девушка резко обернулась на звук. — Де… – воскликнула она и тут же осеклась, вспоминая, что этот дом давно пустует. Наверное, ей просто послышалось. Но тут раздался еще один скрип. Девушка ринулась на второй этаж, перескакивая через ступеньку. И вновь ничего. Ни следа, ни намека. Лишь гул скитающегося ветра. Зарождающееся беспокойство скребло грудь изнутри. Рэя глубоко вдохнула и поспешила выйти на свежий воздух. Затхлое и пыльное помещение явно мешало нормально дышать. Как только она вышла, лицо тут же обдал пронизывающий ветер. Грозовые тучи на небе уже наседали на Багряные Острова, намереваясь поглотить их. Медленно, кусочек за кусочком, погружая в ночь и даруя холодный дождь. Рэя достала из поясной сумки коробочку с лентой. Улыбка засияла на ее лице. — Точно, еще ведь Вестница осталась. Рэя скрупулезно нарисовала в воздухе созвездие Бабочки-вестницы. Ее серебряные крылышки блеснули в ненастье, закружили вокруг, ища верное направление, и просто исчезли. — С ядром что-то не так? – заморгала девушка, глазея на пустое место, где только что хлопала крыльями бабочка. – Ну-ка, еще разок. Вестница вновь появилась, покружила и исчезла. Снова. Снова. И снова. Первая капля дождя упала на коробку, оставляя неприглядный след. Вторая капля прошла сквозь бабочку, прямо перед ее очередным исчезновением. Еще одна крупная капля угодила на лицо, отрезвляя, скатываясь по коже, падая на недавно проросшую траву. Рэя медленно подняла голову, взирая на хмурые тучи, выплескивающие из себя нежеланный дождь. Она взглянула на взволнованную Азалию. Та всем видом показывала, что пора возвращаться, пока не началась настоящая буря. Но в голове девушки кружили, мельтеша и беснуясь, всего две мысли. Бабочка-вестница исчезала только в двух случаях. Адресат находился вне досягаемости, например, под мощным барьером. Но чаще всего причина была иной, окончательной и бесповоротной – смерть.