Портрет в тёмных тонах

Я не знал, сколько уже прошло времени, но мне оно казалось вечностью. Я всё также продолжал сидеть в небольшой пещерке, прижимая к себе Мин-и и медленно его покачивая. Все слезы уже давно высохли и теперь я просто бездумным взглядом пялился в одну точку, а вдали все продолжали греметь звуки бойни. В какой-то момент все стихло, отчего мое сердце болезненно сжалось. Почему-то меня не покидало острое чувство, что случилось что-то ужасное. Прошло некоторое время и вдруг у дальней стены пещеры образовалось облако тьмы из которого спустя пару секунд буквально вывалился Чонгук. Альфа упал на колени и не шевелился. Я аккуратно переложил ребенка на пол и бросился к своему темному. Меня насторожило то, что Чон появился из портала один. Я опустился рядом с любимым на колени и начал быстро осматривать его: вся одежда была изодрана, ткань в некоторых местах потемнела, пропитавшись кровью. Я постарался заглянуть в глаза Чонгука, спросить, как он, что случилось, но его голова была низко опущена, а лицо закрывали волосы. Плечи альфы подрагивали. -Я не спас их, — вдруг глухо сказал он дрожащим голосом. Чонгук поднял голову и я увидел в его глазах слезы. -Нет., — неверяще прошептал я, а из глаз вдруг потекли слезы, — нет, этого не может быть. -Они погибли у меня на руках, — тихо произнес темный и в его голосе мне слышалась только боль и отчаянье. Я обнял альфу и уткнулся ему в плечо. -Что. что произошло? Это было очередное покушение на тебя? — спросил я сквозь всхлипы. -Нет… Устранить хотели именно Ги Сока. Нападавшие были очень удивлены, когда увидели меня. Но. это всё делалось явно с целью навредить мне. -Но. ты же очень силен. И Ги Сок, наверное, тоже сильный маг. Как они смогли вас победить? -Напитки были отравлены. Вас с Мин-и спасло только то, что Вы ушли к нему в комнату и не притрагивались ни к напиткам, ни к еде. Яд не смертелен для нас, но он сильно всех ослабил. Мы с Виком пошли на крайние меры, но., — он замолк, но я и без слов понял конец предложения. Я с жалостью бросил взгляд на Мин-и, свернувшегося калачиком на холодных камнях. -Что теперь с ним будет? Мы ведь можем ему как-нибудь помочь? У него есть какие-нибудь родственники? — с надеждой глянул я на Чонгука. -У Мин-и больше никого не осталось, — глухо сказал он, — я хотел бы, чтобы он остался у нас, но. я не знаю, как он отреагирует на правду, — альфа некоторое время сидел молча, а мой взгляд вдруг упал вниз и я в ужасе замер: на животе темного была большая рваная рана. -Ты ранен! — воскликнул я, и попытался получше рассмотреть ранение. -Это просто царапина. Я в порядке, — Чонгук тяжело поднялся, прижимая руку к ране и медленно поплелся в сторону Мин-и. Он снял с себя камзол и заботливо укрыл им ребенка. Темный сел, облокотившись на стену, и взял малыша на руки, а сам откинул голову назад и устало прикрыл глаза. Я тихо подошёл и опустился рядом с ними, — скоро прибудет Йунг — мой конь, и мы поедем домой, — я ничего на это не ответил и лишь аккуратно положил свою голову на мужское плечо. Я смотрел в одну точку на стене и все не мог поверить, что Ги Сока с Бо Гёном больше нет, а малыш Мин-и в одночасье стал сиротой. Я по своему горькому опыту знал, какого это терять обоих родителей и как тяжело оправиться после этого. Вскоре послышался топот копыт и вот у входа в пещеру появился чёрный конь Чона. Альфа тяжело поднялся на ноги, продолжая держать ребенка на руках. Он подошёл к лошади и махнул мне рукой, чтобы я тоже подошёл. -Тебе придется залезть самому. Потом возьмешь Мин-и, а я сяду позади и буду управлять конем, — я лишь кивнул. Мне довольно легко удалось взобраться на лошадь, а вот ехать, держа на руках ребенка оказалось намного сложнее. Через долгих три часа, уже поздней ночью мы доехали до замка. Чонгук соскочил с лошади, пошатнулся и чуть не упал. Я только ненадолго отдал малыша ему, но как только слез, сразу забрал его обратно, потому что видел, что темный и без дополнительной ноши еле стоит на ногах. К нам навстречу выбежал обеспокоенный Хоби и первые пару секунд просто недоуменно глядел на нашу компанию. Но как только отошел от временного замешательства, сразу же бросился к Чонгуку и перекинул его руку себе через плечо, помогая идти. -Тэ, отнеси его в нашу комнату. Я пришлю к вам помощников главного целителя, они подлатают ваши царапины, — тихо проговорил Чонгук. Я кивнул и без лишних слов направился к лестнице, самого же темного Хоби видимо повел к главному целителю. Только мы зашли в покои и я положил ребенка на кровать, как в помещение вбежали альфа с омегой и начали хлопотать над нами. Спустя каких-то пятнадцать минут на нас не осталось ни единой царапины. Убедившись, что Мин-и крепко спит, я направился в сторону целительского крыла. Дверь была не заперта и я, аккуратно отварив её, зашёл внутрь. Чонгук лежал без сознания на небольшой кровати, которая, видимо, выступала в роли кушетки или операционного стола. Целитель водил над ним руками, от которых исходило зеленоватое свечение. Темный был без рубашки и я смог в полной мере рассмотреть все повреждения: все тело было в гематомах, царапинах, мелких и крупных ранах, но к счастью после попадания на них зеленоватого свечения, они начинали потихоньку затягиваться. Через час целитель закончил свою работу и впервые обратил на меня внимание. -Не волнуйтесь, дэрий Ким, с эрром всё будет хорошо, — сказал мне он с улыбкой. -Конечно же, со мной всё будет хорошо, — раздался тихий голос со стороны кровати. Чонгук уже очнулся и теперь пытался принять сидячее положение. -Эрр Чон, Вам нужно лежать. Даже не думайте покинуть постель, — начал протестовать целитель. -Я сам решаю, что мне нужно, а что нет, — глухо ответил Чонгук, уже сев и свесив ноги на пол. Альфа тяжело поднялся и начал одеваться в одежду, лежащую рядом на тумбочке. -Эрр, Вы еще слабы. Вам нужен отдых, — я был полностью согласен с целителем, но понимал, что Чона не переубедить и он в любом случае сделает то, что сам захочет, поэтому я обернулся к целителю и лишь устало проговорил: -Я позабочусь о нем, дэр. Вы ведь и сами понимаете, что не сможете его переубедить, — целитель явно был не доволен, но все-таки отступил. Чонгук тем временем успел переодеться, и я подошёл к нему. -Мин-и еще спит? — тихо спросил он, на что я кивнул, — пойдем к нему. Мы должны быть рядом, когда он проснется, — я взял темного под руку, чтобы он мог опираться на меня, и мы медленно направились в сторону его покоев. Всю ночь мы просидели у кровати, наблюдая за беспокойным сном Мин-и. Малыш сильно ворочался, а по его щекам иногда текли слезы. В эти моменты я прижимал мальчика к себе, чтобы хоть как-то успокоить. Часов в пять утра Мин-и проснулся, сел на кровати и начал недоуменно оглядываться по сторонам. -Дядя Чонгук, что случилось? Почему я не в своей комнате? Где отец и папа? — мальчик вопросительно посмотрел на темного, а у меня ком встал в горле от осознания того, что сейчас придется услышать маленькому ребенку. -Ты помнишь, что вчера произошло? — тихо спросил Чонгук, пересев на кровать. -Мы с дядей Тэхёном услышали какие-то страшные взрывы внизу и сбежали через окно. -На твоих родителей было совершено нападение, — глухо начал альфа. Он старался держать маску спокойствия на лице, но я видел, как тяжело ему это удавалось, — твои родители погибли., — тихо сказал темный. Губы малыша задрожали, а из глаз хлынули слезы. -Нет, они не могли. Они сейчас придут. Они… — мальчик вертел головой, смотря то на меня, то на Чонгука, видимо пытаясь уловить в наших лицах хоть что-то, что могло дать ему надежду, но не находил подобного. -Они погибли из-за меня. На них напали, потому что хотели причинить боль мне, — тихо продолжил Чонгук, — я хотел предложить тебе остаться у нас с Тэхёном, но я пойму, если после всего этого, ты не захочешь видеть меня в качестве своего опекуна. В этом случае я найду для тебя хорошую сем., — Чонгук не успел закончить, как вдруг Мин-и бросился к нему на шею и крепко обнял. -Я не виню тебя и. отец бы не стал. и папа. Я хочу остаться у вас. Вы единственные близкие для меня люди, — тихо прошептал ребенок. Я тоже пересел на кровать и крепко обнял малыша. Так мы и сидели втроем, обнявшись и успокаивая друг друга. Весь день я ни на шаг не отходил от Сон Мина. Чонгук приказал слугам подготовить комнату для ребенка и уже к обеду мы с мальчиком перебрались в новое помещение. Слуги еще продолжали ходить по комнате, раскладывая одежду, книги и игрушки по полкам. Когда только мой темный успел дать распоряжение и на покупку всех необходимых вещей? Сам же он еще с утра уехал разбираться с тем, что случилось вчера. Я бы поехал вместе с любимым, но не мог оставить ребенка одного, видя, как он сейчас нуждается в поддержке. Мин-и весь день ходил грустный, не ел и не пил, практически не говорил. Пару раз он просто опускал голову и по его щекам текли слезы. В эти моменты мне раздирало душу от боли и жалости к малышу. Вечером в комнату зашёл молодой омега-слуга, чтобы помочь Мин-и подготовиться ко сну, но я отпустил его, сказав, что сам со всем справлюсь. Я переодел малыша в ночную рубашку и, взяв его за руку, направился в спальню. -Хочешь я прочту тебе какую-нибудь книжку? — спросил я у ребенка. -П-папа всегда читал мне перед сном, — тихо сказал мальчик, а его нижняя губа предательски задрожала. Я прижал Мин-и к себе, медленно поглаживая его по спине и пытаясь успокоить. Вдруг мальчик тихо прошептал мне куда-то в шею, — почитай мне, пожалуйста. Я взял ребенка на руки и мы подошли к книжному шкафу. Мы долго стояли перед ним, но Мин-и все-таки выбрал книжку. Я уложил малыша под одеяло, сам лег рядом и начал читать. Мне и самому было интересно ознакомиться с детской литературой этого мира, и Мин-и это поможет заснуть. И действительно, где-то через полчаса я заметил, что ребенок, уткнувшись мне в плечо, уснул. Я аккуратно, чтобы не разбудить его, освободил свою руку и тихо покинул детскую. По дороге я столкнулся с Хоби и он сказал, что Чон уже приехал и сейчас находится в своем кабинете. Поблагодарив парня, я направился к своему любимому. Чонгук сидел за столом, устало опустив голову на сложенные руки. -Удалось что-то узнать? — тихо спросил я. -Не много. Я сегодня был в отделении стражей правопорядка. -Ты думаешь это был Мин? -Я более чем уверен, хотя и есть одна загвоздка, которая мешает мне полностью убедиться в этом, — я удивленно приподнял брови, — в битве принимал участие… человек, которого нет в окружении Мина. Но скорее всего я ошибаюсь, поэтому и хотел достать хоть какие-то доказательства вины Мина, но он, по счастливой «случайности», на неделю был приглашен ко двору по «особо важному делу», — на скулах альфы играли желваки, выдавая всю его злость, — но он еще заплатит за всё: за шантаж по отношению к тебе, за покушение на твою жизнь и. за смерть моего друга. -Ты думаешь, это приглашение было не случайным? Но тогда получается, что твой брат помогает Мину. А разве он будет действовать против тебя, вы же семья? — недоуменно уставился я на Чонгука. -Пойдем спать, я очень устал, — резко сменил тему темный, на что я лишь обреченно вздохнул, — как держится Мин-и? — тихо спросил альфа, когда мы уже выходили из его кабинет. -Ему тяжело. Это видно, но он старается быть сильным, — грустно улыбнулся, — я уложил его спать, и в последующие дни тоже буду делать это самостоятельно. Сообщишь об этом слугам? — уточнил я у любимого. -Конечно, но ты и сам волен им приказывать. Мы дошли до покоев Чонгука и, быстро переодевшись, легли в теплую постель. Я прижался к груди альфы и уже скоро уснул. Всё было тихо, спокойно, как вдруг Чонгук резко сел на кровати, а в помещении зажегся свет. Я тоже поднялся, сонно потирая глаза и оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, что стало причиной моего пробуждения. Вдруг я заметил у двери в спальню Мин-и. По щекам ребенка текли слезы, а плечики подрагивали от периодических всхлипов. Чонгук поднялся и подошел к малышу, опустившись перед ним на корточки. -Мин-и, что случилось? — заботливо спросил темный. -М-мне п-приснился кошм-мар, — всхлипывал мальчик. -Чшш. Иди сюда, — Чонгук подхватил ребенка на руки и прижал к себе, одной рукой поглаживая малыша по спине, — хочешь остаться у нас на ночь? — спросил темный, на что Мин-и активно закивал головой. Чон подошел к кровати и заботливо уложил мальчика по середине. Альфа укрыл нас всех одеялом и погасил свет. Мы с обеих сторон обняли Мин-и и спустя некоторое время ребенок уже уснул, окруженный заботой и любовью.