Ювелирная работа

      Мало кому было известно, что одно вращение Кибертрона вокруг своей звезды отделяло планету от погружения в хаос и гражданскую войну. Тому, кто все же знал, оттого было неловко тратить последние циклы мира не на его сохранение, а на спа-процедуры. Мероприятие по сплочению звучало приемлемей и не выставляло Джувел бездельницей, по ее же мнению.              Размышляя о подобных пустяках, она сидела на мокром полу сливной комнаты, используемой в качестве душевой. Могла ли та по-прежнему считаться общей, если Дарклайт прогнала революционеров и заперла дверь? Возмущенные крики снаружи быстро стихли как цикл назад, их сменили смешки от щекотки, вызванной стекавшими капелями конденсата. Из-за приватизации умывальной пару было некуда деться, образовалась сауна. Высокая влажность заставляла переживать за целостность инструментов, что применяли для починки Джувел.              А чинить было что, к неудовольствию мятной фемм, сидевшей напротив — на одном из многочисленных стульев, перевезенных еще со старой лаборатории. Дарклайт заканчивала последнее исправление на белом манипуляторе. На сосредоточенной лицевой пластине доктора промелькнула обеспокоенность при виде полумесяцев от когтей на ладонях, и вроде прошла злость за спарринг с гладиатором. Оглядываясь назад, Джувел откусила больше, чем могла проглотить, неудивительно, что Тракс ею вытер пол.       За окном магистрали остывали от дневного зноя, когда Дарклайт вошла с вопросом-извинением, не будут ли по ней скучать, ей предстояло надолго отлучиться по делам, тут же отложенным. Взглянув на изломанные пластины брони пристыженной ученицы, Дарклайт увидела больше работы. Не таким образом она хотела провести остаток вечера. Настала очередь извиняться Джувел, однако в коллекции ран на корпусе она видела другое, нежели Дарклайт, — недостаток опыта и необходимость тренировок.       И вот, они здесь, совмещают уход за собой и медицинское обслуживание, приятное с полезным. В том числе присутствовал Пакит, согласившийся помочь с очисткой шарниров на спине, до которых Джувел не доставала. На Дарклайт надежды не возлагали: ее задор, когда появилась перспектива группового спа, а не парного, был пугающим — не в интересах доктора уменьшать количество поводов, зачем Пакиту присоединяться. Выполнив обещание помочь и закончив приводить себя в порядок, ограничившись полировкой и плановой диагностикой, минибот отдыхал на втором стуле рядом с третьим, где лежали медицинские инструменты, от скуки изучаемые им. А четвертым Джувел, внутренне закипающую от несправедливости, не удостоили.              Капли попали в оптику, отвлекая от недовольства, — Дарклайт отпустила белый манипулятор, потянувшийся к фейсплейту с намерением его потереть. С лукавой улыбкой Джувел смахнула с когтей собранную влагу — Пакит, оторвавшийся от чтения состава полироли, как оголенный провод, зашипел на брызги, не оценив дождик, в отличие от посмеивающегося доктора. Смех, чье звучание старше Джувел, придал смелости полезть с плохо скрываемым любопытством не в свое дело:       — Чем же вы будете заняты, с чем я не могу помочь?       Отказ от ассистирования был неожиданным и настораживающим. Дарклайт любила компанию, сопутствующие шутки и отвлеченные разговоры с той же силой, что ненавидела неоплачиваемый труд, — нет видимых причин отвергать помощь.       — В медпункт стало прибывать много здоровых ботов, — озвучил наблюдение отряхивающийся Пакит.       — И правда, — вспомнила Джувел оживленные коридоры. Не потому ли починка проходила не в госпитале? Она озвучила не то предположение, не то замечание: — Это связано с вашей работой.       — Чем я заслужила такую проницательную команду? — проворковала Дарклайт, но Джувел уловила раздраженный полутон.       Пакит перевел приплюснутый лже-окуляр на Дарклайт, в действии чувствовалось предпочтение ответов похвале, но когда их получили, Джувел приняла противоположную позицию. Проводилась массовая смена альтернативного режима на летающий: проект курировала Дарклайт, а скинувший на нее все организационные вопросы, раз уж она в них мастер, Шоквейв производил операции. Пакит, сдержав удивление перед немыслимым — возможностью смены альт-формы, насторожился, получив пересланную партнершей краткую сводку заслуг и преступлений против этики ученого, что-то встало на свое место в его шлеме после этого. Усталое вентилирование норовилось произвестись воздухосборниками Джувел, переживания стали многочисленными и просто утомительными, чтобы продолжать растрачивать энергию на панику.       — Мне никак не избежать операции, не так ли?       — Если только бур вдруг не станет мобильным, — услышав подтверждение от Пакита, Джувел нервно сглотнула растворитель. Похоже, силы на истерику найдутся при правильном поводе.       — Почему вас пробирает дрожь? — заговорившая Дарклайт была прервана, когда Джувел бросилась брюхом на пол и обхватила ее опору. От внезапности винты раздвинулись и разрезали стену позади с той же легкостью, что и бумагу. Из какого они материала? Винты нетронуты, повреждения стены же исправлять придется Джувел, не желающей давать революционерам новых причин возненавидеть Дарклайт.       — Доктор, только не он! Я не слышала о нем буквально ничего хорошего, ноль положительных отзывов! — прильнув корпусом, Джувел обвила опору, которую Дарклайт трясла в попытке высвободить.       — Самородочек, разве ты не знаешь, что слухи бывают преувеличенными, как случилось с гением перед тобой? — обычно успокаивающее воркование не возымело эффекта. Дарклайт пришла в замешательство, граничащее с ужасом: — Пакит, поможешь старой мне, пожалуйста?       — Похоже на вашу проблему, доктор, — насмешливо произнес он, с отвращением глядя на унижающуюся Джувел. Глупец, гордость не стоила встречи с жутким экспериментатором! Если Шоквейв заметит аномалии, операция закончится лоботомией или препарированием. Одно не противоречило второму. Хотя это чистая правда, зачем Джувел продолжала запугивать саму себя?       — Кто угодно, но не он! — ах, да, потому что она добровольно ни за что не ляжет на его операционную стойку. — Я не доверяю ему свой корпус!       — Это новая и стратегически важная операция, другие хирурги на данный момент не обучены ей, но она безболезненна, поэтому переживать не о чем, ты можешь доверять старой мне в этом вопросе, понимаешь? — Дарклайт не сказала ни слова в защиту Шоквейва!       Достаем тяжелую артиллерию — погладим эго.       — Вы гений! Вам вверили руководство госпиталем. Лучший хирург на свете, если кому и удастся изучить сложную операцию, так вам. Я могу доверить модернизацию корпуса вам одной! — заискивающая речь Джувел оставила на глоссе привкус пепла, когда нежная, но отчего-то вызывающая озноб ладонь легла ей на шлем. Джувел преждевременно закончила выступление и подняла оптику к мятной фемм, чье выражение фейсплейта было непроницаемым.       — Доверить только мне? — тихо повторила Дарклайт без привычной улыбки, как ночное небо без полумесяца.       Тень чего-то промелькнула на лицевой пластине и исчезла, прежде чем Джувел смогла определить. Манипулятор Дарклайт сместился к излюбленному месту для щипания. Джувел ойкнула и схватилась за горящую щеку.       — А что, если я сменю тебе альт-форму, и старую меня заставят проводить операцию и другим? — пожаловалась учительница с блеском в розовом окуляре. Она уже приняла решение.       Благодарность смешалась с чувством вины, что злоупотребляли положением Дарклайт и самой мятной фемм. Джувел отпустила опору и кинулась, чтобы обхватить теперь талию. Дарклайт не возражала бы объятиям, если б не острые края брони. Джувел отстранилась, извинившись за причиненную боль.       — Спасибо огромное, — хотя уже стояла на коленях, оставалось лишь коснуться шлемом пола, она решила не кланяться, несмотря на уверенность, что Дарклайт получит нездоровое удовольствие. Это и то, что поклон воспримут серьезно, как раз было главной причиной не совершать его.       — Я разве соглашалась?       Джувел лишь шире улыбнулась на ворчание о дополнительной работе.       — Сошлитесь на импланты Джувел. Что вы хорошо знаете, как с ними работать, — помог с проблемой, называемой ленью врача, Пакит. — «Касание ювелира» весьма ценное, чтобы постараться сохранить полный функционал при трансформации во флаера.       Дарклайт задумалась над правдоподобностью оправдания, а Джувел одобрительно подняла большой палец. Не выдержав ее полный восхищения взгляд, Пакит повернулся ко второй фемм за оценкой.       — Если предлог не сработает, ведь всегда можно что-нибудь придумать? — симбиотическая пара приняла ответ-вопрос за согласие. — Имеются ли еще просьбы, пока я свободна?       — Оружие, — незамедлительно сказал Пакит, наконец-то дождавшись шанса поднять тему. Он впервые звучал и выглядел вовлеченным в разговор, будто тот велся о гладиаторах.       — Если вас не затруднит, сделайте мои ладони мягче и затупите изгибы корпуса, чтобы я могла прикасаться к ботам, не вредя им, пожалуйста? — одновременно с ним попросила Джувел, виновато разглядывая нанесенные ею царапины на мятном корпусе.       Дарклайт скривилась от запросов и заметно скисла, спросив больше из вежливости. Жители шахтерского поселения были безжалостными и непреклонными: раз сама предложила, то придется отдуваться. Она поднялась со стула и махом попросила встать на опоры Джувел, которая заинтригованно прогудела, когда Дарклайт отодвинула лобовое стекло и протиснула манипулятор в кабину. Оттуда вытащили армейский нож — пожалуй, последнее, что захочется засунуть в себя. Он был сделан из неотражающего светлого металла, напоминающего импланты Джувел, как если бы был их продолжением, к концу черной рукояти был прикреплен знакомый белый шар.       К оружию потянулись, чтобы проверить баланс остроты и прочности, но на полпути раздался отогнавший электрический треск. Джувел ощутила возмущение возникшего электромагнитного поля и одернула манипулятор. Дарклайт изменила хватку — и подача электричества прекратилась. Она провернула нож, подавая его рукоятью вперед Джувел, опасливо уставившейся на блестевшее лезвие. Противостояние восхищения и осторожности захлестнуло ее, не державшую ножей больше года. Какое совпадение, что циклами ранее в оружейной Джувел проявила именно к ним интерес.       — Разве заставлять дарителя ждать вежливо? — закрывая оптику на собственное лицемерие, протянул доктор, заставив забрать нож. В хорошем состоянии и бесплатный, как противостоять соблазну? Голубой свет, он столь красиво блестел, внутренняя сорока радостно стрекотала.       Рукоять идеально легла в манипулятор, сжавшим в обещании никогда не отпускать. Блеск белизны лезвия манил проверить на остроту, вишенкой на торте был сентиментальный подарок Боллайтин, ставшим смертоносным дополнением к шокирующему оружию, значительно повышавшему шансы на выживание. И эта красота для Джувел, вряд ли Пакиту предназначался нож, составляющий половину его роста.       — Я люблю его, — вылетело страстное признание, опережая здравые мысли. Джувел любовно сдавила рукоять, выдержавшую пронзающие когти, и подняла шлем к Дарклайт, прихорашивающейся от одобрения подарка. — Спасибо, он прекрасен! Я дезактивирую за него! Когда вы только успели? Я не знаю, как им пользоваться!       Последнее заявление напрягло Пакита, но довольно сощурившаяся Дарклайт махнула ему, прося не беспокоиться о выкрикиваемой бессмыслице. Неубедительно, раз его не успокоило: тараторящая Джувел не успела моргнуть, как длинный манипулятор выхватил нож, инерция позволила вместе с увесистым клинком замотаться обратно в маленький корпус. Пакит убрал в отсек, искажающий пространство и поглощающий метровое орудие. Что с привычкой засовывать в себя острые вещи у кибертронцев? Нож оплакали, его не увидят до аналога кибертронского совершеннолетия, то есть никогда, учитывая грядущий скачок смертности на Кибертроне.       — Оружие просил я, но допустим, — Пакит проигнорировал прожигающую в нем дыру, умоляющую красную оптику.       — Ох, Пакит, ты же знаешь, что старой мне никогда не взбрело бы пренебречь тобой? — от томного вентилирования не по себе стало не одному Пакиту. Перестав вымаливать взглядом, Джувел с недоумением искала у него ответ, слышал ли он придыхание тоже. Пакит желал провалиться на второй план бытия от смущения. Значит, мурлыканье — не глюк или звуковая галлюцинация, приятно знать, что она не сходила с ума.       Что означало… оу, ой. Она не уверена, что хотела развивать мысль.        Конечно, Пакиту не помешало бы уверенности, но ее приобретают постепенно, а это похоже на разгон от нуля до сотни. Джувел пронзила внезапная жалость к Дарклайт, вызванная пониманием, насколько усложнят проблемы с доверием Пакита любые попытки сблизиться.       — Под твой размер трудновато подобрать, однако я могу попробовать достать пистолет, что ты использовал при штурме здания суда? — не замечая обращенное на себя сочувствие, предложил врач.              — Он полный шлак, — отрезал вариант Пакит, не потрудившийся притвориться благодарным. В горле Джувел застряла костью просьба проявить вежливость перед Дарклайт, интеллигента поздно было обманывать в учтивости минибота.              Дарклайт задумчиво обхватила подбородок и, отбивая в такт мыслям, постукивала когтем по визору.       — Что ты предпочитаешь?       — Мини-лазеры, — ответ погрузил Дарклайт в более глубокие раздумья.       — Мы понимаем, если просим слишком многое, — вмешалась Джувел, почувствовав борьбу Пакита с гордостью, чтобы согласиться пользоваться тем, что клик назад обозвал мусором.       — Пакит, ты же осознаешь, что лазеры требуют установки в корпус? Хирургическое вмешательство в него?       Одно упоминание модификации тела заставило его напрячься. Дарклайт не напирала, оставляла место для отказа. Она была хорошо знакома с системой правосудия, возможно, как хирург, даже лучше него самого знала, чему подвергли Пакита. Джувел постаралась не уступать в деликатности, избегая проявления жалости. Она искала способ естественно перевести тему, когда Пакит удивил, сообщив, что обдумает предложение. Но звучал он как обещавший связаться рекрутер, от которого никогда не последует звонка. Как донести ему, что необязательно переступать через себя?       Дарклайт была на шаг впереди Джувел, пообещав найти другие варианты, потянулась к ней, чтобы взять за манипулятор, и заговорила о другом:              — Насколько оцениваешь свою готовность освоить небеса, храбрец?              Джувел моргнула один раз, два, а потом ее осенило:              — Операцию сейчас, что ли?              — Вы уже готовы ее проводить? — удивленно и с долей недоверия уточнил Пакит.              — Как же может быть иначе? — упивалась собственным величием Дарклайт, трудно сказать, насколько наигранно, а в какой степени оправдано и бесстыдно ее высокомерное поведение. Джувел отвлекали собственные эмоции, чтобы считывать ЭМ-поле доктора.              — Я смогу летать, — ахнула Джувел, приблизившаяся к звездам. До нее запоздало дошло, что означало появление крыльев.              Пилотировать на высокой скорости в почти бесконечных просторах, неограниченное перемещение по трем координатам, жжение родного холода — она помнила, как при мысли о космическом полете учащенно билось маленькое, детское сердечко, и думала, что отпустила несбыточную мечту. Почему же тогда улыбку было невозможно сдержать?              Джувел рассматривала вариант пропеть дифирамбу или стать хором, сопровождающим появление святого, до уровня которого возвысил себя доктор, к тому же срок договора с Пакитом на ограничение пения истек. Ее намерения просочились во внешний мир, вероятно, выдала широченная глупая улыбка, и Пакит предупредил не совершать ошибок. Было ли это предостережением или угрозой, Джувел не осмелилась проверять. Наверное, то к лучшему, кто знал размеры, до каких возможно раздуть эго Дарклайт?              Счастье было заразительным, даже Пакит больше не выглядел напряженным из-за хирургического вмешательства ни в его, ни ее корпус. Дарклайт расслабленно дожидалась, когда Джувел обуздает океан чувств, буйный и сверкающий, наслаждаясь им не меньше ученицы. Лучше момента, чтобы обсудить слежку, обозначить границы дозволенного, могло и не предстать. Дарклайт лечащий врач, учитель, возможно, друг — ничто из этого не подразумевало прочесывать удаленную историю поиска или соваться чересчур далеко в процессор при диагностике. Имела ли значение безвредность, что все было продиктовано заботой, во что Джувел хотелось б верить? Или что для годовалого создания она подозрительно скрытничала и много знала?       — Что-то не так? — казалось, ободряющая улыбка доктора поощряла Джувел, однако уверенность размякла до состояния мокрого комка бумаги.       — Задумалась, как убрать следы со стены. Не хочу, чтобы о вас думали еще хуже, — она отвела оптику, чтобы не видеть нежности во взгляде. Себе дали обещание: «В следующий раз». Удастся ли его сдержать?       Не заботясь о репутации или несчастном, на кого упадет ответственность прибрать беспорядок за ней, Дарклайт повела к двери. Ее хватка на манипуляторе не ощущалась сковывающей, а направляющей и невероятно мягкой для металла. Отпирая душевую, Дарклайт отмахнулась и от упоминания стульев, ссылаясь на их чрезмерное количество в лаборатории, что, видимо, позволяло разбрасываться ими повсюду. Пакит, на несколько килограмм тяжелее из-за ножа и ремонтных инструментов, уже закрепился на поясе, и Джувел сделала вид, что клика сомнения и слабости не произошло, разбирательства могли и подождать, и позволила поглотить себя трепету.       Идти против догм кастовой системы следовало с раздражающей улыбкой, с какой ходит Дарклайт, а не дрожью в коленях. Роль бота в обществе закреплена за его моделью и альтернативным режимом, Джувел не собиралась упускать удовольствия от изменения констант, отделения правды от абсолютной истины. Ограничивающий свободу закон рухнет под весом собственной несостоятельности — наука и низшие страты восторжествуют, это и ее праздник тоже.              Любопытно, откажут ли ей университеты теперь?       

════

      — Ты не хочешь старой мне в кое-чем признаться? — голос Дарклайт, уткнувшейся в датапад с результатами диагностики, был глухим и обманчиво спокойным. Хирургическая стойка, холодная плита, тут же стала самой удобной постелью, занимающая ее Джувел ускорила свой выход из сети под недовольный возглас Дарклайт: — Откуда повреждения на внутренних механизмах, Джувел?

════

      Вечером следующего астроцикла лицевой экран крутился до износа сочленений, тем самым досаждая пользующейся им в качестве зеркала Джувел. Ей позволили исключительно из-за чувства вины, своеобразное извинение, что Пакит не смог вынести вида операции и быть во время ее проведения рядом. С какого ракурса он ни смотрел, занявшему спинку дивана, на котором дожидался возвращения с операционной стойки Джувел, ему не удавалось найти то, что искал.       — Что поменялось?       Фейсплейт обиженно вытянулся. Да, не появилось заметных крыльев: на спине недоставало свободного места для громадных треугольников, оно занято штырями — но ведь изменения были! Становящиеся крыльями в альтернативном режиме манипуляторы стали приплющенными сверху, Джувел почти могла закрывать шлем плечами, как спецназ себя штурмовыми щитами. Незначительно прибавилось сантиметров, убавилось килограмм — для измеряющихся метрами и тоннами показателей сущая мелочь.       Правда, на операционной стойке немного обеспокоило последнее, конкретнее, включало ли уменьшение веса облегчение эндоскелета по аналогии с птичьим. У судьбы было чувство юмора: добиваться снижения плотности костей, даже после лечения закрывшим для Джувел космос, полет куда сопровождался высоким риском, что ее таз сделает хрусть. Злая, зато забавная ирония. Отринув плохие воспоминания, Джувел смиренно принимала необходимость, в любом случае металл будет покрепче костной ткани. К счастью, Дарклайт сосредоточилась на мощности реактивных двигателей, чтобы увеличить максимальный взлетный вес. Они были спрятаны внутрь опор, так что их нельзя было продемонстрировать Пакиту.              А вот кое-что другое.       Джувел развернулась спиной, указывая когтем на еле видное (и то под правильным углом) проблескивающее, спрятанное за креплением штырей стекло кабины, куда можно впихивать барахло, какое не захотел, в отличие от ножа, засовывать в себя Пакит. Он прекратил транслировать то, что зрит, на экран, чтобы высветить лже-окуляр, передающий равнодушие. Не впечатлив персональное зеркало, Джувел сделала эпичный поворот вокруг своей оси, встав к Пакиту передом, бампером к телевизору, и постучала по обтекаемой броне — пик аэродинамики.       — Я по-прежнему меньше поранюсь, обняв проволоку, чем тебя, — Джувел задохнулась от возмущения. Да возразить нечем, когда при всем старании Дарклайт не удалось сгладить острые углы на швах пластин. И нет, это аномальный дождь в закрытом помещении, а не протечка оптики!       Джувел так и знала, нужно было попросить не удалять закрашенный идентификационный номер с манипулятора, чтобы было хоть что-то показать! В зависимости от восприятия клеймо становилось крутым шрамом. Знаком, что она пережила рабство, а оно ее нет. Но старшее поколение, органика или механика, не жаловала несмываемых отметок на теле, и номер был безжалостно удален Дарклайт.       Себя ободряюще похлопали по щекам (до сих пор болели после учительницы). Не унывать! Последнее изменение отрицать не получится Пакиту даже из вредности. Словно фокусник или вор, демонстрирующий пустые руки, Джувел поднесла ладони к визуальным сенсорам минибота.       — Что? — недоумевал он, отталкивая кисти от экрана.       — Глянь, какие мягкие! — промурлыкала Джувел, любуясь гибкой резиной, ко всему прочему, не проводящей электричество. Когти почти напоминали человеческие ногти, но острей!       Заинтересовать мягкими ладонями Пакита не получилось, его взгляд притянул шлем.       — Почему ты в маске и с визором? — она застыла от вопроса. Шлак, стоило притвориться, что не расслышала. Реакция насторожила Пакита. — Джувел.       — Я давно их не надевала, захотелось опробовать новый визор.       — Убери их.       Она сдалась, показав файсплейт, а, если точнее, то, во что его превратила Дарклайт. Густые синие тени, словно у персонажа старого диснеевского мультфильма, по выразительности могли соревноваться с бровями. Нижнее веко, подкрашенное красным, подчеркивало злой оттенок оптики. Образ вдовы, помогшей мужу отправиться на тот свет, завершала черная помада, нанесенная исключительно на верхнюю губу, потому что клыки будут сдирать с нижней. Трупный цвет фейсплейта все только усугублял.       Фырканье Пакита почти довело до протекания оптики.       — Доктор обещал создать новый образ, в котором я буду видеть себя! Неужели постоянный клиент похоронного бюро — это я, Пак?       — Весьма точное попадание, — у Джувел дернулся окуляр, и Пакит снизошел на утешение: — Ты всегда можешь снять косме…       Он недоговорил из-за охватившей комнату ауры уныния. Джувел не винила за невежество, откуда боту без лицевой пластины знать про макияж и то, что это нестираемый лак. Она сама не знала. После операции она вернулась в сеть, обнаружив сюрприз Дарклайт, который продержится 15 солнечных циклов — целых 15 оборотов Кибертрона вокруг своей звезды! Качественные материалы и профессиональное нанесение, что б их.       Она не могла попросить доктора его снять, не после того, как Дарклайт взволнованно спрашивала о макияже, как бабушка о впервые опробованном рецепте и ядовитом блюде, приготовленном по нему.       — Итак, доктор собирается обучать тебя летать? — гладко сменил предмет обсуждения Пакит. Совершенно незаметно, только ему об этом не говорите.       — Сомневаюсь, что техника полета для вертолета и самолета одна и та же. Учительница обещала подыскать мне инструктора, правда, не знаю как. Все массово меняют альтернативный режим, а Каон не изобилует флаера…– настал черед Джувел не закончить мысль. Она получила сообщение с координатами и временем, последнее звучало как «прямо сейчас». — Можешь забыть. Пока мы сомневались, она все организовала, возможно, кому-то угрожала, но это не доказано. У нас десять кликов, чтобы добраться до места встречи.       Пакит не признался, что остался под впечатлением. При правильной мотивации Дарклайт превращалась в самую пугающую (после мамы) женщину, известную Джувел.       — И где оно?       Параллельно набирая доктору ответное сообщение, где было неоправданное количество смайликов из символов, Джувел молча подняла манипулятор и слепо указала на окно, попадая когтем точно в антенну на паркинге. Побывать там Пакиту все же придется.       Спуститься вниз, перейти улицу, подняться на крышу автостоянки — незамысловатый и знакомый маршрут.       На первом этаже базы революционеров Джувел, как явный промышленный бот, с обновленным каркасом служила живым доказательством реальности операции по смене альтернативного режима, в остальном слилась с непримечательной массой. Она обходила революционеров и новых рекрутов, кого выдавала неуверенность, многочисленность второй категории являлась плохим предзнаменованием. Пакит беззаботно пересказывал подслушанные разговоры и пропустил, как его транспортировщик задержался взглядом на коридоре, избегаемом посетителями и разгромленном. Порезы, нанесенные каким-то зверем, глубже, чем от винтов Дарклайт, рассекали стены под потолком. Проход кричал о покушении или проблеме с гневом, Джувел с радостью восприняла, что дорога к выходу не пролегала через него, и попросила Пакита прислушаться к сплетням. Повредивший собственность революционеров вряд ли уйдет безнаказанным и уж точно не обсужденным хотя бы десяток раз, но виновника как будто целенаправленно не называли по обозначению.              Светило смещалось к горизонту, небо застряло между золотом и нежно-голубым — малый запас времени до темноты. На улице встретили закрытые толстым слоем металла каналы, строители двинулись к следующему району. Ветер холодил столпившихся прямо на входе базы ботов, чье немалое количество неприятно удивило и отвлекло от размышлений о разгроме коридора.              Как в своем старом альтернативном режиме, Джувел пробурила себе путь к свободе: руководствуясь принципами, что нельзя идти против течения толпы и лестницы — зло, со скрипом, искрами и отключенными аудиосенсорами она скатилась по перилам да загашала к нужному зданию, игнорируя брошенные в спину взгляды. Внутри на стоянках восстанавливался после празднества разноцветный сброд, тусклый от пыли. Части нездоровилось, Джувел заставила себя пройти мимо. Пакит и не взглянул на обыденное бедственное зрелище. Корпусы фемм и минибота обдул поток воздуха, когда они покорили лестницу и поднялись на крышу, высматривая инструктора. Джувел была полна намерений произвести наилучшее первое впечатление, а Пакит, ну, она надеялась, бросил привычку самоутверждаться при знакомстве.              — Никого не чувствую, — сообщила Джувел на тот случай, если по чистой площадке не видно, что их никто не дожидался. — У нас два клика в запасе, думаю, мы пришли первыми.              — Или доктор подыскал нам напыщенного флаера, не потрудившегося прийти вовремя.               Она опоздала с подколом, что предвзятость к флаеру звучала по-функционалистки. Над ними пронеслись, оглушив и хлестнув ветром. Джувел машинально подняла шлем и убедилась в частичной правоте Пакита.              Флаер снизил с высотой скорость и трансформировался в полете — перед ними предстал инструктор. Цвета его окуляров и брони принадлежали вечернему небу, как и он сам, судя по воздушному шоу и артистичному появлению. Воздух — его стихия, а напыщенность — черта характера. Он приземлился и встал в позу, промежуточную между чем-то героическим и армейским, она добавляла ему роста за счет раскрытых крыльев, с желанием прикоснуться к которым боролась Джувел. Она ничего не могла с собой поделать: они такие подвижные и блестящие, наверняка полировали их долго и качественно. Того же не сказать об остальном корпусе меха.              — О, снова этот сноб, — грубость Пакита сбила спесь с главного инспектора чего-то там, что Джувел не запомнила.       Трекер по-прежнему держался уверенно, несмотря на потерю глянцевого блеска брони, приобретшего маслянистое происхождение, или преследующие сомнения, читаемые в ЭМ-поле. Как и в ложе, она надеялась, что не являлась их причиной. В прошлый раз, за столом, не было возможности рассмотреть его в полный рост, Джувел незамедлительно ею воспользовалась. Для того, кто должен стремиться к легкости перышка, Трекер несильно уступал в крепкости шахтера-ювелира, подбирала ли Дарклайт схожего в комплекции инструктора? Взгляд задержался на опорах — подошвы без высоких каблуков. Если это не воссианская культурная особенность, что оправдывало экстравагантный выбор шпилек в период военных действий? У нее так много вопросов к Старскриму, собственно, как к любому показанному в сериале десептикону.              Трекер наконец-то восстановился от удара по самолюбию, заметил кого-то, помимо себя, и место, куда устремлена красная оптика, и вопросительно выгнул надоптиковую пластину по двум причинам.              — Селебрити? Я буду учить тебя? — озвучил он первую, ему посоветовали бы вчитываться в мелкий шрифт, чтобы подобных сюрпризов не повторялось.              Посмотрите, все-таки смог добраться до революционеров без Джувел. Точнее, без Селебрити, важная птица еще не слышала ее настоящего обозначения. Поправимо.              — Можно отбросить творческий псевдоним, Джувел, — она протянула измененный манипулятор, который механически пожали, словно делали так тысячи раз до этого. Учитывая род деятельности, могло быть правдой. — Или предпочитаешь иметь в друзьях Селебрити?              — Как ни назови шаттл, в скорости он не сбавит. Не ожидал встретиться при таких обстоятельствах, но возражений не имею, — медленно выходил флаер из оцепенения, он постепенно энергичнее тряс манипулятор, дополнительно положив второй поверх. За учтивой улыбкой он прятал деловой интерес. — Ты превзошла себя на параде.              — Приятно знать, — растерянно приняла комплимент она. Пряча неловкость под маской, которую почти на постоянной основе носила из-за выбросов, она не подавала виду, что понятия не имела, о чем Трекер говорил.              [«Я не представилась. Селебрити, моя музыка играет здесь»]              [«И будет на параде в Восе»]              Напомнили системы чушь, которую скормили Трекеру, чтобы он прекратил докучать и, может быть, чуть-чуть поумерил высокомерие. В итоге Джувел не оказалась лжецом и единственной, кто нарушил авторское право, она обязательно отыщет записи парада. Забавно, даже чересчур. О, дело дрянь, нельзя засмеяться инспектору в фейсплейт. Благослови искру Пакита, он перетянул внимание на себя:              — Вновь отлыниваешь от работы? — Пакит забрался на штыри и уселся как на троне.              На упрек Трекер промолчал, просто стоял с той же опаской, что читалась в его оптике, впервые, в ложе, обратившейся на Пакита. Раньше Джувел не хватало знаний, чтобы определить причину настороженности, а тогда и сейчас Трекеру — о том, что преступник перед ним был ложно осужден. Впрочем, не раскрывая прошлого Пакита, чего он однозначно не желал, иначе бы Джувел о нем давно знала, будет тяжело отстоять невиновность друга.              — Не уверена, познакомились ли вы, этот мех с экономичным расходом топлива, — завуалировала она «коротышка», — мой близкий друг, неоценимый напарник и с недавних пор драгоценный…              — Хватит, Джувел. Он в курсе, кто я.              Преступник. Да, трудно не заметить реакцию «замри», но, Праймус видел, Пакит совсем не помогал уменьшить напряженность. Стоило ли спросить, как Трекер познакомился с Дарклайт и почему согласился обучать? Разве что в том случае, если хочется послушать о концепции добровольно-принудительного согласия и добавить больше неловкости.              — Ты оставила меня наедине с осужденным преступником, — напомнил Трекер, со стороны ее поступок выглядел нехорошо, может быть, потому что так и есть.              — На самом деле он невиновен, — стараясь сгладить углы, защищалась она, понимая бессмысленность действия из-за неимения доказательств. Без них слова преступника и его товарища ничего не стоили.              — Мне никто не говорил об этом, — голос Трекера приобрел обвиняющие нотки.              — Мне тоже, что у преступников отбирают фейсплейты. Я думала, Пакит просто такой, какой он есть, — зачем она оправдывалась, если требовались извинения? Он прав, а она облажалась. Джувел смягчила оборонительный тон до раскаивающегося: — Прости, что поставила тебя в затруднительное положение и напугала. Я бы никогда сознательно не оставила тебя в опасности, пускай мы и едва знакомы, Трекер.              — Не верь ей, я еще как опасен, — протянул Пакит, запугивая, но на этот раз Трекер невозмутимо послал ухмылку, хоть и запятнанную неуверенностью.              — Я не каонец, чтобы долго держать обиды, — и когда о нем подумали лучше, Трекер добавил: — Но не откажусь от новых полезных знакомств в качестве извинений.              — Для начала исполни договоренность с нашей общей знакомой. Какая она, кстати? Ты отрабатываешь долг или застрял со мной ради вознаграждения? Мой первый полет пройдет здесь, с крыши?               Как-то высоковато.              Перспективы летать затуманили разум, упустивший несовместимость одной из самых распространенных фобий и то, на какой высоте будет происходить действие.              — Хочешь сказать, ты боишься высоты? И решила стать флаером? — не пропустила легкую скованность Джувел золотая оптика. Трекер, напротив, раскрепостился и широко раскрыл крылья, при виде бота без уверенности набравшись своей.              Выбора альтернативного режима не предоставлялось, умник.       — Я создана на земле и для земли, — и для Земли с заглавной буквы тоже.       Признаться в страхе оказалось ошибкой. Пакит спрыгнул с нее, решив поискать на нижних этажах автостоянки бочку, куда Джувел потом сможет опустошить бак. Она не успела возмутиться, как Трекер стал взволнованно размахивать крыльями, он завел монолог, расхваливая себя, уверяя в своей компетентности, что якобы должно было оказывать успокаивающее воздействие. Пакит скрылся на лестничном пролете, пока инспектор демонстрировал умение продать себя. Джувел не почувствовала спокойствия, а оказавшейся среди клоунов. В какой-то момент с Трекером планировали поболтать, разузнать положение дел в его мегаполисе или то, почему он с революционерами, однако нейронные сети стремительно погибали от комплиментарных высказываний, обращенных им на самого себя.              Джувел придержала вопросы и подшучивания за дентой. Трекер вел и ощущал себя вольготно рядом с ней, раз не избрал целью лести ее. Или до него наконец-то дошло, что она не занимала высокую позицию в рядах революционеров, независимо от причины Джувел не собиралась препятствовать красоваться перьями. Зачем останавливать бесплатное развлечение?              Спустя клик он заметил, что она терпеливо наблюдала за ним со скрещенными манипуляторами на грудных пластинах и весельем в оптике.              — Извиняюсь, я не умею говорить в меру на любимые темы. Дай посмотреть на лучшую версию тебя! — захлопал Трекер в ладоши, подбадривая и подгоняя.       Первоначально низко поклонившись и насладившись последовавшим смешком, для единственного зрителя трансформировались. Детали переставлялись по-другому, чем с режимом бура, да неизменно быстро. Если бы спросили ощущения, быть самолетом то же, что застрять в гипсе на все тело в Т-позе. У Джувел не было возможности полностью окинуть себя взглядом, но зачем засорять процессор сомнениями в красоте любой из своих форм? И никакой макияж ее не испортит!              Разумеется, некоторое представление имелось на основе модели и чертежей, чьи файлы в банках памяти пригодятся для саморемонта. Дарклайт лично корпела над ними, потому что первоначальный вариант рассчитывался под более распространенные альтернативные режимы: автомобили, гусеничную и промышленную технику, в том числе буровые установки, к сожалению, у Джувел было такое нововведение, как штыри. Собранный из предназначенных для бура частей истребитель мог пронзить небо, землю и, возможно, само будущее, и предназначался для перевозки раненых, потому обладал надежным и мощным строением.              Другими словами, из Джувел сделали реактивный ранец для поднятия крупной техники, и ожидавший больше скорости и маневренности Трекер с пустым фейсплейтом смотрел на представшее разочарование. От Джувел не укрыть истинных чувств, очень обидных к тому же.              — Что ж… летающая альт-форма красит ботов, — притворился восхищенным он.       — Давай покончим с обменом любезностей, я все равно вижу их насквозь, — начистоту выложила она. Несмотря на страх высоты, грудь колол не он, а взволнованность. Конечно, Пакит нашел себе занятие, каким Джувел до сих пор оскорблена, да все равно не хотелось заставлять ждать его и себя тоже. — Трекер, мы точно не собираемся взлетать с земли?       Ее инструктор по полету ухмыльнулся прямолинейности, которую не очень жаловал, в отличие от того, чтобы сразу приступить к делу.       — Там недостаточно места. Собираешься сломать крылья, едва получив? — зашагал он по площадке крыши, важно убрав манипуляторы за спину. Он с интересом нет-нет да поглядывал на нее, если бы наступающая ночь не подгоняла его, то Джувел вновь ждал бы допрос, такое у нее сложилось впечатление. Каон не был спроектирован для полетов, легко будет врезаться в тонкий шпиль в темноте на скорости, к которой не привык недавно созданный флаер. — Ты знакома с техникой безопасности?       Трекер удержался от тяжелого вентилирования, получив отрицательный ответ.       — Хорошо, — произнес он тоном, подразумевающим обратное, — установим главное правило — следовать всем указаниям диспетчера.       — Так точно, диспетчер! — трансформировалась обратно она, чтобы шуточно отдать честь.       Трекер быстро вжился в роль, не отказываясь ни от крупицы власти и превосходства, что Джувел находила больше забавным, чем раздражающим, и со строгостью военного инструктора прикрикнул, чтобы она возвращалась в альтернативный режим.       Запуск истребителя многоэтапный процесс, но Джувел буквально была им, а системы — ее органами, не требующими сознательного управления. Оба двигателя взревели от готовности, не нуждаясь в прогреве, искра сверкала в исковой камере, готовая разжечь топливо по первому требованию.       [Поступил вызов]       Джувел несколько удивленно приняла звонок, не узнав комлинк. Пакита не было поблизости, чтобы ругать за это.       «Первый полет волнительное событие даже для настоящих флаеров, для которых нет ничего более естественного, чем находиться в небе. Помни о необходимости сохранять спокойствие», — без промедления приступил к объяснениям Трекер, снова слышимый за ревом двигателей. Что б он делал, отклони Джувел вызов, было загадкой. Диспетчер продолжал инструктировать ее, которую не воодушевляло количество подбадриваний, превалирующих над реальными указаниями: «Не может властвовать в небе прикованный к земле! Первая задача: оторваться от нее. Взлетать с места, как то делают опытные флаеры моего уровня, пускай и выглядит впечатляюще, но эффективнее будет взять разгон перед отрывом».       Не прекращая мотивационную речь, он подошел к краю крыши и направил на ограждение манипулятор, трансформировавшийся в пушку, снесшую его. И к этому моменту можно было уже привыкнуть, что все вокруг вооружены. Было ли обязательно чистить взлетную полосу, уничтожая городскую собственность?       «У тебя будет только одна попытка. Не беспокойся, в случае неудачи я смягчу твое приземление», — милый синоним к слову падение. Трекер поднял манипулятор над шлемом, готовясь дать отмашку: «Отъезжай как можно дальше, на протяжении больше километра шоссе проходит прямо и будет чисто от небоскребов. Боюсь, Каон не может предложить лучших альтернатив».       Он опустил манипулятор и дополнительно махнул пару раз, когда она не сдвинулась. Наконец-то малюсенькая, как Пакит, загвоздка бросилась ему в оптику: Джувел лежала на брюхе без шасси.       «Шасси нет», — подтвердила по комму она, забавляясь чужой растерянности.       В доказательство она вытащила заменявших их штыри — Трекер мужественно взвизгнул из-за побежавшего на него самолета на паучьих лапках, открыв для себя новый страх. Через клик Джувел, вновь на двух опорах, успокаивающе похлопывала его между крыльев, с серьезной лицевой пластиной кивая на его оправдания.       — Придется взлетать с места, — мрачно сообщил Трекер, когда отошел от кошмара наяву.       — Не так давно ты говорил, что это для опытных флаеров.       — У тебя получится, — предпочел он лесть правде. Джувел не осуждала ложь, неуверенность — ненужная помеха. — Либо с места, либо в падении.       — С места так с места! — быстро определилась она и попросила указаний.       Вместо них, Джувел устроили демонстрацию: Трекер совершил прыжок, а уже в следующий миг взмыл. На неповрежденной площадке, где он стоял нанокликом ранее, не осталось даже следов продукта горения от двигателей — признак мастерства не иначе. Джувел опустила оптику на сжатые в решимости кулаки. Хорошо, выглядело достаточно просто, чтобы не свернуть в процессе шею.       Прыжок. Трансформация. Ни наноклика простоя реактивным двигателям. Наполняя искру детским восторгом, они унесли ее вверх, следом вперед, за пределы крыши, и заглохли.       За нахлынувшим ужасом было не расслышать панических криков Трекера по коммуникатору, Джувел падала вниз в тишине, онемев от страха.       Гравитация тянула с огромной силой, подобно пучине. Здание не обладало высотой, позволяющей Джувел растрачивать драгоценное время на размышления. Она активировала правый двигатель, чтобы выровняться, и подключила второй, направляя нос наверх. Брюхо остановилось и пролетело в считанном мехаметре от земли, встреча с которой закончилась бы путешествием к Оллспарку.       Джувел отчаянно старалась набрать высоту и закричала, еле успев увернуться от торчавшей из высотки пожарной лестницы. Рано расслабляться, под ней пролегало не шоссе — она завернула в тесный жилой район. Окна, мимо которых проносилась, потрескивали, как и подхватываемые поднятым ветром провода. Маневрировать между строений становилось все сложней и опасней, когда над Джувел и крышами пролетела тень. Трекер стал направлять ее, и она смогла сосредоточиться на препятствиях, таких как балка, чуть не полоснувшей крыло.              Он вывел ее из закоулков, и они вновь смогли спокойно вентилировать. Внезапно страх высоты стал наименьшей из забот, Джувел попросила подняться над опасным для летунов Каоном.              На втором километре она вырвалась вперед и нырнула в небесную вату, напоминавшую туман и устроенную доктором сауну, только прохладную. Защитное покрытие и тепло двигателя защищали от облаков, позволяя сосредоточиться на исполнении популярной детской мечты прикоснуться к ним. Из пушистой белой массы появился яркий в солнечных лучах голубой истребитель, поравнявшийся с ней и тихо сопровождающий в первом полете. Не для того чтобы обучать, а обезопасить неповторимый опыт. Ни трюков, ни восхваления ботов-флаеров — уютное молчание. Джувел ненадолго отключила зрение, сосредоточившись на ощущениях: воздухе над и под крыльями, бьющем в лобовое стекло.              Сколько бы ни летели Джувел с инструктором, лабиринт переулков под ними отказывался заканчиваться. Было трудно осознать не охватываемые с тысячи мехаметров высоты размеры Каона, чьи нижние уровни уходили на большую глубину.              «Разворачиваемся, пора возвращаться», — спустя некоторое время умиротворенно, звуча как отступающая дремота, окликнул Трекер.              Он вывел к паркингу, найдя среди многообразий форм строений Каона похожее на молнию-застежку от одежды. Трекер пошел на снижение, за чем наблюдала Джувел, вырисовывая круги. Трансформировавшись, он стал возле Пакита, сидевшего на перевернутой вверх дном металлической бочке, в одной из таких, помнится, Джувел плескалась ребенком у бабушки. Диспетчер выполнял свою роль, сопровождая указаниями всю ее посадку, а Пакит напряженно следил за ней после того, как флаер с боку ему что-то сказал. Предположительно, об отсутствии посадочных шасси.              Площадки касался не самолет, а уже цокающие каблуками опоры: Джувел бежала, избавляясь от остатков скорости. Она окончательно остановилась напротив двух мехов и с огромным удовольствием свалилась после пробежки: не было ни гравитационного шока, ни боявшегося его преподавателя-физрука, мешающего прилечь.              Компания палитрой последних трех цветов радуги тихо устроилась вокруг бочки, кто сидел на ней. Оптические сенсоры находились на одном уровне, на одной цели — там же, где сломаны ограждения, садилось солнце Кибертрона, стеснительно прячась за почерневшими башнями, из-за шипов на них, оно будто насаживалось на копья, заливая золотой кровью небо.              Мирная картина.              — Это превосходит опыт перового группового полета в плохом смысле, — нарушил молчание Трекер. Джувел согласилась про себя и поблагодарила любые ответственные высшие силы за то, что Пакит не засвидетельствовал ее конфуз.       — Хэй, Трекер, — низкое гудение его двигателя, как если бы флаера вырвали из перезарядки, подталкивало закончить вопрос, — где твои приятели, с которыми я тебя видела на арене?              — Гостнадо и Суперрефрекшен? В Восе есть выражение «флаер летает там, где небо чище». Значение зависит от контекста, но обычно означает, что боты неустанно ищут выгоду.              Вот как. Тройка оказалась не так близка, как изначально сложилось впечатление из рассказов Трекера у Джувел, безрадостно предположившей:              — Присоединившись к революционерам, ты оставил старую должность, а они — тебя.              — Последовав за Мегатронусом, я отказался от большего, чем от должности инспектора. Формально Вос независим от сената, в действительности торговые и политические связи слишком тесны, чтобы потрясения не затронули и его. Вос официально сохраняет нейтралитет на сепаратизм Каона, потому что не может позволить себе вмешаться, его вот-вот поглотят междоусобицы. Я отказался от дележки власти, а они решили попробовать свои силы.              — И сделали тебя запасным аэродромом, — Джувел мягко пихнула заговорившего Пакита, прося не перебарщивать с солью на рану, и тут же убрала манипулятор, смутившись смеси сложных чувств, с какой пристально наблюдал за взаимодействием бывший инспектор. — Что-то мне подсказывает, в случае успеха они не будут торопиться разделить его. Надеюсь, тебе хватит гордости прогнать самонадеянных авиаторов, когда они прилетят обратно.       — Неужели эгоизм непростителен? Его невозможно искупить? — неожиданно для собеседников спросил Трекер с печалью, проявляемой ни в голосе, ни в оптике, но ЭМ-поле.       Пакит учился такое фиксировать и не пропускать мимо сенсоров. Он остолбенел, не понимая, откуда возникла брешь в надменном поведении инспектора, и Джувел осторожно направила разговор:              — Тебя что-то тяготит еще с нашего знакомства, может, задолго до него.               Трекер избегал смотреть на нее или Пакита, сцепив пальцы вокруг опор, практически ложась на них поверх. Страх осуждения в ЭМ-поле окутывал его, как непроглядная вуаль, Джувел усилила свое излучение и присутствие в ненавязчивом предложении выговориться. Она больше не Селебрити, увязшая в мафии гладиаторской арены, знакомая Трекеру фемм — это бороздившая с ним небо Джувел. С крыльями, которыми еле управляла, со студенческим опытом, приобретенном в разном с ним учебном заведении и на другой планете, — разделяющая с ним столько же сходств, сколько и различий.              И, самое главное, ближайшие аудиосенсоры, готовые выслушать.              Желтая оптика устремилась вперед, ловя последние лучи заката.              — Знаете, мы могли бы сидеть здесь вчетвером. У меня мог быть брат, не забудь я, взлетев высоко, того, кто всегда ждал внизу. Не зазнайся от собственной значимости, не позволь остальному, кроме работы, утратить ее. Я пренебрегал дорогим другом, он лишь просил иногда брать его в манипуляторы. Я не знал финансовых проблем, но ни кредита не потратил, чтобы сводить его в тир. Вечная гонка за влияние ничего не дала, одни сожаления и одиночество, в каком я молю вернуть мне близкого.              Будто терзания и печаль имели вес, они отяжелили шлем, и тот склонился. Трекер обхватил фейсплейт, закрывая стыдное проявление эмоций. Затрудненное вентилирование казалось громким на фоне свиста ветра.       «Он мусор», — с презрением, словесно выжигая клеймо на флаере, сказал Пакит ей, ответно недовольно сжавшей губы.       «Он раскаивается», — мягко возразила она, чувствующая сожаление в каждом произнесенном Трекером слове. Любой имел право на исповедь, на признание вины, быть услышанным.              «Он говорит о симбионте, Джувел», — раскрыл небеспристрастность своего суждения Пакит и не сдерживал злость, причина которой прояснилась для Джувел: «Трекер был партнером, единственным ботом, на которого могут надеяться миниботы-симбионты. Мало игнорировать, нужно полностью забыть о его существовании, чтобы минибот решил уйти. Ты понимаешь, что того будет ожидать? Без хозяина, без работы, накоплений и связей — это отчаянный выбор, его не сделает здоровый и счастливый бот».              Подобно маятнику, чувства качнулись в другую сторону. Джувел была не способна сказать, в какую именно, и направила визор на флаера, с еще большим усердием избегающим встречи оптик.              «Думала, мусор скажет всей правды?», — спросил Пакит с твердой убежденностью, что Трекер искал жалости. Если так… почему бы не дать?              Пакит вопросительно назвал ее обозначение, когда она поднялась на опоры.              Вес манипулятора на плече заставил оторвать от сцепленных пальцев затуманенную оптику и взглянуть на склонившую колено Джувел. Поза по удобности не занимала верхушку рейтинга, зато не создавала ложного впечатления, что Трекера собирались ударить. После объяснения Пакита ее взгляд потемнел до свернувшейся крови от глубокого понимания, в чем Трекер повинен, но не окрасился презрением.              Он умолчал всю тяжесть последствий его пренебрежения, многократных эгоистичных выборов из страха признаться перед самим собой, а не ей. Ей, которой знакома трудность борьбы с душевной слабостью. Преодолеть трусость с чей-либо помощью прямо сейчас или без в одиночку — выбор за ним, Джувел же склоняла к определенному.              — Пытаясь найти его, я узнал, каково миниботам, — прохрипел он с болезненным выражением лицевой пластины, от которого не поможет ни одно известное обезболивающее. — Я думал, может, если извиниться перед ним невозможно, облегчить актив его типу ботов будет моим «прости». Мегатронус говорил о Кибертроне, где боты не смогут обращаться с миниботами так, как я.              Джувел неосознанно сдавила плечо, найдя корень противоречивости чувств.              Дарклайт, Боллайтин, Тракс, Трекер — все повстречавшиеся боты присоединялись к войне и будущему тирану, и Джувел была посвящена в причины почти каждого из них. Не став исключением, она имела личную. Любой уголок Кибертрона не мог предложить лучшей оппозиции системе — общая константа. Мегатронус могущественен и умен, без предвидения жесткого правления сложно противостоять харизме борца за свободу, к тому же успешного в своем правом деле. Джувел хотелось завопить, как на тренировочном полигоне, сделать что-то большее, чем агитирующие выбрать ненасильственный путь песни, но она осознавала, почему за Мегатронусом следуют и что повлечет за собой прямое выступление против него.              Не было никакой выгоды, сплошные риски отговаривать присоединяться к революционерам. Ради чего, морального превосходства? Спасти едва ли знакомого бота от плохого решения, как успели выяснить, очередного, чтобы почувствовать себя лучше безразличного большинства или освободиться от вины?              Нет, не идеализм двигал ей. Злость и грусть смешались в коктейль, ставший знакомым топливом, Джувел звала его чувством беспомощности. Оно заставляло молчать, дрожать от страха, пускаться в бегство, оно придавало сил самосовершенствоваться после неудачи, бросаться с голодом на новые знания и, скрап, постараться что-то сделать хотя бы раз.              — Не утратил веру в сладкие речи за свою карьеру, главный инспектор?              — Ты, Саундвейв — хозяева, что я до сих пор видел у революционеров, проявляют уважение, не судят ботов по их размерам, — она покачала шлемом. Трекер выносил суждение всего по двум ботам, малая выборка вызывала недоумение и жалость.              — Я хорошо обращалась с Пакитом до вступления в ряды Мегатронуса.              — Ты пытаешься меня переубедить, я не понимаю, — нахмурился он. Пакит тоже был озадачен, спросив по связи, чего Джувел добивалась.              — Я могу знать больше, чем ты, — осторожничала в формулировках она, тщательно подбирая слова. Ей не впервой. — Мой взор не застилает ни идеализм, ни восхищение Мегатронусом. Я не знаю, каково оттолкнуть друга из-за собственных ошибок, но твой способ справиться с горем и виной подвергнет тебя огромной опасности. Ты ищешь прощения, а не способа сделать мир лучше, и я здесь не для того, чтобы осуждать за эгоизм, а предупредить. Есть лучшие способы добиться примирения с собой. Будет тяжело и казаться неправильным, но ты должен выбирать свое благо, даже если в прошлом это привело к потере друга.              Трекер слушал ее с низко опущенными крыльями, не осталось ни следа былого умиротворения, с каким он летал сквозь облака или наблюдал за уходящим за горизонт шаром плазмы. Ожидаемо, Джувел давила на больное, что подметил по внутренней связи Пакит. Металл на щеках горел после щипков Дарклайт, а теперь и от стыда под гордым родительским взглядом минибота. Манипулятивность не следовало поощрять!              Красная оптика устремилась мимо него и смятенного флаера на кое-что позади них, долгое время не дававшее покоя Джувел.              — Пожалуйста, обдумай мои слова и выбери то, что тебе сейчас нужно. Это и то, что хочется, не всегда совпадает, — попросила она, поднимаясь на опоры, и смущенно убрала манипуляторы за спину, надеясь, что осталось без внимания то, как они по старой привычке попытались просунуться в несуществующие карманы. — Я осознаю, насколько странно уходить после моей импровизированной речи… Мой уход не займет много времени, ты будешь все еще здесь, Трекер? Я бы хотела продолжить наш разговор.              — Спасибо, что снова оставляешь меня наедине с ним, Джувел, — язвительно поблагодарил Пакит, немногим опередивший Трекера с теми же словами на глоссе. Из ошибочного представления, что Джувел имела авторитет, Трекер принял «обиженный» за нее вид, якобы не собирался упрекнуть в том же. Она сняла маску, чтобы извиняюще улыбнуться им обоим за создание ложного впечатления. Пакит пойдет с ней, ему не предоставят выбора после того, как он наглядно показал презрение к бывшему инспектору.              — Я не откажу тебе в просьбе в обмен на обещание не раскрывать подробности сегодняшних откровений, — Трекер обаятельно ответил своей улыбкой. Он умело маскировал, что раскрыл личное без пару циклов незнакомцам больше, чем когда-либо собирался (или кому-либо мог доверить). — Пойду… разомну крылья.              — Да, тебе есть что обдумать, — сухо поддержал инициативу Пакит. Трекер не показал раздражение, вместо этого быстро трансформировавшись и взмыв ввысь.              Джувел вернула маску на фейсплейт, не слишком явно присматривая за лестничным проходом. То, что она чувствовало на нем, скорее раздражало, чем пугало, но оттого не меньше хотелось разобраться с причиной дискомфорта. Причем лично. Пакит увидел ее манипулятивность, на сегодня хватит демонстрации скверных граней личности, которые он почему-то считал достоинствами.              — Сделаешь что-нибудь, пожалуйста, с бочкой, чтобы ее не сдуло ветром? Он довольно сильный. Я буду ждать тебя впереди.              — Предлагаешь догнать тебя, чьи опоры длиной почти с два меня?              — Я верю в тебя!              Идя спиной вперед, Джувел показывала большие пальцы вверх до тех пор, пока перед ней не закрылись двери, ведущие к лестнице, и не вбила в стену бота, проявившего неуместное любопытство к разговору, который его не касался. На фейсплейте Тракса было написано сожаление о том, что его поймали.              Однако он не попытался скрыться с места преступления.              — Что ты делаешь, подслушивая?              Джувел не хватало ни роста, ни ширины, чтобы заставить по-настоящему раскаиваться быть пойманным за слежкой. Ее манипулятор не доставал до шеи и давил под грудными пластинами — попытка сдержать Тракса выглядела комичней, нежели устрашающей. Тем не менее он не вырывался.              — На твоем месте я бы не доверял флаеру и не высказывал такие опасные мысли ему, — может, он сдружился со здоровяком на почве любви раздавать непрошенные советы?              — Ты звучишь как стереотипный функционалист, несмотря на то, что революционер, — а так же, о чем Джувел умолчала, искренне обеспокоенно, проклятье.              К Траксу питали симпатию. К гладиатору, не потерявшему на арене доброты, по крайней мере, по отношению к Джувел, весельчаку, кто, не задавая вопросов, поддастся порыву веселья и подержит самые безрассудные идеи, если они покажутся ему забавными. Он не боялся кричать во всеуслышание, что целенаправленно искал ее общества, как тот же здоровяк, не просил получить чего-либо за помощь, как Дарклайт идеального ассистента, завоевывать доверие приходилось Пакита, а не его. Что Джувел не нравилось, так шпионаж для доктора.              — Просто делюсь опытом, сладкая искорка. Все флаеры, на которых не свезло работать, не заплатили бы, будь у них возможность провернуть это без последствий.              — Как и буквально любой бот. И ты же знаешь, моя наставница и твоя начальница — флаер? Я теперь тоже.              — Вы каонцы.              — Откуда тебе известно, что моя леди-босс из Каона?              — Здесь мало туристов.              — И летунов.              — А… Ну…              — Тракс! — предостерегающе рявкнула она, прижимая к стене. Пляски вокруг да около сильно надоели.              Еще можно было поверить в случайность столкновения в коридорах базы, еще можно стерпеть. Но преследование переходило все границы, это — оскорбление ее когнитивных способностей.               Мягко говоря, Джувел испытывала недовольство.              Гладиатора спас вошедший Пакит, вставший в дверях и пялящийся на не очень дружелюбные позиции двух ботов. Он взвешивал, за чью искру выпрашивать пощаду: подруги или кумира. Превосходящая по силе сторона не показывала агрессии, другая же злилась за двоих, а то и за десятерых. Джувел была слегка возмущена колебанием в принятии очевидного решения и избавила от выбора, отойдя от добровольно прижатого преследователя, чей корпус позволил осмотреть пролившийся с улицы свет.              — Привет, Тракс, ты инвертировал цвета? — первым озвучил изменение Пакит, зайдя полностью внутрь и не задавая вопросов, что произошло. Все закончилось благополучно. Что самое главное, ему не пришлось принимать чью-либо сторону.              Ныне фиолетовая броня и рисунки зеленых языков пламени обменялись цветами за прошедший астроцикл. Без фильтров по обонятельным сенсорам будет сильно бить запах свежей краски, поэтому до тех пор, пока все не выветрится, вблизи Тракса введен масочный режим.              — Привет, Пакит, — беззаботно помахал он, потирая вторым манипулятором ушибленные грудные пластины. Джувел почти почувствовала вину. Близко, но раздражение преобладало. — Приятно, что хотя бы кто-то помнит, как следует начинать разговор.              — Ты назвал невежливой меня?! — хорошо, она абсолютно сдает его, никакого укрывательства. Джувел обличительно указала когтем на лучшего друга здоровяка. — Он подслушивал нас на протяжении всего разговора.              — Дарклайт снова приказала следить за нами? — беспечно спросил Пакит у Тракса. Шлак, притворился бы раздраженным ради нее!              Тракс заметно сдулся из-за того, что все в курсе его тайной миссии. Секретность составляла половину крутости. Джувел скрестила манипуляторы на грудных пластинах, практически кричащих: «Время извинений, мужик».              — Ты не будешь сильно ругать меня или жаловаться доку, если я покажу, где находится минибот, о котором рассказывал флаер?              Предложение распалило любопытство, сжегшее остатки гнева.              — Почему ты уверен, что это именно тот? — сразу подверг сомнению Пакит, а Джувел же зацепило другое.              — Ну, они оба позолочены? — после этого заявления запрещено обвинять Джувел в расизме (или какой термин уместен) по отношению к роботам. По цвету, серьезно? — Голден Триггер и Трекер, у них даже обозначения парные!              — И они получили их задолго до встречи друг с другом, — указала она на логическую ошибку. — Но, что важнее, «покажу»?              — О, да, Триггер в соседнем здании, на базе, — Тракс продолжил нерешительнее: — вместе с обычного размера ботом. Не его хозяином, по крайней мере, пока что.              Закончив говорить, мех многозначительно посмотрел на знакомую ему пару нормального кибертронца и минибота, по всем критериям бывшими симбионтами, кроме самого объединения систем — и то последняя часть уже неактуальна. Весть о миниботе вселит надежду, а затем вдребезги разобьет сердце, то есть, выражаясь местными метафорами, пустит трещину в искре Трекера. Размышляющего схожим образом Пакита воодушевила перспектива душевных мук.              — Только больше причин организовать встречу. Голден Триггер выслушает унижения Трекера, а следом раскроет, что даже после извинений у фраггера не было ни единого шанса на воссоединение, — зловеще постукивая когтями друг о друга, выдал Пакит. Джувел и Тракс с разной степенью обеспокоенности выслушали конкретизированное описание сценария встречи.              — Жуть-то какая. Напомни мне никогда не игнорировать тебя.              — Странные у тебя фантазии, приятель. Полагаю, мы идем сейчас и организуем воссоединение выходцев Воса? Или, лучше сказать, вылетцев, ха?              Джувел колебалась, оставив без внимания каламбур. Высока вероятность, что все пройдет в точности, как описал Пакит. И если он с превеликим удовольствием, попивая энергон, будь у него рот, смотрел бы за разыгравшейся трагедией, чувствительность ЭМ-поля вынуждала Джувел пережить все эмоции вместе с симбиотической парой: горечь, старую боль. Кроме того, Трекер станет уязвимым к дальнейшим манипуляциям. Все последующие попытки уговорить покинуть революционеров будут низкими, неправильными.       — Сладкая искорка сомневается, — шепотом обратился Тракс к Пакиту.              — Но и не сказала нет. И есть мое да.              — Знаешь, скорее всего, не ты будешь чинить флаера, если он засбоит, увидев старого друга.              — Ее никто не заставляет помогать, так что решение за мной.              — Оно будет ни за кем из нас, Пак, — очнулась Джувел. — Трекер выразил свое желание, спрашивать излишне, мы предложим миниботу встретиться с ним, и уже он решит.              Как бы ни манила фантазия о мести, Пакита отвращала мысль о принуждении сородича-симбионта увидеть бывшего партнера, поэтому его согласия не пришлось долго ждать. Оно сопровождалось жалобой о пустой трате времени, ведь бот с самоуважением пошлет ржаветь в яму с таким заманчивым предложением. Джувел настояла все же проверить. Глупо сдаваться, не попробовав.       Сегодня, видимо, тур по знакомым местам, или Тракса магнитило к оружейной. Глядя на неуменьшающийся, но обновленный арсенал, Джувел переживала, как бы следующим пунктом назначения ни стала койка в госпитале.       Завешенные стенды и загроможденные столы подпирали стены и были ограждены от полигона закрытыми дверями, из-за чьей толщины не уловить ни звука, ни электромагнитного излучения, если кто пользовался стрельбищем или тренировочной площадкой прямо сейчас. Удивительно, что у их группы из трех ботов имелся доступ к тому, что должно быть хорошо охраняемым складом оружия. И еще более поразительно встретить здесь тех, кого в прошлом декацикле видели на службе у столба каонской функционалисткой системы.              Она остановилась в проходе и подняла манипулятор, чтобы помахать меху, возглавлявшему спасение с элементами похищения из New-2, — ей тут же пришлось пропустить его, вышедшего из оружейной и не обронившего ни слова. Манипулятор медленно опустился вместе с настроением. Процессор неверно запомнил теплый разговор между ним и Джувел, где она рассыпалась в благодарностях, или бывший командир держал обиду? Бывший ли он по ее вине?              — Он был силовиком Сол и недавно вышел во внешний мир, плохо социализирован, — попытался объяснить побег Тракс, явно не осведомленный, что ее пути с черно-серым мехом пересекались. Убедившийся, что Джувел не приняла на личный счет, Тракс обратился к цели путешествия, не изменившейся в своем безразличном отношении ко всему вокруг: — Триггер, рад видеть твою скучную лицевую пластину! Как проходит подбор обвесов, нашли чего?              Он же хотел сказать «скучающую», да? Хотел же?              Ослепительное золото — все, что Джувел запомнила в своем полуактивном состоянии о Голден Триггере: ни сонные черты фейсплейта, ни черную трубку на спине, являющуюся дулом, если обрамленная металлом линза была прицелом, рассекречивающим альтернативный режим минибота. Под его опорами на столе лежали другие, под любое оружие, но по какой-то причине каждый до единого красного цвета. Протест против голубой цветовой гаммы остального Кибертрона?              На приветствие не отреагировали. Лишь повернутый в сторону новоприбывших ботов шлем выдавал вовлеченность Триггера.              — Тебе помочь слезть? — не теряя энтузиазма, проговорил Тракс, добиваясь ответа измором.              Триггер даже не посмотрел на голосившего гладиатора, его апатичный взгляд зафиксировался на Паките, сидевшего на штырях, откуда удобнее болтать с Траксом, и придерживающегося за шлем Джувел. Возле ее аудиосенсора раздалось фырканье:              — Юридический консультант, с твоей-то волей к функционированию неожиданно увидеть тебя активным.              — Удивление взаимно, — вопреки заявлению, без изумления в ЭМ-поле произнес Триггер, но в ответе присутствовала острота и резкость. — Твоя хозяйка уподобилась тебе и потому согласилась на связь?              — Фейсплейт на месте, а я все так же ее симбионт.              — Разумеется, — равнодушно отозвался Триггер. Джувел показалось, что видела, как его уголки губ дернулись вверх.              — Вы знакомы? — пока миниботы были заняты разговором между собой, излюбленно шепотом спросил у нее Тракс, тот всегда оказывался громче нормальной речи, потому привлек внимание миниботов.              Время поджимало, и она ограничилась самым неудовлетворительным ответом из возможных:              — Долгая история.              — У нас нет времени на нее, — не позволил выпросить рассказ Пакит, будто не сам втянул Голден Триггера в обмен колкостей. — Твой бывший…              Джувел подавилась растворителем, ненамеренно перебив. Экстремальный выбор слов, вовсе не двусмысленный для органики.              — …жалкий и отчаянный, ждет на соседней крыше, — Пакит опередил обвинение второго минибота: — Он не знает твоего местоположения, но ой как бы хотел.              Настал ее выход, полагала Джувел. Не прошло астроцикла, как она нарушила обещание ради благой цели и воспроизвела монолог флаера, который уже слышали все присутствующие, кроме того, кто больше всех нуждался в этом. Во второй раз исповедь прозвучала даже хуже и горестней из-за сложных чувств золотого минибота, менявшихся на протяжении всего аудиофрагмента.              — Он сожалеет, — спустя пять кликов затяжного молчания изрек он, не до конца веря очевидному из записи. Видимо, Триггер и Джувел знали разных, отличающихся Трекеров, раз признание вины ошарашивало и дезориентировало минибота.              — Джувел может подтвердить, что эгоистичный крылан по-настоящему сожалеет, если слова хорошего симбиотического партнера для тебя что-то значат, разумеется, — передразнил Пакит.              — Не называй его так, — недовольный, защищающий тон опешил Пакита, как и нахмурившегося от недоумения Тракса, занявшего место у стены и предвкушающего, как финала сериала, драмы, не мешая ей разыгрываться. Для одной Джувел все стало кристально ясным, она удержалась от стона подкрадывающегося отчаяния и удара по фейсплейту — непринципиально, по чьему конкретно.              Аллюзия на токсичные отношения становилась все менее тонкой.              Дарклайт, подозревала Джувел, Трекер, Оптимус Прайм — особенно он, почему у стольких ботов проблемы, чтобы расстаться с бывшим другом? Не наживать заклятого врага или хотя бы отпустить спустя миллионы лет! Неужели цифровая память не позволяла забыть?              Когда были готовы предложить несколько песен о расставании или разразиться заготовленным для подруг — кто знал, что придется его рассказывать инопланетному роботу, — монологом, почему возвращаться к тому, кто причинил много боли в прошлом, — так себе идея, в оружейную вернулся черно-серый мех с занятыми манипуляторами. Джувел впервые видела, что б лицевая пластина могла сереть, как у Тракса, с мертвым видом посмотревшего на принесенное бывшим силовиком.              Из-за того, что их удерживали как тубусы с чертежами, Джувел не сразу разглядела манипуляторы или опознала их принадлежность по краске идентичного цвета ее брони.              Что за жуткий шлак?              — Это мои манипуляторы? — в полной растерянности, но нуждаясь в ответе, набралась смелости нарушить неловкую тишину Джувел. Не будь в ЦП справочная информация о «Касании ювелира», она бы и не предположила, что до имплантов имелись другие манипуляторы. Родные.              Мех беспечно, как чашку кофе, протянул их Джувел — ее захлестнула паника.              Что ей с ними делать?! Первые, которые на самом деле вторые, на месте как бы! Дарклайт, конечно, упоминала, что боты-боевики обладали запчастями, но человеческому разуму сложно осмыслить концепцию запасных конечностей. Где предложите их хранить? В Пакита не поместятся.              Или все же…              — Давай, я придержу их, — частично придя в себя, предложил Тракс, протянув манипуляторы.              «Нет!» — отбросив сомнения, Джувел перехватила передачу конечностей, будто вместо них важные секретные документы, и прижала к себе как продуктовый пакет с порванными ручками. Это ее часть тела и бывшей быть никогда не станет!              Она подавила панический вскрик, случайно задев пальцами манипулятора шейные кабели. Ощущалось прикосновением смерти. Вот, что испытывали кибертронцы, видя внутренние механизмы или отрубленные манипуляторы?              — Было неприлично возвращать части корпуса боту? — напомнил о звучании собственного голоса бывший силовик, то ли заметивший напряженность в ЭМ-поле, то ли запоздало прочитав атмосферу в оружейной, и обратился с данным вопросом к Траксу. Не уместнее было ли напрямую к ней?       — Я бы обрадовался хорошо совместимому оружию в манипуляторах.              Оружие, точно же!              Все взгляды тут же сосредоточились на искренне и заметно из-за взрыва в электромагнитном поле поразившейся Джувел. Инструмент самозащиты взволновал искру, точно как приобретение способности летать. Не то чтобы Джувел не подозревала, что у нее когда-то тоже имелось оружие, но совершенно другое дело заполучить его обратно и вместе с манипуляторами, куда оно внедрено. Интересно, какое идеально подходящее вооружение, пришедшее с самого Колодца? Если это кнут, она ударит им Праймуса за эту несмешную шутку.              — Мои действия были уместны, — испытал облегчение бот, заслуживший благодарность за доставку оружия, которое физически не способен конфисковать Пакит. Осталось донести до хирурга и установить.              Голубой свет, Дарклайт не обрадуется новой операции, когда одна была проведена совсем недавно. Джувел практически слышала недовольного доктора: «Почему нельзя была передать манипуляторы чуть раньше?» Будущее учительское раздражение развеселило, и Джувел расслабилась достаточно для поддержания разговора с доставившим на суд мехом:              — В свете последних событий отличный подарок, расслабь гайки, — его оптика, смесь красного и голубого, расширилась, будто ее обладатель последовал рекомендации Джувел. Она до сих пор не спросила, как его звали. — Мой спаситель, ты не говорил обозначения или из моих банков данных стерлось и оно?              — У меня его не было. Раньше, — улыбнулся он. Слегка, зато улыбка осветила его лицевую пластину ярче солнца.              — Вот как, — заинтересованно прогудела она, приметив, что Тракс источал гордость за бывшего силовика. Он приложил манипулятор к выбору?              — Экс, — представился он с восторгом, с каким ребенок показывает подделку учителю.       — Как экс-командир? — она дала ожидаемое одобрение, то есть Джувел определенно хотела бы получить похвалу придуманного обозначения, а не насмешку в свое время. И, по всей видимости, сказала что-то не то.       — Сокращенно от Эксплоужен, — нахмурился он, явно благодаря Джувел только что открыв, как еще можно было воспринимать Экс. — Тракс говорил, что это обозначение несет в себе разрушительную силу. Взрыв в шахтах оставил на мне и моих убеждениях неисправимый след, я не стремлюсь сохранять связь с чем-либо в New-2, кроме него и знакомства с вами, воплощением партнерства. Чем-либо или кем-либо.       Несмотря на сохранявшийся ровный, спокойный тон, в конце оптика Эксплоужена потускнела, почти полностью погаснув. Колыхнулась затухающая, но пока обжигающая обида в ЭМ-поле. Найдя зрелище глубоко тревожным, Джувел беспечно, на первый взгляд, заговорила, потирая затылок:       — Я не называла своего обозначения, ха-ха, Джувел.       — Знаю.              То, в чем, стоило признать, не было чего-то немыслимого, сильно поразило ее, из-за чего Джувел пропустила, как Пакит развернул экран в сторону Тракса, принявшего невинный вид и отрицающего причастность.       — А? Ты не использовал его, поэтому я думала, ты считаешь мой псевдоним или номер им.              «Я рад, конечно же, что ты заводишь связи. Но если не поспешим, флаер может бросить и нас», — поторопил по коммуникатору Пакит, и Джувел радушно приветствовала мысль покончить со свернувшим в неловкое направление разговором.              — Что ж, приятно встретить тебя в мирных обстоятельствах, Экс. Спасибо за манипуляторы, еще раз за то, что в New-2 отпустил и не сдал Пакита. У тебя в долгу лучший хирург на Кибертроне! Только дай мне пару сотен ворнов стать им под руководством у нынешнего лучшего хирурга.              — Мы пришли сюда с целью, — нетерпеливо подвел к сути Пакит.              — Голден Триггер, — вновь перехватила инициативу она, — знаю, неправильно просить ускоренно дать ответ, но я вынуждена сделать именно это.              — Я понимаю, — спокойно воспринял Голден Триггер. Флегматичность или отсутствие смысловой нагрузки ответа вывела Пакита из себя. Джувел пришлось поднять манипулятор к нему, чтобы успокоить.              — Поздравляю с умением обрабатывать информацию, а теперь назови свое решение!              — Решение? — озадаченно повторил Эксплоужен.              — Призраки прошлого, — коротко объяснил Тракс, а Джувел задумалась, откуда у ботов имелись представления о приведениях. Они тоже неупокоенные духи? Разве по местному верованию не все искры возвращались в Оллспарк после дезактивации? Существовали ли жуткие рассказы на эту тему?              Пакит щелкнул когтями над аудиосенсором, чтобы вернуть в реальный мир.              — Я согласен, — тихо объявил Голден Триггер, в чем не слышалось решимости.              — Ты уверен? — уточнила она, потому что чувствовала сомнения и, возможно, болела за противоположное решение. Пакит зашипел на нее, ругая, что они наконец-то получили ответ, а она заставляла усомниться в нем и забрать назад.              — Не помню, как ощущается желание чего-то, но, думаю, я хочу узнать о его активе, и единственный способ — спросить напрямую. С его процессором должно было что-то случиться, раз он рассказывает о нас первым встречным каонцам.              — Высокомерный воссианский обрез, прямо как бывший хозя…              — Дважды пересекались, — перекрыв демонический скрежет воколайзера Пакита, возмущенного предрассудками к жителям Каона, уточнила Джувел с двумя выгнутыми когтями в знаке «мир».              Триггер оскорбился тому, что Трекер раскрылся всего после двух встреч, он напоминал Пакита в моменты, когда она дурачилась и выставляла себя дураком на публике. Негативные эмоции — хороший мотиватор, решимость минибота возросла и окрепла. Он подозвал Тракса, взобрался на гору фиолетового металла и указал на выход.              — Ступайте, я буду искать замену Триггера, — отказался Эксплоужен, когда Джувел и Тракс оглянулись на бота, что дольше и, следовательно, ближе всех был с золотым миниботом. Потенциально моральная поддержка могла исходить от него одного.              Гладиатора удовлетворил ответ, а вот она задержалась в оружейной, отвлекая бывшего командира от просмотра пистолетов. Почему-то он не был удивлен тем, что она осталась, хотя и совсем не знал Джувел.              — Замену? Он же не собирается возвращаться к Трекеру. Ты не слышал, Экс, но в прошлом он жестоко обошелся с Триггером.              — Позже будет виднее, — ей послали загадочную улыбку.              Из коридора перестали слышаться шаги Тракса, и Джувел была вынуждена последовать за ним, иначе бы пришлось перейти на бег, чтобы догнать, что не очень удобно делать с занятыми манипуляторами. Сколько бы гладиатор и Пакит ни старались вовлечь в разговор, являющийся попыткой вытянуть подробности прошлого Голден Триггера, дорога до здания паркинга проходила неспокойно из-за посеянных сомнений.              Разрушавший уверенность в исходе воссоединения Экс... Эксплоужен проводил взглядом исчезнувших в коридорах базы минибота и фемм, приобретшей черты флаера с момента последней встречи, и направился к тренировочному полигону. За дверьми он столкнулся с тем, от кого черпалась основная информация о пропагандисте революционеров. Тракс мог быть зачинщиком разговором о знаменитом друге Юникса Рута, но хорошо знал Селебрити именно хмурый мех, не спешивший хвастаться знакомством.              — Ты не вышел поприветствовать друзей, — Эксплоужен произнес без любопытства, чтобы счесть сказанное за вопрос, но не хватало понимания поступка черного меха для уверенного утверждения.               — Клиенты, друзья — громко сказано, — беззлобно поправил прислонившийся к стене, как Тракс кликом ранее, Юникс Рут. К ним прибился Эксплоужен, заполучивший свободу, но не знания, что с ней делать. Или о мире за пределами научного комплекса. — Без кредитов фемм и паразит больше не представляют интереса.              Ему мог поверить лишь слепой к социальным сигналам бот. К счастью для бывшего грузоперевозчика, Эксплоужен входил и возглавлял данную категорию. В ЦП оставили пометку, что высказывания Тракса о дружбе с жителями New-2 были гиперболизированы и сделаны в целях раздражать. Следом вспомнивший о наемнике процессор поднял данное и нарушенное гладиатором обещание. Эксплоужен не держал зла на бота, забывчивого, вероятно, вследствие старой травмы.              — Ты сможешь провести меня к хирургу для обновления боевого кластера? — этим должен был заняться Тракс, непосредственно знакомый с врачом и имевший с тем договоренность, из-за условий которой часто оставлял Эксплоужена на своего друга.              — Ты уже что-то выбрал? — примирившийся с действительностью, что от него легко не избавиться, Юникс Рут постепенно относился к нему с большим терпением, нежели в научном комплексе, почти доброжелательно.              Положительные изменения приближали становление полноценной частью группы из приложения к дуэту. Эксплоужену нравилась приверженность к Траксу и Юниксу, разделявшими с ним прошлое место работы и телосложение, — к кому-то, в ком программы видели схожесть и стандарт для его модели. Мехи замещали старый пример для подражания — начальника службы безопасности Сол, единственного на постоянной основе взаимодействовавшего с заместителем. Однако в общении с ними не существовало субординации с вышестоящим, оно сугубо неформальное: ни власти, ни подчинения.              — Короткоствольный Ex-1.       — Ты его по названию выбирал, выхлоп?!       Хотя оскорбления никуда не делись.              Недослушав оправдание, что Эксплоужен впервые видел не произведенное Сол оружие, Юникс Рут вытолкнул его в оружейную, чтобы они подобрали что-то стоящее риска сотрудничества с революционерами. Мероприятие вышло познавательным и веселым, насколько бы децибел ни повышался от возмущения голос, эмоционально объясняющий конструкционные отличия.       

════

      Она обернулась, готовая толкнуть плечом дверь. Вероятно, кому-то со свободными манипуляторами стоило открывать ее, но Пакиту было удобнее общаться с Траксом, когда Джувел шла впереди, и они потратили бы больше времени, чтобы разойтись в узком лестничном проходе.              — Готовы?              Казалось, колебания были присуще одной ей, так как трое мехов хором попросили не загораживать проход. Оттягивать неизбежное бессмысленно — она закончила восхождение по лестнице, ее оптика устремилась к небу, выискивая особый оттенок синевы. Трекер был занят тем же, поскольку вскоре стоял на крыше напротив Джувел. Долгое ожидание поизносило его терпение.              — Мое время сильно упало в цене, — пожаловавшись, он перевел оптику с манипуляторов, которые сочли причиной ухода Джувел, на группу ботов позади нее и свернул план по вызыванию чувства вины, чтобы после воспользоваться им в корыстных целях. Трекера не успели подготовить к встрече, шокировавшей, хотя и не до потери дара речи: — Триггер…              Две пары золотых окуляров не отводились друг от друга, как разноименные магнитные полюса, не замечая каонцев, что здесь явно лишние. Однако их присутствие не напрасно: переложив будущие запчасти в один манипулятор, Джувел опустила освободившийся на плечо флаера перед собой и взглядом приказала молчать Пакиту и Траксу, настроенных враждебно к инструктору по полетам.              — Извини, нарушила обещание, Голден Триггер знает то, что ты говорил мне с Пакитом. Но что ты хотел, чтобы услышал он, а не мы? — подсказала она и, отступая Трекеру за спину, прошептала голоском, не отличимого от дуновения ветра: — Только скажи, и посторонние уйдут.              Настроившийся на драму Тракс расстроился, Пакит, готовый сразиться за возможность узреть возмездие, тоже не разделил восторг. Трекер же был напуган перспективой лишиться посредника между ним и тем, кому разрушил актив. Его аудиосенсоры прижимались к шлему, а крылья — почти к спине, низко опустившись.              — Не думаю, что я могу заплатить сумму, которую они пообещали за встречу со мной, — начал он с шутки.              — Ты теперь беден? — ответили ему взаимной, судя по последовавшему смешку Трекера, чей язык тела кричал о готовности сброситься со здания с выключенными двигателями. — Поэтому я не вижу Суперрефрекшена и Гостнадо?              — Не все обладают преданностью… подобной тебе, — печально добавил Трекер и оглянулся на Джувел, понявшей намек.              Схватив Пакит за эндоскелет, как за лямку сумки, чтобы он не рыпался, и толкнув локтевым сочленением того же манипулятора Тракса, с которого спрыгнул Голден Триггер, она вывела каонцев с крыши. Тракс проявил сопротивление: встал у дверей, щель между которыми Джувел закрыла на самом интересном месте: Трекер вставал на колено либо в извинениях, либо из желания сгладить разницу в росте. Гладиатор простонал от досады.               Когда его потянули, он плелся вниз по лестнице, дуясь. Вернувшийся на штыри Пакит был сильнее оскорблен, каким постыдным образом его унесли, и не рвался вернуться на крышу — в этом и заключался хитрый замысел Джувел.              — Неужели тебе не любопытно, сладкая искорка?! — взорвался и взвыл от упущенной выгоды (развлечения) Тракс на улице, привлекая внимание аж толпы у входа на базу, не убавившей в количестве за все это время.              Цепная реакция разбила маску равнодушия у фемм. Что Тракс знал о любопытстве, на какое системы Джувел реагировали с упором на «пытстве»?       — Еще как! Но мне хватает приличия притвориться безразличной! — она смолкла и успокоилась, уловив заинтересованность публики. Со стороны незнакомцев повеяло разочарованием, что они не узнают из-за чего весь шум, поэтому она нарочито громко добавила: — Интриги Воса не идут ни в какие сравнения с каонскими, ты же знаешь! Хитрость, страсть, предательства!              — История идет об огромных кредитах, ужасных дезактивациях и дорогом высокозаряженном энергоне! — еле сдерживая смех, подыграл Тракс и взглядом передал инициативу Пакиту.              — Пас, — разрушитель веселья лишь спрятался на поясе Джувел от любопытства зрителей.              Внезапно от Тракса повеяло спешкой:              — Как думаешь, золотой аксессуар флаера найдет обратный путь?              Оптика Джувел медленно перевелась на базу меньше, чем в 200 мехаметров от них, и назад — на нервничающего фиолетового меха.              — Шансы есть.              — Возможно, я забыл об одном обещании.              — Так же, как сообщить, что наши места находились в ложе? — Пакит между делом поддел за прошлый прокол дилера билетов на гладиаторскую арену. Являлось загадкой, каким образом механическая форма жизни обладала проблемами с памятью.              Пускай он и не видел, она помахала синим манипулятором Траксу на прощание. Быстрых ему колес, если обещание было дано Дарклайт.              Джувел не успела опустить манипулятор, как воздух за ней задрожал, а аудиосенсоры наполнил рев двигателей. Обернувшуюся фемм приветствовал измотанный инспектор, из чьей приоткрытой кабины в брюхе выглядывал наружу Голден Триггер, как из сумки кенгуру. Означало ли это, что Пакит поместился бы в отсеке Джувел?              Не понадобилось вопросов, как все прошло. В рядах десептиконов всегда торжествовали нездоровые отношения, даже до официального образования фракции.              Джувел и Пакит, прочетший по симбиотической связи интересовавший и его тоже ответ, потрясенно наблюдали за беспроблемным, будто вовсе не отягощенным ворнами обид и сожалений, возобновленным партнерством золотой пары. Смотрели на мягкие улыбки, на дружеские и многозначительные переглядывания — они были свидетелями чего-то противоестественного здравому смыслу. Без слов ими была создана договоренность: «Это первый и последний раз, когда мы организуем встречи ботов, которым лучше по отдельности».              — Я бы хотел поблагодарить и попрощаться, — заставил отмереть ровный голос Трекера. Пакит на ее поясе вздрогнул от напоминания причастности к воссоединению. — Излишне говорить, что мы…              Джувел ощутила физическую тошноту Пакита от выбора местоимения.              — …в долгу, но не все, что очевидно в Восе, будет таким же в других мегаполисах.              Прощание, что ж.              — Полагаю, тебе больше незачем оставаться с революционерами. Вы возвращаетесь в Вос?              — У меня появилась причина бороться за влияние. И настоящие флаеры мне ближе искусственных местных, за одним исключением, разумеется.              «Разумеется», — безумно повторил Пакит по их связи. Джувел даже не моргнула на лесть, последовавшую за оскорблением ботов с земной альт-формой.              — Поэтому ты и признал долг, не веришь, что у меня будет возможность его взимать, — замечание Джувел развеселило Трекера.              — Если ты не собираешься воспользоваться им, чтобы я помог перебраться из ямы… — он поправил себя, услышав рычание Пакита: — Каона, наши шансы пересечься невелики.              Джувел отрицательно покачала шлемом на щедрое предложение. Знакомое зло привлекательней множества неизвестных угроз, пусть и меньших. В Каоне не только Мегатронус, но и ее союзники. В любом случае на награду не рассчитывали, а Пакит не станет так унижаться ради выгоды и не примет ее.              — Ну, благодарность будет приятно выслушать.              — Я уже выразил признательность.              Заявить о намерении поблагодарить и сделать это — разные вещи! Вопреки бурлившему раздражению, Джувел смогла сохранить самообладание и удивленно вскинула шлем на приблизившегося к ней Трекера.              — Я обещаю не злиться, если ты найдешь нового инструктора по полету. Но для приличия подожди хотя бы три астроцикла, — он постучал обратной стороной ладони по ее плечу, Триггер молча кивнул Пакиту, прежде чем они улетели и бесследно исчезли из Каона и ее функционирования.              По крайней мере, в мечтах Джувел флаер и минибот смогли спокойно покинуть границы мегаполиса. Крылья позволили бы добраться до Воса и скрыться там раньше, чем бы за них спохватились.              «Спасибо», — пришло прощальное сообщение с комлинком, которое Джувел тут же подписала «должник».              — Даю им декацикл до первой крупной ссоры, — щедро оценил Пакит.              — А я еще столько же до повторного примирения.       Сколько бы ни продлилось их счастье, Трекер и Триггер наслаждались обществом друг друга, омраченным прошлым. Джувел не знала, способна ли она на прощение зла, исходившего от близкого, или простить себя, но они не были ею. У нее не было ни личного опыта, ни метазнаний, гарантирующих определенный исход, чтобы делать предсказания. Была вера в лучшее, искреннее пожелание счастья и короткое сообщение на комлинк должника: «Удачи».              Пакит ожил, он столь яростно описывал глючность воссоединенной симбиотической пары, что Джувел захотелось то ли запеть, заглушив нытье, то ли восхититься и записать новые ругательства. Она не сделала ни первое, ни второе. Ее догнала усталость и голод после полета, системы непроизвольно отправили симбионту запрос на переливание топлива по соединенным энергомагистралям, оповестив Пакита. Вдвоем, как в старые времена, они приняли решение пополнить бак и оторвать Дарклайт от важной работы, доктор вряд ли будет сильно протестовать взять перерыв на заправку. Убедиться в предположении оказалось невозможным: она не отвечала на сообщения и звонки, поэтому Джувел направилась на базу — в покои Дарклайт, где можно оставить манипуляторы и откуда логичнее начинать поиски. Лучше бы им закончиться удачно, иначе придется попрошайничать еду у незнакомых революционеров.              — Учительница впервые отдает приоритет работе, а не мне, — то ли расстроиться, то ли гордиться, что Дарклайт становилась ответственной.              — Представь, чем ее нужно запугать, чтобы заставить усердно работать? — громко посмеивался Пакит, благо коридор возле их комнаты отдыха пустовал, несмотря на приток рекрутов. — Тюрьмой, дезактивом или еще большей работой?              Хех, он хорошо узнал Дарклайт, раз с точностью перечислил ее страхи. Джувел не стала дополнять список и дотронулась к управляющей панели двери, за которой мог дожидаться доктор. Не только мог, но и был.              По аудиосенсорам ударил шум телевизора и голосов, резко смолкнувших, будто она вторженец. Дарклайт стояла совсем близко к входу и спиной вперед, Джувел пришлось выставить манипулятор, чтобы защититься от разведшихся винтов, до этого упирающихся в дверь. Заряд легкой паники пробежался по цепям от воспоминания, что они сделали со стеной сливной комнаты.              Розовый окуляр, видневшийся из-за плеча, замер на Джувел и проклинал, в нем читался безмолвный укор, что она и Пакит выбрали неподходящее время. Приглядевшись к окружению, можно было догадаться и без реакции Дарклайт. Джувел перефокусировала оптику на посетителей доктора: на переполненный миниботами диван, ставший полем битвы за пульт, на двух механических птиц-дронов на платформе для перезарядки и наконец-то на безликого меха.              Его визор был направлен не на Дарклайт, а на Джувел, по чьей броне пробежала дрожь. Будто взирала пустота, ювелира обдало холодом.              — Извините.              Она не глядя стукнула по панели, закрыв комнату с Саундвейвом.