Господин Зельевар

Сказать по правде, уроки зельеварения с матерью были пусть интересные, но довольно душные. И да, это потому что не было никакой практики. Лишь голая теория. Знали бы вы в каком я был шоке когда довольная до нельзя Амелия втащила в комнату целую стопку книг и исписанных тетрадей и с глухим грохотом скинула эту ношу мне на стол. — Вот, аморуччо, всё это тебе нужно знать на зубок. — сияя улыбкой, произнесла она. — Всё? — жалобно произнес я, вспоминая свою бытность студентом и суматошную подготовку к сессии. — Всё. — кивнула она, — Но не прямо сейчас. — от последней реплики я даже вздохнул с облегчением, — Для начала только вот эти четыре тетради. — из стопки вылетели самые толстые представители названой канцелярии и плавно умостились прямо у меня перед лицом, — Лучше чтобы ты их переписал. Так будет проще запомнить. — А что это? — Техника безопасности и правила поведения при работе с котлом и ингредиентами. — Амелия сладко улыбнулась, но мне почему-то эта улыбка не особо понравилась. Создавалось впечатление, что матушка решила отыграться на мне за своё сложное обучение в детстве, — У тебя есть неделя. По истечению срока будешь сдавать письменный экзамен. — А если не сдам? — То будешь сдавать его мне каждые два дня до тех пор, пока не сможешь получить удовлетворяющие меня результаты. — она хмыкнула, — Можешь начинать. И если что-то будет непонятно, то спрашивай. И вот таким образом сложился мой ежедневный распорядок дня. Помня своё обещание, данное при неудавшейся попытке налёта на кабинет матери, я каждое утро перед завтраком стал уделять время своей физической форме. Ничего серьёзного, обычная зарядка. В силу возраста некоторые упражнения делать мне пока не желательно. После физических упражнений и водных процедур, я шёл кушать в компании матери, после чего направлялся к деду на занятия окклюменции, во время которых старательно входил в свой космос и учился ориентироваться в нём, заодно просматривая воспоминания за прошедший накануне день. Длилось всё это около двух часов, после чего до обеда занимался изучением языков. В основном это была латынь и, как ни странно, скандинавские руны. И если с первой особых проблем не было, так как в памяти ещё сохранились прежние уроки занимаемой мной тушки. Но вот скандинавские руны стали для меня полной неожиданностью, предложенной, кстати, Лоренцо, и от того довольно сложной темой. И если с заучиванием самих рун футарка не было проблем, их всего 24, то вот с их значением в письменности они явно были. Так что не удивительно, что руны занимали у меня больше всего времени после зельеварения, которое начиналось аккурат после обеда и до самого ужина. Ну а после вечернего приёма пищи начиналось свободное время, которое я обычно убивал либо за книгой «Зелья и яды», либо в компании Амелии, которая никогда не отказывалась поболтать со мной на самые разные темы. Обычно при этом она обнимала меня или укладывала головой на собственные бёдра, рассказывая какие-то истории или отвечая на незаданные во время занятий вопросы. *** Так и текли деньки, складываясь в месяцы. Немного душно, но достаточно интересно. Порой конечно появлялось желание вырваться из дома на уличные просторы, пройтись по городу, посмотреть на достопримечательности самого крупного города Шотландии, увидеть море, в конце концов. Но меня не выпускали, а потому приходилось довольствоваться периодическим взглядом в окно, за которым шёл самый натуральный снегопад, отчего разглядеть что-либо за падающей стеной белых хлопьев было трудно. За прошедшее время не произошло чего-то особо необычного, если не считать моих успехов в учёбе. Так, наконец, в окклюменции я перешёл от обычной практики погружения и работой с воспоминаниями к контролю эмоций и основам самозащиты сознания. Что-то вроде первого уровня обороны своего разума от вторжения извне, основанные, кстати, на тех самых эмоциях. Как сказал дед иногда достаточно шарахнуть своего оппонента страхом или другой яркой негативной эмоцией чтобы отбить у него желание лазать в головах других. К тому же в дальнейшем подобное здорово пригодится в изучении некоторых заклинаний и, если будет на то желание, легилименции. В остальных дисциплинах, кстати, тоже имелись успехи. Особенно в зельеварении. Наконец перешёл от теории к практике. Конечно ни к чему сложному меня не допускают, да и поделки мои зельями не являются от слова совсем. В основном я варю простенькие отвары из растительных ингредиентов. Впрочем Амелия допустила меня в свою мастерскую, что уже немалый шаг вперёд, да ещё и позволила ассистировать ей, помогая с подготовкой различной мерзости к дальнейшему опусканию в котёл. И да, лучше относиться к тому из чего впоследствии будут изготовлены столь полезные магические жидкости я не стал и работаю на голом упорстве. Потратив столько сил и времени на разучивание свойств ингредиентов и их совместимости бросать всё совершенно не хотелось. А потому терпел и ежедневно резал всяких червей, разливал по флаконам слизь и прочие совсем не аппетитные штуки. — Что ты там разглядываешь, куоре мио? — раздался тёплый голос позади меня, отвлёкший от размышлений, — Всё равно ничего не видно. — Наблюдаю за снегом, мама. — отозвался я, поворачиваясь к прекрасной женщине лицом. Сегодня Амелия была одета особенно нарядно и преобладали белый и красный цвет в честь праздника. На дворе 24 декабря, — Выглядишь просто потрясающе. — Спасибо, милый. — пропела довольная Амелия и ярко улыбнувшись, подарила благодарственный поцелуй в щёку, — Ты тоже. — Весь в маму. — хохотнул я и направился вместе с ней в сторону столовой, где нас ждал великолепный ужин в исполнении особо постаравшейся Рики.