Господин Зельевар

Ранним утром, на следующий день после моих первых успехов в окклюменции, я вышел из комнаты после всех послеподъёмных процедур и с наслаждением втянул в себя воздух перемешанный со сладким ароматом свежей выпечки и жаренного бекона. Ноги сами меня понесли в сторону столовой. И стоило мне только пересечь порог комнаты, к которой и стремился, как с хлопком в помещении появилась домовушка. — Доброе утро, Рики. — я тепло улыбнулся лопоухому созданию, — Сегодняшним утром ты решила порадовать нас своими фирменными корнетти? Я этот аромат сразу узнал! — Узнали? — она забавно захлопала ушами, моргнув при этом, после чего её итак большие глаза стали ещё больше, — Молодой хозяин вспомнил! — Вспомнил. — кивнул я, — Мама проснулась? — Это просто замечательно! Рики очень рада, что хозяин наконец поправился! — воскликнула домовушка, от избытка чувств подпрыгнув и хлопнув в ладоши, — Я сей же час оповещу хозяйку об этом! Она уже проснулась! — торопливо произнеся последние два предложения Рики исчезла, оставив меня в одиночестве. Впрочем это меня совершенно не печалило. С широкой улыбкой я прошёл в середину комнаты и занял место за небольшим, называемым семейным столом. Обычно именно за ним проходил завтрак в доме Забини, если конечно не было гостей. В таких ситуациях Рики обычно выносила на свет спрятанный где-то в недрах дома огромный, из тёмного дуба, предмет мебели, что соответственно носил название «гостевой». Хотя, надо сказать, долго я один не пробыл. Стоило мне только занять место, как за дверью раздался торопливый топот. Вскоре после которого резко распахнулась дверь и в столовую буквально влетела Амелия в довольно забавном виде. Видимо новость Рики застала её во время наведения утреннего марафета, так как она всё ещё была одета в белый сарафан свободного кроя, в котором обычно ложилась спать, в волосах запуталась расчёска, под воздействием заклинания она пыталась вырваться из плена и продолжить выполнять порученное задание, а за спиной женщины парили несколько кистей и прочих принадлежностей для нанесения макияжа. — Аморуччо! Это правда?! — воскликнула она и не дожидаясь ответа рванула ко мне, сжав в уже ставших привычными, а со вчерашней ночи ещё и довольно приятными, пусть и немного смущающими, объятия, — Ты и правда всё вспомнил?! — Если ты дашь мне немного вздохнуть, то я смогу тебе ответить, мама. — отозвался я, даже не заметив насколько просто мне стало называть эту женщину именно так. Раньше я всегда ощущал некоторое внутреннее сопротивление, называя Амелию матерью. — Теперь верю, что ты вспомнил. — женщина счастливо улыбнулась, отодвинув меня от своей груди так, что я заметил слёзы в уголках её глаз, — Раньше ты называл меня матерью не так охотно. Словно до конца не верил, что я и правда ею являлась. Я так счастлива, куоре мио! — Эм... Ты поняла это? — я был слегка смущен. — Ну конечно. — хмыкнула Амелия и небрежным, совершенно отличным от обычно грациозного, движением вытерла набежавшие слёзы, — Я ведь мама. *** С того дня обстановка в доме стала гораздо более спокойной. Я по-прежнему был поглощен занятиями окклюменцией с дедом, в которых делал некоторые успехи. Пока мелкие, едва заметные, но всё же. Например научился свободно, пусть и с затратами по времени, входить в свой космос и вытаскивать из него имеющиеся воспоминания. Хотя стоит заметить, что была в этом некая странность. Так, например, мне пусть и удалось найти в мешанине звёзд свои воспоминания из прошлой жизни, но они были какими-то тусклыми по сравнению с другими. Их сияние было гораздо менее интенсивным, словно кто-то надел мне на глаза солнцезащитные очки. Нет, они не исчезали. Я вполне мог погрузиться в них и заново пережить те радостные и запоминающиеся моменты вновь. Но вот их внешний вид вызывал любопытство, которое негде и не у кого было удовлетворить. Впрочем была ещё одна вещь, отвлекающая меня от неразрешимой проблемы и утоляющая мой зуд познания. Это занятия с матушкой. Зельеварение оказалось довольно занятной и достаточно сложной штукой. Вспомнить хотя бы тот объём информации, который мне предстояло выучить. Но лучше обо всём по порядку. После того как я смог восстановить часть воспоминаний прошлого владельца, Амелия перестала уходить из дома. И причиной тому был отнюдь не я. Просто ей действительно всё надоело, а после того как я полностью поправился, женщина решила посвящать единственному сыну больше личного времени. Так что ничего нас теперь не отвлекало, хотя иногда и хотелось. Вот и однажды она просто взяла меня за руку и потащила в свой кабинет. Тот теперь заметно преобразился с моего первого и последнего визита сюда. Помещение стало больше, а рядом с рабочим столом матери появился ещё один. Поменьше и пониже. На нём аккуратно располагались какие-то книги, стопка пергамента и чернильница с пером. — Это... — протянул я тогда немного не понимающий что именно происходит. — Это будет нашей комнатой для занятий зельеварением. — произнесла Амелия таким тоном, словно ожидая похвалы, — Здорово, верно? — Но я думал... — Да-да-да! — она отмахнулась от моих так и не произнесённых слов, — Ты наверное думал, что я дам тебе котёл и ингредиенты? Правда? — Да. — кивнул я. — А ты хоть что-нибудь умеешь? Сможешь сварить хоть что-то, а не взорвать котёл, себя и мою мастерскую? Ответить мне на это было совершенно нечего, так что я молча прошёл вглубь кабинета и уселся за подготовленный для меня стол, подвинув к себе пергамент и перо с чернильницей, показывая свою полную готовность грызть гранит науки. — Тогда с чего начнём, пречетторе? — с улыбкой отозвался я, вызывая у матери довольный хмык и получая наградной поцелуй в щёку вместе с обнимашками. — Начнём с этого. — произнесла Амелия, отпустив меня наконец и подойдя к закрытому шкафу у стены, из которого достала увесистый фотоаппарат, — К тому же твои тётушки писали мне недавно и просили прислать им твои колдографии.