Змеи Торманса.

Бодисатва сказал: «Теперь, прикоснувшись к скрытому в прошлом и будущем, пойди уединись в надлежащем месте и напиши для всех людей». Ученик возразил: «Повелитель познания, не дано мне искусства писать на все три колесницы жизни – высшую, среднюю и низшую. Где взять великое умение?» Бодисатва ответил: «Знание, тебе открытое, налагает обязанность. И должен ты попытаться». – «Повинуюсь», – сказал ученик. (Из тибетских легенд) Как всегда, на субботних вечерах «Тёмного пламени» был аншлаг – все 13-ть звездолётчиков собрались в единственном зале корабля в ожидании зрелища. Тор Лик сел в кресло, а сверху ему на колени уселась Тивиса Хенако и обхватила его за шею. Остальные члены экипажа тоже расселись по залу. – Олла, ау! – позвал астронавигатор, картинно взмахивая руками, – Мы жаждем хлеба и зрелищ. И, жажда наша велика есть! – Да, – поддержала его Тивиса, – Что у нас сегодня в программе? Второй профессией Оллы Дез- инженера связи, было организация досуга звездолётчиков. По её фантазии поэтические вечера сменялись на танцевальные выступления, а те на песенные концерты. Члены кипажа «Тёмного пламени» даже не подозревали, какими талантами обладают и они сами и их товарищи, которые Олла выявляла и выставляла на всеобщее обозрение. – Сегодняшний вечер начнёт Ген Атал! – официально объявила Олла. – Он будет петь, – категорично предположил Тор. – Нет, он будет плясать, – так же решительно не согласилась с ним Тивиса. – И, обе гадалки мимо, – буркнул Ген Атал, выходя на середину зала. Его мускулистый торс был обнажён, а ноги закрывали чёрные широкие шаровары. В руке он нёс громадный меч. – Ой! – притворно испугался Тор Лик, – Сегодняшним зрелищем будет казнь. Отрубление головы. – Угадай, с трёх раз, кого будем казнить, – угрюмо отозвался бронемастер, – Если, конечно, успеешь. – Ой не надо, не надо! Я больше так не буду, – притворно забеспокоился Тор Лик. А Ген Атал поставил меч вертикально и опёрся на перекрестие. Меч был ростом с бронемастера. Раздалась торжественная музыка, в которую включился хор мужских голосов. – Что это за музыка, что-то очень старое? – поинтересовалась Фай Родис. – Это гимн рыцарей-крестоносцев, – пафосно провозгласила Олла. В ритме музыки Ген Атал вытащил меч из ножен и поднял его над головой на вытянутых руках, остриём вверх. Общий свет в зале погас, а все прожекторы сошлись в центр, на могучей фигуре меченосца. И вдруг меч рухнул вниз, как будь-то бы, вырвался из рук. Тивиса испуганно ахнула. Но, меч не упал, а крутанулся в руке бронемастера и вновь поднялся вверх. И, снова меч полетел вниз, но теперь он не остановился, а закрутился, превращаясь в сверкающее кольцо, при этом руки Ген Атала, казалось, совсем не двигаются, вертикально поднятые над головой. Направление вращения всё время менялось, но наконец меч горизонтально закрутился над головой бронемастера и вдруг снова упал, уткнувшись остриём около его ног. Гимн рыцарей смолк. А Ген, снова опёрся о перекрестие меча. Громкие аплодисменты звездолётчиков и их восторженные крики показали, что представление всем понравилось. – Вот это да! Классно! – воскликнул Тор Лик, – Ты был похож на большегрузный вертолёт. – Что это было? – спросил Вир Норин. – Обычная тренировка с историческим оружием, – скромно, ответил Ген Атал. – А, сколько весит такая здоровая железяка? – спросила  Эвиза Танет. – А, пустяки, всего-то четыре килограмма, – снова, скромно, ответил Ген Атал. – А, меч настоящий, древний? – включилась Чеди Даан. – Нет, это новодел. – Сам делал? – спросил Гриф Рифт. – Скорее участвовал, – смутился Ген. – Стесняешься своих игрушек? – заметила Фай Родис, – Зря! Смотрится он великолепно и грозно. У меня к тебе просьба. Ген Атал вопросительно посмотрел не неё. – Можно оставить этот меч здесь в зале. Чтобы он висел у меня за спиной, без ножен, когда я буду говорить с тормансианами? – Типа: «Не мир вам принесла я, а меч!» – подколол её бронемастер, вспомнив древнее изречение.. – Типа того! – засмеялась Родис. – Нет, Фай. Я совсем даже не против, пусть повисит для декорации. – Начинать знакомства с инопланетянами с угроз и демонстрации оружия – самое последнее дело, – Чеди Даан выпрямилась в своём кресле, а её губы прямо дрожали от возмущения. – Что ты, Чеди, – Родис попыталась успокоить девушку, – Я вовсе не собираюсь им угрожать, а этот меч был оружием только тысячелетия назад. Ген правильно сказал, что это только декорация. Однако, юная космосоциологиня насупилась и отвернулась. – Кончайте ваши споры, ещё подерётесь ненароком, – пошутил Тор Лик, – Зрелище было просто великолепным. Браво Ген! Но, нам с Тивисой этого мало. Мы хотим ещё, ещё! – Зрелищ, зрелищ! – скандировала Тивиса, хлопая в ладоши и подпрыгивая на коленях Тора. – Вы зрелищ хотите? – низким театральным голосом вещала Олла Дез, – Их есть у меня! По старой традиции, на Земле профессиональные танцоры и спортсмены выступали перед публикой обнажёнными, чтобы красота человеческого тела была более наглядна. Одежду  надевали только в каких-то специфических случаях, когда танец изображал какой-то исторический эпизод. Олла Дез считала себя профессионалкой, поэтому всегда выступала перед экипажем «Тёмного пламени» без одежды. В этот раз из одежды на ней был только чёрный шарф, перекинутый через плечо. Собственно, она могла бы и не танцевать, а только пройтись обнажённой перед зрителями. Одно созерцание её прекрасного тела доставляло непередаваемое эстетическое удовольствие. Даже сейчас в период ЭВР, когда физическая красота у всех землян стала не редкостью, а обыденностью, её тело поражало своей гармонией. Длинные стройные и сильные ноги, переходили в бедра идеальной формы, конкурируя с греческими амфорами. Свою немыслимо тонкую талию она могла бы обхватить обеими ладонями, и пальцы соприкоснулись бы. Конические, высокие груди строго держали свою форму. Плечи плавным изгибом переходили в длинную стройную шею. Не спеша, ровным танцевальным шагом вышла она на середину зала. Заструилась тихая мелодия с хрустальным звенящим звуком и подчиняясь этой мелодии золотистое тело Оллы заскользило по кругу зала. Казалось, что она летит, не касаясь пола босыми ногами . Волнообразные движения рук казались крыльями птицы. Чёрный шарф в руке развернулся и полетел вслед за ней, подчиняясь движению руки. Мелодия убыстрилась, и вместе с ней убыстрились движения танцовщицы. Олла закрутилась и вместе с ней замигал свет, как будь-то отмечая отдельные кадры. А чёрный шарф, как чёрный вихрь закрутился вокруг неё. Резко остановилась музыка, а Олла упала на колени, сжавшись в комок. Чёрный шарф послушно опустился кольцом вокруг неё. Дружные аплодисменты приветствовали конец танца. Олла накинула на плечи мокрое полотенце, чтобы охладить разгорячённое тело, и плюхнулась на диван. Кивком головы и улыбкой она поблагодарила Гэна Атала, за заботливо поданный стакан холодной газировки. – И, что это мы видели? Есть этому танцу какое-нибудь название? – спросила Нея Холи, – У меня были ассоциации то ли с птицами, то ли с ветром. – Так и есть, – запыхавшись, ответила Олла Дез, – Это «Чайка над штормом». – А, мне показалось, что этот шарф живёт сам по себе, – высказался Тор Лик, – У него что, независимое управление? – Нет, – засмеялась Олла, – В него вшиты грузики-утяжелители и его полётом надо уметь управлять. – Завидую тем, кто умеет танцевать. А, у меня проблемы с координацией движений и управлением телом, – вдруг признался Соль Саин, – не могу даже представить, как возможно так гармонично двигаться. – Природа никому не даёт всего. Человек неизбежно специализируется, – ответила Родис, – конкретно тебе дано умение управлять электронными мозгами так, как будь-то это твои собственные, и многие тебе в этом завидуют. Соль Саин только недоверчиво покачал головой. – Зачем только люди вообще придумали танцы? Не будь их, у меня бы не было чувства собственной неполноценности. – Изначально это была магия. Танец должен был обеспечить успех на охоте, вызвать дождь или ещё что-нибудь полезное. Такой танец доступен и тебе. Например, ты можешь станцевать перед корабельным компьютером, чтобы обеспечить его бесперебойную работу. Соль Саин весело засмеялся. Вместе с ним смеялись все члены экипажа, представив, как долговязый и нескладный юноша танцует в операторской перед монитором. – Хорошо, я обязательно попробую, – пообещал он. – Попробуй, попробуй. Хуже точно не будет. – Ну ладно вначале была магия, а что потом, – спросила Нея Холли – Потом танцы разделились. Мужские танцы так и остались магическими. Мужчины, особенно в коллективных танцах демонстрируют свою готовность к Подвигу и призывают себе на помощь духов предков. А, женские танцы стали более сакральными. Это была некая форма молитвы или жертвоприношения какому-нибудь могучему божеству. – Выходит Олла только, что принесла жертву, – воскликнул смешливый Тор Лик, – Признавайся, несчастная, кому молилась! Олла тут же подхватила игру, насупила брови, выкинула вперёд руку с растопыренными пальцами и трагическим, низким голосом не сказала, а медленно изрекла. – Я молила всемогущих Тамаса и Шакти пропустить наше «Тёмное пламя» невредимым через горнило Космоса. Дружный смех звездолётчиков и аплодисменты были ей ответом. – Знать бы ещё, принята жертва или нет, – задумчиво сказал Вир Норин. – И, ты ещё сомневаешься? Или тебе не понравился танец Оллы? – воскликнул Тор Лик, – Меня зовут Вир Норин, а не Шакти и Тамас. – твёрдо сказал астронавигатор, – Как же я могу говорить за них. – Да ну, тебя с твоим пессимизмом. Жертва принята, и всё пройдёт отлично. – Нея была категорична, – Но, Родис не договорила. Мужские танцы – это магия, женские – это молитва, а как же тогда парные танцы? Они тоже должны что-то значить. – Парные танцы – это способ сексуального контакта. Проще говоря, парный танец – это секс, – ответила Фай Родис. – Что? Значит, если я с кем-нибудь танцую, значит, я с ним занимаюсь сексом? – не поверила Нея. – Да, так и есть, – весело подтвердила Родис. – Что от танца и забеременеть можно? – спросила Тивиса, сделав круглые испуганные глаза, – Вот, ведь засада, а я и не знала. Снова по залу прокатился лёгкий смех. Вечер явно удался. – Не от каждого сексуального контакта беременеют. – ответила Родис, – Некоторые виды секса, в принципе, не предполагают проникновение и беременность. Парный танец относится к ним. – Всё-таки, Родис, я думаю, что ты преувеличиваешь, – рассудительно сказала Эвиза Танет, – Секс – это секс, а танец – это танец. Не надо их смешивать. – Да и вообще, всё это фантазии, – решительно  и категорично заявил могучий Ген Атал, – Магия, молитва, секс. Танец – это просто физическая тренировка, под музыку, на силу, выносливость и координацию движения. – Во как! – удивилась Олла Диз, – А, эстетику танца ты ни во что не ставишь? – Ну, почему же, – упорствовал бронемастер, – Никто не запрещает тренировке быть красивой и гармоничной, вот как у меня. – Тогда песня – это всего лишь информационное сообщение, только под музыку, почему-то ещё попадающая в ритм, – Олла, казалось, даже обиделась. – Наверное, в рамках бытовой культуры, Гена прав, – вмешалась Чеди, – Но, ведь танец – это ещё и высокая культура и культура зрелищ и тут разговор о физической подготовке просто неуместен. – Это только сами социологи могут разобраться, где какую культуру они придумали, – отрезал бронемастер, – А, мы люди простые и нам нужны простые объяснения. Теперь уже Чеди обиженно надула губы. – Мы ничего не придумываем, а изучаем культуру общества, как она есть. – А, хотите я докажу вам всем, что танец – это настоящий секс, – озорно предложила Родис, – так, что ни у кого никаких сомнений не останется. – Попробуй, – пожала плечами Эвиза, – а мы будем посмотреть. – Гриф, ты мне поможешь? – Родис протянула руку капитану, тот с готовностью вскочил  с места. Они вдвоём выскочили из зала. Ждать пришлось недолго. Минут через пять свет в зале внезапно погас. Вместо общего света зажглись несколько прожекторов по периметру зала, их лучи осветили небольшой пятачок в самом центре. Заиграла музыка. Мелодия была непривычно тягучая. А, потом мужской голос запел: Утомлённое Солнце Нежно с морем прощалось. В этот час ты призналась, Что нет любви. Подчиняясь этому голосу, из темноты, навстречу друг другу, к середине зала выступили две человеческие фигуры. На освещённом пятачке они встретились, но не соединились, а, казалось, разошлись. И, вдруг, резко, вполоборота  обернулись лицом друг к другу. Протянутые правые руки встретились, переплелись и внезапно рванули их друг к другу. А, неизвестный певец продолжал петь: Мне немного взгрустнулось –   Без тоски и печали, В этот час прозвучали Слова твои. Мужчина обнял женщину за талию, а левой рукой поймал её правую руку. Женщина, в ответ, как отталкивая, положила левую руку ему на плечо. И, в бешенном ритме пара понеслась по кругу, сама непрерывно вращаясь. В полутьме зала чёрное одеяние Грифа Рифта растворялось и казалось, что он призрак, который то возникает из тьмы, а то скрывается в ней. А, ярко-красное платье Фай Родис в лучах прожекторов вспыхивало и гасло, как пламя под напором ветра. Расстаёмся, я не стану злиться, Виноваты в этом ты и я, В какой-то момент женщина выскочила из объятия мужчины, но её левую руку он не выпустил и она закрутилась под его рукой. Как порывом ветра рвануло красное платье и оно вылетело из круга света, оставив Фай Родис обнажённой. В тот же момент таким же порывом рвануло одежду у Рифта Грифа. Теперь не было полыхания пламени. Два обнажённых тела в центре зала, как мигающие огоньки свечей, готовые в любой момент потухнуть, колыхались в такт мелодии. Пара снова двигалась по кругу, но теперь несколько медленнее. Их тела то чуть–чуть касались друг друга, то вдруг рвались в стороны, откидываясь на вытянутые руки. Казалось, что женщина, как птица, готова в любой момент вырваться из объятий мужчины, но почему-то этого не делает. А, движения мужчины были уверенными и решительными. Сложные движения ног невозможно было уловить. Стало видно, насколько нелегко давался обоим этот стремительный танец. Плечи у танцоров были покрыты крупными каплями пота, сверкающими в свете прожекторов, как бриллианты. Такие же капли стекали по их лицам. Снова Родис выскочила из объятия Рифта и крутанулась. Гриф перехватил её за правую грудь и прижал спиной к себе. В ответ Родис опустила руку и обхватила его мужской орган. Их левые руки откинулись в сторону и переплелись. Фай Родис повернула голову назад навстречу взгляду Рифта Грифа. Они смотрели в глаза друг другу, казалось, не замечая ничего вокруг, и продолжали двигаться в такт мелодии. И, вдруг, разом остановилась музыка и включился свет. Некоторое время царила тишина. Звездолётчики облизывали враз пересохшие губы. – Ну, Фай. Ну, умеешь же ты удивить! Я весь танец не дышал, чуть не задохнулся, – еле выдохнул Тор Лик, – Кто ещё  будет возражать, что танец – это секс? – весело отозвалась Родис, вытирая ладонями пот с лица. – Ну, уж какие тут возражения. У меня за всю жизнь такого страстного секса не было. Что это такое было? Тоже магия? – выговорил Тор, а Тивиса на его коленях удивлённо повернулась к нему, и посмотрела в глаза. – Это было аргентинское танго. – недовольным тоном откликнулась Олла Дез, – Его сейчас редко танцуют, а Родис любит сюрпризы. Знать бы, как они с Рифом умудрились репетировать его в тайне от всего экипажа. Но, Родис слукавила, – ревниво добавила она, – Во-первых, танго – это всё-таки не обычный танец, а наверное самый эротичный из всех. А, во-вторых, она добавила сюда эротические элементы, которых в классическом танце и в помине нет. – А, разве это запрещено? – озорно спросила Родис. – Мне кажется, что Родис с Рифом тоже кому-то молились в этом танце. Нет? – заметил Вир Норин. – Мы молили наш звездолёт донести нас в сохранности туда и обратно, – абсолютно серьёзно ответил Гриф Рифт, – Это было танго тёмного пламени. – Мы с Рифтом вас покинем, нам нужно в душ после такого выброса эмоций. Фай Родис и Гриф Рифт подхватили свою одежду и выскочили из зала. Тивиса Хенако развернулась на коленях Тор Лика и села на него верхом. – Кто-то, не будем тыкать пальцем, – и она со всех сил ткнула его пальцем в грудь, – говорил о том, что не испытывал в своей жизни страстного секса. – Где-е? – удивлённо протянул Тор Лик. – Вот, где-то здесь, – она схватила его за воротник. – Когда-а? – еще удивлённее протянул Тор. – Да, вот только что, минуту назад, – возмутилась Тивиса и уперлась кулаками ему в грудь. – Не помню! – заявил Тор, – Совсем ничего не помню! – А я тебе напомню! – грозно крикнула Тивиса. – И, что же теперь будет? – с преувеличенным ужасом  выговорил астронавигатор. – Теперь ты сполна ответишь за все свои слова, – угрожающе произнесла Тивиса Хенако, соскочила с колен и, за воротник, потащила его из зала. Герой сегодняшнего вечера могучий Ген Атал, оставив свой меч, тоже удалился, подхваченный под руки сразу двумя женщинами: Оллой Дез, которая так и не оделась, и Неей Холли. Остальные звездолётчики, ещё не отойдя от впечатлений сегодняшнего представления, вполголоса обменивались комментариями. Чеди молча стояла в стороне и не участвовала в разговоре. Страстный танец подействовал на неё необычайно сильно. Тянущая боль внизу живота становилась всё сильнее и нестерпимее. Наконец она не вытерпела и выскочила из зала.  Соль Саин тоскливо посмотрел ей вслед. Эвиза Танет с улыбкой шепнула ему на ухо что-то успокоительное, но, кажется, это не очень-то ему помогло. Выражение тоски так и осталось на лице юноши. Эвиза подталкивала его и пыталась заставить отправится вслед за Чеди, но Соль так и остался сидеть в своём кресле и грустить. А, Чеди побежала вслед за Фай Родис и Грифом Рифтом. Запыхавшись не столько от бега, сколько от сильного волнения она заскочила в душевую комнату. Родис и Рифт стояли под струями воды и помогали друг другу мылиться. Их руки скользили в пене по обнажённым телам друг друга. Увидев Чеди, Родис улыбнулась и призывно поманила её ладонью. Забыв про всё, Чеди кинулась к ним и обхватила руками могучую шею мужчины. Их губы встретились и слились в глубоком затяжном поцелуе, а языки встретились и переплелись. Через секунду к их страстному поцелую присоединилась и сама Фай Родис.