Она такая одна

Лучи тёплого весеннего солнца уже во всю бегали по просторной девчачьей комнате, всё забегая на сонные лица парочки, которая спала в крепких объятиях друг друга. Недовольно прищурившись, парень запустил руку в свои спутавшиеся кудри и приоткрыл глаза. Приподнявшись, он посмотрел на стоящие рядом на тумбочке электронные часы, которые большими цифрами показывали начало десяти. Где-то под боком зашевелилась девушка, переворачиваясь на другой бок, лицом к парню. Словно почувствовав на себе чужой взгляд, она открыла свои глаза, невольно щурясь от лучей солнца. — Ты чего не спишь? — та приподнялась на локтях, — Сколько вообще время? — Ну вообще уже десять утра. Кащей хитро улыбнулся и посмотрел на девушку. Катарина лишь вопросительно выгнула бровь, и не успев толком что то сказать, а лишь взвизгнув от неожиданности, была зажата в крепких мужских объятиях. — Ну что ты делаешь, Никит?! — вертясь в разные стороны кричала Воскресенская, стараясь улизнуть от хитрых мужских пальцев, что старательно щекотали её за оголённый живот. Парень откинулся на вторую сторону кровати, держась за живот в очередном приступе смеха. Кащей никак не мог успокоить свои мысли. Вот она, перед ним. С ним. Ему сносит крышу от её звонкого смеха и чуть румяного лица. Но как и всегда бывает, тёмные и грустные мысли не спешили покидать его кудрявую голову. Ведь, он всё тот же Кащей. Автор группировки. Он привык к горе женщин вокруг него, и непроизвольно, такие противные мысли поселяются в голове, а сможет ли он быть хорошим и верным парнем? Мучаясь все эти девять лет в скрытых чувствах к своей подруге, младшей сестрёнке своего лучшего, или уже нет, друга, парень понял, что он не хочет быть с одной на все века. Ему нравиться быть завидным холостяком, в какой то мере бабником, грозным автором группировки. Семейная жизнь не для него. — Тебе куда то сегодня надо? — брюнетка вопросительно посмотрела на всё еще лежащего парня, пока сама стоя в дверях, завязывала пучок на голове. — Не мне, а нам, — девушка выгнула бровь, — Шмель назначил мне встречу. Думаю будет не против, если ты придёшь со мной. Тяжело вздохнув, девушка ушла в ванную. Сегодня ей предстоит несколько серьёзных разговоров, в ходе которых она может потерять сразу нескольких близких себе людей. Во-первых, Вова. Зеленоглазая сомневалась, что разговор о её отношениях с Кащеем пройдёт без нравоучений со стороны старшего брата, который на протяжении нескольких лет каждый раз успокаивал её, после очередных отказов со стороны Никиты. Во-вторых, Шмель. Так же как и Суворов, парень ни за что не оценит позитивно эти отношения. Дай бог, не закончиться всё кровопролитием. Но наверняка, оба пойдут на уступки ради Кары. А вот третий человек, Турбо. Как бы не старалась Воскресенская, она не смогла дать понять парню, что видит в нём лишь друга, дала ложную надежду. Но друг ли он? Определённо, по крайней мере, так говорила себе девушка, а чувства пройдут. Она уверенна. Но вот, останется ли он ей другом после таких новостей? Захочет ли вообще с ней общаться? Ｂａｚａ Ｏｋｔａｇｏｎａ — Что ты сделал?! На базе Октагона образовалась резкая тишина после слов автора соседней группировки. Шмель подлетел к кудрявому и схватил того за воротник его кожаного плаща. Резко дёрнув того на себя, Шмель заглянул в потемневшие глаза, когда то, своего друга. — Предложил Кате встречаться, — Кащей гордо поднял голову на стоящего напротив блондина. Глава Октагона лишь пытался понять, шутит ли он, или действительно запудрил мозги невинной девчонки своими любовными клятвами. Но не найдя в его глазах ни одного ответа брезгливо откинул кудрявого в сторону. — А она? -нервно спросил стоящий позади Гвоздь. Он обернулся на своих друзей которые задумчиво курили, сидя на диване. Каждый находился в своих мыслях, но все они пересекались на девушке. Она была для них не просто дочкой когда то погибшего автора, она стала для них настоящей сестрой. — Согласилась, -Кудрявый не уворачивается от кулака Шмеля, но тот останавливается в пару сантиметров от его лица .Хмыкнув, Кащей отшатывается назад, показывая всем своим видом, что он недоволен таким отношением к себе. — Ты расстанешься с ней! — блондин закурил только что скрученный косяк и облокотился спиной к креслу, — Я не дам тебе испортить её жизнь. Подозвав к себе Козыря, старший шепнул тому чтобы тот докинул информацию об этом Адидасу и тот стремительно убежал в сторону качалки Универсама. — Блять, Шмелёв! В чем проблема? Думаешь, она тебе за это спасибо скажет? — Кащеев нервно достал сигарету из потрёпанной пачки и закурил, — Или подожди… Старший Универсама подошёл с сидящему в кресле другу и криво улыбнулся. В его голове вихрем пролетали воспоминания их дружбы. Flashback 1980 Школьный коридор был заполнен школьниками, что вышли отдохнуть на перемену. Белобрысый мальчик нервно оглядывался, выискивая среди одинаковых школьников своих друзей. Заприметив около лестницы кудрявого пацана и низкую девочку с пышными бантами, тот радостный побежал к ним. — Ели вас нашёл, — парень пытался отдышаться, не сводя глаз с черноволосой девчушки в коричневом сарафане, — Катуль, тебе, подгон. Девочка улыбнулась, забирая с ладони друга три карамельки, на что кучерявый паренёк громко фыркнул и ушёл к своим одноклассникам . End Flashback Flashback 1982 — Ну ёмаё, Воскресенская, давай быстрее. Запалят же, — Никита держал девочку за ноги, пока та старательно срывала яблоки с дерева соседа и клала себе в подол длинной куртки. — Не кричи на неё, — пихнул того Коля и перехватил брюнетку с другой стороны, — Сдались тебе эти яблоки, Кащей. End Flashback — Так что же, у тебя к ней тоже есть чувства? — не сказать что Кащей никогда не замечал странных взглядов в сторону подруги, что говорить о вот таких нелепых подгонов в виде стащенных с прилавка конфет и жвачек, но тот всё спихивал на просто крепкую дружбу между двумя друзьями. Но вот теперь всё открылось с совсем не выгодной для старшего стороны. — У меня может они и есть, но они хотя бы искренние, — Шмель сверлил того недовольным и злым взглядом, — А ты как всегда, наиграешься и пойдёшь дальше баб в постель загонять. Шмель положил свою руку тому на плечо и крепко сжал, заставляя Кащея немного пригнуться и зашипеть от резкой боли. — Иди к ней, и расставайся! Я обещал её отцу оберегать её от таких подонков как ты, и я сдержу своё обещание. — Не пойду я, не пойду. Можешь хоть добить меня здесь со своими подсосами. Она всё равно никогда не будет с тобой, и ты это прекрасно знаешь. Видя как темнеют глаза Октагоновца, старший заметно приободрился. Он хотел сделать ему больно, и у него это получилось. Он никому не позволял лезть в свою жизнь и наводить там свои порядки. — Допиздишься же, Колясик — автор Универсама направился в сторону двери, — Ну иди, расскажи ей всё. Думаешь она после этого тебя полюбит? Она тебя возненавидит! И не лезь в мои дела. Тебя не должно ебать с кем я трахаюсь. Захочу, буду с Людкой, захочу, выебу твою Катулю. Хотя, ты опоздал, я уже её выебал. Кащей победоносно улыбнулся и вышел из базы вражеской группировки. Теперь, после такого откровенного разговора дружеские отношения между этими двумя группировками будут подорваны. Шмель, стоявший возле стола запустил в закрывающийся дверь пустой бутылкой, разбрызгивая оставшееся пойло по полу качалки. Ｋｖａｒｔｉｒａ Ｖｏｓｋｒｅｓｅｎｓｋｉｈ Катарина, решившая всё-таки остаться дома и заняться домашними делами бегала по квартире в поисках хоть какой то затрёпанной половой тряпки. Решив сделать уборку в квартире, та усердно оттирала приставшую к мебели годовую пыль, громко подпевая песням из радиоприёмника. Услышав краем уха глухой стук по входной двери, брюнетка направилась в коридор, размахивая мокрой тряпкой. Открыв дверь, та увидела насупившегося младшего брата. — Маратик, — Катарина удивлённо посмотрела на паренька и мысленно начала вспоминать, не договаривались ли они о встрече, — Ты чего тут? Суворов-младший лишь оттолкнул сестру от входи и прошёл в квартиру. Присев на рядом стоящую тумбочку, тот угрюмо посмотрел на девушку. — С тобой что то случилось? — Это с тобой что случилось! — рявкнул парень и выжидающе посмотрел на Катарину. Зеленоглазая лишь дёрнулась от настолько холодного обращения к себе с стороны младшего брата, — Ты чё, реально с Кащеем теперь? — Ах вот оно что, — тяжело вздохнув, Катарина облокотилась на стенку, не спуская своего взгляда с младшего, — Откуда узнал? — От верблюда, — буркнул тот, — Собирайся, Вова на серьёзный разговор тебя ждёт. Воскресенская устало закатила глаза. И Вова уже в курсе. А раз знает он, то знает весь Универсам. Не став заморачиваться с одеждой, девушка накинула на себя толстовку и вышла в коридор. — Кар, вот нахер он тебе нужен? Ты и так страдала всё то время пока вы общались, -та удивлённо посмотрела на парня, — Что, думаешь раз я маленьким был, нечего не понимал? — Я сейчас удивляюсь, какой же ты взрослый стал, — Катарина заключила брата в крепкие объятия, и оставив лёгкий поцелуй на его макушке, подняла его голову вверх, — Я очень вас люблю и дорожу вами, но моя жизнь, она на то и моя, чтобы я сама решала как мне жить. Понятно? — Главное чтобы Вован это понял, — пробурчал тот и засобирался на выход, застёгивая свою куртку. — Не бурчи как попа в ведре, прорвёмся. Ｂａｚａ Ｕｎｉｖｅｒｓａｍａ Они идут до подвала молча, несколько раз Марат пытался завести разговор и всё-таки поддержать сестру, но она настолько глубоко была в своих мыслях, что просто не замечала его. Вова сидел в каморке Кащея, напротив него стояла уже полупустая бутылка водки и открытая банка с какими то вонючими консервами. Пройдя к брату, та замечала на себе различные взгляды. Кто то смотрел без интереса, кто то с недовольством, Зима смотрел с явной грустью, придерживая за плечо Валеру, который был готов накинуться на девушку, не сдерживая своего гнева. Его ненавистный взгляд сильно отпечатался на душе у Катарины. Она сделала ему больно, и она прекрасно понимала его чувства. Ведь на протяжении долгих лет сама испытывал это ужасное чувство. Но ведь сердцу не прикажешь. — Рассказывай! — Старший выдыхает дым, смотрит прямо в глаза сестре. В его руке оказывается гранёный стакан, доверху наполненный горючей жидкостью. Поморщившись, Кара посмотрела на своего брата, её глаза выделяли сожаление. — Что рассказывать то? — в комнатку зашли Зима и Турбо и сели по бокам от своего старшего. Зима попытался отобрать стакан у Суворова, но тот лишь оттолкнул того от себя, наливая новую порцию алкоголя. Смотреть на эту картину было невозможно. В последний раз, она видела его таким, когда тот узнал о смерти своей мамы, но даже сейчас парень выглядел хуже, чем когда либо. — Долго собиралась скрывать? — Вообще не собиралась, — девушка шмыгнула носом и перевела взгляд на брата. стараясь на встретится взглядом с Валерой, — Ты против? -Надо же, тебя всё-таки интересует моё мнение, сестрёнка? — он смеется, но выходит это совсем не по-доброму. — Я бы тебе и слова не сказал бы, если бы это был кто то другой. Но, чем ты думала, соглашаясь на отношения с ним?! — Это мои отношения! И моя жизнь! И я могу их заводить с кем угодно. Хоть с алкашом с подъезда. хоть с наркоманом. — И ты решила выбрать всё сразу? — усмехнулся Турбо, не сводя своего потемневшего взгляда с, некогда, любимой девушки. — А ты вообще не лезь в чужие разговоры, — вмешался Адидас, прикрикивая на своего супера. Турбо подрывается, и схватив с кресла куртку, выбегает из качалки. — Вов, — девушка села на подлокотник кресла, в которым сидел парень, — Почему вы все помните о нём только плохое. — Кат, а что ты предлагаешь забыть? — брат нахмурился, — Как ты рыдала из-за него сутками, когда вместо вашей прогулки он пошёл на свидание с очередной девушкой, или когда Шмелёв тебя с подоконника снимал, когда ты чуть не убилась, когда этот гад поцеловал Людку на их выпускном. Ты мне это предлагаешь забыть? — Не убилась бы, там всего второй этаж был, — пробурчала брюнетка, соскакивая с подлокотника. Суворов с грохотом поставил стакан на стол и притянул сестру за руку ближе к себе. — Совсем дура?! Ты чё городишь? — Кат, — Вахит подошёл к девушке и положил свою ладонь ей на плечо, не крепко сжимая. — Ты посмотри на это с другой стороны. Ты старшая чужой группировки, тем более мы никогда не дружили с Октагоном, а после недавних событий и вовсе почти развязана война. Ты понимаешь, что для своих ты можешь стать вафлёршой? Девушка подняла вопросительный взгляд на друга. Она никогда не смотрела на ситуацию с этой стороны. — Если тебе дадут этот, так называемый статус, никто тебе не поможет, — сказал подошедший к компании Сутулый, — Кащей отправляет таких на субботники, в которых лично принимает участие. — Он не заступиться за тебя, Кат, — тихо проговорил Марат, укладывая свою голову ей на плечо. Опустив голову вниз, Катарина зарылась ладонями в своих волосах. Как же она от этого всего устала. Она хочет обратно, в такие родные объятия отца, с которым не были страшны никакие проблемы. Проводить время с друзьями, играя в футбол и хоккей, смотря какое время года. Она хочет обратно в Москву. — Неужели ты готова пожертвовать всем, что сотворил твой отец ради него? — прошептал Вова, садясь на колени перед сестрой. — Я сама разберусь, — глухо отозвалась брюнетка и пошла на выход из качалки. Ｓｐｕｓｔｙａ ｖｒｅｍｙａ Ката шла по пустующей улице. На дворе уже был вечер, фонари горели только в нескольких местах, погружая часть улиц в кромешную тьму. Увидев на другой стороне улицы таксофон, она не надолго задумавшись перебежала улицу и закинув пару монет, прокрутила знакомый номер. Ｚｖｏｎｏｋ — Алло? — Гвоздь, это ты? — нервно спросила Кара, оглядываясь по сторонам .Всё таки стоять одной, на пустой и тёмной улице такое себе развлечение. — Ката? — удивлённо отозвался тот, — Ты? — Я. У меня к тебе просьба. — Знаешь ли, у меня тоже есть к тебе серьёзный разговор. Я даже думаю, ты догадываешься о чём он. — Понятное дело, подъедь к местному ДК, я тут не далеко, через дорожку. — Понял, через минут пять буду. Ｓｐｕｓｔｙａ ｖｒｅｍｙａ Сидя в машине, пара друзей вела увлеченный разговор. Начиная с каких то нейтральных тем, они дошли до самых насущных проблем. — И с чего ты решила туда поехать? — Гвоздь уверенно вёл машину, изредка бросая взгляды на подругу. Сейчас они неслись в сторону, уже знакомого ему посёлка, где они прятались от Ореховских вместе с Катой и Турбо. — Честно, не знаю. Хочется выплакаться кому-нибудь в плечо, — девушка нервно улыбнулась. После того, сколько на неё всего навалилось, она хочет провести пару дней хоть с кем то из оставшихся родных. — Могла попросить меня, я бы подставил своё крепкое мужское плечо, — подхватил парень, за что получил локтем в бок, — Эй! Больно вообще то. — Вообще то, следи за дорогой и не отвлекайся! — Ты хоть кого-нибудь предупредила о своём отъезде? — Нет, — беззаботно ответила девушка, пролистнув очередную страницу какой книжонки. — Блять, Кара! Ты как всегда! — Гвоздь устало выдохнул, — Тебе проблем мало? Шмель с Кащеем и так пересрались по полной сегодня, что не удивлюсь если развяжется война. — Дим, не каркай, прошу, — взмолилась девушка и уставилась в окно, — И так проблем выше задницы, ещё и ты нагнетаешь. — Да я ничего, — на пару секунд Гвоздь задумался, — Кар, а ты знала о чувствах Коли к тебе? Катарина выронила книгу на пол, случайно вырывая несколько листов. Она сейчас не ослышалась? Какие еще чувства? Она с предыдущими воздыхателями не разобралась, а только усугубила ситуацию, а тут еще один. — Ты о чём? — Да мы сами только сегодня узнали. Вернее Кащей сопоставил несколько фактов и выдал завершение. — Что Кащей с ним сделал? — Воскресенская начала переживать о своём друге прекрасно зная, на что способен Никита для достижений своих целей. — Всё в порядке, только наговорил говна всякого, но это уже их проблемы. — Дима ловко вывернул руль и завернул в двор жилого дома, — Кат? Девушка повернулась в сторону друга, заметив как тот резко побледнел, она выглянула в окно. Прищурив глаза, в них сразу бросилась расстрелянная дверь. -Нет, — прошептала та и выбежала из машины в сторону дома, смахивая подступившие слёзы. Добежав до двери, та с лёгкостью открылась, ведь замок был расстрелян. Схватив Воскресенскую крепко за руку, Гвоздев первый аккуратно зашёл в дом и остановился, шокировано смотря в пол. — Твою мать, — брюнетка упала на колени перед уже холодным телом мачехи, нежно беря её холодную руку в свою, — Алсу, пожалуйста. Брюнетка осматривала изуродованное тело своей мачехи, смахивая испачканной кровью ладонью свои слёзы. На теле женщины было несколько пулевых ранений, которые доставили женщине мгновенную смерть. Это единственное, что обрадовало девушку. Мама не мучалась, ушла без боли. Всего второй раз она назвала эту женщину мамой, и за это Катарине было ужасно стыдно. — А где Саша? — захлёбываясь в слезах, зеленоглазая повернулась к Диме, но тот лишь угрюмо качнул головой в сторону детской, — Но ты туда не пойдешь! Не надо тебе на это смотреть. Я пойду вызову скорую с полицией, а ты позвони Шмелю. Кое как встав с колен, девушка прошла в гостиную, ведь именно там стоял нужный сейчас ей стационарный телефон. Невольно заглянув в детскую комнату по пути, она громко ахнула, видя как младший брат лежит в своей кровати, а рядом с ним большая лужа уже засохшей крови. Взяв трубку в руки, она прокрутила несколько раз колесо и услышала заветные гудки. Услышав голос своего друга, та облегченно вздохнула. — Алло, Шмель? — Кар, — его голос оживился, — Что то случилось? — Они их убили, — прошептала та, новый поток слёз побежал по щекам. — Кого их? — Алсу и Сашу, мы с Гвоздём нашли их только что. Но убили их где то пару дней назад. — Боже, Катуль. Я скоро буду, — парень сбросил звонко .Нечего не оставалось, как сидеть и ждать. Девушка прошла в зал, проходя она заметила что то поблёскивающее на стене. Повернув голову, она замерла в немом шоке. На белой стене красовалась надпись сделанная кровью, которая уже утратила свой насыщенный цвет. Debilis deberi morti! Deinde te, Kara!