На глубине твоей

Будто призрак, Линетт сидела на полу и безвольно наблюдала за происходящим. Все рухнуло, кроме льда, который сковывал и начинал ощутимо морозить ноги. Как из него выбраться, девушка не представляла. А хотелось представлять как минимум побег из крепости. За это время герцог успел полежать, растянуться, а теперь принялся скручивать сигарету. Для этого он использовал табак из тумбы и одну из перчаток. Получалось довольно ловко. Вот он обрезал бумагу лезвием в пальце, вот вставил в металлическую ладонь аппарат с валиками, вот уже облизывал край обертки, чтобы склеить. Рывком отставил мизинец, что-то щелкнуло, но ничего не произошло. Вздохнув, Ризли принялся колупаться в девайсе. Линетт смотрела и не понимала. Он был обычным. Умным, успешным, талантливым, сильным, но все же обычным мужчиной. Со слабостями, желаниями и прочим багажом тараканов, что полагается обычному человеку. Так почему же все так обернулось? Непонимание росло. Немеющие конечности так не волновали, как это гадкое непонимание и собственная беспомощность. Линетт была не согласна. Не согласна абсолютно со всем. С провалом, с мокрым корсетом, со сковывающим льдом, со слишком ярким светом, с игнорирующим ее присутствие Ризли, а особенно была не согласна с подступающими слезами. Но ничего поделать с этим не могла. Кусающая интуиция только подливала масла в огонь, ведь где-то в глубине души Линетт понимала, что не учла не деталь, нет, она упустила целый паровоз. Целый долбанный паровоз знаний, который на полном ходу снес все ее планы. Вполне себе к тому же справедливо. Девушка повесила голову, пытаясь сдержать слезы всеми доступными силами. Она не будет тут плакать. Заварив себе любимый чай, Линетт ушла в комнату. Залезла на кровать, закинула ноги на стену и задумалась. С миссией в крепости все было понятно, оставалось только ждать. Этого она не любила, а чем занять себя пока не придумала. Котята кормлены, тренировка пройдена. Пытливый взгляд скользнул по комнате и упал на подаренную книгу. Брови отобразили весь скепсис ее отношения к этой вещи, а вот любопытство как раз затребовало почитать. Что-то непонятное и чрезмерное сейчас, но в целом возможное и даже нужное потом всегда интересно. В конце концов, вторую половину открывать не обязательно, правда же? Грациозно спорхнув с кровати, девушка принялась за чтение. В теоретической части было оглавление. Выбрав, на ее взгляд, самое интересное, открыла и принялась изучать. Глава была о манипуляциях в отношениях с противоположным полом. Читала долго, местами поднимая брови и прыская в знак несогласия, но тем не менее живо продолжала. Даже закончившийся чай не остановил процесс. «Поговорим о женственности. Это свойство проводит четкую грань между полами и является сильным фактором, который порой недооценивается самими женщинами. Женственность представляет собой совокупность факторов внешности, поведения, манер и одежды, которые позволяют привлекать к себе мужское внимание и создать правильное восприятие себя для дальнейшей работы. О внешности мы говорили в прошлой главе, в этой же сделаем акцент на психологических факторах. Начнем с того, что женщины воспринимаются мужчинами, как существа эмоциональные и нежные, что позволяет недооценивать женскую рациональность и силу. Это является одним из слабых мест сильных мира сего, но только в том случае, если мужчина уверен в искренности женщины. Любая фальш способна бросить тень и вызвать недоверие. В случае, если в работе принципиальный экземпляр с выраженными совестью и чувством вины, это будет решающим в построении доверительных мостиков.» Линетт была категорически не согласна. Если бы она, Отец или другие агенты позволяли себе подобное, то не вызвали доверия у окружающих от слова совсем. На этой ноте пособие было захлопнуто. Тем более что из коридора потянуло свежей выпечкой, а Лини должен был скоро вернуться домой. Нужно было действовать, иначе лекции о поддержании формы не избежать. «Нерационально эмоциональные, да?» - порой безысходность лучший метод для просветления. Безумие, но терять было нечего. Девушка замерла, внимательно прислушиваясь к ощущениям на коже. Перевалившись через густые ресницы, жгучая капля прокатилась по щеке. За ней другая стекла и капнула на лед. Всхлипнула. Сквозь челку боковым зрением заметила, как герцог оторвался от перчатки, прислушиваясь. Всхлипнула еще раз громче. Мужчина неспеша повернулся. Невероятно, но не его лице застыла смесь удивления и ужаса, второго чуточку больше. - Ты что плачешь? - тихо спросил Ризли. Что-что, а женские слезы он переносил очень плохо. Особенно, когда чувствовал себя в них виноватым. - Выслушайте меня, пожалуйста, - всхлипнула девушка, поднимая на него мокрые ресницы. Линетт плакала красиво. Не морщась, с сухим носом, лишь горячие струйки по щекам, капающие на лед с завидной периодичностью. Ризли невольно сглотнул, а девушка продолжила не дожидаясь ответа, - я влюблена в вас. Правда. Когда-то давно я видела вас выходящим из «Дебор Отель», - это было ложью, - тогда с братом мы зарабатывали уличными фокусами, и я влюбилась. Вот честно, все девочки влюбляются в героев романов, актеров, а я влюбилась в решительного мужчину, который лишь пересекся со мной взглядом. Простите меня, - она виновато улыбнулась. Сквозь слезы это выглядело максимально сильно для сидящего на кровати зрителя, - если бы не мои обстоятельства, не мой образ жизни, вы бы никогда об этом не узнали и жили бы счастливо. А я бы никогда не узнала, чьи плечи я воображаю на подушке, которую обнимаю по ночам. Знаете как говорят? Все настолько плохо, что даже хорошо. Вот я сижу тут на полу, мокро, холодно, вас напугала, а даже радостно, чтоли, - попыталась рассмеяться, но вышло судорожно. Пришлось сделала паузу, чтобы отдышаться. Все это время герцог боялся двинуться, не то что заговорить, - на самом деле, я никогда бы не позволила себе такой наглости, если бы не… - она с силой вытерла ручеек на щеке, однако свежая капля тут же проложила новый, - помогите мне, пожалуйста, ваша светлость. - С чем? - уже проклиная себя за слабости, тихо спросил Ризли. - После заключения я отбуду в Снежную, - ее плечи мелко задрожали, лед начинал играть на руку, - и… суть в том, что я девочка, а так быть не должно. Там с этим считаться не будут, и просто решат за меня, на какой-нибудь миссии или еще как-то, - обняла себя за плечи, стараясь унять дрожь, - пока что у меня есть право выбора и я хочу… нет, не хочу, прошу, чтобы вы помогли мне с этим. Пожалуйста, - она с мольбой уставилась на мужчину. Казалось сердце пропустило пару ударов, рука непроизвольно сжалась, сломав свежую самокрутку. Ризли одолевал целый букет эмоций - от желания скрутить пресловутому Отцу голову до жалости и резкого недоверия. Последнее касалось искренности чувств, скорее всего он просто подходящий мужчина на пути. В основной мотив он верил, агенты Фатуи и правда должны уметь все. Девочку стало жалко, очень жалко, она задела за больное и давно забытое. Ее безвыходность он даже мог понять, а местами и представить. Отчего становилось тошно. Ризли погрузился в свои мысли, забыв, что время беспощадно идет вперед. - Наверное, я действительно о многом прошу, - Линетт грустно опустила ресницы. Шоу требовал продолжения, нужно было идти на риски, - простите мне мою глупость, постараюсь больше не попадаться вам на глаза, - в ее руке материализовался клинок, который девушка занесла над льдом. Второй раз за этот вечер мужчина был вынужден смотреть на мир широко открытыми глазами. - Что ты…,- он вскочил, отбрасывая многострадальную сигарету в сторону. Первый удар результата не принес, а вот со второго дело пошло. Лезвие вгрузло не только в лед, но и в ногу. Негромко вскрикнув, Линетт продолжила свое занятие. Занесла руку еще раз, чтобы быть пойманной за запястья на полпути. Мысленно поблагодарила герцога, но расслабляться было рано - впереди еще предстоял тяжелый разговор. - Никогда так не делай больше, - голос звучал жестко, так чтобы отбить всякое желание спорить. Ризли медленно присел на колено рядом, кисть сжал и немного вывернул, отчего меч полетел на пол, - глупая девчонка, - он требовательно посмотрел в ее глаза, - почему бы тебе просто не ехать в Снежную? - Потому что я не могу отказаться, - слезы уже не лились, лишь стояли в ресницах и редко скатывались на покрасневшие щеки, - Уже не могу. Меня найдут и увезут, и будет только хуже, - смотреть герцогу в глаза было невыносимо, но выбора не было. - Я могу помочь тебе с укрытием, не обязательно в крепости, - Ризли злился. Злился тихо, холодно, как впрочем всегда. История Фонтейна была полна ужасных событий, связанных с сиротами. Продажа, эксплуатация, проституция, вот теперь вербовка с комбинированными перспективами. И хоть сейчас учет детворы велся строго, отголоски прошло продолжали находить свое место в настоящем. - В крепость проник Предвестник, местонахождение которого вы и сами не знаете, - на секунду в глазах мелькнул вызов, Ризли поджал губы. Либо она что-то накопала, либо бьет пальцем в небо и тем не менее чертовски права, - от них нельзя спрятаться, рано или поздно они меня найдут. Какое бы не было укрытие, я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за моей глупости, - свободной рукой она с опаской коснулась ямки под ключицей мужчины. Титанических усилий стоило сдержаться и не обнять его, прижимаясь всем чем можно, ведь кожа была очень горячей, а Линетт конкретно замерзшей, - если хотите помочь, помогите с тем, о чем прошу я. - Ты просишь о таком… - мужчина не знал как передать словами то мерзкое ощущение, которое он испытывал по поводу услышанного. Однако, нокаут был близко. Не желая соглашаться, Ризли понимал реальное положение дел. В силу обстоятельств, герцог был близко знаком с одним агентом Фатуи. Отбывали срок вместе, если сказать прямо. За бутылкой портвейна парень поведал в красках особенности жизни в их организации. Настолько в красках, что остаток пойла Ризли допил залпом после их встречи. Девчонка говорила правду, то, о чем она волновалась, было лишь цветочками. Линетт попала в водоворот, из которого не выплывают живыми. Разве что под другой личностью с полным отказом от использования глаза бога. А так можно и с ума сойти. - Пожалуйста, - высвобождая уже не особо сдерживаемую руку, она уткнулась все в то же место на груди второй кистью и носом. Мужчина не отпрянул, лишь тяжело вздохнул, - вы поможете? - в ответ последовало молчание. По горячей коже потекли не менее горячие капли, - если нет, отдайте мой меч, покалеченная нога точно отсрочит мой отъезд. - Помогу, - наконец выдал Ризли, уже жалея о своем решении. Он нехотя приобнял всхлипывающую и шепчущую слова благодарности девушку. Когда дрожь сошла на нет, а слезы высохли, мужчина мягко отстранил ее: - Твои руки просто ледяные, - во взгляде голубых глаз читалось что-то мучительное. Герцог вздохнул и опустил взгляд на лед, - а ты неплохо так машешь мечом, - присвистнул, разглядывая все это время медленно растекающееся пятно крови. Для самой Линетт это тоже оказалось сюрпризом, замерзшая нога боли не ощущала. - Я принесу кипяток и бинт, - Ризли встал и, накинув на нее одеяло, отправился в кабинет. Линетт не отрывала взгляд от дверей, пока не послышались отдаленные шаги спускающихся ног. Теперь была ее очередь смотреть во все глаза. Шаблоны рушились. Уверенная в своем понимании мужчин и того, что им нужно, она осознавала, что, не понимая ровным счетом ничего, каким-то образом справилась. Поблагодарив Архонтов, пообещала себе есть поменьше сладкого и дочитать ту противную книжку. 
А пока решила еще раз поколупать мечом лед, только уже аккуратно, по периферии и пока герцог не видит.