Сборник драбблов.

− Да я тебе нахуй не нужен! Женя с криками выбежал с кухни. Он быстрыми, большими шагами направлялся в коридор. Злость пробирала его до самых кончиков пальцев. В такие моменты он просто ненавидел отца и не переваривал даже его нахождение в пару метров от него. Ему просто было противно быть в одной квартире с СССР. Ладони становились кулаками. Причём с каждой секундой они всё сильнее сжимались. − Ну и куда ты пойдёшь, пиздюк?! Ты некому как раз таки кроме меня и не нужен! Крики Георгия донеслись с кухни. Он был настолько в ярости, что ему было совершенно плевать, что он орёт матом на всю квартиру, причём ещё и в позднее время. − Иди нахуй! Это всё что ответил ему РСФСР. Он быстро разжал кулаки и втянул ноздрями воздух. Быстрее он хотел успокоиться и со спокойной душой уйти из дома, чтобы проветриться и не видеть отца ровно столько же сколько он торчит на своей работе. Женя быстро содрал пальто с вешалки и надел на себя. Так же он быстро взял обычную для каждого гражданина СССР шапку ушанку. Почему он решил тепло одеться, а не, как обычно, будто они не в Москве живут, а в том же Кишинёве? РСФСР просто понимал, что довольно долго будет на улице, и не горел желанием отморозить себе все конечности. Шапку он быстро надел на голову и поправил резкими и рваными движениями чёлку. Она мешала обзору. Он наклонился к полу за обувью, взял первый ботинок и стал натягивать его на ногу. Сейчас он был полностью отдан процессу обувания, его отвлекло прикосновение к его плечу. Он поднял голову исподлобья смотря на того, кто посмел его тронуть. БССР смотрел на него грустными, заплаканными, немного красными, но по-прежнему голубыми глазами. Взгляд рыжего юноши тут же стал более мягким. Была бы это какая-то рогатка, то он бы её прогнал, пихнув в добавок. −Ты уходишь? –Юра это не слишком громко сказал, но слышимо для РСФСР. −Ухожу. –Он наконец натянул первый ботинок. −Буду нескоро. Если Синильга командовать будет, то скажи я разрешил тебе не слушать её. Женя взял второй ботинок и хотел уже как можно быстрее его натянуть и свалить с этого поганой квартиры. −Постой...! –Не слишком громко сказал БССР. − А? –Подняв голову издал звук от непонимания РСФСР. −Можно я с тобой? –В глазах Юры появились новые слёзы. БССР на части разрывало. С одной стороны, он так же не мог и не хотел тут находить. Было просто противно даже спать в этой квартире после очередного скандала. Было противно от понимания, что, Женя где-то там на улице, ночь, на морозе. Юра тоже лучше бы там был. Но также был страх уходить из-за неодобрения отца и того, что Юра по своему мнению. Потеряет его любовь если хоть как-то пойдёт против него. Например, как Женя. Выпустив воздух через ноздри Женя даже улыбнулся. Обув всё-таки второй ботинок он слабо хлопнул БССР по плечу. −Только давай побыстрее.