Ловушка на кота

      — Я не хочу обсуждать Catrin, чат. Вы же пришли ко мне на стрим, ведь так? Да, мы периодически общаемся. Да, мы обсуждали с ней эту тему. Но она доверила это мне, я не хочу рассказывать вам. Борщите.       Но людей было не остановить. «Да она ему не говорит ничё!» «не говорит значит есть что скрывать» «спроси по чём час» «2 000. На свадьбу» «Борщите!» «Приди к ней на стрим и лично у неё спроси или в лицо слабо?» «Она стрим запустила!!!!!»       Обсуждение всё нарастало. Понимающих становилось всё меньше. Чат летел, а модераторы не успевали чистить нескрываемые недовольства от зелёных глаз, в которых уже чернотой растекалась безысходность. Хотелось как можно скорее заслониться руками от провокаций, уйти куда подальше и забыть обо всём хотя бы до утра.       — Пора заканчивать стрим. — парень кинул опустошённый взгляд на обсуждение, перед тем как устало закрыть глаза, снять наушники и закончить стрим — Мы ушли не в самое приятное русло. Я не хочу продолжать.       Отвратное чувство. Когда из тебя насильно вытягивают информацию невольно ощущаешь себя заключенным в камере пыток. Отстранившись от компьютера, он снова хлебнул пресной жизни. Тишина. Квартира пуста, а в приоткрытое окно скребётся дождь. Тоска. Подсознание не позволяло отпустить те неприятные, клокочущие мысли, вряд ли получится забыть о них и ночью. Есть только один вариант — обсудить и решить, как быть дальше.       Поборов желание закрыться ото всех, Ваня поднялся с кресла, дошёл до прихожей и, накинув поверх чёрной толстовки ветровку, вышел из квартиры.

***

      Он знал, что там его ждут независимо от погоды и времени суток. И не ошибался, хоть и застал хозяйку жилья врасплох. Тяжёлая дверь распахнулась. Девушка в ярком топе на тонких лямках жестом поторопила гостя и поскорее закрыла за ним дверь. Коротко и неохотно обняв его в знак приветствия, (ведь куртка хоть и не впитывала воду, но сухой не была) быстро развернулась на носочках, на ходу нацепила на голову наушники с кошачьими ушами, что до этого были в спешке сняты и повешены на шею, и скрылась за дверью одной из немногочисленных комнат.       — Простите, котят, совсем из головы вылетело, что доставку заказывала. Теперь всё нормик, можем продолжать!       Только недавно парень принял то, что её милый сердцу голос мог слушать часами. В этот раз он вновь не сдержался. Пока стягивал куртку, подошёл ближе и облокотился на дверь, ловя каждое слово.       Несмотря на смену обстановки душу продолжало разъедать изнутри. Он знал, что разговор выдастся весьма неприятным, но он был необходим. Иначе этот осадок прожжёт дыру рядом с сердцем.

***

      — Вань, ты в следующий раз предупреждай, что придёшь…       Девушка неспешно зашла на кухню, ватными дисками стирая макияж, который так полюбился преданным зрителям. Розовые тени растёрлись по векам, коричневая тушь размазалась к уху. Но даже это не могло испортить красоту её лица. Несмотря на успокаивающую теплоту небольшой квартирки, она натянула поверх кроп-топа рваный свитер в зелёную и красную полоску, вероятно, чтобы не смущать парня своим открытым декольте.       — Я бы хоть чай заранее заварила. — Закончила она, едва растянув губы в приветливой улыбке. Отвлекшись от своего важного занятия, последний раз потёрла диском глаз и повернула голову на Ваню.       И без того слабая улыбка исчезла с её лица, когда она наконец разглядела его, потускневшего и измотанного. Таким убитым она его видела крайне редко. Девушка забеспокоилась, быстро выкинув ватки в урну, села за стол рядом, не сводя с него взгляда.       — Может, нам стоит перестать общаться вовсе? — подперев голову рукой, Ваня обратился к подруге. Ни намёка на иронию в его голосе. Он и сам напрягся, услышав свои слова, но внешне старался быть спокойным и рассудительным, — Хейт не утихнет, пока не выведет нас обоих на конфликт.       — Или на суицид, — неожиданно для парня хихикнула девушка, но уже через секунду, когда тот не поддержал веселья, голос её посерьёзнел, а сама она покрепче уселась на стуле, — Ты серьёзно? Это глупо, мы так долго общаемся…       — Кать, они не успокоятся, продолжат расспрашивать меня о тебе. Будем скрывать — продолжат допытывать. А общение без обсуждения друг друга — полный бред. Я так не могу. Мне слишком тяжело от такого давления. Чёрт, ты вообще читала, что они пишут?! — попытавшись разрядить обстановку, он стал шутливо возмущаться. Получилось плохо.       — Да, читала. Но меня чужое мнение мало интересует, — немного погодя, она с горькой надеждой спросила, — А игнорировать не получится?       — Хорошо, что ты не переживаешь. — Парень оставил последний вопрос без ответа. Немая пауза всё сказала за него.       Катя тоже замолкла, вероятно обдумывая непривлекательное предложение. Встала, отвернулась к кухонному столу, доставая из верхнего шкафчика пару чашек. Кажется, Ваня услышал, как скрипнуло её сердце, нервно заморгали ресницы. Он невольно поднял на неё глаза, скрываемые русой челкой.       Нет, — думал он, — бесполезно. В её глазах нет этого чувства. Перестань мучать себя и её. Признайся, прими отказ и освободи душу от каждодневных переживаний.       Но он не сможет признаться, слишком трясутся руки.       — И всё же… ты подумай. Не надо спешить. — Тихо пробормотала Катерина, наливая кипяток. Юбка качнулась, когда она нервно мялась на месте. — Прекращать общение из-за хейта… ну, не знаю, странно? Я не хочу терять общение с тобой. Можем встретиться завтра утром, обсудить получше, на свежую голову.       Парень лишь тяжело угукнул и, уткнув взгляд в стол, зарылся пальцами в волосы. На деревянную поверхность столешницы глухо поставили чашки с чаем, от которых вместе с густым паром валил аромат мяты. Девушка молча села напротив и подвинула к себе одну чашку, продолжая обеспокоенно поглядывать на Ваню.       — Мы это решим, обещаю помочь тебе. — Обязалась она, наблюдая, как тот отпивает чай.

***

      За это время дождь только усилился. Пешком идти точно не вариант — смоет в момент. Поэтому сейчас, когда время близилось к часу ночи, две одинокие фигуры стояли под навесом подъезда, по которому звонко барабанили тяжёлые дождевые капли, и ждали приезда такси в мрачном молчании. Катя, уткнув нос в экран телефона, поправляла пряди гладких тёмно-русых волос, выбивавшихся из-за уха. Перед выходом она накрасила губы своей неизменной красной помадой, поэтому теперь временами нервно её поправляла. Привычкам она не изменяла.       Взгляд Вани с большим усилием соскользнул с девушки. И то лишь потому, что в глазах поплыла неясная рябь. Тихо выругавшись, он потёр ладонью лицо. Переволновался, — подумал парень и попытался увести мысли в другую сторону, посильнее оперевшись плечом на металлическую подъездную дверь.       Но вот сквозь шелест проливного дождя послышалось гудение приближающегося автомобиля. Ваня и Катя синхронно подняли головы. Неожиданно руки девушки обхватили парня со спины и крепко сжали. Потом послышалось приглушённо:       — И не смей грустить. Слышишь? — она ослабила хватку и наклонилась в сторону, чтобы взглянуть в глаза другу, попытаться передать ему хоть каплю уверенности. Тот тоже повернул голову, коротко усмехнувшись.       — Иди давай. — Девушка недовольно хмыкнула и пихнула парня в спину. Ваня, успев натянуть на голову капюшон, спас волосы от дождя и, кинув последний взгляд на Тимофееву, обнимающую себя за плечи на пороге подъезда, захлопнул дверь машины.

***

      Тишина давила на уши. Или это снова невысказанные мысли? Самочувствие ощутимо ухудшалось. То ли от духоты в машине стало невыносимо жарко и трудно дышать. Яркие красные фонари машин слепили. Парень опустил голову чуть ли не на колени и глубоко дышал, в попытках улучшить состояние.       Он корил себя за чёртову нерешительность, знал, что она погубит его, и вот первые симптомы.       Кровь вдруг застучала в ушах, голова закружилась. Мир начало переворачивать с ног на голову, что знатно напугало парня. Он, продолжая глубоко дышать, прикрыл глаза и вцепился пальцами в сиденье. Время тянулось неимоверно медленно, казалось, это мучение не закончится никогда, и он точно потеряет сознание. Просьба открыть окно закольцевалась в голове, но так и не была озвучена. Он попросту боялся говорить, боялся, что с каждым словом будет становится только хуже, и не с первого раза услышал тяжёлый голос водителя, сообщающий о том, что они прибыли на место.       Всё остальное помнилось слишком смутно. Как он расплатился с водителем, не с первого раза зацепил пальцами ручку двери и оказался на улице. Прохлада слегка освежила лицо, но тело продолжало ныть.       Контролируя каждый пошатывающийся шаг, парень добрёл до подъездной двери и тут понял, что до квартиры дойти уже не сможет. В глазах вновь проскочила рябь и Ваня, накрыв ладонью глаза, обессиленно сел на асфальт рядом с подъездной дверью. Все звуки смешались в один сплошной шум. Голова шла кругом и парень еле удержал себя, чтобы не опрокинуться спиной назад. Первая мысль, проскочившая в гудящей голове — позвонить. Рука скользнула в карман, не с первого раза нащупала телефон и на автомате стала набирать номер. Не скорой, не знакомых, живущих значительно ближе, а её.       — Кать, … сильно занята? — коротко спросил он, чтобы девушка не услышала слабость в его голосе. Мир снова пошатнулся. Парень, удержавшись в вертикальном положении, болезненно зажмурился и уже настойчивее сказал — Херово, да, сможешь приехать… пожалуйста.