Жаркое лето

      Драко Малфой после завтрака принимал сухие углекислые ванны - новую процедуру, которую ему назначили для нормализации обменных процессов, улучшению кровоснабжения и регенерации тканей. Сама по себе "ванна" выглядела как большой холодильник, куда помещали человека, а снаружи оставалась только голова, под подбородком которой была затянута плотная ткань. В кабину подавалась смесь нагретого воздуха с углекислотой, и человеку нужно было просто сидеть там в течение двадцати минут.       Когда Малфой с утра, несколькими часами ранее, просматривал свою санаторную книжку, куда недавно вписали несколько новых процедур взамен тех, которые уже закончились, то очень удивился формулировке "Сухая углекислая ванна". Он не совсем понимал слово "углекислая", но ещё меньше понимал, как ванна может быть сухой. Блондин уже принимал тут радоновые ванны, жемчужные ванны, серные ванны, но ни одна из них не была сухой. "Ну как ванна может быть сухой? А?" Учась в Хогвартсе, Драко регулярно имел возможность мыться в ванной для старост, и она тоже была очень даже мокрая. И дома, в Малфой-меноре, были прекрасные купальни, с огромными ваннами. И тоже мокрые. "Сухая ванна - это какое-то странное сочетание", - думал чистокровный маг. Поттера же это сочетание не волновало, он имел такие понятия как "солнечная ванна" или "воздушная ванна". Всё-таки, чистокровные были несколько ограниченными людьми, сказывался их обособленный образ жизни.       Гриффиндорцу тоже была назначена такая процедура, но он пришёл на несколько минут позже Малфоя, поэтому когда брюнет зашёл в медицинский кабинет, то первое, что он увидел - белобрысую голову Драко, стоящую на холодильнике, отдельно, саму по себе. Поскольку Гарри ходил последние несколько недель без очков, он не сразу сообразил, что именно он увидел, но потом, когда подошёл поближе и разглядел внимательнее, то рассмеялся своим задорным смехом.       - Ой, Драко, вот умора! Ты похож на голову профессора Доуэля, - сказал он, занимая точно такое же место в соседнем "холодильнике".       - Профессора Доуэля? - переспросила шевелящаяся голова блондина, не понимая о чём речь.       - Ну, это такой герой научно-фантастического романа, который так и называется "Голова профессора Доуэля", - пояснила голова Поттера другой голове. - Не читал, что ли? Ах да, не читал. Ты же чистокровный, вы там магловскую фантастику не читаете. В общем, там по сюжету один хирург научился оживлять человеческие головы. И вот он таким образом оживил голову профессора Доуэля, подключил её к специальной аппаратуре, чтобы она могла хоть как-то функционировать, а потом пользовался ею, - объяснил гриффиндорец. - "Как пошло однако звучит эта фраза". Ну, то есть, его знаниями и жизненным опытом в своих интересах, - сказал он вслух.       - Жуть-то какая! Фу! - ответила голова Малфоя. - Это ж какую больную фантазию надо иметь, чтобы такое насочинять? Хотя интересно, почему никто в волшебном мире никогда не пытался проделать подобного? Что для маглов фантастика, то для магов реальность. А жизнь головы можно было бы поддерживать с помощью зелий и заклинаний.       - Ага, представляешь, голова профессора Снейпа, - сказал Поттер. - Стоит такая на столе на уроке и брызжет ядом: "Десять баллов с Гриффиндора! Поттер, задержание, на две недели, каждый вечер после ужина! Лонгботтом - вы непроходимый тупица и идиот. Мисс Грейнджер - вы выскочка и зазнайка. Мистер Уизли, вы когда портфель собирали, голову в спальне не забыли?" - оба юноши засмеялись над последней фразой.       - Или голова профессора Дамблдора, - продолжил Малфой. - На обеденном столе посередине стоит и следит за порядком. Главное, не перепутать её с бараньей головой и не отхватить случайно кусок уха. Да и с бородой пришлось бы что-то делать, вокруг хотя бы несколько раз обернуть.       - Звучит жутковато, - заметил Гарри. - Интересно, а голова волшебника-анимага могла бы превращаться в голову животного? Или голова оборотня превращалась бы каждое полнолуние?       - Ой, лучше дальше не продолжай, а то весь аппетит перед обедом отобьёшь, - сморщилась голова слизеринца. - Нет, одной головой жить не очень как-то, это же никакого удовольствия. А как есть, пить, гулять, летать на метле? А сексом заниматься?       - Нууу, - протянул Гарри. - Кое-каким сексом заниматься всё же получится. Например...       - Оральным! - заржала голова Драко. - Ещё можно отдельно к голове задницу установить, для полного комплекта.       Из-за смены темы разговора от научной фантастики к сексу, оба юноши перевозбудились. Внутри своих углекислых камер они сидели в одних трусах, и тут их буйная юношеская гормональная фантазия разыгралась.       "Было бы классно сейчас оприходовать эту лохматую голову Поттера, пока он сидит в этой штуковине, неспособный ни пошевелиться, ни отстраниться, ни потрогать руками", - представлял Драко, а его собственная рука невольно нащупывала хозяйство в плотно облегающих трусах.       "Вот бы залезть в этот холодильник к Малфою и сидеть там с ним сейчас вместе, тесно прижавшись и крепко обнявшись", - фантазировал Гарри.       И если бы не вошедшая в кабинет старая медсестра, которая строго сообщила, что "Времето за процедурата изтече!" и стала снимать с молодых людей тканевые воротники, выпуская их из плена сухой углекислой ванны, они бы без зазрения совести начали наяривать свои желающие ласки органы, скрытые от любопытных глаз кабинкой аппарата и плотной тканью. Но, к счастью для других посетителей процедур, грехопадение Поттера и Малфоя в "Кабинете углекислых ванн" не состоялось.       Юноши, раскрасневшиеся от собственных постыдных мыслей, покинули сухие ванны и отправились дальше, правда, уже каждый по своему маршруту. Смех смехом, шутки шутками, но Гарри действительно задумался о том, что было бы, как бы выглядел волшебный мир, если бы кого-нибудь из магов можно было спасти, сохранив хотя бы их умную мыслящую голову?       Тот же Снейп, например, он же был очень талантливым зельеваром и многое из своих знаний смог бы передать ученикам. Пусть без тела, без рук, но он мог бы руководить процессом изготовления и даже изобретать новые зелья. А Дамблдор? Его голова вполне могла бы продолжать руководить Хогвартсом, к тому же, Альбус владел беспалочковой магией, так что немного смог бы и колдовать. Но захотели бы они жить такой жизнью? А те, кто любили этих людей, желали бы они им такой жизни? Или в этом случае смерть можно расценивать как благо? Захотел бы он сам, Гарри Поттер, жить в виде бестелесной головы, не имея возможности перемещаться туда, куда хочешь и просто вести полноценную жизнь? Тут небольшие ограничения в здоровье уже сводили с ума и заставляли думать о смерти как о спасении. Нужно было бы такое существование или нет? Вопрос сложный и философский.