Чертополох

      Продираясь сквозь лесную чащу, Эльза спасалась. Рваное платье, кровь текла из носа, глаз, рта и ушей. Ослабевшая, она споткнулась об корень дерева и кубарем полетела в овраг.       — Зачем дала слово и нарушила его? — тоненький как ключ голосок, не шёпот и не крик донёс до неё ветер.       — Уйди проклятая! — выпалила во тьму Хранитель и вскинув руку, отправила пургу и розовый огонь.       Эффекта это не дало, девушка лежала в глубоком снегу. Всюду земля покрылась белым с серебром, мороз был жгучий и это сделала не она. Из-за елей вековых, скаля острые клыки показались косматые волки. Шерсть стояла дыбом, янтарные глаза сверкали луной. Рыча, они скалились на Эльзу. Еле двигаясь, проваливаясь в сугроб, королева спешно ретировалась. Что только она не пробовала против неё, всё бесполезно! На возвышенности остановилась она. Густые белые волосы спускались по колено, на них серебром горел иней и сыпали снежинки разных форм. Глаза лунные колодцы, кожа кипельно-белая. В алом платье с рукавом и утопавшем в снегу, держала в руках горящую свечу. За ней на сотни вёрст тянулась красная тропа. Ступая босиком, глянула вслед беглянки.       — Не сбежишь ты от меня… — и с лаем волки пустились за ней.       Вскинув руку, ледяным колом насквозь пробила череп одного зверя и забрызгало её кровью. Другой вспыхнул белым пламенем и сгорел заживо. Один из псов схватил ногу, сдирая кожу с неё, второй отхватил клок платиновых волос. Кое как отбившись, оторвалась Эльза от диких псов. Тем временем в Аринделле Анна не находила себе места. Чёрное облако под ногами, оранжевый огонь и серый дым валили столбом от меди волос. Сердце чуяло тревогу. Пала на колени королева Эренделла.       — Где ты?! — взорвалась она рыданием и бирюзовы очи приметили тусклый свет на границе города.       Поняв, что это была Эльза и она от кого то спасалась. Обнажив острый меч, по воздуху королева побежала на помощь. Заслонившись руками, Хранитель приготовилась к худшему, как стена яркого голубого пламени отрезала её от волков. Скалясь и лая, псы попятились и навстречу сёстрам шла она. В ярости Анна обрушила на названную гостью меч. Та лишь закрылась белой рукой с красным рукавом и… Удар. Меч, который был единственный в роде своём, переломило надвое и несколько осколков из середины упали в снег. Встретившись с ней взглядами, Анна побелела от ужаса. Схватив на руки едва дышащую сестру, умчалась прыжками по воздуху в сторону замка. Белокурая дева спокойно шла дальше, оставляя за собой кровавую тропу.       — До чего вы низко пали… Эх, посмотри на вас последняя королева Скандинавии Ярославна. Она бы вам не простила слабости. — причитая себе под нос, в окружении волков скулящих, уверенным шагом направилась в город Эренделл.       Спешно подняв по тревоге весь гарнизон замка, велела стоять насмерть у моста и не пропустить чёртову ведьму любой ценой. Посадив полумёртвую сестру на трон, Анна возилась с её многочисленными ранами.       — Я всю жизнь равнялась на тебя, такая хладнокровная, несгибаемая… Куда тебя к дьяволу занесло и кто эта ведьма?! — в ярости орала королева на сестру, мокрым полотенцем вытирая кровь.       Из глаз Эльзы лишь текли слёзы. Лишённая меча, Анна превратилась в Огненную Деву. Оделась в чешую с головы до ног и пара мечей в ладонях. Тем временем гвардейцы даже не шелохнулись, когда гостья прошла мимо. Они лишь отступили, не смея трогать её. Один гвардеец вышел к ней и опустился на колени. Перстами лаская скулу его, дала чертополох и он поцеловал ей руку. Другие ничего не могли сказать на это, лишь знали, кто стоял перед ними и боялись дурное подумать! Когда ворота замка открылись и ведьма вошла в тронный зал, королева атаковала стремительно. И не успела нанести удар, как побледнев, обернулась назад. Эльза вжалась в трон от одного лишь лунного взгляда и ужас дикий отражался в синих очах. То, что случилось дальше, заставило Анну пасть на мраморный пол. Эльза взорвалась, младшую сестру облило кровью и весь зал был в костях, мясе, крови. Сжимая кулаки, рыдая, не могла ни встать, ни шевельнуться.       — Она дала мне слово, что придёт и я ждала. Но она испугалась меня и обманула. Я дала ей шанс просить прощенья и гнев, гордыня переполнили её чашу. Ответь, ты истинно любишь свою сестру? — склонилась над ухом, шептала слова заветные, перстами тонкими расправляла медные пряди.       — Да… — еле шевелила губами Анна и гостья помогла встать.       — Тогда собери её по частям и соедини воедино, если хочешь вернуть её. — от таких слов Анну перекосило, но выбора не было.       И стала королева руками одними собирать кости, органы, мясо. Несколько дней и ночей, в смраде и грязи, слезах и крови Анна собирала по кусочкам старшую сестру. Когда кое как слепленное, безобразное и гниющее тело было собрано, стояла королева белее белого и глаза красные были от бессонницы и слёз горьких. Женщина дала ей свечу и велела трижды обойти тело справа налево, дважды слева направо. Не колеблясь и не споря, девушка лишённая Даров Хранителя исполнила сказанное. После странного ритуала женщина положила на грудь Эльзе чертополох, капнула из флакона одной воды прямо на сердце. На глазах все раны затянулись, всё срослось. Капнула в приоткрытые уста другой воды и синие глаза широко распахнулись! Шумно вдыхая, Первая королева Эренделла прогнула спину. Незнакомка протянула руку и Эльза встала. Крепко обняв её, плакала и шептала что то на ухо. Ведьма поцеловала её и дальше отошла в сторонку. В следующий миг сёстры мёртвой хваткой, аш кости трещали, настолько крепко обняли друг друга.       — Мне пора идти а вы живите счастливо. — сказала чужеземка, покидая замок.       — Скажи хоть имя своё?! — окликнула её Анна и та повернулась в полоборота.       — Родина, — ответила та и растворилась, словно не было её.       Кровавая тропа от босых ног её исчезла, как исчез и снег, мороз лютый. Лишь рос чертополох как память о ней. О той, за кого великий народ пролил реки крови, кого любили воины и не жалко было им расстаться с жизнью во имя её. Простила она Эльзу и дала Слово Хранитель, что придёт с сестрой. Прошли годы, явились Эльза и Анна Аринделл к Родине и парила она их в бане, кормила и пели песни звонкие. Сдержала королева слово своё а та одарила их теплом, любовью.