Она - дочь своего отца

      К обеду Николь не появилась внизу. Обеспокоенные родители по очереди заглядывали к девушке, но она крепко спала. Когда часы пробили пять вечера, Пеппер все же решилась и поднялась наверх. Осторожно постучав, женщина приоткрыла дверь. Николь лежала на кровати, повернув голову к окну.       Услышав, что дверь открылась, девушка повернула голову и посмотрела на Пеппер.       — Привет, — женщина улыбнулась Николь, — могу войти?       — Да, конечно, — голос у девушки был тихим, но спокойным.       Медленно, боясь сделать лишнее движение, Пеппер подошла к кровати и присела.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила женщина, проведя рукой по щеке Николь.       — Нормально, — девушка тяжело вздохнула.       — А если честно? — серьезно посмотрела на нее Пеппер.       Девушка нахмурилась, что-то обдумывая, потом подтянулась и села на кровати, поджав под себя ноги. Она еще с минуту молчала, прокручивая в голове какие-то мысли, как будто не знала, с чего начать.       — Я… — девушка замялась, — после всего, что случилось утром… Понимаешь, — Николь подняла глаза на Пеппер, — я просто не знаю, как мне себя дальше вести. Я столько всего вам рассказала. И я не уверена, что стоило.       — Милая, — Пеппер мягко приподняла ее лицо за подбородок, желая заглянуть в карие глаза Николь, но девушка упорно отводила взгляд, — ты все сделала правильно! Тебе стоило довериться нам еще раньше! Детка, посмотри на меня, — ласково позвала женщина и, дождавшись, когда Николь все-таки посмотрит ей в глаза, продолжила, — мы любим тебя, слышишь? Ты очень дорога мне и Тони. Ты — наш ребенок! И ни один твой поступок не сможет отвернуть нас от тебя. Я понимаю, тебе сложно это принять после всего… — женщина запнулась, — всего, что с тобой уже произошло в жизни, но мы тебя не бросим. Твой папа, честно говоря, просто в панике.       — Тони? — девушка удивленно распахнула глаза. — Ты, должно быть, шутишь! С чего вдруг?!       — Николь, — Пеппер погладила ее большим пальцем по щеке, — ты даже не представляешь, как много для него значишь!       — Я не уверена, что это так, — Николь опустила голову.       — Девочка моя, — Пеппер притянула девушку к себе, обнимая, — Тони Старк не самый простой человек, но он впустил тебя в свое сердце, а значит, ты там навсегда. Он очень закрытый человек, на самом деле и мало кого к себе подпускает. И он совершенно не знает, как общаться с детьми. Но поверь мне, он жалеет только о том, что не узнал о тебе раньше.       — Я очень хочу в это поверить, но… — девушка резко замолчала.       — Но боишься, — Пеппер немного отстранила ее от себя, чтобы видеть лицо. — Я все понимаю. Это абсолютно нормально. Мы поможем тебе с этим справиться. Только, пожалуйста, Николь, не закрывайся от нас больше, не надо.       — Я попробую, — прошептала девушка.       — Ты моя умница, — Пеппер поцеловала Николь в лоб. — Все обязательно получится!       — Спасибо, ма… Пеппер, — резко поправила себя девушка.       — Родная, — женщина убрала за ухо Николь непослушную прядку темных чуть вьющихся волос, — если ты хочешь называть меня мамой, я не буду против.       — Правда? — Николь неуверенно посмотрела на Пеппер.       — Конечно, — улыбнулась ей мисс Поттс. — Я уже говорила тебе, что считаю тебя своей дочерью. Я полюбила тебя гораздо раньше, чем подписала документы на удочерение. Вообще не представляю, как мы без тебя жили! Мне кажется, что ты была с нами всегда. И естественно, я буду только рада, если ты будешь называть меня мамой. Но только, если ты сама к этому готова!       — Я…Готова… Да. — Девушка подняла на Пеппер счастливые глаза, полные слез.       — Ох, милая, — женщина снова притянула Николь к себе, поглаживая по волосам.       — Мама, — прошептала девушка куда-то ей в плечо и крепко прижалась.       Они просидели так долго. Слова были лишними сейчас. Пеппер просто прижимала к себе дочь, а Николь тихо плакала от радости. То, чего она боялась, не случилось — Пеппер не отказалась от нее.       Осторожный стук в открытую дверь заставил их оторваться друг от друга.       — Все нормально? — настороженно спросил Старк, оглядывая Пеппер и Николь.       — Да, все хорошо, — не смотря на жениха, Пеппер осторожно стирала соленые дорожки со щек девушки.       — Точно? — Старк прошел в комнату и остановился возле кровати. — Тогда откуда слезы?       — Все правда нормально, — Николь посмотрела на него снизу-вверх. В глазах дочери Старк заметил счастливый блеск и успокоился.       — Девочки, — Тони присел на краешек кровати, — вы можете больше меня не пугать, а? У меня, между прочим, больное сердце!       — Прости, пап! — Николь вдруг обхватила его за талию и спрятала лицо на груди.       — Оу, — Старк растеряно замер, а потом обвил дочь руками, — ладно. За что хоть на этот раз?       — За все, — невнятно прошептала Николь.       — Информативно, — усмехнулся Старк и поцеловал девушку в макушку. — Пеппер, нам подменили ребенка!       — Неа, Старк! Даже не надейся, не отвертишься, — хохотнула Пеппер, вставая. — Вам дать время поговорить или все-таки после ужина? — спросила она уже у Николь.       — Можно потом? — Николь с надеждой посмотрела на Старка.       — Конечно, маленькая, — Старк чмокнул дочь в нос и потянул за собой, заставляя встать. — Пошли кормить растущий организм. Пока второй такой не сожрал все сам.       — Вы что, Питера весь день не кормили? — хмыкнула Николь.       — Да как же! — поддержал ее Старк. — Попробуй этого арахнида не покорми! Он же нас сожрет!       — Мистер Старк, вы же в курсе, что я все слышу? — послышался возмущенный голос парня с первого этажа.       Рассмеявшись, все трое поспешили спуститься. Ужин прошел в теплой семейной атмосфере. И хотя чувствовалась некоторая недосказанность, заострять на этом внимание никто не стал. Достаточно было того, что уже удалось достичь. И да, Старк заметил, как и изумленно распахнувший глаза Питер, что Николь называет Пеппер не иначе, чем «мама». При обращении к Старку девушка прыгала с Тони на папу и обратно, кажется, даже не замечая этого. Но никто явно не возражал.       Решив больше не перегружать сегодня эмоциями дочь, Старк отложил разговор на завтра. Пеппер, видя, что девушка начинает оттаивать, его в этом решении только поддержала.       Прихватив с собой чай и кучу вкусняшек, все четверо устроились в гостиной и включили телевизор. Им было абсолютно неважно, что именно смотреть, главное — им было просто хорошо в компании друг друга.       Пеппер сразу оказалась под боком у Старка, отчего тот довольно улыбался и едва ли не мурлыкал. Удивленно уставившиеся на эту картину подростки только посмеивались. Старк же, только кидал на них хитрые взгляды. Он вытянул руку, приглашая Николь занять место со второго бока, но девушка, показав отцу язык, отодвинулась поближе к Питеру, заставляя того покраснеть и виновата посмотреть на наставника.       Недовольно поджав губы, Старк фыркнул, и отвернулся к экрану. Николь же удобно устроилась рядом с Питером, закинув ему на колени ноги. Парень застыл, пораженный ее поступком. Но когда сюжет их захватил, то Николь перевернулась и на коленях парня оказалась уже ее голова. Питер, не задумываясь, запустил в волосы девушку руку, нежно массируя ей голову.       Старк старательно делал вид, что этого безобразия не замечает. Пеппер утешающе гладила его по ноге, но тоже лишний раз не смотрела в сторону подростков. Эта парочка выглядела слишком мило, что заставляло женщину улыбаться. Пеппер не знала, случиться ли что-то между этими двумя, но не была против. Насколько она успела узнать парня, Питер был надежным и ответственным, он никогда не причинит Николь вреда, скорее защитит при необходимости. Да, он был гиперактивный и постоянно во что-то влипал, но, когда нужно, становился рассудительным и серьезным. Может хоть он сможет сдержать этот маленький вулкан!              

***

      Когда на экране замелькали финальные титры, за окном уже было темно. Николь села и потянулась. За день она выспалась и сейчас сна не было ни в одном глазу. Зато Питер уже давно сопел, откинув голову на спинку дивана. Пеппер удобно расположилась на коленях старка и спала. У нее была потрясающая способность, мисс Поттс засыпала буквально везде, где появлялась такая возможность. И Николь ее понимала, Пеппер безумно много работала. Иногда сутками, с безумными перелетами, пересекая несколько часовых поясов за день. Она бы вряд ли так смогла. Старк раскатисто храпел, закинув ноги на подлокотник дивана и придерживая невесту одной рукой. Как ему это удалось — загадка.       Усмехнувшись, девушка ушла в кухню. Налив в чайник воду, девушка уставилась в окно. В городе никогда не увидишь такое небо, столько звезд. Николь редко успевала посмотреть наверх. Сложно найти на это время, когда всю жизнь вынуждена смотреть под ноги, чтобы не споткнуться насмерть. Но сейчас… Это было прекрасно…       Дождавшись свистка чайника, девушка быстро сняла его с плиты, не желая будить родителей и Питера. Налив себе самую большую чашку чая, какую только нашла, Николь не захотела оставаться в доме. Но и идти на террасу тоже желания не было. Еще днем она видела небольшую лесенку. Девушка была уверена, что вела она на чердак, а значит, должен быть выход на крышу.       Эта любовь к высоте в ней с детства. Когда-то очень давно именно на крыше она спасалась от нападок одноклассников. Сначала на деревьях, потом, когда с земли стали долетать камни, перебралась на крышу. Взламывать замки ей не впервой, но тут этого и не потребовалось.       Чердак встретил ее идеальной чистотой. Тут были свалены какие-то коробки, но все они стояли в своем порядке и были подписаны. Копаться в старье желания не было, а вот выйти на воздух — да. Заприметив маленькую дверь, Николь прошла до противоположной стены и вылезла на крышу. Кто-то очень предусмотрительный оборудовал здесь что-то вроде небольшой площадки, чтобы вылезая, не укатиться вниз. Не думая больше ни о чем, Николь присела на деревянный настил, что покрывал эту площадку. Спасибо тебе, хороший человек!       Отпив из чашки горячий чай, девушка блаженно вздохнула. Могла ли она еще полгода назад представить, что ее жизнь так измениться? Вот точно нет! Все, о чем она могла мечтать, это дожить до восемнадцати и не сдохнуть в том дерьме, что Шон называл их домом. Она едва ли отсчитывала дни, когда станет совершеннолетней и сможет съехать. Но теперь…       Теперь желания быстрее повзрослеть у девушки стремительно исчезало. Узнав, что такое забота родителей, она хотела растянуть эти два года подольше, потому что это оказалось невероятно приятное чувство, когда тебя любят. Николь, наконец, призналась сама себе, что верит Пеппер, как никому до этого. Нет, не Пеппер, она верит маме! Спустя шестнадцать лет дерьмовой жизни, она получила то, что есть у каждого ребенка еще при рождении! При мыслях о женщине в груди потеплело. То, что мисс Поттс не просто приняла ее, но и полюбило, было сродни чуду. Николь не встречала раньше таких людей.       Даже Мелинда… Ох… Даже эта хорошая женщина, просто была к ней добра. Да, они частенько засиживались у учительницы в кабинете после уроков за чашкой чая, где Мэл расспрашивала Николь о жизни. Конечно, девочка не рассказывала всего, но в отдельные моменты посвящала. Ей нравилась Мелинда, она была доброй, но никогда не смогла бы полюбить ее настолько, чтобы признать своей дочерью. А Пеппер не просто смогла, но и сделала все, чтобы доказать это Николь.       А Старк… Тони… Папа… Как быстро они прошли этот путь от официального «мистер Старк» до «папа». И да, это безумно пугало! С одной стороны, а с другой… А с другой давало то, чего Николь никогда не испытывала. Несмотря на бесконечные попытки ее контролировать, он защищал. От всего на свете. Он не разбрасывался словами, просто делал. Нет, поговорить Старк любил. Скорее даже поорать. Но делал это уже после того, как дочь оказывалась в безопасности.       Ее ненормальная семья!       Девушка рассмеялась, запрокинув голову и уставившись счастливыми глазами в черное небо с тысячами маленьких золотых бусинок. Звезды приветливо мигали ей в ответ, как бы говоря: «Посмотри, этот мир прекрасен! И для тебя здесь тоже есть место!»       Ее место… Неужели нужно было столько всего пройти, чтобы найти вот этих людей? Чтобы найти этот дом?       Впрочем, сейчас не место для сожалений о потерянном. Сейчас она просто была счастлива. Впервые за долгие-долгие годы!              

***

      Николь не знала, сколько просидела так, потягивая остывший чай и смотря вверх, пока не услышала тихий скрип двери. На крышу выбрался Питер.       — Так и знал, что ты полезешь сюда, — улыбнулся он.       — Люблю крыши, — ответила девушка, прикрыв глаза и отставив чашку.       — Ты снова меня напугала, — парень тихо присел перед ней на корточки.       — Почему? — Николь удивленно посмотрела на Паркера.       — Я проснулся, а тебя нигде нет, — серьезно ответил он, заглядывая ей в глаза, — я подумал, что ты…       — Опять ушла к озеру? — хмыкнула Николь.       — Да, — не стал отрицать парень. — Я бы не удивился.       — Я бы тоже, — Николь улыбнулась, — но нет. Я всего лишь, залезла на крышу.       — Действительно, — Питер хмыкнул и посмотрел вниз, — утонуть, не утонешь, а лететь не так уж и высоко. Метра три-четыре, совсем ерунда!       — Прости, — Николь прикоснулась к щеке Питера, — я не хотела пугать, правда.       — Знаю, просто после всего… — Паркер резко застыл, стоило Николь дотронуться до него. — Боги, Старк, ты рехнулась?!       Неожиданно парень схватил ее в охапку, намереваясь унести внутрь.       — Нет, пожалуйста, я не хочу в дом, — жалобно попросила Николь.       — Ты точно решила загреметь в больницу, — прошипел Питер. Николь в шоке разглядывала его лицо. Это был первый раз, когда парень так с ней разговаривал.       — Пожалуйста, — еще раз попросила она.       — Ладно, — сквозь зубы процедил он. — Я сейчас! — поставив девушку на ноги, он ловко скатился по крыше и полез прямо по стене дома вниз.       Николь испуганно вскрикнула, но повторить его финт не рискнула. Все-таки паучьих сил у нее не было. Вернулся Паркер достаточно быстро, она даже не успела соскучиться. С собой он притащил два огромных одеяла, явно бессовестно утащенных из комнаты, что ему выделили.       — Вот, — парень расстелил одно, а когда девушка села, вторым накрыл ее с головой.       — А ты? — Николь приподняла край, приглашая его присоединиться.       — И я, — улыбнулся ей уголками губ Питер, пролезая в импровизированный шалаш.       Парень удобно устроился и притянул Николь к себе на колени. Взяв ее заледеневшие руки, он принялся согревать их в своих.       — А я думала, пауки холодные, — усмехнулась девушка.       — Ну если засунуть нас в снег или в холодильник, то непременно, — не отрываясь от своего занятия, ответил парень.       — А если серьезно? — Николь действительно было интересно все, что связано с Питером.       — Ну а если серьезно, то да, паучий укус действительно повлиял на мою терморегуляцию, но не так критично, как ты думаешь, — нехотя ответил ей парень. — Я быстрее других замерзаю в холода, поэтому просто одеваюсь теплее. Становлюсь сонливым и раздражительным, когда начинаются морозы. Но все решаемо.       — Но сейчас ты здесь, — Николь уткнулась лбом ему в плечо.       — Да, потому что одна очень симпатичная, но безголовая девчонка сначала напугала меня до чертиков, а потом решила превратиться в Олафа, — хмыкнул парень.       — Ну, спасибо! — Николь несильно стукнула его по плечу, заставляя рассмеяться.       — И все-таки, — тон Питера стал серьезным, — что ты тут делала?       — Думала, — так же серьезно ответила ему Николь.       — О чем? — Питер снова перехватил ее руки, заворачивая в свои.       — Действительно хочешь знать? — приподняв бровь, Николь посмотрела на парня.       — Да, — уверенно кивнул он.       — Обо всем, что произошло. О семье. О Тони и Пеппер, — девушка посмотрела наверх. — О маме…       — Ты говоришь о мисс Поттс или о…? — Питер замялся.       — Кристин никогда ей не была, Пит, — Николь прижалась к теплой груди Паркера, — я думала о Пеппер. Знаешь, она потрясающая! По сути, она должна меня ненавидеть.       — С чего вдруг? — Питер едва не подскочил от таких слов.       — Подумай сам, ты живешь себе спокойно, — начала Николь, — собираешься замуж. А тут вдруг оказывается, что у твоего жениха есть внебрачная, вполне себе взрослая дочь. И не милая девочка-цветочек, а проблемный подросток с прицепом комплексов и не самым радужным прошлым. Да такую никто бы терпеть не стал! На месте Пеппер любая другая отправила бы меня куда-подальше, лишь бы глаза не мозолила! А она со мной носится…       — Почему ты так себя не любишь? — возмутился Питер. — Ты себя недооцениваешь!       — И это говоришь мне ты? — скептически уставилась на него Николь.       — Ладно, — сдаваясь, подняла руки парень, — уела!       Они рассмеялись.       — И все-таки? — Вернулся к теме их разговора парень. — Пеппер этого не сделала, так почему ты об этом сейчас думаешь?       — Я боюсь, — неожиданно призналась Николь.       — Чего? — Питер нахмурился.       — Что все это потеряю, — в глазах Николь появились слезы, — что потеряю их… И тебя…       — Эй, — парень аккуратно поймал большим пальцем первую покатившуюся слезинку, — не надо думать о таком! Хотя я и понимаю… — он обнял Николь. — Когда погибли мои родители, я был совсем маленький и совсем ничего не понимал. Но очень долго боялся потом отходить от Бэна и Мэй. Такие истерики закатывал, когда кто-то из них уходил!       — Ты и истерики? — Николь недоверчиво посмотрела на него, шмыгнув носом.       — Ага, — хмыкнул Паркер, — мне казалось, что они не вернуться, как мама с папой. Но потом я привык и все стало нормально. Пока дядя Бэн не погиб… — Питер резко поник.       — Как это произошло? — спросила Николь осторожно. — Хотя если не хочешь, не говори! — тут же добавила она.       — Все нормально, — после секундного молчания все же ответил Питер, — я был виноват! — Он опустил голову. — Я тогда решил, что раз у меня появились такие силы, то я смогу помочь Мэй и Бэну. Они так много работали, что я решил… — он грустно вздохнул. — Я пошел на бои без правил.       — Ты спятил? — Николь села прямо и ошарашенно рассматривала парня.       — Знаю, — он поморщился, — я был идиотом! В тот день я соврал, впервые наверное… Сказал, что поеду в библиотеку. Дядя Бэн настоял, что отвезет меня. Лучше бы он остался тогда дома или уехал по своим делам! — Николь внимательно слушала, не перебивая. — Я дождался, пока его машина свернет за угол, а сам побежал через дорогу. Именно там проводили эти подпольные бои. И знаешь, — Питер поднял глаза, — я победил. Вот только… Меня обманули, — он горько усмехнулся, — самоуверенный болван! Вместо обещанных трех тысяч заплатили две сотни…       — А потом? — осторожно спросила Николь.       — А потом этого барыгу ограбили, — Паркер помрачнел, — вор пробежал прямо рядом со мной, а я его не остановил. Если бы я просто остановил его тогда, мой дядя был бы жив! — Парень сжал зубы. — Когда я спустился на улицу, все уже было кончено. Дядя Бэн лежал на асфальте в луже крови, а его машину угнал этот вор! Все, ради этой чертовой машины!       — Пит, ты не виноват! — Николь погладила парня по щеке. — Ты же не мог знать, что так все обернется.       — Не мог, но я мог его остановить и этого бы не произошло! Я мог, понимаешь? Но не сделал… — парень поник.       — И все-таки… Сколько тебе было? — спросила Николь.       — Четырнадцать, — нехотя ответил Питер.       — Всего четырнадцать, Пит, — уверенно сказала девушка. — И сколько всего ты сделал после! Только подумай, скольким ты помог потом!       — Спасибо, — Паркер неожиданно поймал ее руку и поцеловал. От этого впали в ступор оба.       — Оу… — Николь не стала отбирать свою ладошку из рук смутившегося парня.       — Твоя очередь, — выдавил из себя Паркер.       — Что? — непонимающе спросила девушка.       — Почему ты боишься, что потеряешь свою семью? — уточнил Питер.       — Потому что, у меня ее не было, — вздохнула Николь. — Никогда не было. Хотя нет… Была до семи лет. Бабушка была моей семьей. Но бабушка, это не родители, понимаешь. Фиона была замечательной. Строгой, но классной. Она очень многому меня научила. Но ее не стало буквально в один момент. Врачи сказали — сердце. — Николь задумчиво теребила рукав кофты Питера. — Когда бабушку похоронили, я надеялась… Не знаю… Что Шон станет моей семьей. Но ему это было не нужно. Я была обузой. Все, чего он хотел, получить доступ к счетам.       — Твоя бабушка была богата? — удивленно спросил Питер.       — Ты знаешь, — Николь застыла, — я раньше как-то не задумывалась, но возвращаясь мыслями назад понимаю, что скорее всего да. У нас был неплохой дом в тихом районе. Я помню, что мы переезжали один раз, не знаю из-за чего. Но и первый, и второй дом были хорошими, мне там нравилось. И она выбрала для меня очень хорошую школу. Одну из лучших в Нью-Йорке. Правда я не хотела там надолго задерживаться, прыгала из класса в класс. Вот только…       — Когда не стало бабушки, все закончилось? — догадываясь о дальнейших событиях, спросил Питер.       — Да, — кивнула Николь, — Шон очень быстро промотал все деньги. Он вообще работать не любил, а вот роскошные вещи, очень даже. Мы много переезжали, я сменила кучу школ. Настолько много, что я их все и не помню, не говоря уже о людях. И каждая следующая была хуже предыдущей. Вообще, Шон и в школы-то запихивал меня только потому, что его обязал закон. На этом его долг и заканчивался. Он что-то там покупал, чтобы мы не сдохли с голоду. По его мнению, конечно. Давал какие-то копейки на проезд, но и только. До определенного момента я ходила в рваных коротких вещах.       — Над тобой издевались? — сглотнув, спросил Питер.       — И такое тоже было, — согласилась Николь, — но я быстро научилась давать отпор. Учебу я тоже бросила, сравнялась со сверстниками. Появлялась только на контрольных и экзаменах. Всем же было на это наплевать. Потом… кое-что случилось. Я провела несколько месяцев в больнице, а когда выписалась… В общем, все стало только хуже. С Шоном я не разговаривала, друзей не было. Но я все еще жива, представляешь? — усмехнулась девушка.       — И я этому рад, — прижал ее к себе Паркер. — И Николь, прости меня.       — За что? — удивилась девушка.       — Видишь ли, — неловко замялся парень, — мой слух сейчас так устроен, что для меня не проблема услышать, что твориться за пару километров от меня. Даже сквозь стены.       — Ты все слышал, — побледнев, прошептала девушка, — про Мэл и…       — Да, — Питер заглянул ей в лицо, — и поверь, я не осуждаю! Совсем! Но я огорчен, что ты не позвала с собой меня. Я бы мог помочь.       — Человек-Паук не убивает людей, — снова чувствую на глазах влагу, всхлипнула девушка.       — Так и ты никого не убила! — поспешил успокоить ее парень.       — Правда? — недоверчиво посмотрела на него Николь.       — Да. — Парень быстро закивал. — Все эти гады живы. В больнице, конечно, но живы.       Облегченный вздох Николь разнесся далеко вокруг. Казалось, с ее плеч свалился бетонный груз.       — Ты думала, что убила кого-то? — пораженно застыл Паркер.       Девушка только кивнула и прикрыла глаза.       — Прости, что не сказал сразу, — тут же извинился парень, чувствуя себя последним идиотом.       — Ты не при чем, — отмахнулась Николь.       — Если хочешь, мы можем вернуться в дом, — Питер кивнул на дверь.       — Нет, — уверенно мотнула головой Николь, — давай договорим. Когда еще мне удастся улизнуть из-под надзора, — девушка усмехнулась.       — Ну если ты хочешь… — протянул Паркер.       — Хочу. Иначе, это будет нечестно. — Николь запрокинула голову, опираясь на плечо парня. — Ты знаешь, я боюсь, что проснусь однажды в своей комнате в доме Шона, и все это окажется сном. Или что маме с папой все это надоест и они от меня избавятся. Например, когда решат завести родного ребенка. — Задумчиво проговорила девушка.       — Ты тоже их родной ребенок, — нахмурившись проговорил Питер, — я уверен, что они никогда не сделают подобного!       — Я очень хочу в это верить, — Николь прикрыла глаза, — правда. Но боюсь. До одури боюсь снова ошибиться! Я их люблю, очень. — Неожиданно призналась она. — Но мне кажется, что если я это скажу, то все испарится. Я даже не знаю, как мне себя с ними вести. Никто никогда меня не контролировал, Пит, и иногда меня это бесит. Я не помню, когда в последний раз кого-то вообще интересовали мои оценки. Когда я болела, Шон даже не поднимался на второй этаж нашей развалюхи, боясь заразится. Думаю, его бы только порадовало, если бы однажды, я просто не проснулась. А тут… Столько всего… Они так меня опекают, что я иногда задыхаюсь. Не спорю, это приятно, чувствовать такую заботу и внимание, но…       — Тебе ведь пугает именно это? — неожиданно спросил Питер. — Вся твоя привычная жизнь рухнула в один миг и ты не знаешь, чего ожидать дальше?       — Пожалуй, да, — согласилась Николь. — Не поверишь, но последний раз меня ругали за опоздание в шесть лет! — засмеялась Николь. — И после этого никто… Никого не интересовало, где я бываю и что там делаю. А тут…       — Ну да, мистер Старк помешан на контроле, — понимающе хохотнул Питер.       — Вот именно! — Воскликнула Николь. — Он хочет знать абсолютно обо всем!       — А ты не можешь рассказать все, — снова хмыкнул парень.       — Именно! — Девушка снова кивнула. — Не потому даже, что не доверяю, а скорее потому… Не знаю даже… Боюсь, что не поймет.       — А может стоит попробовать? — вдруг спросил серьезный строгий голос со стороны двери.       Подростки тут же оказали на ногах, испуганно уставившись на хмурого Старка.        — Ты… Ты давно здесь? — сглотнув, спросила Николь.       — Достаточно, чтобы узнать несколько интересных вещей о своей дочурке. — Старк подошел ближе. — И вместо того, чтобы она сейчас нежилась в теплой кроватке, я снова нахожу эту заразу ночью на улице!       — Фактически, мы, можно сказать, в доме, сэр, — вступился за Николь Паркер.       — Не провоцируй меня, шкет, — прищурился Старк, — а то отправлю на попутках домой!       Питер с Николь переглянулись и неожиданно заулыбались. Они оба знали, что Тони никогда такого не сделает.       — Брысь по кроватям! — рявкнул Старк.       Подростков просто снесло с крыши и они, хихикая, разбежались по спальням. Старк, неодобрительно покачав головой, собрал одеяла и, подхватив пустую кружку, вернулся в дом. На первом этаже в кухне, в очередной раз за этот день, пила успокоительное Пеппер.       Они со Старком слышали почти весь разговор Питера и Николь, но не стали вмешиваться. Окаменевший Тони бережно прижимал к себе ревущую невесту. И он был абсолютно уверен, что негодный мальчишка прекрасно их слышал, но ничего не сказал Николь. И за это, Тони был ему благодарен. А еще, за заботу о его дочери.       — Ты как? — бросив на диван в гостиной одеяла, Старк показался на кухне.       — Нор-нормально, — прерывисто вздохнув, ответила Пеппер.       Поставив кружку на стол, Тони обнял невесту, позволяя ей снова уткнутся себе в плечо. Как бы ни была сильна эта женщина, но сейчас, когда дело касалось их ребенка, она стала невероятно ранимой и сентиментальной. Слова Николь настолько ее тронули, что она разревелась прямо там, на чердаке. Они стояли там достаточно долго. Но наконец, Старк не выдержал и увел Пеппер вниз. Вручив женщине в руки успокоительное, он вернулся и разогнал этот ночной шабаш.       — Все хорошо, — поцеловав Пеппер в висок, прошептал Старк, — она с нами. Мы ее любим. Никто больше и пальцем не тронет нашу девочку, я обещаю.       — Я знаю, — вздохнула Пеппер, прикрыв глаза, — просто… В ней так много сомнений и боли, что я не уверена, сможем ли мы все это исправить.       — Сможем! — уверенно ответил Старк. — А сейчас, родная, — мужчина настойчиво потянул Пеппер за собой, — тебе тоже нужно отдохнуть!       — Хорошо, — Пеппер и не думала упираться. Сегодняшний день вымотал ее сильнее, чем двадцатичасовой перелет и три совещания подряд.       Они поднялись по лестнице и дошли до своей спальни.       — Иди, — открыв дверь, Старк подтолкнул Пеппер в комнату, — я сейчас. Только проверю малышню, — усмехнулся он.       — Тони, — предостерегающе протянула женщина.       — Да не буду я на них ругаться, Пеп, — пообещал мужчина и направился к двери Паучка.       Покачав головой, Пеппер скрылась в спальне.       — Хэй, шкет, — Тони стоял, опираясь плечом о дверной косяк и наблюдал, как Паркер ерзает на кровати.       — Ми-мистер Старк, — парень подскочил.       — Да ложись ты уже! — прикрикнул Старк. — Не злюсь я, — сказал он, заходя в спальню и прикрывая дверь.       Сев на стул рядом с кроватью, он заглянул в испуганные круглые глаза.       — Хотел сказать спасибо, — неожиданно выдал Старк.       — Что? — удивленно встрепенулся парень.       — Да брось ты! — хмыкнул Старк. — Ты же прекрасно знал, что мы там. Но не стал ничего говорить Николь. Спасибо. Она бы еще долго не решилась сказать нам о своих страхах.       — Я решил, что так будет лучше для Николь, — опустив глаза, серьезно ответил Паркер.       — Знаю, шкет, и рад, что ты такой порядочный Паучок, — Старк улыбался.       — Спасибо, мистер Старк, — уши Питера покраснели.       — Можешь называть меня Тони, — неожиданно предложил Старк.       — Что? — глаза Питера снова округлились, а рот приоткрылся.       — Ты все услышал правильно, ребенок, — хмыкнул Старк, вставая. — Я разрешаю называть меня по имени. Если хочешь, даже на «ты».       — Н-нет, это будет невежливо! — тут же возразил Питер.       — Да брось! — отмахнулся Старк. — Ты уже, считай, член семьи! Мои девочки тобой очарованы. Но! — Мужчина угрожающе посмотрел на парня. — Не смей тянуть свои липкие лапки к моей дочери! По крайней мере, еще лет… Двадцать!       — Мистер Старк! — возмутился Питер.       — Ладно, — весело хмыкнул миллиардер, — целуйтесь, разрешаю! Но больше ни-ни.       — Да я и не думал, — Паркер покраснел.       — Знаю, — Старк потрепал его по кудряшкам, — поэтому и даю разрешение встречаться с Николь. Ты слишком правильный, Паркер. И я уверен, пока моя девочка с тобой, ее никто не обидит.       — Обещаю, сэр! — Питер твердо посмотрел в глаза наставнику.       — Спи давай, герой! — дурашливо шикнул Старк и вышел, оставляя парня обдумывать сказанное.       К двери Николь Старк подходил настороженно, боясь, что девушка испугается являения грозного родителя. Но не тут-то было. Николь и не думала пугаться. Собственно, как и ложиться в кровать. Девушка обнаружилась на подоконнике, смотрящей вдаль.       — Николь, — Старк тихо подошел и коснулся руки дочери.       — М? — девушка подняла на него глаза. Точно такие же, как у него.       — Тебе нужно поспать, — Старк ласково погладил девушку по голове.       — Я только этим и занимаюсь в последние дни, — протянула она.       — И это отлично, — Старк подвинул ее ноги и сел рядом. — Столько потрясений за эти дни, что тебе просто необходим полноценный сон.       — Пап? — неожиданно позвала она.       — Что, малышка? — тут же отозвался Старк.       — Я… — девушка опустила глаза. — Ты все слышал, да?       — Да, — скрывать не было смысла. — И хочу, чтобы ты знала. Твои страхи беспочвенны. Мы с мамой никогда не захотим от тебя избавиться. — Старк прижал дочь к себе. — Даже если мы когда-нибудь решимся на второго ребенка, тебе от нас не избавиться!       — Спасибо, — прошептала Николь, зажмурившись. — Спасибо, что ты есть. Что вы есть. И что ты именно такой!       — Вот за это меня еще никто не благодарил, — хмыкнул Старк. — Николь, — позвал он дочь.       — Что? — буркнула девушка.       — Сделай одолжение, не заставляй меня сидеть с тобой всю ночь, ладно? — Старк поцеловал дочь в макушку. — Будь хорошей девочкой, отправляйся в кроватку.       — А можно я лягу здесь? — фыркнула Николь не отрываясь от его груди.       — Нет уж, — Старк встал, поднимая дочь на руки, — не хочу поутру лечить твои синяки!       Уже привычно мужчина отнес дочь в постель и уложил. Укрыв одеялом, он присел рядом.       — Спи, маленькая, — наклонившись, он поцеловал Николь в лоб. — Завтра никто из нас не исчезнет.       — Хорошо бы, — девушка, зевнув, повернулась набок.       — Даю слово Старка, — улыбнулся Тони.       — Ну если так, — усмехнулась Николь. — Люблю тебя, папа, — мурлыкнула она, засыпая.       И ведь завтра скажет, что такого не было!       Посидев еще несколько минут, и убедившись, что дочь точно заснула, Тони еще раз поцеловал ее и вышел, закрыв дверь.       В спальне его ждала самая любимая в жизни женщина. Та, что приняла его когда-то со всеми его заскоками и недостатками. А сейчас, сделала самым счастливым человеком на свете, разделив со Старком все тяготы родительских забот. Сразу, без раздумий и сомнений. Самая восхитительная и невозможная женщина на Земле!