Wait, can I come with you?

— Ты сам понимаешь, что твои извинения — это ничто по сравнению с тем, что ты мог бы сделать вместо них? — Хаск упёрся руками о стол и приподнял свою бровь вверх, тем самым немного нагоняя атмосферу школьных времен, когда после родительского собрания матушка стоит перед тобой в точно такой же позе, приподнимая бровь, задавая тебе вопрос — «почему у тебя двойка?», это немного отгоняло Энджела от стола, из-за этого он хотел уйти в своё логово, но он не мог, его что-то здесь удерживало. Хаск понял, что сделал что-то не так, посмотрев на то, как паук начал перебирать свои пальцы точно так же, когда ему звонил Валентино. Вместо этого он отвернулся спиной и сказал: — Ты знаешь меня, я ничего плохого тебе не смогу сделать, мой принцип мне не позволит, но я могу уйти и отстраниться от тебя, — Он опустил голову вниз. — и стоило тогда нам сближаться, если всё пойдёт насмарку? — Он немного повернул свою голову в сторону к унылому пауку, который то и дело пытается дойти до дна бутылки, смотрел на него и думал, что сейчас не стоит продолжать, придётся с ним поговорить тогда, когда тот будет трезв. прошло минут 5, в огромном зале стояла гробовая тишина, время уже было позднее, каждый в отеле давно спал. У паука уже медленно закрываются глаза, но он открывает их вновь, дабы сипнуть ещё один глоток алкоголя, который и так давно проел ему мозг. — Энджел, я считаю, что тебе стоит идти в постель, — начал спокойно Хаск, — ты выглядишь, мягко говоря, убито — он подошёл поближе к Энджелу и слегка отодвинул его волосы с лица. — Я.. — паук слегка замялся, но тут же подорвался, чтобы показать, что он ещё в рассвете сил. — я не хочу спать. — не желая уходить от барной стойки никуда, он старался всем видом доказать, что спать он не хочет, хочет продолжить пить, но его мешки под глазами и трясущиеся руки всё-таки взяли вверх, паук отчаялся за секунду и отвёл взгляд в сторону. — Хаск, я просто хочу выпить. — Мне кажется, что ты итак достаточно выпил, нет? — после резкого подрыва приятеля, он отскочил с места, на котором стоял, сделав достаточное расстояние для комфорта обеих сторон. — Достаточно, но я не хочу ложиться, зная, что как только я открою глаза, мне вновь придётся идти туда, куда я не хочу. — Энтони прикусил губу, вспоминая, как больно ему было сегодня…

Валентино взял в руки громкоговоритель его студии и крикнул лежащему на постели Энджелу о том, что сейчас придут новые актеры, которые заплатили кучу денег ради того, чтобы сняться в фильме вместе с уникальной и самой знаменитой порно звездой во всём аду. Конечно же Энджелу было насрать, это его работа, он лишь хотел, чтоб они пришли и ушли отсюда побыстрее.

Проходило время.Боль. Его разрывало на куски. Они продолжали. Казалось, что их слишком много. Они не заканчивали это. Ходили по кругу. Больно. Ужасно. — Давай, Энджел, больше эмоций! — кричал кто-то из вне сцены. — улыбку! радуйся! — всё мельком и мельком слышно было эти голоса, Энжел ничего не слышал, дым, который шел от сигарет Валентино, окутал его шею, перед его глазами появилась картина первой встречи Валентино и Энтони:

Энтони гулял по различным улицам, смотрел на других грешников и думал о том, где же его любимая сестра? Он хотел бы её найти, но сейчас это невозможно, он никого здесь не знает, он тут буквально один день, пару часов, он даже сам не знал сколько он здесь, он лишь помнил свою смерть, смерть его брата и сестры, и эта смерть, видимо, навсегда разлучила их. В один момент, когда Энтони был в своих мыслях, не заметив, он врезался в кого-то достаточно высокого. Посмотрев наверх, он увидел красиво одетую моль, которая из-за этого резкого толчка пролила на свое дорогое пальто горячее кофе. — Ты кто, мать твою, такой?! — крикнул Валентино, обернувшись. Увидев перед собой симпатичного белого паука, тот резко улыбнулся, взял за плечи Энтони и продолжил. — Оууу, дорогуша, ты заблудился? — словно забыв о секундном инциденте произнес Валентино. — Неет, что вы. — Энджел очень испугался крику, но после нежный тон собеседника дал некий знак того, что тот больше не злится, а наоборот хочет помочь. Господи. как же Энджел был глуп. «Бежать тебе надо было, идиот.» — говорил про себя моментами Энджел, вспоминая все это в своей голове.

— Я лишь хотел поинтересоваться, а вы не видели девушку. — У тебя очень красивые черты лица, красивое тело, работу не ищешь? — Валентино перебил Энтони даже не слушая, что тот пытался сказать. — было бы славно.— Энтони замялся, поняв, что этому грешнику тоже нет дела до его сестры. Он тоже не особо понял, что сказал Валентино, и просто согласился на работу. — М, дорогой, меня зовут Валентино. — нежный тон, снова этот нежный тон льется из уст сутенёра, это манило. резко из своего пальто-крыльев он достал золотую, длинную бумагу, на которой написаны условия договора. Валентино рассказал про работу и про обязательную сделку, в которой Энтони обязан отдать душу взамен на работу и защиту от ангелов, которые каждый год истребляют грешников. Энджел, не думая, подписал уговор, после чего он стал таким, каким является сейчас. Резко из глаз полились слёзы, он заплакал прямо на съёмке фильма. Кто же мог знать, что такое может случиться? Валентино прекратил съёмку, Энджел прекрасно понял, что его ждёт. Этим вечером он отхватил по полной. Ему пообещали, что следующие пару недель его будут отучать таким эмоциям как слёзы, ведь «Секс — это сплошное удовольствие, а не что-то больное. Нужно радоваться, что тебя насилуют, это значит, что ты сексуален, и ты достоин этого, а слезы — это удовольствие для смазливых и никому не нужных сучек» это слова Валентино, которые он произнёс напоследок. Всё это накопилось внутри, Энджел резко встал и, вытерев небольшую слезу с глаза, немного отошёл от барной стойки, пожелав Хаску доброй ночи. — Ты только что сказал, что не хочешь уходить, но через минуту ты убегаешь. Ты себе противоречишь, Энтони, сядь и расскажи мне всё, что было, всё, что накопил. — Хаск легонько постучал по столу, как бы говоря «иди сюда», — Если ты не хочешь говорить, мы можем просто посидеть вместе. — можно уже было сказать, что кот отчаялся, но нет, он решил поменять тему, увидев в глазах Энтони, что тот не хочет говорить про переживания. — А ты знал, что я умею играть на саксофоне? — Лицо Энджела поменялось буквально за секунду. Он удивлённо приподнял брови и сказал: — Это правда? — — Да, это так. При жизни я много играл в лаунж-барах в Лас-Вегасе. — он слегка улыбнулся, посчитав, что заинтересовал Энтони. — как-нибудь, отыскав саксофон, я обязательно сыграю тебе.