Благодаря и вопреки

Одинокая лампа горела мягким светом на краю деревянного письменного стола. Теплые объятия света окутывали девушку за столом и блокнот, в котором она писала что-то неразборчивое. Во всем доме свет был выключен, так что возможность писать ей давала только одинокая настольная лампа. Но это не беда, Рюджин любит темноту, точно так же как любит теплый свет. Такая обстановка вдохновляет ее и даёт возможность творить. Также и сейчас. Она сидела, проворачивая карандаш меж пальцев, время от времени убирая его за ухо, и о чем-то размышляла. Раз в несколько минут карандаш касался бумаги, выписывая там новое слово или замысловатый узор. После очередного глубокого вздоха Рюджин услышала, как в замке провернулся ключ. Это ее девушка - Хван Йеджи. Она только возвращалась с работы, хоть на улице уже было темно, а мрачная ночная морось поглощала все, что было в округе. В эту же секунду Рюджин отставила карандаш и выбежала из комнаты. Она замерла где-то в коридоре в метре от своей девушки, которая снимала обувь. У Рюджин стало сразу теплее на душе. Как только ее взору открылась Йеджи, жить стало чуточку легче. Она расплылась в улыбке, не смея подойти ближе. Но вскоре Йеджи подняла голову и также мягко улыбнулась, расставив руки перед собой. Этот жест означал и разрешение, и приглашение одновременно. Рюджин улыбнулась ещё сильнее, и обняв свою девушку, уткнулась ей куда-то в плечо. Она тёрлась головой, не убирая лучезарной улыбки с лица, и крепче сжимала в объятиях Йеджи, которая с большим энтузиазмом ответила на объятия. Одной рукой она прижимала девушку к себе за талию, а второй гладила ее темные волосы. Она поцеловала Рюджин в щеку, привлекая ее внимание. - Все хорошо, солнышко? - ее голос звучал до безумия ласково и нежно. - Угу, - ответила Рюджин перед тем как поднять голову и взглянуть в кошачьи глаза Йеджи - Просто очень соскучилась, - она легко коснулась губ девушки и вновь прильнула к ее плечу. - Я тоже, - после тяжёлого вздоха произнесла Йеджи, - А ещё я люблю тебя, - она проговорила это с искренней улыбкой на лице. - И я тебя, - куда-то в шею сказала Рюджин. Эти слова... В них так много смысла, так много чувств и переживаний. И через всё это девушки уже прошли. Они находились в отношениях чуть меньше двух лет. За это время они признавались друг другу в любви десятки и сотни раз, но несмотря на это, каждый раз, когда звучат эти слова, по спине пробегают мурашки. Однако было то, что со временем изменилось. Теперь уже не было взволнованности, эти слова вызвали теплые чувства расплывающиеся в груди. Да, эти двое безусловно любили друг друга. У них была необычная история, и такая же необычная любовь, но всё-таки любовь, да не просто, а сильнейшая, чистейшая. Несмотря на нередкие ссоры и обиды, девушки любили. Когда-то кто-то мудрый сказал "Любят не благодаря, а вопреки". Также и они, они любили друг друга вопреки всем трудностям. У них у обеих были сложные характеры и свои особенности. Но ничто из этого не было сильнее их любви. Первая встреча девушек оказалась искрой, которая впоследствии стала источником пламени - пламени чувств. Произошло это несколько лет назад. Уже тогда девушки поняли, что их взгляды пересекаются не просто так, их сердца ускоряются, а дыхание сбивается не просто так. Маленькая искринка все больше и больше разгоралась в них. Но несмотря на неудержимую любовь, они не были ослеплены ею. У обеих были трудные жизни, и соответственно такие же трудные характеры. Спустя некоторые время общения, когда уже приближался момент для того, чтобы съезжаться в одну квартиру, Йеджи рассказала о своих особенностях и правилах. Чтобы их понять, нужно сначала терпеливо послушать историю ее жизни, ее детства. Семья Хван была многодетной, в ней было четверо детей, старшей из которых была Йеджи. Родители далеко не самые благополучные. Девушка до сих пор не знает, любили они своих детей или нет. Отец имел пристрастие к алкоголю, точно также как и мать. Они редко выходили из состояния опьянения, следовательно все заботы о младших были на хрупких плечах Йеджи. Она ухаживала за своими братьями и сестрами, делала с ними уроки, не забывала и о своих. Наглядный пример неудачной жизни был у нее перед глазами, поэтому девушка прикладывала все силы, чтобы не оставлять учебу, несмотря на все трудности. Она жаждала другой жизни. Безусловно, в такой семье и речи не могло идти про личное пространство, свободу и творчество. Все дневное время Йеджи уходило на домашние дела и учебу. Но ее душа страдала от отсутствия уединения. Тогда девушка нашла способ, как скрасить свою жизнь. Каждый раз после того, как она укладывала всех спать, ночь с распростертыми объятиями ждала ее. Йеджи уходила из дома. Она не занималась ничем плохим, лишь успокаивала свой внутренний мир, наслаждаясь природой. Девушка часто гуляла по лесу, наблюдала за звёздами, сидела под деревьями. Она наслаждалась тишиной и уютом ночи, которой ей так не хватало в жизни. Это стало ее привычкой. Несмотря на то, что ей сейчас 22 года, она каждый раз уходит на ночные прогулки. Главным условием этих прогулок было одиночество. Никому нельзя было присоединяться к ней, даже ее любимой. Также из-за проблем с родителями пьяницами девушка привыкла спать одна. Если рядом были родители это было опасно. Она искала любую возможность, чтобы огородить их, не дать пройти к детям. Йеджи могла спокойно спать только в одиночестве. Неясно, действительно ли это ей нужно было в 22 года, но это также стало привычкой. Она любила Рюджин, безусловно любила, но часто засыпала не с ней. Йеджи могла пойти в гостиную на диван или в гостевую комнату. Главным условием было одиночество. Эти условия были озвучены Рюджин ещё до того, как девушки съехались, и она согласилась. Она понимала и принимала особенности Йеджи. Однако где-то глубоко внутри это ее ранило, ведь у нее тоже были свои особенности, которые являлись полными противоположностями для Йеджи. Рюджин росла в хорошей семье с добрыми и любящими родителями и младшим братом. Все были до безумия дружными и попросту счастливыми. Рюджин привыкла к теплу, к уюту и спокойствию. Она очень любила свою семью и сильно зависела от нее. Однако ее безусловное счастье продлилось до 13 лет. В один день, когда родители забирали ее младшего брата с занятий по футболу, начался дождь. "Ничего необычного", - подумала Рюджин и продолжила читать книгу. Однако в следующий раз она видела такой же мрачный дождь на похоронах - на похоронах ее семьи. Из-за сильного дождя отец потерял контроль над машиной, и они вылетели с дороги. Погибли... Погибли все. В этот момент мир Рюджин рухнул. Вся окружавшая ее любовь исчезла так, будто бы никогда и не существовала. Она осталась одна. У нее не было других родственников. С этого дня закончилось ее тепло. Она сильно горевала. Казалось, что это событие сломало ее. Так это или нет, нам никогда не суждено узнать, однако это точно повлияло на нее. Вскоре девушку поместили в детский дом, где уже, конечно, не было той заботы, к которой она привыкла. С того дня Рюджин всегда было холодно. Неясно был ли это и вправду физический холод или мороз на душе покрывал льдом все ее тело изнутри. Она многие годы провела во льду. В 18 лет девушка переехала в квартиру, оставленную родителями, но там мороз и вовсе поглотил ее. Знакомые ей стены, места, кажется те же комнаты, но они потеряли что-то очень важное. Они потеряли тепло. Вскоре нашлось то, что было способно растопить лёд в ней. Это были объятия с Йеджи. Когда они впервые обнялись, Рюджин почувствовала как тепло, раскрывающееся внутри, начало раскалывать многолетние льдины в ней. Она влюбилась в Йеджи. Влюбилась отчаянно и всем сердцем, готовая на все ради нее. Безусловно, ее правила причиняли Рюджин боль, но она любила. Несмотря ни на что, любила. Когда ночами Йеджи уходила на долгие прогулки, Рюджин вновь погружалась в холод. Мороз распространялся в ней, ожидая когда же объятия снова растопят его. Сейчас же эти двое сидели напротив друг друга за кухонным столом. В окружении пламени свечей они молча смотрели друг другу в глаза, наслаждаясь уже привычным, но навеки прекрасным взглядом любви в глазах напротив. Им не нужно было говорить, они понимали все без слов. Поздний ужин проходил в тишине, которую изредка нарушало лишь трение посуды об стол. Но эта тишина была наполнена любовью, которая выражалась в каждом движении, в каждом случайном касании, в каждом взгляде и в каждой улыбке. Убрав посуду со стола, Йеджи задула свечи, и, переплетая пальцы с пальцами Рюджин, повела ее к спальне. Та лишь спокойно улыбалась, любуясь своей девушкой, которая, сев на кровать, потянула ее к себе. Рюджин с удовольствием поддалась, окунаясь в объятия своей девушки. Она растворилась в ней, вдыхая ее аромат и наслаждаясь каждой секундой проведенной вместе. Йеджи была ее спокойствием, ее счастьем и всем ее миром. Рюджин прижималась ближе к своей девушке, уткнувшись лицом ей в шею и поглощая то тепло, которое она излучала. Приглушённый свет комнаты окутывал их, давая неимоверное пространство для их любви. Они привыкли это делать. Часто перед сном они просто долго лежали в обнимку. Йеджи прекрасно знала, как сильно в этом нуждалась Рюджин и насколько важно это было для нее, поэтому никогда не отказывала ей. Она и сама, несмотря на принципы из своего прошлого, начала получать удовольствие от объятий, но только с Рюджин. Йеджи обнимала ее, гладила, целовала в лоб или в затылок. Ей было сложно выражать эмоции, но она научилась и старалась показать всю ту любовь, которая хранилась в ее сердце. - Почитаешь мне, пожалуйста, - Рюджин приподнялась и взглянула в глаза своей девушки с ярко выраженной надеждой в душе. - Да конечно, солнышко. Принеси, что хочешь, - ответила Йеджи, заправляя выпавшую прядь за ухо своей девушки. Рюджин тотчас же вскочила и, подбежав к книжным полкам, остановилась, размышляя насчёт произведения. В итоге, ее выбор пал на книгу "Маленький принц". Она уже десятки, а то и сотни раз слушала и читала это произведение, но оно все равно оставалось ее любимым. Рюджин вернулась к Йеджи и с радостью на лице вручила ей книжку. Та лишь улыбнулась и вытянула руку, приглашая девушку к себе. Рюджин с удовольствием вернулась в теплые объятия. Прикрыв глаза, она удобно разместилась у бока своей девушки и начала слушать. Это давало ей неимоверное удовольствие. Безусловно, она любила слушать свою девушку, но было ещё кое-что. До несчастного случая родители нередко читали ей книги, или же они читали их вместе. Это была традиция объединения и выражения абсолютной любви. Затем случилась трагедия. Рюджин пришлось забыть об этом на долгие годы, пока она не встретилась с Йеджи, с которой они возобновили традицию. Спустя полчаса Йеджи отложила книгу и стала просто наблюдать за своей девушкой, которая в расслабленном состоянии наслаждалась моментом. Рюджин, почувствовав на себе взгляд, не открывая глаза потянулась к губам своей девушки и оставила короткий поцелуй. Йеджи аккуратно взяла свою девушку за шею и притянула к себе для другого поцелуя. Она мягко накрыла чужие губы, которые с удовольствием отвечали ей. Йеджи целовала медленно и нежно, стараясь показать каждую частичку своих чувств. Рюджин, все также прижимаясь к девушке, продолжала наслаждаться ее теплом. Спустя мгновение Йеджи аккуратно переложила Рюджин на спину, придерживая ее спину рукой, дабы не вызвать трудностей. Она начала гладить ее талию, пропуская руку под футболку. Рюджин же лишь обвила ее шею руками и продолжила уделять все внимание поцелую. Через некоторое время Йеджи разорвала поцелуй, опускаясь ниже. Она покрывала ее невесомыми поцелуями, неимоверно чувственными и горячими. Рюджин чувствовала на себе лишь горячие следы от поцелуев. Она знала Йеджи, она знала ее привычки, она знала ее любовь, поэтому лишь, прикрыв глаза, наслаждалась каждым ее касанием. Йеджи не составило никакого труда избавиться от одежды на девушке. Она все также продолжала осыпать ее поцелуями, но теперь уже не забывала уделять вниманиме груди, ключицам и бедрам. Покрыв каждую мельчайшую часть тела своей девушки горячими прикосновениями, Йеджи вернулась к губам Рюджин и после недолгого поцелуя задала немой вопрос. Рюджин лишь коротко кивнула. Йеджи продолжила целовать ее, медленно проникая пальцами внутрь. Рюджин растворялась в ее руках. Для нее в мире нет ничего прекраснее ее девушки. Каждое касание и каждый выдох вызывали у нее бурю в груди и мурашки по всему телу. Обвивая шею руками, она пыталась выразить всю свою нежность через поцелуй. Мягкие губы Йеджи, уже давно знакомые, но все такие же желанные, сияли под слабым светом лампы, неизбежно привлекая ее. Йеджи начала аккуратно двигать пальцами внутри девушки, поглаживая второй рукой ее талию. Она прекрасно знала каждый сантиметр своей девушки, но каждый раз будто бы изучала его заново, очерчивая подушечками пальцев талию и грудь, поглаживая шею и ключицы. - Ещё, - тихо произнесла Рюджин, ненадолго отстранившись от нее. Этого было достаточно для Йеджи, чтобы понять, чего хотела ее девушка. Она приложила большой палец к ее пульсирующей точке и, слегка надавив, начала выводить узоры круговыми движениями. Рюджин разорвала поцелуй и, прижавшись к своей девушке всем телом, начала стонать куда-то ей в шею. Йеджи свободной рукой приобняла тело Рюджин и прижала к себе, помогая ей. Она продолжила осыпать поцелуями ее щеки и шею, не забывая шептать ласковые слова около уха. Спустя несколько минут Йеджи почувствовала, что хватка на ее плечах стала крепче, а тело под ней начало дрожать. Понадобилось ещё несколько толчков, прежде чем Рюджин покинули все силы. После разряда дрожи по всему телу, она расслабилась, падая вновь на кровать. Йеджи одной рукой гладила ее талию, а второй заправляла выбившиеся пряди волос ей за ухо, наблюдая за тем, как ее девушка пыталась отдышаться. Та вскоре открыла глаза. - Обними меня, пожалуйста, - тихо послышалось в воздухе. Ее взгляд был прикован к глазам девушки напротив. Такие глубокие, такие красивые, такие невероятные и такие родные. Рюджин не могла представить ни одного дня без этих глаз. - Конечно, солнце, - Йеджи легла рядом и притянула девушку к себе, обнимая ее обеими руками. Рюджин удобно устроилась на одной ее руке, обнимая ее за талию, и уткнулась головой в шею. - Люблю тебя, - сказала Йеджи, вновь играясь с волосами девушки. - И я тебя, - она ближе прижалась к Йеджи, будто бы опасаясь чего-то. А опасаться было чего. Несмотря на всю нежность момента, она прекрасно знала, что Йеджи уйдет, оставив ее одну на некоторые время, а может и на всю ночь. Часто возвращаясь с ночных прогулок, она ночевала не с ней. Рюджин уважала границы своей девушки. Да, безусловно, она знала об этом заранее и сама же согласилась. Но было бы обманом сказать, что это не причиняло ей боль. Каждый раз оставаясь наедине с собой ночью, она вновь замерзала. Тот холод, который был в ней многие годы и душил, не давая покоя, возвращался окутывая с большей силой. Она прижимала колени к себе и жмурила сильнее глаза, стараясь быстрее уснуть, чтобы не быть захваченной этим омерзительным чувством опустошения. Но все тщетно. Она терпела это чудовище, захватывающее ее, отчаянно ожидая, когда же любимые ею руки вновь окутают ее объятиями, вырывая из этого кошмара. Впервые почувствовав хват этих рук на себе Рюджин поняла, что они творили магию. Произошло это в конце их первой встречи. Тогда Рюджин было 17 лет. Где-то издалека она наблюдала странную картину. Двое из ее класса попытались выхватить сумку у проходящей рядом девушки, которую, как она позже узнала звали Йеджи. Им не удалось осуществить свой план. А вот девушка сполна отчитала их. Рюджин видела ярость в ее глазах. Казалось, это был не человек вовсе. Безумная злость овладела ею мгновенно, заглушая все остальные чувства. Это был первый и единственный (до определённого момента) раз, когда Рюджин видела эту девушку в таком состоянии. Вскоре парней наконец отпустили, и она посчитала своим долгом подойти к этой незнакомке. - Здравствуйте, извините, что влезаю не в свое дело, но я хотела бы извиниться за этих парней. Они из детского дома и пытаются хоть как-то понять, для чего созданы, - стесняясь взглянуть в глаза незнакомке, произнесла Рюджин. - Ну здравствуй. Это все, безусловно, печально, но все равно не является оправданием для их поступка. Я знаю много хороших людей, которые были воспитаны в детском доме, - тон Йеджи стал намного спокойнее. Она уже не злилась, а лишь объясняла этой маленькой незнакомке свою точку зрения. - Да, это так, есть много хороших. Я правда с ними не общаюсь, но они на самом деле хорошие, - продолжила Рюджин, наконец осмелившись взглянуть в глаза напротив. Такие красивые и завораживающие глаза с ноткой строгости и поучительности, будто бы стараются донести до собеседованика смысл сказанного. - Почему? - изогнув одну бровь, поинтересовалась Йеджи. Так и началось их общение. В тот день они очень много говорили и узнали разное друг о друге. Почему-то их обеих сразу потянуло друг к другу. Йеджи восхитило то, что несмотря на свое окружение, на непростую жизнь и попросту издёвки со стороны окружающих, Рюджин осталась доброй и отзывчивой, старающейся помочь всем и всему. Рюджин же была в восторге от этой девушки, которая не спешила постоянно, спокойно разговаривала с ней, лишь иногда поправляя, а не хвалилась своим величием, как это делали остальные. С самого начала она поняла, что что-то магическое было в Йеджи. Но когда они, договорившись о следующей встрече, обнялись на прощанье, все сразу стало ясно для Рюджин. Секундные объятия сумели растопить многолетний лёд внутри нее. На одно мгновение ей стало неимоверно хорошо. Не хотелось никуда уходить, ни о чем не думать, лишь обниматься с этой девушкой, наслаждаясь ее теплом. Далее девушки все чаще и чаще начали проводить время вместе, а позже признались друг друга в чувствах. На тот момент Рюджин уже было 18, поэтому она могла спокойно переехать из своего родительского дома к Йеджи. Но до этого момента, они обсудили все особенности друг друга и правила, которые нужно будет соблюдать. Одним из таких правил было не отвлекать Йеджи во время ее ночных прогулок. Лишь единожды Рюджин осмелилась нарушить его, о чем сильно пожалела. Была такая же уютная ночь, как и сегодня. После долгих объятий Йеджи встала с кровати и начала одеваться. Рюджин обычно засыпала после этого, но не сегодня. Она очень хотела побыть вместе со своей девушкой. - Я хочу с тобой, - оживлённо произнесла она, смотря яркой надеждой на свою девушку. - Нет, - короткий и безэмоциональный ответ, как удар плетью, осадил ее пыл. - Пожалуйста, Йеджи, я не буду тебе мешать, - она схватила за запястье уже уходящую девушку. - Нет, - Йеджи вырвала свою руку из плена и, обернувшись, яростно взглянула на девушку. Это был второй и последний раз, когда Рюджин видела Йеджи в таком состоянии. Злость, ярость и гнев читались в ее взгляде. Это напугало Рюджин, и она спешно отошла от девушки. Далее последовал хлопок дверью и тишина. Йеджи ушла, как и всегда, оставив ее одну. Рюджин уже была знакома с этим, но почему-то именно в этот день, ей было особенно больно. Укутавшись в одеяло, она пыталась выкинуть из головы взгляд разгневанной девушки. Йеджи всегда была нежной с ней, поэтому ее ярость оказалось до безумия устрашающей для Рюджин. Вскоре она уснула, но уснула со слезами на глазах и дрожащими губами. На следующее утро Йеджи вела себя будто бы ничего не произошло, была все такой же заботливой и аккуратной. С той поры прошло уже около года, но девушки никогда не обсуждали это. Рюджин не забывала этого, мысли об этом всегда тяготили ее. (Включите песню) Так и сейчас, Рюджин лежала в объятиях своей девушки, но сердце ее было неспокойно. Чем ближе была секунда разлуки, тем тяжелее ей было. Она разрывалась между желанием разделить эту страсть своей девушки вместе и страхом вновь быть отвергнутой. Спустя треть часа Йеджи аккуратно убрала руки. Как и обычно она начала собираться для прогулки. Когда сборы были окончены, она подошла к своей лежащей девушке, которая не спускала с нее глаз, чтобы поцеловать ее на прощание. Когда она отстранилась и готова была уйти, на запястье почувствовалась все та же рука, но в этот раз хват был намного слабее. Рюджин еле касалась ее, страшась реакции. - Стой, а можно я с тобой? - голос ее дрожал, а сердце билось с неимоверной скоростью. Ее глаза, полные надежды и отчаяния одновременно, бегали по лицу девушки, стараясь уловить любое изменение эмоции, - Можно я с тобой? - повторила девушка, и когда ответа вновь не последовало, она отпустила руку Йеджи и опустила взгляд, - Прости, - еле слышно, произнесла она, перед тем как вовсе замолкнуть. Йеджи смотрела на лицо своей девушки, которые было освещено сиянием одинокой лампы в комнате. Свет так аккуратно касался черт ее лица, очерчивая каждую столь любимую ее изюминку. Невероятно красивое, но неимоверное печальное лицо. Йеджи металась между своей традицией и бесконечной любовью к девушке. - Да, - так тихо повисло в воздухе. Рюджин быстро подняла глаза и взглянула на Йеджи так счастливо и тепло, будто бы заново влюбилась. - Ты серьезно? - с нескончаемой надеждой, но все ещё с трепетным страхом произнесла она. - Да, - Йеджи слабо улыбнулась уголками губ, но когда ее обвили самые любимые ее руки, бесконечно благодаря и целуя в щеки, она расплылась в улыбке, радуясь тому, что сделала правильный выбор.

***

Спустя полчаса девушки гуляли по лесу. Йеджи сплела пальцы их рук вместе и уверенно вела свою девушку вперёд по уже знакомому маршруту. Рюджин же сияла от счастья, не веря в происходящее. Она лишь шла за своей девушкой. Ей не важно было, куда они идут, важно, что они были вместе. Вскоре девушки оказалось у маленького озера в лесу. Лунный свет, отражаясь от гладкой поверхности, слабо освещал природу вокруг. Десятки деревьев, сотни цветов и множество зверей. Не это ли прелесть мира? Йеджи села на уже изученное ею поваленное дерево и притянула девушку к себе. Та покорно села рядом и, наблюдая за озером, положила голову ей на плечо. - Можно задать один вопрос? - тихо произнесла она, стараясь не нарушать идиллию ночи. В ответ последовало согласное мычание. - Почему ты в этот раз не стала злиться на меня, а решила взять с собой? - она боялась задавать этот вопрос, но любопытство взяло вверх. - Сначала я вновь начала злиться, но потом просто задумалась. Раньше эти прогулки были моим способом убежать из дома от суеты и кошмаров. Ты же знаешь мою семью. Но сейчас мне незачем больше убегать. Я люблю тебя и хочу разделять эти моменты уединения с природой с тобой. Мне жаль, что мне понадобилось два года, чтобы понять это, - Йеджи положила свою голову на макушку Рюджин, прижимая ее к себе. - Спасибо тебе за это. Для меня это очень важно. Мне действительно было плохо без тебя, - Рюджин благодарно улыбнулась и захваченная спокойствием прикрыла глаза. - Расскажешь? - Йеджи действительно звучала так, будто бы не знала об этом, - Я почему-то никогда не задумывалась об этом. - Да, но не сейчас. Сейчас хочу наслаждаться всем этим. Девушки вернулись домой ближе к четырем часам утра. Они обошли, кажется, весь лес. Но говорили они немного. Им не нужны были слова, чтобы понять друг друга. А это было лишь очередное испытание, которое они прошли на пути к безграничной любви. Рюджин легла в кровать, дожидаясь свою девушку, которая ушла в душ. Но усталость взяла над ней верх, и она прикрыла глаза. К тому же это была первая ночь, когда она не замерзала. Ей было хорошо. Несмотря на то, что в эту секунду Йеджи рядом не была, она точно знала, что скоро ее девушка вернётся и обнимет ее. Она лишь лёжа дожидалась этого момента. Йеджи вошла в комнату беззвучно. Подойдя к столу, чтобы выключить лампу, она взглянула на раскрытый блокнот своей девушки. Там она увидела следующие строки Стой, можно я с тобой? Ведь ты даруешь мне покой. С тобой огнем я наполняюсь. И в дебрях счастья я скитаюсь. Стой, можно я с тобой? Источник радости ты мой. Ведь без тебя я замерзаю, И без тебя себя теряю. Стой, можно я с тобой? Сама путь выберешь, какой Не суть, на все ведь я готова. С тобою счастлива дорога. Стой, можно я с тобой? Прошу, любовь, побудь со мной. Ты мне с нужна, с тобой пылаю. Но без тебя я погибаю. Йеджи была одновременно в восторге от способностей своей девушки и в ужасе от того, как долго она не замечала, что причиняла ей боль своей отстранённостью. В эту же секунду она выключила свет и легла рядом с Рюджин, прижимая ту к себе. Перед тем как уснуть она прошептала слова любви, которые тотчас же услышала в ответ, хотя думала, что ее девушка спала. Любовь, да, именно любовь, помогла этим двоим. Нет, не так. Любовь спасла этих двоих. Две сломанные судьбы помогли друг другу найти счастье в жизни благодаря любви. Столько трудностей и препятствий было на их пути, но они прошли все, и помогла им в этом любовь. Они любили бесконечно и отчаянно, безгранично и неумолимо, нежно и аккуратно. Они любили не благодаря, а вопреки, принимая все особенности друг друга.