Падающая звезда и бронзовка

Странный запах достиг дыхальца Кармы, когда тот помогал Эфиру таскать ящики со склада. Он исходил из подсобных помещений, где обычно Спектро и его сын готовили микстуры и зелья, сушили травы, заговаривали обереги. Запах был очень резкий, настолько, что Карма мог назвать отдельные его компоненты. Еще он был странно манящим. Он кружил голову и Гварцеец невольно сильнее вдохнул этот аромат, исходящий со стороны подвальных помещений. Поразмыслив, он решил что эти бесконечные ящики со склянками, бирками и жгутами могут и подождать некоторое время, пока он проверит, что же так необычно пахнет в их временном пристанище. Спустившись по винтовой лестнице, от которой его всегда нездорово укачивало, хотя хозяевам этого магазинчика она нравилась, он снова потянул чудной запах, пытаясь различить, в какой из нескольких комнат находится его источник. Он прошел дальше по коридору, минуя первые пару дверей, ведь рядом с ними аромат был самым слабым. Он пооткрывал парочку дверей, пока не зашел в комнату со всяким зельеваренческим оборудованием. В этой комнате Карме всегда было неуютно: вечно приглушеный свет, ведь он мог повлиять на приготовление зелий, химозный сладковатый аромат от сушеных конечностей монстров подземелий неприятно щекотал его дыхальца. Горелое пятно на полу навевало воспоминания о дне, когда еще только пришедший в эту лавку Карма решил осмотреть каждую комнату, случайно задел подсвечник и чуть не устроил пожар. Рыцарь немного поежился, ища источник странного аромата. Его взгляд наконец упал на небольшой чугунный котелок, в котором бурлила перламутровая малиновая жидкость, а над ним с довольно хмурым лицом склонился его Волшебник. Лицо Чародея тут же посветлело, как только он узнал в угловатом силуэте своего спутника. – Привет, Карма, что-то случилось? – Волшебник паралельно засыпал какую то толченую траву в котелок, от которой жидкость бриобрела более красный оттенок. – Я на запах пришел, что это такое вонючее ты кашеваришь? – недовольно проворчал Карма, не рискуя заходить дальше в нелюбимую комнату. Сзади появился Эфир, который спустился предположительно для того, чтоб забрать своего разнорабочего обратно, но решил немного послушать препирательсва путешественников. Рыцарь приметил, как Спектро подавил ухмылку. – Правда, так сильно пахнет? Неприятно? – Я бы не сказал. Пахнет какой то пылью, грязью, тканью, которую ты обычно одеждой называешь, но с каким то травянистым душком. И жженым сахаром. Еще и магией пахнет сильнее чем обычно. Спектро округлил глаза в быстро осознании. Он взмолился всему святому, чтоб Карма не заметил, насколько покраснело его лицо. Он скашлянул в кулак и лишний раз помешал содержимое котелка, которое уже вернулось к своему изначальному малиновому цвету. Гвардеец подумал, что это опять какая-то очень заумная штука, которую такому несведущему в магии простаку не понять, вот Спектро так сильно и тянет с ответом. Махнув рукой на это дело, он понадеялся что Волшебник поскорее закончит варить свое варево и избавит Рыцаря от надобности ощущать эти резкие запахи. Он молча вышел из подвала, чтоб продолжить таскать ящики. Эфир оглянулся на Спектро. – Что ты готовишь? – Амортенцию...