Парадокс Розы

In Between Days

В тот день прекрасная и румяная Роза присоединилась к своей семье и Гермионе за обедом на большой кухне. На лице Ремуса была самая злая ухмылка, а Белла просто хихикала над ней. Гермиона, напротив, снова надулась. Грейнджер действительно начинала походить на Пэнси. — Знаешь, если тебе трудно вспомнить, как активировать заглушающие чары... — начал Ремус. — Ох хаха, обхохочешься Луни! — Роза покраснела еще сильнее, а Ремус начал смеяться. Гермиона скривилась. — Да ладно, Гермиона... — Белла тронула девушку за плечо. — Ты же не знаешь, как устроена наша семья, расслабься немного. Гермиона вздохнула и начала наполнять свою тарелку. Роза посмотрела на Беллу и закатила глаза: с ее подругой что-то происходило. Белла, однако, нашла это интересным развитием событий. Белла хорошо знала свою падчерицу. В семье Блэков, по крайней мере, в этом поколении, было очень открыто и спокойно относятся к магическому и сексуальному поведению, особенно после того, как Белла вышла замуж за Джеймса. Роза рассказала Белле, что рассталась с Седриком два года назад, потому что он не хотел участвовать в ее фантазиях и даже не думал о том, чтобы разделить их. Когда девушка сказала, что хотела бы увидеть его с другой девушкой, парень вышел из себя и назвал ее шлюхой. Седрик оказался почти не дееспособен после того, как на него обрушилось столько проклятий от Розы и ее друзей. Казалось, что близнецы Уизли были более веселыми в прошлом году, хотя их приключения вызвали небольшой разлад между семьями. После того как семья узнала о ситуации с Розой, встречавшейся с обоими одновременно, начались разногласия. Но, по словам самой Розы, они были хороши только в малых дозах. Потом был Невилл и их ситуация дружеским перепихоном. Роза сказала, что это было связано с тем, что их магия хорошо чувствовалась вместе, и с тем, что ей нравилось наблюдать за ним и Ханной вместе. Гермиона тоже пыталась, но Белле казалось, что если ее дочь и любит наблюдать за другими, то девушки ее просто не интересуют. В целом это облегчало то, что Белла решила сделать. Сама старшая ведьма была в некотором роде свободной душой. Молли, "королева грубиянов" Уизли, даже обвинила ее в том, что она повлияла на девочку, чтобы та стала, как она выразилась, "алой женщиной". Бедная Молли, она не знала, но Белла получила это от Поттеров, а не наоборот. С мягкой улыбкой она вспомнила Джеймса и Лили и их приключения. Когда-нибудь она будет сидеть с Ремусом и Пол, и пугать своими историями Гарри и Розу на всю жизнь. — Мама... — Голос Розы вернул ее из воспоминаний. — Пожалуйста, не позволяй старине Брайану забрать Гарри. Он и эта жирная сука будут изучать его, как подопытного кролика. Он спас нас. — Роза! Не говори так о профессоре Снейп и директоре Дамблдоре, они - учителя! — Гермиона сделала замечание, на что Роза лишь махнула рукой. — Что происходит между тобой и этими учителями, Миона? Ты же умнее! Почему ты так себя ведешь? — спросила Роза. Ремус, приподняв бровь, посмотрел на Беллу, а затем кивнул. Это только укрепило Беллу в ее решении.

***

В больнице Святого Мунго, в отделении лечения от тяжелых проклятий, Сьюзен Амелия Боунс очнулась на несколько недель раньше, чем ожидалось. Она лежала в кровати с белыми простынями, одетая в голубой халат, а ее волосы были в беспорядке. Все ее тело болело из-за проклятия, наложенного на нее Сириусом "Без имени", и все же, вопреки всему, Сьюзен знала, что должна проснуться. Ей снова снился он, человек, который на её глазах превратился из маленького испуганного ребенка, запертого в шкафу под лестницей, в могущественного волшебника, а затем и в смертоносного воина. Ее Гарри, ее спаситель. Тётя Амелия, профессора и все медиумы, которых она посещала в младенчестве, говорили, что его не существует, что он просто воображаемый друг, которого она создала, чтобы справиться со смертью родителей и одиночеством ранних лет, и что он исчезнет со временем, когда она вырастет. Но сны никуда не исчезли. В своих мечтах они росли вместе, она видела, как Гарри попадает в Хогвартс и встречает другую Сьюзен, почти такую же, как она. Но она насмехалась над ним, называя Гарри наследником Слизерина. Тогда-то он и решил, что его Сьюзен, о которой он кричал, была всего лишь фантазией его разума. Но как она могла быть его мечтой, если он был мечтой, созданной ею? Теперь ей снилось, как она смотрит с потолка в Завесе на свое собственное проклятое и сломанное тело, как тетя Белла падает в страшную пропасть, а он приходит и спасает ее. Ее Гарри. Он выглядел таким растерянным и потерянным. Гарри пришел, а Сьюзен умирала, ее магия почти полностью покинула ее. Но мощный магический всплеск, вызванный Беллой и им, спас ее. Он подзарядил ее магию, и не успела она опомниться, как снова оказалась в своем теле. И вот теперь она проснулась. И он был здесь! — Или нет? Что, если это был всего лишь сон, и на самом деле его не существует? Но я чувствую его магию внутри себя... — подумала она, откидываясь на подушку. Прежде чем она успела подумать что-то еще, в палату вошла нервная медведьма с медсестрой и начала засыпать ее вопросами. — Может, все это был просто сон... — вздохнула Сью. Сьюзан вздохнула, она скучала по Розе и Ханне.

***

После тоскливого обеда Гарри лёг на удобную кровать (он не помнил, чтобы в Гриммоулде были такие хорошие кровати) и, немного успокоившись от переполнявшей его магии, попытался подумать о чём-нибудь другом, кроме как о том, что в соседней комнате кончает его милая женская версия. Первым делом он подумал о своем странном магическом поведении. Нужна ли ему такая разрядка, чтобы успокоиться на этот раз? Но даже если это и было таким небольшим облегчением, он опасался, что оно должно быть слишком частым. Если это окажется правдой, то ему, возможно, придется ожидать неловкого разговора с Беллой, а этого он очень не хотел. Другой мыслью было решение, над которым он думал все это время. Гарри был полон решимости не позволить Розе пройти через те ужасы, которые он пережил в своей прошлой жизни, или измерении, или временной линии, неважно (где была Полумна, когда нужна была безумная теория?) Он пережил слишком много смерти и горя, и никто не заслуживал этого. Его сердце сжалось от боли, вызванной воспоминаниями, но он отодвинул их в сторону, как делал это много раз в прошлом. — По крайней мере на время... — пообещал он себе в сотый раз. Ради этого он будет помогать Розе всем, чем сможет. Даже сражаться рядом с ней. А чтобы это получилось, прежде всего ему нужно было узнать все различия между их жизнями. Некоторые из них были совершенно очевидны. Во-первых, она была красивой и сексуальной девушкой, а не странным ботаником. Во-вторых, она не воспитывалась у Дурслей - это он уже понял. В-третьих, Беллатриса не была ни сумасшедшей, ни злой. И к тому же она была довольно сексуальной. И все же этого было слишком мало. Как только он завоюет доверие этих людей, он начнет расспрашивать, например, участвовала ли Роза в Турнире Трех Волшебников. Воспоминания о собственной даме мешали ему сосредоточиться. Гарри едва вспомнил что-то о задании, о цене, которую нужно заплатить за то, что он жив и свободен. Что ж, если они хотят чего-то добиться, то старым, или внешним богам, или тому, кто привел его сюда, придется в будущем уточнить кое-что. Здесь был не темный лорд, а темная леди. Гарри усмехнулся, прикидывая, кто еще из представительниц прекрасного пола может быть здесь. Он представил себе женщину Шеклболт и мужчину Тонкс, и содрогнулся при виде женщины Снейпа. Гарри был в предвкушении.

***

Задыхающаяся Дафна Энн Гринграсс вынула руку из черных трусиков и смотрела, как блестящая жидкость течет по ее пальцам. Это был сильный оргазм. Молодая художница и раньше кончала от своих рисунков, но ничего подобного не было. И это был даже не самый эротичный набросок, который она сделала с этого конкретного объекта. Это был мальчик, которого она даже не знала в реальной жизни, но который жил в ее мечтах и фантазиях столько, сколько она себя помнила. На наброске, который юная ведьма только что закончила, он был там, с грязными волосами и подтянутым телом, испещренным шрамами, сидя на кровати. Ее мать никогда не увидела бы этого рисунка, поскольку модель держала в правой руке эрекцию с выражением блаженства на лице. Рисование было настолько захватывающим, что как только Дафна закончила, ей захотелось прикоснуться к себе, чтобы закончить. Усевшись, Дафна взяла в руки этюдник с более критическим взглядом, как это обычно бывает у художников, критикующих свои работы, ищущих недостатки и способы улучшения. — Он немного похож на Розу... — подумала она. А еще он похож на мальчика мечты Сьюзен. Ведьма перелистывала прошлые страницы: именно этот скетчбук был заполнен изображениями этого необычного субъекта. Он катался на метле, читал из полемических книг, держал в руках палочку, убегал от толстого мальчишки в переулке, когда был моложе, строил палатку в лесу (и по какой-то странной причине выглядел тогда на год старше ее), стоял у могилы - она не могла сказать, чьей - где-то на пляже, чистил очки, на одной он целовал девушку, удивительно похожую на нее, на другой - совсем другую. И в нескольких случаях он занимался сексом с одной из них или с обеими. Она никогда бы не призналась, но это были любимые работы Дафны, и именно поэтому почти никто, кроме ее близких друзей, никогда не видел этот конкретный альбом для зарисовок. Она вздохнула и положила блокнот в сундук, предварительно сжав его. Завтра Дафна и большая часть школы собирались отправиться на экспрессе обратно в Лондон. Последние дни были тягостными без Роуз и Сью, и она задавалась вопросом, все ли с ними в порядке. Рассказы о нападении министерства звучали ужасающе, и она до смерти волновалась за своих подруг. Вдруг она услышала царапанье в окно и повернулась, чтобы увидеть снаружи красивую белую сову, которую она знала слишком хорошо. Дафна подбежала и с улыбкой открыла ей окно. — Привет, Хедвиг, у тебя есть что-нибудь для меня? — спросила она. спросила она, и сова гордо ухнула, протягивая лапку.

***

Гарри читал одну из книг по истории, которую он попросил у Кричера после здорового ужина (он был поражен тем, как хорошо здесь питаются Блэки), когда услышал стук в дверь. — Можете войти. — позвал он с кровати, закрывая книгу. Дверь открылась, и перед ним предстала Белла в шелковой и очень короткой красно-черной юкате. Гарри почувствовал, как пульсирует его магия, и быстро положил книгу на пах. — Она делает это, чтобы медленно убить меня, это единственное объяснение. Он снова попытался (и потерпел неудачу) не смотреть на белую долину между ее грудьми, на то, как они двигаются при ходьбе, на то, как ткань на ее бедрах заканчивается чуть ниже обещания красоты и похоти. Он хорошо питался, а его охранники были великолепными женщинами. Лучшая. Тюрьма. За всё время. Белла заметила, какой эффект она произвела на него, и озорно улыбнулась. Она наклонилась, опираясь попой на маленький столик рядом с дверью, чтобы он увидел, что скрывается под ее одеждой. — Я просто пришла проведать тебя, Гарри. Ты в порядке? — Да, наверное, а почему ты спрашиваешь? — Ну, похоже, у вас была какая-то... активность сегодня утром, с небольшим магическим отголоском. — Значит, она действительно следит за мной. — подумал он, краснея как Уизли. — Это было... ничего... Прости за это... — Эй, извиняться абсолютно не за что. Тем более что ты был не единственным. — Белла переложила свой вес с одной ноги на другую. Ее ухмылка стала еще шире. — С Розой все в порядке? — спросил он, снова почувствовав дежа-вю, но оно оборвалось, когда он услышал: — Да, я в порядке. — Гарри увидел, что девушка, выглядывающая из двери, расположенной за дверью комнаты, тоже покраснела. Она была одета в свою безразмерную футболку Sex Pistols. Она прислонилась к двери с мечтательным видом. Гарри обрадовался, что она не видит, что он делал, когда она закричала. — Хорошо, Гарри, я спрошу один раз. — Белла сказала это более серьезным тоном, надеясь, что разговор будет серьезным, прежде чем подростки начнут флиртовать. — Ты здесь, чтобы помочь нам? — Да. — Он ответил, не дрогнув. Выражение его лица изменилось, исчезло смущение подростка, теперь Гарри выглядел бойцом, который видел битвы, побеждал и проигрывал. Белла узнала огонь в его глазах, огонь, который был только у Поттеров. Она одарила его хищной улыбкой. Ведьме нравились эти глаза. С Джеймсом это всегда означало отличную драку или потрясающий секс, и Белла надеялась, что здесь будет и то, и другое. Роза, в свою очередь, была поражена, увидев, как застенчивый мальчик исчез, а на его месте появился опытный воин, каких она раньше видела только у своей матери и Римуса. Ведьма-подросток не знала, что она чувствует больше - восторг или страх. Даже его магия, казалось, изменилась вокруг них, превратившись из приветливой в яростную и защитную. Белла кивнула Гарри. Это был ответ, на который она надеялась. — Хорошо. Постарайся немного отдохнуть, завтра нам предстоит нелегкая битва с Дамблдором и Орденом. — История моей жизни за последние пару лет. Министерство пытается дискредитировать меня, Орден пытается приковать меня... нас. Я был там, пережил это. — Гарри пожал плечами. Он знал, что будет дальше, и был готов. Белла встала и поправила юкату, "случайно" дав парню бросить взгляд на пухлые губы и лобок. Гарри негромко застонал. Роза и Белла захихикали. — Спокойной ночи, Гарри. — Приятных снов... Лучшая тюрьма на свете.

***

Люди могли сказать, что Роза Поттер была очень разной: извращенкой, крикливой, проказницей, свирепой, преданной... но было кое-что, о чём не мог сказать никто, даже её самые большие ненавистники, и это была трусиха. Но, глядя на Гарри в ту ночь, зная, кто он такой, и чувствуя, как меняется его магия, она была уверена ещё в одном. Роза не была воином. Гарри был им. И это пугало ее. Белла заметила, как беспокойно нахмурилось лицо ее падчерицы, когда они вышли из комнаты мальчика. —Хочешь мне что-то сказать? — спросила старшая ведьма. Роза с сомнением посмотрела на нее, но потом сдалась. —То, как он изменился, когда ты спросила, поможет ли он нам... это было почти как другой человек, огонь в его глазах... — Я заметила... — Интересно, какой Гарри настоящий... Белла провела рукой по беспорядочным волосам Роуз и улыбнулась: она видела, как та растеряна, как Лили в начале войны, до того, как сама вступила в борьбу. — Оба, Роуз. Гарри сражался раньше, и он готов сражаться снова, но в то же время он все еще остается тем застенчивым краснеющим ботаником, с которым мы познакомились. Он сражался на войне, как и мы с Ремусом. — Роза прикусила губу, а Белла подняла бровь. — Что еще, Ро? Ты можешь рассказать мне... Роуз глубоко вздохнула. — Я... я чувствую себя невероятно неадекватной сейчас... — Почему?! — спросила удивленная Белла. — Я поняла, что я не такая, как та мама... я не воин... нужно ли мне стать такой, как он? Смогу ли я вообще это сделать? А что, если я не смогу? Столько людей рассчитывают на меня и... — Шшшш... — сказала Белла, обнимая свою дочь. — Не думай так, дорогая. Вы не один и тот же человек, и ты такая же яростная и сильная. Посмотри на меня, Роза... — Белла впилась своими фиолетовыми глазами в изумрудно-зеленые глаза Розы. — Я знаю этот взгляд, Роза, и цена, которую ему пришлось заплатить за него, была слишком высока, и я не хочу, чтобы ее заплатила ты, и если я правильно почувствовала его магию, то и Гарри тоже. Ты сильнее, чем можешь себе представить, и с нашей помощью ничто не встанет на твоем пути. Роза крепко обняла мачеху, улыбнувшись ей. — Спасибо... — прошептала она. Роуз не была воином, это правда, но она станет им ради своей матери и всех, кого она любила.

***

Гермиона сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Она поняла, что что-то не так, как только ее магия вступила в контакт с его. В ее голове что-то щелкнуло, и это сводило ее с ума, причем не в лучшем смысле. Гермиона была уверена, что все, что происходит с ней, происходит и с Розой. С ее Розой. Но Гермиона должна была спасти Розу от этого мальчика, если он вообще был мальчиком.

***

Пару часов спустя Гарри всё ещё не спал на своей кровати и смотрел на потолок, в голове мелькали образы ютары, футболок группы и губ, как верхних, так и нижних. — Ну вот, опять я сам по себе. — Гарри ворчал, полусознательно цитируя одну из песен Роуз, звучавшую сегодня. Но на этот раз он воспользуется душем. Отчасти для того, чтобы скрыть свои стоны и стенания, а отчасти потому, что напряженные мышцы требовали этого, причем громко, так как спина хрустела, когда он вставал. Белла шутила, что в таком состоянии заснуть будет невозможно. Гарри вошел в небольшую душевую, примыкавшую к его комнате. Он включил горячую воду и со стоном пустил ее на уставшие мышцы спины, погрузившись в собственные мысли. Это был другой мир, и даже его магия теперь вела себя странно. Он настолько погрузился в свои мысли, что не услышал, как открылась и закрылась дверь, и только прикосновение мягких, но решительных рук к его спине вернуло его к реальности, заставив вздрогнуть. — Похоже, у тебя была тяжелая жизнь... — Белла хриплым голосом проговорила ему в уши, проводя руками по его черным волосам. — Надеюсь, однажды ты почувствуешь себя достаточно комфортно, чтобы рассказать мне, что произошло. — Гарри застыл на месте, не в силах поверить в происходящее. — Что ты делаешь? — спросил Гарри, немного испугавшись, но чувствуя, как его тело и магия отвечают на её прикосновения. — Приветствую тебя и благодарю за спасение моей жизни. — Её руки пробежались по его груди, и он почувствовал её мягкие губы на своей шее и плечах. Ощущение её мягкой, тёплой груди, прижатой к его спине, было восхитительным после столь долгого времени, заставляя его тело реагировать ещё сильнее. Гарри почувствовал, как ее тело приблизилось к его телу, словно она хотела как можно больше соприкоснуться с его кожей. Ее руки продолжали бегать по его телу, с каждым разом опускаясь все ниже и ниже, пока не достигли бедер и лобка. Белла легонько коснулась основания его члена и провела пальцами по всей его длине. Мягко и медленно, словно пытаясь запомнить каждую деталь его большого члена. Белла глубоко вздохнула: давно у нее в руках не было члена Поттера, и, клянусь Морганой, она по нему скучала. — Думаю, я буду наслаждаться этим так же, как и ты... — произнесла она ему в уши, вызывая дрожь по позвоночнику. Быстрым движением она схватила его член обеими руками. Гарри не мог поверить в это. Беллатрикс Лестрейндж, нет, Беллатриса Блэк, дрочила его член. Она гладила его по всей длине, сначала медленно, наслаждаясь тем, как она действует на него. Белла прижалась бедрами к его заднице, и он почувствовал тепло, исходящее от ее сердцевины. — Расслабься, малыш... ты можешь отпустить её. — прошептала она. Белла взяла одну из его рук и направила ее в свое женское тело. Гарри застонал, почувствовав сначала ее мягкий влажный лобок, затем изгиб ее головки и жар ее половых губ. Отпустив свои запреты, молодой волшебник провел пальцами по ее нижним губам и с гораздо большим мастерством, чем ожидала Белла, начал дразнить ее клитор, заставляя ведьму стонать. Оба оставались там, пытаясь найти свой ритм под горячей водой. Поглаживая его член, Белла терялась в ощущениях, которые дарили ей умелые руки Гарри. Это было похоже на магию, пропущенную через его пальцы. Инстинктивно ведьма начала двигать бедрами, вжимаясь в его руку, увеличивая скорость поглаживаний. Гарри застонал, а Белла укусила его за плечо, чтобы заглушить свой собственный полный удовольствия голос. — Я почти... на краю... Белла! — сказал он в перерывах между звуками плескающейся воды, которую двигала ее рука. — Аааах... я тоже, детка... я тоже! — Белла чувствовала, как его магия вместе с его удовольствием нарастает и окружает их. Прошло совсем немного времени, и Гарри со стоном сжал зубы и почувствовал знакомое давление на пах, а затем выпустил в стену струю за струёй своей густой спермы, и он почувствовал, как вместе с ней высвобождается его магия. Белла укусила его еще сильнее, и Гарри почувствовал, как ее мышцы сжались, зажав его руки между их телами. Она отпустила его и повернула юношу к себе. Вокруг них царила магия, его глаза светились в тусклом свете. Гарри одарил ее плутовской улыбкой и наклонился вперед, чтобы поцеловать ее. Белла почувствовала, как по ее телу пробежали разряды электричества, когда их языки соприкоснулись, и она ощутила, что он все еще тверд, даже после того, как кончил. Белла продолжала целовать его, пока доставала свою палочку из раковины, и с помощью быстрого заклинания они оба почти полностью высохли. Сейчас ей было бы трудно вытереться в некоторых местах. Затем ведьма практически швырнула юношу на кровать. Она некоторое время любовалась им, его сияющими зелеными глазами и тонкими мышцами, его боевыми шрамами и большим эрегированным членом. Гарри сделал то же самое с ней, любуясь ее потрясающей грудью с манящими темными сосками и плоским животом. Ему захотелось облизать полоску ее киски, прежде чем погрузиться в ее текущие соки. Но когда он двинулся, чтобы сесть, она толкнула его обратно на кровать. — Нет, нет, детка, это я тебя благодарю... а теперь расслабься и получай удовольствие. — Белла склонилась над ним, целуя его грудь и живот, облизывая и покусывая. Гарри наблюдал, как эта красивая женщина с роскошными черными волосами поклоняется его телу. Одна ее рука вцепилась в его грудь, а другая нашла основание его члена и приподняла его. Белла поцеловала пульсирующую головку и посмотрела ему прямо в глаза, а затем погрузила ее в рот. Гарри застонал и откинул голову назад: черт, она была искусна! Старшая ведьма провела языком по нижней стороне его члена, одновременно энергично посасывая его. Ее голова покачивалась вверх-вниз, и Гарри гладил ее красивые волнистые волосы. — Оох... черт! Это потрясающе! — Он почти кричал. Он чувствовал, как внутри него что-то нарастает, что-то помимо оргазма, что-то в его магии. Со звуком, похожим на хлопок, Белла выпустила его член изо рта и усмехнулась, ведьма также могла чувствовать, что ее магия работает на другом уровне. Что-то происходило, но это было что-то настолько хорошее, чудесное, что ей захотелось назвать это, как будто они сближались, и их магия становилась единой. Белла чувствовала, как растет ее собственная сила, когда его магия соприкасалась с ее. — Это было только начало, детка... — Она приподнялась и испугала его, все еще держась за основание его члена, совмещая его со своим главным входом. — Боги... ты прекрасна! — Гарри наполовину говорил, наполовину стонал. — Ты говоришь это только потому, что я трусь своей киской о твой большой член. — она умела говорить грязно. — Скажи мне это утром, малыш, когда я непричёсанная в постели, не накрашена и не выпью свой первый кофе. — хихикнула она и поцеловала его. — Н... нет, это правда... — Гарри не успел договорить, как его член поглотила самая совершенная, теплая и влажная перчатка. Он мог только стонать, когда она принимала его в себя дюйм за дюймом с выражением блаженства. Белла застонала от удовольствия: только Джеймс когда-либо заставлял ее чувствовать себя такой полной! И двойной фаллоимитатор "Голиаф" Амелии, но это не был живой, теплый член, как этот! Действительно, палочка Поттера! Это поколение не утратило её, по крайней мере, в его мире! Когда их бедра наконец соприкоснулись, Белле потребовалась секунда, чтобы привыкнуть к ощущению полноты, ведь прошло уже много лет, и она смирилась с этим, прежде чем снова начать двигаться. Ведьма высоко подняла бедра, пока в ней не осталась лишь головка его члена, а затем снова опустилась с восхитительным влажным звуком. Гарри глубоко вздохнул и положил одну руку ей на бедро, а другой обхватил одну из ее потрясающих подпрыгивающих грудей размера Д. Белла продолжала двигаться вверх-вниз, теряясь в ощущениях от такого потрясающего траха после столь долгого времени. Гарри ущипнул ее сосок большим и указательным пальцами. — Похоже, они тебе нравятся... ааа... ты можешь играть с ними... столько... это хорошо... сколько захочешь... — Белла застонала. Прошло совсем немного времени, и Гарри начал отвечать на ее движения, поднимаясь вверх каждый раз, когда она опускалась. Белла застонала еще громче — О, блядь, да! глубже! Ее жидкость начала собираться на его животе. С хрюкающим звуком Гарри переместил руку на ее талию и схватил за ягодицу ее попку, сжимая восхитительную мягкую плоть. — БЛЯДЬ, ДА, ГАРРИ. ТРАХНИ МЕНЯ! Юный волшебник увеличил скорость и силу своих движений, заставляя Беллу кричать от восторга. Между ними и вокруг них нарастала магия, Гарри чувствовал, что она все ближе и ближе к нему. Он чувствовал ее возбуждение и близость оргазма. — ДА, ДЕТКАААА! — С последним криком Беллы Гарри почувствовал, как ее стенки прижимаются к нему, и он переполнился ее жидкостью, теснота оказалась слишком сильной для молодого волшебника, и Гарри взорвался своим семенем внутри ее лона. Он выгнул спину в последнем мощном порыве и выпустил свою магию. На этот раз выброс был гораздо сильнее, вся боль ушла. Белла почувствовала, как ее лоно и магическое ядро наполняются до краев. Оно было теплым, любящим и заботливым, словно мощный щит вокруг нее, чего она никогда раньше не чувствовала. Ведьма позволила себе рухнуть на него, и оба они были покрыты потом и сексуальной жидкостью. Белла задрожала, когда он провел ладонями по ее влажной спине. Прошли годы с тех пор, как она чувствовала себя так близко к кому-то. Даже Эми не была такой. В этом было что-то волшебное, что-то знакомое, чему она научилась несколько десятилетий назад в школе или в кругу семьи, но она никак не могла вспомнить, что именно. — Спасибо, Гарри. — Она прошептала ему на ухо, прежде чем медленно встать. — Ты не обязана уходить, знаешь? — заметил он и тут же почувствовал себя приставучим идиотом. Насколько он знал, это было все, один раз. — Это было потрясающе, детка, — сказала она, хватаясь за свою юкату. — Но нам обоим нужно немного отдохнуть. — Она наклонилась и поцеловала его. Гарри действительно выглядел уставшим, измотанным после всех этих дней, проведенных за созданием своей магии. — И Гарри, это было не на один раз. — Белла подмигнула ему и направилась к двери. Гарри уже крепко спал, когда она закрыла дверь.

***

Роза Поттер приходила в себя после собственного оргазма. Она была очарована, почти загипнотизирована, наблюдая за Беллой и Гарри из портативного отверстия в стене. Роза была поражена. Она никогда не видела, чтобы ее мама так кончала, зеленоглазая ведьма чувствовала их магический выброс в своей комнате, и это только усиливало ее собственную кульминацию. Розе нравилась ее тетя Амелия, она была ей почти как настоящая тетя, а Сьюзен - ее сестра по крови, но, черт возьми, она не доводила маму до таких оргазмов! Сильные - да, но не настолько. Она чувствовала, как после матча магическая ударная волна щекочет ее сердцевину, словно ласка любовника. Роуз могла только представить, что чувствовала сама Белла. Отвернувшись к кровати, Роза поняла, что не злится на маму. Ее отношения с Эми были в лучшем случае прерывистыми, а сама Роза была для мальчика никем. И все же. И это было удивительно наблюдать за ними. Но после этого шоу все, чего хотела Роза, — это оказаться на месте своей мамы.

***

Белла бросила последний взгляд на спящего подростка, прежде чем закрыть дверь. На лице ведьмы сияла улыбка, она никогда не испытывала подобных ощущений. Этот юноша подарил ей оргазм такой силы, что он вошел в резонанс с ее магией. Идя в свою комнату, она думала о Розе. Она спрашивала о нем, а он, Гарри, спрашивал о ней. Будет ли это странно? Справится ли она с ситуацией? Размышляя об этом, Беллатриса заметила слабый зеленый свет, исходящий из одной из комнат, которой давно не пользовались. Это была комната, которую ведьма избегала уже много лет, туда заходили только Кикимер и иногда любопытная Роза. Белла много раз пыталась его изменить с тех пор, как стала главой семьи Блэк, когда Сириус убил Регулуса и отрекся от семейной магии. Теперь, глядя на гобелен семьи Блэк на стене, она вспомнила, почему не смогла изменить ситуацию. Семья Блэков могла совершать не самые достойные поступки, но, глядя на длинный непрерывный ряд великих волшебников и ведьм, она не могла не испытывать гордости за свою наследственность. Но сейчас большое семейное древо светилось тусклым светом. Белла подошла к нему, всматриваясь в имена. Она шла до своей тети Дореи, которая вышла замуж за Карлуса Поттера. Под ним она увидела Джеймса и его сестру Катриону. Слева было имя Лили, связанное с Джеймсом, справа от Джеймса - ее собственное имя, а под ним - имя Розы. Белла посмотрела на нее широко раскрытыми глазами: кроме Розы, там появилось новое имя, не связанное, но под Джеймсом и Лили. Она прочитала: «Гарри Поттер»