записки на полях

      Пейзажи Ли Юэ схожи с поздней осенью у него на родине, если бы таковая вообще там существовала: золото осыпается прямо под ноги, ложась красивым, расписным ковром, точно приглашая насладиться красотами Гавани; ветер ласково треплет вихры рыжей челки и щекочет нос соленой, морской водой — им посчастливилось попасть в Гавань после изнуряющей жары прибрежных городов, и потому сейчас дышать кажется даже легче. Тарталья посещает другую страну с дипломатической миссией чуть ли не впервые и, отчасти, только поэтому становится непривычно тяжело: шашкой не помахать, нужно держать в узде свой характер и следовать правилам организации, потому что отношения у Царицы и Моракса более чем лояльные. Портить их не хотелось бы, да и это одна из первых его сольных миссий. Хочется выслужиться, хочется доказать, что он не просто мальчишка с непомерной силой, а способен приносить пользу.       Солнце в зените, но из-за северного ветра ощущается его влияние не так сильно, хотя Аяксу приходится жмуриться, чтобы разглядеть кого-то впереди. Первые недели проходят относительно спокойно. Он занимается делами организации, привыкает к людям, климату, много общается с местными. И позорится незнанием культуры. Поэтому решение о консультанте принимал уже не он, а другие предвестники. Найти того, кто мог бы помочь погрузиться в культуру, было не так уж и сложно, но вот ужиться с характером и диким норовом Тартальи — желающих было мало.       — Сяньшен! Рад снова Вас видеть! — Аякс приветливо улыбается, лучезарно и ослепительно, но Чжун Ли будто бы привычен к подобному и никак не реагирует, только кивает в знак приветствия.       — Взаимно, Господин Тарталья. — Голос звучит с ноткой добродушия, которое тонет в холоде учтивости и вежливой дистанции. Возможно, это лишь только кажется. Возможно, Чжун Ли намерено отстраняет его от себя, потому что у Аякса на лбу написано красным «злодей». — Мне передали, что Вы хотели бы осмотреть местные достопримечательности. С чего планировали начать прогулку?       Аякс кивает, мысленно припоминая нужные ему места.       Провожатый соглашается довольно быстро, уверенно предлагая пройти следом. По дороге они забредают в несколько злачных мест, под монотонные лекции о прошлом. Аякс слушает в пол-уха, проявляя высшее неуважение к чужой культуре, но у него вообще-то теперь есть железное алиби — голос консультанта.       Так проходит еще одна неделя.       Тарталья учится быстро, схватывает налету, интересуется тем, что может рассказать только Чжун Ли. Сперва кажется, что он — ходячая энциклопедия по истории. А потом Аяксу перестает казаться и он в этом убеждается. И так было со всем, чего так или иначе они касались в разговоре. Обрядам и церемониям, традициям в целом в Ли Юэ предавался статус культурного наследия и, соответственно, чтили их с должным уважением. Запоминать нужно было все, что в принципе обязывало не пропускать мимо ушей нужную информацию. Еще в первые дни своего визита в Ли Юэ Тарталья имел в свое время неосторожность обмолвиться, что ему было бы неплохо разобраться в них, и вот теперь они сидели в вычурном, роскошном зале и Чжун Ли выказывал ему уважение посредством чайной церемонии. Кажется, в тот момент, Аякс понял, что любое, даже самое простое, в Ли Юэ возвели в статус церемонии с невероятным размахом.       Но более пристальное внимание, разумеется, уделяли еде, чаю и прочим мелочам, которые оказались слишком важными и нужными, потому ошибаться в них было подобно смерти от рук своего учителя. В какой-то момент Аякс уже начал жалеть, что вообще подписался на подобное, но потом Чжун Ли своим бархатным голосом сводил Предвестника с ума и... очередная лекция про чайные пары с журавлями или цаплями приобретала оттенки интимного таинства. Аякс покорно велся точно так же, как велся Чжун Ли на некоторые мелочи, впадая в своего рода экстаз рассказчика и знатока.       Тарталья смотрит на чайные принадлежности. Чайные принадлежности смотрят на него. Красивый набор, явно подарочный, стоит в центре небольшого столика из монолитной древесины особо дорогих пород и всем своим видом угнетает Аякса. Предвестнику кажется, что в отблесках фарфора всевозможных чайничков, пиал, ложечек, треклятых палочек и еще кучи всего непременно нужного и необходимого для правильного проведения чайной церемонии так и плещутся недовольство и осуждение его варварских манер.       — Как говорится, язык мой — враг мой. — Тихо сокрушается Тарталья на родном языке, подпирая голову рукой. А ведь он всего-навсего попросил чай...       Чжун Ли заинтересовано поднимает на него свои невозможные глаза, останавливаясь в моменте: в его изящных руках расписной чайник, название которого Аякс уже успел забыть, с драконом на боках застыл над пиалой с ужасно странным и сложным названием. Лекция прервалась, а в невозможных янтарных глазах так и застыл немой вопрос, на который Тарталья пока не готов был ответить.       — Нет-нет! Продолжайте, я слушаю. — Аякс отмахивается, незаметно тяжело вздыхая. Чжун Ли возвращается к прерванному рассказу о тонкостях чайной церемонии в стиле Ли Юэ, кажется, повторяясь уже в сотый раз.       В помещении, условно отгороженном кроваво-алыми занавесями, только они, и это почему-то вызывает сладкие мурашки в груди, а рассказ, который Аякс слушает почти что на ежедневной основе, становится приятным дополнением, делая вечер томным. Более насыщенным, точно лиричный, сизый дым из курительницы, стоящей в отдалении, чтобы не перекрывать аромат дорогого чая. Аякс наблюдает за изящными движениями, походящими на своеобразный танец — так легко и красиво все получается, что Тарталья опять теряет суть происходящего, утопая то ли в благовонии, то ли в бархатном, баюкающем голосе своего консультанта. «Своего консультанта». Аякс раз за разом перекатывает эти слова на языке, ощущая, как в груди приятно растекается теплое чувство собственничества, совершенно непохожее на все то, что было с ним до этого. Пиала в его руке застывает, пар танцует над идеально-черным зеркалом горячего чая, а в льдисто-синих глазах мелькает яркая вспышка. Короткое мгновение, всего доля секунды, но почему-то внутри приятно и... спокойно. Как будто все так, как и должно быть.       Они расходятся спустя несколько часов, оба борются с сонливостью и чувством эстетической сытости. Аякс провожает своего консультанта долгим, нечитаемым взглядом, лишь отдаленно думая о возможной встрече в будущем и еще не понимая, как его дальнейшие действия повлияют на их отношения. Он смотрит на стройную фигуру постепенно отдаляющегося человека, мельком пробегаясь по длинным, шелковым волосам с плавным переходом в металлический рыжий, и только после круто разворачивается на пятках, уходя в совершенно противоположную сторону. Консультант, который еще и не задавал лишних вопросов, очень ему помог. Теперь, имея представление о всей истории региона, о самых запоминающихся местах и диких легендах, обычаях и обрядах, он может смело сотворить задуманное и принести Царице то, что она так страстно желает.       Наличие консультанта по особым вопросам никогда не будет лишним.