Что на свете не имеет цены?

Пэнси тряслась. Все, что происходит вечером с её телом хуже Ада. Она не знает у Драко тоже к вечеру начинает так вести себя тело и метка. Пэнси хочет содрать кожу. Она ненавидит эту метку. Девушка опиралась о края бортика раковины, дабы не упасть. Она смотрела на себя в зеркале. Черное каре, которое уже отрастает. Волосы выросли быстро, длина достигает почти до плеч. Темные мешки под глазами, потому что спать не выходит. Она и вправду должна была поговорить с Гермионой. Она должна знать, что произошло с телом и мозгом Пэнси. Должна знать к чему эти кошмары-видения. А пожар то в Хогвартсе. Все в кошмарах происходит в Хогвартсе. И это пугает Пэнси. Вдруг окончание войны это начало чего то нового и опасного. Чего о зуде Волан де Морта. Утром. Пэнси обязательно поговорит с Гермионой утром. Потому что она не намерена так долго страдать. Из-за чувств. Сколько бы чувства Пэнси не скрывала, они причиняют боль только сильнее. Шансов вообще не было. Гермиона уже любит кого-то. Кого-то, кто не был приспешником Волан де Морта. Кого-то, кто достоин её. Пэнси смотрит на лезвие, которое лежит на краю по правую руку. Она же сильная, так ведь? Ей не нужно заниматься этой фигней. Руки Пэнси почти не трогает, не хочет, чтобы их заметили так быстро. Несколько шрамов-полосок были и на плечах, предплечьях, но все они спрятаны на бедрах. Руки трясутся, полоска вышла кривой. Кровь сразу же начинает сочиться. Пэнси ничего не делает, она хочет смотреть на кровь. Пэнси резко разбивает кулаком зеркало. Слишком быстро её эмоции меняются с грусти на гнев. Но ей все равно. Ей уже на все наплевать. Война всех изменила. Гермиона сама приходит к Пэнси. Будто чувствует, что что-то не так. Она странно смотрит на Пэнси, которая уставилась в одну точку. — Гарри рассказал мне, что у тебя видения, да? Что именно в них происходит? Пэнси несколько раз глупо моргает, а потом пишет ответ в блокноте. Гермиона видит, как её рука трясется. «Как ты думаешь, какие видения могут быть после войны?» Гермиона хмыкает. — Ты все помнишь? Весь кошмар? — Пэнси кивает. — Ты не находила каких нибудь скрытых послания. Типо головоломок? — еще один кивок. Пэнси листает свой скетчбук, где хранятся все рисунки кошмаров. Предпоследняя страница. Пэнси вкладывает блокноты в руки Гермионы, заправляя пряди за уши. Нужно бы подстричь. Гермиона долго изучала записи на странице. Это была единственная подсказка. «Что на свете не имеет цены?» Ответ был прост. Для Гермионы. Но не для Пэнси. Она не разбиралась в любви, да и не хотела. Она хотела только… — Это любовь. Ты что-то еще помнишь? Подсказку? К чему эта загадка и к чему ответ? Пэнси помнит чей-то незнакомый голос в кошмаре, когда то она хотела отчаянно закричать. Был один кошмар, который заполнился Пэнси надолго. Дольше остальных. Там была Гермиона. Она говорила, что любила Пэнси, но, когда увидела метку её взгляд изменился. Она вся изменилась. — Я не посмею, чтобы мои дети были такими же! Не хочу, чтобы ты вообще была связана с моей семьей! — это было ужасно. Кажется, обычный сон, но это задело Пэнси. Какой бы она не была стервой с Гермионой — это её защитная реакция. Если она начнет хорошо вести себя с Грейнджер, то она все поймет. Все чувства. Вернуть голос можно только любовью. Но что делать, если любишь, но не можешь сказать об этом?