Помешенная и психопат

Пахнущая табаком и дождём парна зашла в дом. Лили больше не плакала. У неё просто не было на это сил. Завалившись на кровать, она закрыла глаза, стараясь выкинуть все плохие мысли из головы. Нужно было переключить внимание. Сперва она пыталась распробовать привкус сигарет, а затем переключилась на ощущение чужих рук на теле. Уильям сидел на краю кровати, зарываясь руками в копну волос. Он молчал, не зная, что сказать. Но слова тут были и не нужны. Только теплые руки, вскоре перешедшие с макушки на лица, очерчивая скулы. - Папа он… Он умер, - тихо заговорила Лили, наконец набравшись сил. – Его увезли в морг, чтобы убедиться, что это естественная смерть. А я… И вновь всхлипы. Говорить о таком спокойно было невозможно, слишком мало времени прошло. Ульям это прекрасно понимал. Да, он не скорбел о жене или родителях, скорее всего не плакал бы даже если Ванесса была застрелена во время дежурства, но он осознавал, что в такие моменту у нормальных людей эмоции зашкаливают. - Принцесса, я понимаю твою боль, - мягкий тон словно обволакивал, укутывал и очаровывал. – Это действительно ужасно. Ты можешь остаться у меня сколько захочешь. Знай, что я всегда буду рядом, - нежный поцелуй остался на лбу, заставляя девушку краснеть. – А теперь попытайся уснуть. Хорошо? Помни, что я рядом. Ты в любой момент можешь позвать меня. Тихое согласие. Уильям умел расположить людей к себе. Он мог завоевать доверие за несколько минут, что уж говорить о случаях, когда рядом с ним тот, кого он знает с пелёнок.

***

Открыв глаза, девушка чувства себя разбитой как физически, так и морально. Высунувшись из одеяльного кокона, она поправила волосы, стараясь сделать из гнезда на голове хотя бы что-то нормальное, протёрла глаза и выпорхнула из комнаты. Радио тихо рассказывало о погоде, под аккомпанемент треска теста на сковороде. Уильям стоял на кухне, напевая под нос незамысловатую мелодию. - Доброе утро, соня, - не разворачиваясь сказал он. – Завтрак почти готов, присаживайся. Ты же кофе без молока пьёшь? Тепло. Именно тепло разнеслось по телу волной. На мгновение лили даже забыла о печалях, сосредоточившись на плавных движениях и мелодии. Панкейки, горячий кофе и радио, сменившее монотонного диктора на голос знаменитого джазмена – всё это заставило Лили улыбнуться краешками губ. - Спасибо, - тихо сказала она, отпивая ароматный напиток. И вновь тепло, но уже физическое. Кофе спустился по глотке, согревая всё внутри. - Принцесса, я понимаю, что, - Уильям запнулся, не зная, как именно выразить мысль. Обычно такого с ним не происходило, но сложившаяся ситуация была неизвестной, поэтому шаблонов поведения на подобный случай у него не было. – Я понимаю, ты не в лучшем состоянии. Если хочешь я отвезу тебя в деканат, и ты объяснишь ситуацию, чтобы не ходить на пары. Девушка отставила чашку, заглядывая в серые глаза с любовью. Этот мужчина заботился о ней как никто другой. Как она могла не любить его? Каждое его слово, каждый жест. она ловила всё, не в силах избавиться от чувств, глушащих разум. Возможно, она просто помешенная сумасшедшая, но это не так уж и важно. Лили была согласна на любое предложение Уильяма, особенно если оно подразумевает больше времени проведённого с ним. Уже через полтора часа девушка садилась в машину Ульям, тихо сообщая, что деканат всё понял и что она у неё есть две недели, чтобы оправиться от потери. Пальцы вновь забрались в волосы, перебирая пряди. Уильям прижал девушку к себе приходясь рукой по позвоночнику. - Принцесса, ты как себя чувствуешь? Тебя отвести домой или будишь моим хвостиком? - игриво спросил он, выдыхая ей в макушку. Вариант быть его «хвостиком» звучал невероятно привлекательно. Всё же оставаться дома наедине с собой не хотелось. Поэтому, вскоре она сидела рядом с Уильямом в офисе, помогая перебирать бумаги и добавлять новые данные. Так бы спокойно всё и продолжалось. Периодические звонки, печать новых документов, расстановка и сортировка, если бы в порыве желания помочь, Лили не полезла бы мыть стёкла. Затея была изначально провальная. Мало того, что её координация с самого рождения была отвратительна, так ещё и резкий звук телефонного звонка напугал её, заставляя потерять равновесие. Схватившись за оконную раму, что бы не упасть, она заметила пугающий звук. Старое дерево начало отслаиваться. И вот девушка падает на пол, а сверху падает окно, разбиваясь на множество осколков об её голову. Чуть ли не перепрыгивая через стол, Уильям рванул к Лили, поднимая её из грубы битого стекла. -Боже мой, малышка, ты как? – осматривая её, Уильям выискивал все осколки, впившиеся в кожу. - Вот почему мне так не везёт? – пытаясь не заплакать сказала она, начиная вытаскивать осколок з осколком. Большая рука остановила её, схватив за запястье. Не нужно спешить, так как осколки удерживают кровотечение. Уильям прекрасно знал это. Он достал из ящика стола аптечку, начиная обрабатывать раны. - Ты действительно невезучая, - выдохнул он, заклеивая лейкопластырем рану на щеке. – даже не знаю, что и делать. Может это так Генри тебя наказывает, что ты куришь, прогуливаешь учёбу и ходишь за мной? – смех казался каким-то печальным. - Ну если он меня так наказывает, то пусть, я не перестану это делать, - она прошлась пальцами по запястью мужчины, прикрыв глаза. Это ощущение казалось ей лучше всего на свете. И если для того, чтобы Уильям заботился о ней, касался и жалел нужно всего лишь раниться, она была готова хоть выпрыгнуть из окна, хоть проткнуть руку ножом. - Глупышка, - выдохнул Ульям, продолжая обрабатывать раны. – Как закончим, сразу домой. Закрою окно и поедим домой, а то не дело тебе в таком состоянии ходить. Под прикосновениями девушка таяла, не разбирая слов, она просто кивала. Соглашаясь со всем.

***

Дом. Тишина и педантичный порядок. Уильям выдохнул, кинув дипломат у входа. Он снял с девушки куртку, приобнятая её и уводя в спальню. - Спать со мной будешь. Учитывая твои способности, мне уже страшно. Я уже успел забыть какая ты бываешь растяпа, - он потрепал её по голове, укладывая в кровать. – Помню, как когда Генри уезжал на конференцию и отставил тебя у меня, ты умудрилась перевернуть ящик с инструментами. Девушка покорно легла на кровать, слушая Ульяма. Спать она не хотела, но против пойти не могла. - Да… Умотала ты меня, - выдохнул Ульям, ложась рядом с ним. – Знаешь, что я почти всю ночь не спал? – сказано это было не с упрёком, но с каким именно чувством определить было сложно. Матрас прогнулся под весом двух тел. Дыхание Лили сбилось. Как же оби были близко, да ещё и в кровати. Она не могла отвести взгляд от странной улыбки Уильяма. Что это? Усмешка? Издёвка? Любопытство? Всё сразу? Она могла лишь гадать, путаясь в беспорядочных мыслях. Мыслях, которые стали окончательно неразборчивыми, когда Уильям пододвинулся ближе, кладя руку на талию девушки. Улыбка стала шире, а глаза горели непонятным блеском. Уильям провеял насколько далеко мог зайти. Все эти взгляды, касания и румянец изрядно достали его. Чувства девушки казались ему интересными. Столько лет она ходила за ним, ища взаимности. Уильям не глупый, он заметил это раньше чем остальные, но до самого конца делал вид, что ничего не понимает. Ему нравилось наблюдать за происходящем. Он вообще любил подобные представления. Невозможные для него чувства пробуждали интерес. Раньше Генри стоял на его пути, опекал птицу высокого полёта, считая её птенцом, но вот он умер. Теперь преграды не было и можно было начать игру с новой силой. Всё складывалось как никогда лучше. Лили была привязана к нему. Он был её опорой, поэтому она не уйдёт от него. Горе заставило её приди, а стараться не даст уйти. Всё что нужно – поддерживать это костёр, подкидывая дрова. Тогда можно будет любоваться пламенем бесконечно. На щеках Лили проступил румянец. Она не двигалась, боясь спугнуть это прикосновение. Непроизвольная улыбка появилась на лице, стоило взгляду неестественно долго задержаться на губы. Хотелось почувствовать больше. Девушка начала разгоняться в своих фантазиях, доходя до того, что обычно представляла в тёмной комнате под одеялом. Уильям так же не смог удержаться. Он придвинулся ближе, оставляя поцелуй на щеке девушки, дразня её, наблюдая за реакцией. Видеть, как она вздрагивает, как краснеет и как облизывает сухие губы – чертовски заводит. Помешенная и психопат. Убийственная пара. Первой не нужно ничего кроме внимания, а второй готов давать столько внимания, сколько нужно, только бы смотреть на прекрасное «представление». Уильям положил руку на грудь девушки, чтобы чувствовать биение сердца. Как же ему нравилось чувствовать учащённый пульс, смотреть на немую просьбу в глазах. После чего продолжать игру, вместо желаемого поцелуя, лишь поглаживая по голове.