Чужое чувство

— Получается серебро, нейтрализует только яды, в создание которых вкладывалась темная магия, а чернеет оно при обнаружении других… — пробормотал гриффиндорец, держа в руке серебренную ложку с темным основанием. — А тот же беозар бесполезен против зачарованных зелий, — Гарри закрыл книгу «Зельеваренье через эпохи» и скинул ее в свою сумку. — В следующий раз можем попробовать поискать способы объединить эти качества, а на сегодня закончить.       Они уже третий час сидели в библиотеке и занимались групповым проектом. Конечно, первая половина этого времени ушла на поиск и разбор литературы, которую они разделили на троих, чтобы каждый смог изучить определенный аспект в свободное время. У них было достаточно времени до Рождественских каникул, перед которыми и будет сдача работы, поэтому к делу они подходили рационально и спокойно. — Отличная идея, а то у меня уже голова дымится, — вздохнул Альфард, скручивая пергамент. — Я бы с удовольствием прогулялся, пока солнце еще не зашло, хотя бы просто посидеть во внутреннем дворе. — Я не против. Игнатиус, пойдешь с нами? Тебе тоже стоит проветриться, а то, кажется, твое лицо скоро сольется по цвету с шевелюрой, — Поттер слабо пихнул Пруэтта локтем в бок и доброжелательно улыбнулся ему, надеясь, что тот составит им компанию в таком мелочном деле как прогулка. — Почему нет? — гриффиндорец глянул на свое отражение в ложке, после комментария Гарри о его внешнем виде, но поняв, что это просто шутка, расслабился и начал складывать канцелярию в сумку. — А потом можно вместе пойти на ужин. — Интересно, а Том с ребятами уже закончили…? — Гарри поднялся со своего сидячего места и выглянул из-за книжных полок, чтобы проверить сидит ли группа по проекту в другом конце библиотеки. Оказалось, что те не только не закончили, но и вовсе не собирались. Они что-то бурно обсуждали за столом, заваленном книгами. «Чертовы умники»: — подумал Поттер и тихо фыркнул, возвращаясь в Пруэтту и Блэку. — Ну что? Заканчивают? — поинтересовался Альфард, уже закидывая сумку на плечо. —Неа, эти заучики, кажется, устроили себе научную мозгодробилку, — повертел пальцем и виска Гарри. — Но хорошо, что Том общается с другими ребятами, может подучиться нормальным взаимоотношениям. —Вы с ним часто ссоритесь? — поинтересовался Игнатиус, так же как и Блэк, собравший свои вещи. Поттер спохватился и тоже скинул остатки канцелярии в свою сумку. — Не скажу, что часто, но это не есть хорошо. Он просто многое умалчивает и ведет свои какие-то игры. Не посвящает меня в них, а потом все это вскрывается. Я бы хотел, чтобы мы больше общались на более личные темы, — честно ответил Гарри, стараясь говорить тихо, чтобы не дай бог его услышал кто-то помимо собеседников. — А зачем? Ну, раз вы не ссоритесь, то это ли не значит, что все хорошо, — наивно поинтересовался Альфард следуя вместе с ребятами к выходу из библиотеки. — Одно дело молчать, когда все действительно хорошо и нет поводов к переживанию, а другое дело — умалчивать. Мне кажется, что такая дружба лживая… — Ого… Ты звучишь так по-взрослому, откуда у тебя такие мысли? — лицо Игнатиуса удивленно вытянулась, он выглядел так, будто слова Гарри сильно его потрясли. Поттер рассмеялся, расправляя рукава своей мантии, которые недавно закатал, чтобы не испачкать их в чернилах. —Вы думаете я первый год задаюсь этим вопросом? Мы с Томом уже больше пяти лет вместе, и он совершенно не изменился, — он улыбнулся, предаваясь воспоминаниям, мельком пробежавшим перед глазами. — Я дружу с одним мужчиной, к которому часто обращаюсь за советом или помощью, когда сам не могу разобраться с проблемой. —Это маггл? — поинтересовался Альфард. — Да, Мистер Хорсот работает в больнице, он хирург. — Хирург? Кто это? — поддержал недоумение Блэка, Игнатиус. — Ну, это… Как бы вам объяснить… Он оперирует людей, когда лекарства или же другие методики не помогают. — Оперирует…? Это как? — продолжили недоумевать волшебники. — Ну… вот скажем упал ты на стекло и продырявил руку насквозь. Мазями или компрессами такое же явно не вылечить. Стекло нужно достать, рану зашить, учитывая повреждения внутри руки. Вот этим и занимается мистер Хорсот. — Ужас какой, вот же гадость… — встрепенулся Блэк. — Мне магглов даже жаль стало… — Ты хотел продолжить, Гарри? — вернул тему разговора Пруэтт, тоже не очень обрадованный новыми знаниями о жизни простецов. — Да что там продолжать? Я постоянно к нему прибегал, когда не мог сдержать обиду на Тома и мне нужно было пожаловаться взрослому, — улыбнулся Гарри. — Вот он мне и устраивал долгие беседы на тему того, как должна строится дружба. Ну, это я так понял. С другой стороны, это же очевидно, что общение без недомолвок создает более крепкую связь. — И получается за пять лет у вас так и не получилось ее создать…? — осторожно поинтересовался Пруэтт, — Получается, просто с Томом нужно обходиться иначе, чем с остальными… Надо иметь много терпения и воспитывать его по чуть-чуть, — Гарри улыбнулся, вспоминая недавнюю ночную прогулку с Реддлом. Это был один из редких моментов, когда друг был откровенен с ним. — Звучит так, будто ты зверушку завел… — не особо радостно заметил Игнатиус. От его слов Поттер опешил, повторяя свои же слова у себя в голове и не понимая, что же Пруэтту в них не понравилось. Он же следовал той же логике, которой и учил его мистер Хорсот, а он точно не мог ошибиться в этом вопросе. Разве ненормально наставлять своего друга, который даже не знаком с теорией дружбы? Ему же абсолютно неинтересна эта тема, поэтому Гарри героически взял роль учителя на себя. Все же он был более эмпатичным, нежели Том. — Эм, Гарри… Извини, это прозвучало грубо. Но мне все же кажется, что Том — отдельный от тебя человек и не нужно…бегать за ним, — голос Пруэтта был тихим и в нем читалось беспокойство и осторожность. Он похоже боялся, что слишком давит на нового друга и переживал, что может этим спугнуть. — Я не бегаю за ним! Просто по-другому он так и будет наживать себе врагов… — попытался восстановить свой разумный образ Гарри. — Но за все это время — ты единственный кто попадал в неприятности, — неуверенно высказался Блэк, обезоружив друга окончательно. — Но ведь я…— рот открывался и закрывался сам собой, а его хозяин никак не могу придумать хоть что-то.       Гарри уставился на свои ботинки, решая на время замолчать и как-то прибрать в голове весь тот бардак, который образовался после этой беседы. Конечно же Гарри всегда считался с чувствами Тома и уважал их, он же хороший и понимающий друг, готовый поддержать в любую минуту. Он же не мог все это время просто контролировать Реддла и диктовать ему то, как стоит или не стоит жить? От этой мысли по спине Гарри пробежался неприятный холодок. Нет, он точно не мог поступать так со своим другом, по крайней мере не специально. Но что же ему делать теперь? Разве сейчас не пропало то малое, что делало его полезным для Тома? А было ли оно вообще? От этих мыслей у него неприятно закололо в груди и с каждой секундой он погружался в них все больше и больше, не замечая происходящего вокруг, ровно до того момента, когда внешний мир сам втолкнул его обратно. Плечо резко отдернуло назад, и мальчик обернулся на влетевшего в него человека. Девушка, ненамного выше его, но заметно старше, с растрепанными волосами и сжатыми в тонкую линию губами. Ее большие глаза злобно смотрели прямо на Гарри. Выражая крайнюю степень отвращения и непринятия. Алегра Шафик продержала зрительный контакт еще секунду и направилась дальше по коридору. — Мерзкий грязнокровка… — донеслось до Поттера тихое бормотание, пока он продолжал смотреть вслед старшекурсницы. —Она сделала это специально! — негодовал Блэк, так же провожая старосту Слизерина взглядом. — Вот же противная девка. — Тсс, тише ты… — шикнул на него Игнатиус. — А то еще услышит и вернется… — Ну и что, если вернется? Я ей это в глаза и скажу, — Темные кудри волос летали по воздуху от того, что Блэк в своей злости крутил головой то в сторону Пруэтта, то в сторону Поттера. — Тем более баллы со своего факультета ей гордость не позволит снять. — Да дело не только в этом… — так же тихо продолжил рыжий. — Скажите, вы заметили, что больничное крыло стало посещать все больше и больше учеников? — Ну дак, осень же, холодно и сыро, вот все и болеют, — пожал плечами Гарри, ступая дальше по коридору и сворачивая в арку, ведущую во внутренний дворик. Уже заученным движением он взмахнул палочкой и наложил на их компанию согревающие чары. — Ходит слух, что это именно Шафик на них болезни и насылает. Мол, притащила в школу проклятый артефакт… — Игнатиус огляделся по сторонам и присел на каменную лавку, его голос был таким тихим, что Блэк и Поттер старались лишний раз не шевелится, чтобы не отвлечься на шорох одежды. — Ну, скажем так, на Слизерине не удивительно то, что ученики всякую гадость тащат в школу…— обиженно проговорил Гарри вспоминая недавний инцидент в классе трансфигурации. — Тот же Гойл умудрился использовать амулет прямо в кабинете с Дамблдором, но в итоге все равно оказался посмешищем я. —Вот как, а у нас с этим строго, обычно старосты обнаруживающим заклинанием проверяют чемоданы, и все изымают… — удивленно высказался Пруэтт. — Да потому что у вас декан весь такой честный и правильный, — закатил глаза Блэк. — Слизнорту нашему вообще не до этого, он со старшекурсниками, как с друзьями. — Может именно поэтому Шафик все сходит с рук…? —не унимался гриффиндорец. — Почему ты так уверен в том, что это она школу терроризирует…? — поинтересовался Гарри. — Она, конечно, чокнутая, но, чтобы таким заниматься — не думаю. — Чокнутой она была в прошлом году, а теперь, когда Нотт закончил обучение, а ее любимое «хобби» исчезло, она совсем двинулась, — Игнатиус покрутил пальцем у виска. — Она же жила тем, что унижала магглорожденных и полукровок. Сейчас же всем это неинтересно. — Почему все изменилось только сейчас? Еще в прошлом году все были только «за», — в голове Гарри пролетели картины того, как ему приходилось выкручиваться весь прошлый год просто для того, чтобы закончить его целым и невредимым. — Неужели на всех так повлиял Флимонт? — Отчасти, — пожал плечами Игнатиус. — Он всем нравился и не только на Гриффендоре. А как иначе? Добрый и отзывчивый староста, который всем был как старший брат, — когда он говорил, с его лица не сползала благодарная улыбка. — Но дело не только в этом, просто вся травля держалась на кучке садистов, а остальные старались не вмешиваться, чтобы тоже не отхватить. А после того, как ушел Нотт, все это развалилось… — Значит такая огромная ненависть к магглорожденным держалась только на одном человеке? — удивленно спросил Гарри. — Я не спорю, говорил он хорошо, но, чтобы все настолько от него зависело… — Ну, на то он и лидер, — высказался Блэк. — А насчет Шафик… Выглядит она действительно не важно, поделом ей… — Все-таки, мне кажется, что это просто пустой слух с крупицей правды, — Гарри лениво зевнул, покачивая ногами из стороны в сторону. — Вы, кстати, не знаете очнулся ли Диггори? — Вроде бы к нему пока мало кого пускают, — задумчиво пожевал губу Альфард. — Спроси у своей подружки Помфри, она наверняка больше знает. — И то верно, — улыбнулся Гарри, вспоминая округлое личико подруги. — Подойду к ней после ужина.       Просидели на улице они недолго и совсем скоро двинулись в Большой зал. Гарри сдержал свое слово и после ужина направился к желтому столу. Пробирался он осторожно, потому что по-прежнему переживал о том, что к нему могут не очень хорошо относится после прошлого матча по квиддичу. На удивление, его беспокойство оказалось пустым, поскольку его тепло встретили знакомые лица в черно-желтых галстуках. Друзья Поппи, с которыми Поттер находился в одном купе поезда, когда ему приходилось возвращаться в Лондон без обычной компании, одушевленно поприветствовали его и поинтересовались его жизнью. Гарри на их радушие смущено, но все же коротко, отозвался и попросил Поппи немного пройтись вдвоем. Девочка с энтузиазмом поднялась со скамьи и вместе с Гарри вышла из Большого зала. — Ты очень хорошо играл, Гарри, — на моменте с именем, она потушила свой голос и улыбнулась другу. — Даже с Хьюсом справился, но не жди, что следующая победа будет проще.       Поттер тихо хохотнул, пряча руки в карманы мантии и не торопясь шагая по коридору, заприметив дальний подоконник. — Я выиграл только благодаря везению. Кстати, это то, о чем я хотел поговорить. Как себя чувствует Диггори? — Проснулся, но посещать занятие ему противопоказано. У него сильное переутомление, как и физическое, так и магическое, он даже до двери дойти не сможет, — вздохнула Поппи. — Какая-то эпидемия, честное слово, причем все такие упрямые и сразу не идут лечиться. Хьюс и до этого никакой ходил, а все равно участвовал в игре. Весь факультет за него волновался, а его друзья все еще бледные от переживания ходят.       Почему-то от слов Поппи Гарри почувствовал укол совести, словно это он виноват в болезни Диггори. Мозг понимал, что глупо себя винить в том, к чему ты не причастен, но почему-то чувствовал себя мальчик неловко. Ему хотелось что-нибудь сделать для Диггори, пусть и малое. — Сочувствую, Поппи, пусть я с ним и не общался, но я уважаю его как противника, который достойно играл, даже несмотря на недуг…— Гарри приземлился на подоконник и похлопал по месту рядом с собой, приглашая подругу присесть. — Ты не знаешь, когда его можно будет навестить?       Помфри удивленно посмотрела на Гарри, а затем расплылась в умиленной улыбке, присаживаясь рядом с ним. — Можем завтра вместе сходить. Я все равно туда заглядываю после уроков, помогаю мисс Нэйси ухаживать за больными, — легко отозвалась пуффендуйка, разглаживая свою юбку. — А если ты свободен, можно потом и к Рональду зайти, он приглашал меня на тыквенный пирог. — Ты и к нему каждый день ходишь? — удивился Гарри. — Конечно, он очень хороший человек, а в хижине ему одиноко. А еще он учит меня собирать и различать лечебные травы, которые растут в Запретном лесу, — она гордо вздернула подбородок, явно гордясь тем, что обучается даже вне уроков. — Ну ты это… Все равно осторожнее, он же все-таки мужчина… Опасно это как-то, — промямлил Гарри вспоминая давний эпизод из детства, одновременно с этим почесывая шрам над глазом. — И что? Ты тоже мужчина, но только маленький, — возмутилась Поппи. — Вот именно, что я маленький и ты мне можешь тумаков надавать, а от него даже сбежать сложно будет. — С чего ты вообще решил, что мне нужно будет от него убегать? Он работник школы и ладит с Дамблдором, это уже значит немало, — девочка сложила руки на груди, не особо довольная беспокойством друга. — Какие-то вялые аргументы. С какого перепуга дружба с Дамблдором показатель безопасности? — продолжал ворчать Гарри. — Гарри, он же учитель! И очень хороший, — щеки Поппи побагровели. — Спасибо, конечно, за беспокойство, но я не думаю, что оно обосновано.       Гарри оставалось только хмуро вздохнуть и сдаться. — Ладно-ладно, но ты все равно будь начеку, на всякий случай…       Видимо покорность друга смягчила возмущение Поппи, поэтому она опустила руки и взгляд. — Хорошо, Гарри… Спасибо, ну, за то, что переживаешь, это очень мило, — спустя секунду проговорила она. — Да не за что, мы же друзья, — Поттер улыбнулся и слегка боднулся своим плечом в ее.       Он был сильно удивлен, когда на следующий день вошел вместе с подругой в больничное крыло. Он знал о том, что в последняя время много учеников обращалось сюда за помощью, но оказалось, что их количество было больше представляемого. Почти все койки были заняты бледными студентами разных факультетов, у каждого рядом с кроватью стояла тумба, набитая восстанавливающими зельями и отварами, а бедная медсестра кружилась от одной кровати к другой. — А что с ними? — тихо поинтересовался Гарри у Поппи, в это же время косясь на практически синие руки знакомого на лицо старшекурсника. — То же самое, что и у Хьюса, — грустно проговорила она, ступая к медсестре. —Здравствуйте, мисс Нейси. — Ох, Поппи, милая…       Медсестра обернулась, продолжая держать свою палочку над спящим учеником, а над ним происходило волшебство. Светлые нити накладывались друг на друга, создавая сеть, хотя, было бы точнее сказать, что это походило больше на корни растений. Спутанные и разрастающиеся в силуэт тела, линии тянулись своим скоплением ближе к груди, где становились толще и массивнее, присоединяясь к тусклой сфере. — Что это? — не сдержав свой интерес, прошептал Гарри. Мисс Нейси, словно заметив его только что, удивлено сложила губы в букву «о», после чего стряхнула палочкой. Полупрозрачный силуэт начал рассеиваться. — Это магическое ядро, — спокойно проговорила она. — Я проводила проверку, чтобы узнать, пошел ученик на поправку или нет. Его привела сюда вчера, поэтому он еще слабенький.       Женщина слабо улыбнулась и поправила свой халат, снова внимательно оглядев Гарри. — Пришли кого-то навестить? — Да, я пришел к Диггори… А как выглядит здоровое ядро? Впервые такое вижу, — мальчик искренне пытался подуспокоить свой интерес, но все же не сдержался и осторожно задал вопрос. — Если Вам не сложно, конечно…       Мисс Нейси тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью. — Конечно мне не сложно, я даже могу показать проекцию твоего магического ядра. Это сложное заклинание, но я так уж и быть утолю твое любопытство, — с умиленной улыбкой проговорила она. — Хочешь? — Да, х-…— не успел договорить Гарри, как почувствовал, что его губы сами собой схлопнулись, не давая договорить фразу. Мисс Нейси и Поппи с беспокойством посмотрели на его замешательство, но их лица расслабились, когда он все-таки продолжил говорить. — Знаете, я думаю, что Вам не стоит тратить силы на здорово студента, у Вас ведь столько работы, — с улыбкой произнес слизеринец.       Только вот говорил это не Гарри, он почувствовал облегчение уже потом, после своей фразы, сейчас он мог свободно управлять своим телом как раньше. — Вы правы, что-то я поддалась озорству, — вздохнула женщина, оглядывая помещение. — Столько работы, прямо настоящая эпидемия… Никогда такого не было, к нам даже отправляют инспекцию из Мунго…       После ее слова Поппи нахмурилась и сжала рукава своей мантии в пухленьких кулачках. — Инспекцию? По школе буду ходить колдомедики и искать причину? Неужели все настолько плохо? — испуганно лепетала она. — Боюсь, что школу даже могут закрыть на время, пока не установится причина. Директор на прошлом собрании говорил, что попечительский совет волнуется, — медсестра водрузила на тележку поднос с пустыми колбами. —Получается, если проблема не решится нас всех выдворят из школы? —тихо проговорил Гарри, ощущая липкий пот ужаса, хлынувший по его спине.       Он совершенно точно не хотел возвращаться в Лондон, поскольку и возвращаться то ему было некуда. На момент, когда Гарри и Майер прощались, оба точно знали, что вряд ли скоро увидятся друг с другом. Еще в начале лета власти Англии начали подготавливать эвакуацию детей из Лондона в сельскую местность и приют Вула просто ждал свою очередь. Скорее всего Майер сейчас жил на какой-нибудь ферме и был в относительной безопасности. Но что делать Гарри? Когда они с Томом приедут в Лондон, за ними никто не придет и не отвезет двух сирот подальше от бомбардировок. Конечно, были надежды на то, что школа позаботиться об этом и доставит их в нужное место. Но Гарри не мог довериться руководству состоящему из волшебников, которые не особо обращали внимание на маггловскую войну, больше беспокоясь за Гриндевальда. — Будем надеяться, что до такого не дойдет… — попыталась успокоить его женщина. — Вы хотели навестить Диггори? Он как раз проснулся час назад. — Да, спасибо… —промямлил Гарри, чувствуя, как маленькая ладошка подруги коснулась его предплечья. —Я тоже боюсь… — прошептала она, сжимая его руку. — Но это от нас не зависит, так что не будем загадывать вперед, хорошо? — она попыталась улыбнуться, но вышло это не сказать, что уверенно. — Хорошо…       Вместе они прошли к койке, где лежал Хьюс Диггори. Поппи аккуратно постучала палочкой по металлическому каркасу ширмы, а когда получила приглашение от ловца Пуффендуя, раскрыла ее. — Привет, Хьюс, смотри кого я привела, — с улыбкой проговорила девочка, присаживаясь на стул рядом с кроватью парня.       Гарри смущенно застыл на месте, выдавливая из себя неловкую улыбку. Хьюс оглядел его с головы до ног и свел брови вместе, напрягая свой и без того уставший мозг, спустя пару секунд его лицо озарило понимание, и он кивнул гостю на стул рядом с Поппи. — Привет, ты же новый змеиный ловец? — улыбнулся пуффендуец. — Неплохо поиграли, жду не дождусь полетать с тобой, когда выздоровею, ты довольно юркий малец. — Спасибо, — чувствуя, как покраснели уши, Гарри почесал свой затылок, пытаясь прикрыть волосами следы своего смущения. — Ты был хорош, намного лучше меня. — Эй, тебе не стоит говорить такое парню, которого победил. Я и так знаю себе цену, а ты должен гордиться тем, что не упустил шанс. У вас же на Слизерине так и принято? — радушно отозвался Диггори, убирая учебник со своих колен. — Хотя ты дружишь с нашей малышкой Помфри, так что не удивительно, что в тебе есть что-то хорошее. — Эй, какая я тебе малышка? Ты старше меня лишь на три года! — возмутилась Поппи. — Целых три года, моя дорогая, — с улыбкой заметил ловец. — Значит у нас будет еще целых две игры вместе? — осмелев спросил Гарри. — Ну, если меня не прижмут экзамены, то у тебя будет целых два поражения, потому что проигрывать я не собираюсь, — пуффендуец вскинул руку в воздух в торжествующем жесте. — У тебя на удивление много энергии, — подметила Поппи. —Я иду на поправку, — пожал плечами Диггори. — Вообще не понимаю откуда взялось это переутомление, я ничего толком не делал и расписание не менял. — По школе ходит нелепый слух, что это Шафик всех проклинает, — хмыкнул Гарри. — С помощью темного амулета. — Глупости, я же чистокровный волшебник, чего ей меня травить, то? — Вот именно, скорее это просто сказка-пугалка. Она себя ведет очень агрессивно по отношению ко всем, поэтому люди и зацепились, — высказала свое мнение Поппи. —Согласен, — кивнул Гарри.       Слово за слово и пролетели доступные полчаса, после которых Гарри и Поппи, в этот раз пришедшую как посетитель, а не помощник, выдворили за дверь, чтобы дать больному покой. Прощаясь с ребятами Хьюс, выглядел немного разочарованным, тем, что ему не удалось пообщаться с ребятами подольше. Видимо такому общительному парню очень тяжело находится целыми днями в окружении полуживых учеников, с которыми даже не поговорить толком. — Так что насчет моего предложения сходить до хижины лесничего? — пуффендуйка потянулась и покосилась в сторону лестницы. — А у меня есть выбор? — с улыбкой поинтересовался Гарри. — Конечно есть, не делай из меня тирана, — проворчала та и двинулась дальше. — Просто ты не поешь вкусного тыквенного пирога. Всего лишь. — О нет, разве я могу? Я же умру, если не отведаю пирога от малознакомого мужика, который живет один в хижине у леса. — Вот именно, а мне не хочется, чтобы еще один мой друг хворал, — видимо Поппи решила спустить с рук колкость Гарри, дабы сохранить позитивный настрой. — Ну я за собой утомления не замечаю, хотя сложно сказать на самом деле, ведь постоянно нахожусь в сонном состоянии, — на середине фразы он зевнул. — Не пробовал травяные сборы…? — Неа, эффекта ноль, только тошнит после них.       Гарри уже много чего перепробовал, он даже подходил к профессору Слизнорту за зельем для долгого сна, но в итоге ему просто было плохо весь день. В ту ночь он просыпался от каждого сновидения, сменяющегося друг за другом с интервалом в час. Каждое из них становилось все ярче и ярче, бывало даже такое, что ему удавалось запомнить какие-то крупицы их содержания, но все в итоге стиралось в потоке эмоций и ощущений. Просыпаясь, он испытывал сильную радость или же наоборот тоску, но, когда картинки перед глазами тухли, оставались только чувства, он не мог успокоить свое сердце, которое тарабанило по голове, как заигравшаяся обезьяна. Если бы раньше он мог просто не ложиться спать дальше, то в тот раз его сознание вырубало практически сразу, превращая ночь в пытку. Возможно, если бы кто-нибудь другой был бы на его месте, то сошел бы с ума, будучи непривыкшим, но для Гарри, живущему так практически всю жизнь, было несложно стерпеть и дождаться конца.       В приюте с этим было легче, там его соседом был Майер, который не удивлялся вскрикам, пыхтению и скрипам кровати со стороны соседа на протяжении всей ночи. Тот даже не просыпался, когда Гарри резко вскакивал с кровати, чтобы отдышаться и успокоиться. В Хогвартсе же, в спальне слизеринских мальчишек Поттер не мог себе такое позволить. Он не хотел, чтобы волшебники, пусть и друзья, видели его таким слабым и испуганным. Именно поэтому он поспешил выучить заглушающие заклинания, которые накладывал на свой полог, раскрывающийся раньше всех ранним утром. В последнее время, когда рассветы становились все позднее, он пробирался на Астрономическую башню больше от скуки. Делать что-либо в комнате со спящими подростками, было сродни приговору, поэтому он выбирал самый привычный для себя вариант. С появлением в Хогвартсе нового лесничего, мальчик стал все чаще и чаще обращать внимание на домик у окраины леса, в котором уже горел свет, независимо от того, насколько раньше Поттер придет.       Днем же, как сейчас, эта небольшая хижина казалось забытой без света в окне, жизнь внутри выдавал только запах и Гарри чувствовал не только приторность пирога. Возможно, это было связано с ведром компоста, стоящим рядом с забором у огорода или же подвешенными шкурами мелкого зверя на входе в дом. В общем, если бы не Поппи, то Гарри сюда и не сунулся бы.       Дверь им открыл уже знакомый мужчина. Его медные волосы были собраны в небрежную косу, а два разных глаза удивленно расширились. — Поппи, здравствуй, ты привела своего друга? — пробасил мужчина и отошел в сторону, впуская в дом ребят.       Хижина казалась на удивление просторной, пусть в ней и была только одна комната, где лесничий и спал, и ел и занимался рабочими делами, как например сушка трав у камина. На столе стоял накрытый полотенцем тыквенный пирог, а рядом с ним металлический чайник с кружками. Хозяин дома поспешил достать третью кружку и отодвинул табурет для гостя. — Здравствуй, Рональд… Я надеюсь, в этом нет ничего страшного? Гар- кхм, Уильям—мой хороший друг, поэтому я подумала, что мы могли бы провести время вместе.       На ее запинке в имени друга, руки мужчины дернулись, и он весь как-то замер на мгновение, но вскоре повернулся к ним и на его лице снова играла вежливая улыбка. Он часто щурился и прикрывал глаза, так что было сложно считать его эмоции точнее. — Нет, все в порядке. Тем более мы уже знакомы, так что в этом нет ничего страшного, — лесничий сел на табурет с самого краю и пригласил детей присесть. — Как дела в школе? — поинтересовался он, разливая по кружкам травяной чай. — Не очень хорошо, мисс Нейси сказала, что в Хогвартс приедет инспекция из Мунго и, если проблема с болезнью не решится — школу закроют, — вздохнула Поппи и подтянула горячую кружку к себе.       Лицо мужчины помрачнело, и он так и замер с чайником в руке. — Как закроют? А вас куда денут…? — тихо спросил он, выпрямившись и поставив сосуд с заваркой на стол. — Всех отправят по домам, — пробурчал Гарри принюхиваясь к напитку, не учуяв чего-то подозрительного он все равно отставил чашку в сторону.       Казалось его ответ очень огорчили лесничего, потому что тот с нечитаемым выражением сел на свое место и постучал крупными пальцами по поверхности шершавого стола. Поппи видимо то же начала беспокоится, потому что глянула сперва на мужчину, а потом на Гарри. Видимо надеясь, что тот поможет сгладить ситуацию. Но мальчик лишь пожал плечами, наблюдая за тем, как рука в веснушках поднялась к лицу Рональда и прижалась к его рту. — Это просто ужасно, надеюсь, что все обойдется и это просто сезонное… — наконец проговорил мужчина, опуская глаза. — Бедные дети, такие молодые, а уже магическое истощение. — Профессор Дамблдор ничего не говорил на этот счет? — осторожно поинтересовалась Поппи. — У него нет никаких идей, с чем это может быть связано? — Боюсь Дамблдор сейчас и так тонет в делах… Вы сами понимаете, что идет война, а он является очень одарённым и уважаемым магом, — вздохнул лесничий и поднялся из-за стола, чтобы взять нож. — Мне кажется до крайних мер всё же не дойдет, — с появившейся улыбкой произнес мужчина, разрезая пирог на дольки и укладывая его на тарелки ребят. — Вам пока рано беспокоится, тем более от вас здесь ничего не зависит, как и от меня тоже. — Мы не можем не беспокоится, это же касается нашей школы, — тихо проговорила пуффендуйка, отламывая от рыжей массы кусочек и отправляя ее в рот. — Очень вкусный пирог, Рональд. Он такой пряный, как-то даже полегче стало. — Рад это слышать, я добавил туда корицу, — он тоже приступил к еде, отламывая уже кусок пощедрее, чем девушка, явно не беспокоясь за свои манеры. — Ты тоже попробуй, Уильям. Не волнуйся, он не отравлен.       Гарри неловко ухмыльнулся и несмело воткнул вилку в мягкую начинку. Пирог действительно был вкусным, в меру сладкий, в меру пряный, самое то для такой погоды, как сегодня, когда небо заволокло тучами, а ветер готовится гнать снег через пару недель. — Ты будешь украшать хижину на Хэллоуин? — отламывая еще кусочек пирога, поинтересовалась Поппи. — Или ты все тыквы отправишь в Хогвартс эльфам?       Рональд отпил горячий чай и задумчиво скользнул взглядом по своей ладони. — Я не люблю этот праздник, так что лучше посижу у себя в тепле и уюте. Знаете, здесь и без имитации летучих мышей приятно находится, — он снова отпил ароматный чай. — А урожай, да, пойдет прямиком на кухню, правда эльфы не знают мой рецепт, так что этот пирог вы больше нигде не попробуете.       К удивлению Гарри, встреча шла неплохо, если учитывать то, что в основном он молчал, только бросая взгляды то на одного говорящего, то на другого. Оказалось, Поппи и лесничий действительно хорошо ладят и создавалось ощущение, что мальчику даже не стоит переживать за сохранность подруги. По крайней мере ни чай, ни пирог не были отравлены и посидели они вполне неплохо. Возвращались в замок они уже по темноте, сытые и отогретые. Все-таки подозрительность Гарри могла оказаться и правда беспочвенной, а Рональд был самым обычным человеком, даже с приятным характером. Отпустив эту тревогу, он попрощался с подругой и остановился на развилке между лестницей и подземельем, ведущем в гостиную Слизерина. Он не решил еще один вопрос, но время уже поджимало, и он не успевал дойти до Астрономической башни. Взвесив все «за» и «против», он нашел компромисс и спустился к подземельям, но не стал далеко ходить и свернул в сторону, отдаляющую его от гостиной.       Уже знакомая высокая дверь из серого дерева, вызвала у Гарри неоднозначные чувства, по крайней мере ему не придется вновь заходить туда. Воспоминания о ритуальном зале казались блеклыми и скорыми, но не теряли своего горького осадка. Мальчик повернулся спиной к двери и оперся о стену спиной. — Ребят, поговорим? — тихо проговорил он в воздух. — Конечно, Гарри, я рада, что ты не забыл, — вздохнул голос из темноты, а после на свету блеснули светлые волосы. — Прости, было грубо с моей стороны перебивать тебя. — Это было очень важно, — произнес показавшийся рядом Бен. — Мне нельзя показывать свое магическое ядро, да? — Гарри сложил руки на груди и слегка поежился. — Да… Мы можем сами тебе показать, и ты тогда поймешь почему, — София вытянула ладонь к Гарри. В ее взгляде стояла настороженность, которая иногда проявляется у людей, контактирующих с животными. Похоже подруга боялась спугнуть Гарри. — Вы действительно можете? А почему раньше не показали…? — Потому что раньше не могли, наша магия, как и воспоминания восстанавливаются постепенно. Плюс сегодня мы подглядели заклинание у медсестры, — спокойно пожал плечами Бен.       Гарри взглянул на протянутую ему ладонь и ухватился за нее своей, руки у Софии были прохладные, будто бы она только что пришла с улицы. В груди мальчика запульсировала точная такая же прохлада, словно внутри кто-то находился и своими цепкими пальцами пытался раскрыть грудную клетку. Не было больно, но в какой-то момент дышать стало слишком легко, словно в нем проделали дыру и теперь он дышал через трубку. Из-за черной запахнутой мантии начало пробираться наружу что-то едва заметное, небольшое, стоило Гарри приглядеться, как его тело сковало шоком. Это было магическое ядро, но оно совсем не походило на то, которое он видел сегодня в больничном крыле. Сфера была прозрачная, напоминало стеклянный шар, в котором разрослись широкие трубчатые отростки, короткие и такие же бесцветные. —П-почему оно так выглядит…? — спустя долгую паузу прошептал Гарри. — Оно словно… Неживое… — Нет, Гарри, ты ошибаешься, — вздохнула София, поднося свою руку к сфере, словно придерживая ее. —Оно живое, просто…Оно просто другое, не такое, как у других. — Это я заметил…— проскулил мальчик. — у сквибов так же…? —Нет, оно примерно такое же, как у парня, утром, просто тусклое. От насыщенности свечения зависит уровень и количество магии, — Бен подошел к ним и обхватил ладонь Софии своей. — Твое же ядро работает совсем иначе чем у других. Помнишь мы рассказывали тебе про поток? — он дождался кивка от друга. — Так вот, магия вокруг нас — сырая. Волшебники, благодаря ядру, перерабатывают ее, чтобы она стала пригодной для волшебства, так сказать… Они усмиряют ее и делают гибкой под свои заклинания. — Но твое ядро работает иначе, — продолжила София.       Из их ладоней начал образовываться яркий серебристый поток, вливающийся в широкие трубы и заполняя собой сферу, оставаясь там. — Сейчас мы влили в твое ядро свою, уже усмиренную, магию и, как видишь, оно не препятствует взаимодействию. Произнеси какое-нибудь заклинание, Гарри.       Палочка из красного дерева легла в смуглую ладонь мальчика, а когда тот произнес заклинание, ее кончик засветился. Ядро начало постепенно пустеть, а когда весь блеск иссяк, палочка потухла. —Я… Больше не могу колдовать…? — робко произнес Гарри. — Ровно до того момента, пока мы не вольем в тебя еще магии, — Бен увел Софию в сторону от Гарри. — А теперь колдуй без палочки. — Как? Оно же пустое… — мальчик испуганно посмотрел на друзей, но палочку опустил. — Не бойся, мы знаем, что делаем. Просто делай так, как я тебя учила, — София подбадривающе кивнула и расцепила их с Беном ладони, заметив, что тот держит ее больно долго.       Сказать, что Гарри запаниковал — ничего не сказать. Он смотрел на свое пустое ядро, через которое прослеживался искаженный каменный пол и чувствовал, как его ладони невыносимо потеют. Вздохнув полной грудью, он вытянул руку и сжал пальцы вместе. Огонь на факеле дернулся и через мгновенье потух так, словно его резко сжали и удушили. — Получилось…? — он взглянул вниз и посмотрел на точно такое же пустое ядро. — Но…как? — Поздравляю, ты использовал сырую магию, — Бен улыбнулся и снова подошел к нему, потрепав за плечо.       Сфера перед грудью Гарри постепенно рассеялась так, будто ее и вовсе здесь не было. — И тут все наши знания заканчиваются… —за ним подошла и София. — Да даже, то, с чем мы делимся сейчас — основано на догадках. Насколько я знаю, никто ранее не сталкивался с таким явлением, ты словно… Не существуешь, поэтому тебе не нужно проходить через то же, что и другие волшебники. — Флитвик говорил нечто подобное…— припомнил Гарри. — А в прошлый раз вы говорили, что ядро закрыто, но сейчас я видел совершенно обратное, оно, наоборот, всасывает все по максимум. — А что ты хотел? Я же говорю, что все строится на предположениях, — заворчала подруга. — Я так решила из-за того, что у тебя не происходит процесс обработки. Ну, знаешь, словно обрабатывать то и нечего. — Мы же не волшебники-исследователи, Гарри, — вздохнул Бен. — И, по сути, не знаем больше твоего. — Ладно-ладно… Но вы даже предположить не можете из-за чего все так…? — Гарри положил руку на свою грудь. — Ну, должны же быть причины. — Возможно мы это узнаем, когда вспомним о своей смерти… Все-таки нас же что-то связывает, — улыбнулась София и поправила волосы друга, зачесывая вылезшие на лицо пряди. — Всему нужно время, Гарри. — А так хочется скорее со всем разобраться… Что вы вспомнили? — Нууу, пока только веселые времена в Хогвартсе, — хохотнул Бен, закидывая руки себе за голову. — Я был крутым парнем. — Ты был придурком, как и твои дружки, — хмыкнула София и, не сдержавшись, ткнула пальцем в беззащитный бок мальчишки. Бен вскрикнул и отскочил в сторону, прикрывая руками пострадавшее место. — Ну, таким и остался. — Вот зануда… — пропыхтел мальчик.       Гарри прыснул себе в кулак, наблюдая за ним с особым умилением. — Вы прямо, как парочка, — с крупицей язвительности произнес он, за что получил осуждающий взгляд со стороны подруги. — Не неси чепухи, — отрезала она, хотя, судя по Бену, подобное высказывание задело только ее. — Тебе, кстати, уже пора в общую комнату, комендантский час скоро начнется, если не уже начался. — Да-да, мам, уже бегу, — с улыбкой произнес Гарри, уворачиваясь от подзатыльника и начиная поспешно уходить.       Силуэты за спиной проводили его взглядом и вскоре рассеялись серебристой пыльцой, оставляя коридор в полной тишине. Только вот тишина продлилась недолго, через пару минут серая дверь разрослась по всей стене становясь высокой каменной аркой. —А это уже интересно… — тихо пробормотала Шафик, выходя из ритуальной комнаты.       С ослабленной руки капала темная кровь, приземляясь на шершавый пол. Девушка раздосадовано шикнула и стерла пятно магией, доставая из кармана еще бинты и наспех заматывая предплечье. Она вновь оглядела коридор и взмахнула палочкой. — Гоменум ревелио…