Малахитовые сны

      Странным, неизвестным образом Тэхён пришёл к мысли, что ему необходимо навести порядок в комнате.       Солнце впервые за несколько дней выглянуло из-за туч, подсветив слои пыли на книжных полках. По радио играла меланхоличная композиция о безответной любви. Тэхён тихонько подпевал знакомым строчкам.       — Не могу поверить, что вижу тебя за уборкой.       Чимин заглянул, как всегда, без стука и видимой на то причины.              — Надо же хоть иногда изображать взрослого.              Груда книг на кровати зазывно поблёскивала глянцевыми обложками. Чимин взял одну из них и зачитался аннотацией.       — Я, вообще-то, по серьёзному делу, — сказал он, опомнившись. — Удели мне минуту. И лучше присядь.       — Сперва уборка. Рассказывай, я так послушаю.       — Дело действительно серьёзное. Отвлекись, а уборкой пусть займётся Ёнтан.       Крохотный робот, сидевший в углу, оживился, услышав своё имя. Лампочки-глаза загорелись, двигательные механизмы лениво заскрежетали.       — От него не дождёшься помощи, — фыркнул Тэхён. — Я пытался, но он отказался работать.       — Что-о? — Чимин отбросил голову, подавившись хохотом. — Тебе отказал в помощи домашний робот?       Ёнтан, посчитав, что вопрос адресован ему, невозмутимо ответил:       — Я создание, имеющее права и желания. Я могу отказать в исполнении просьбы, если она нарушает целостность моего внутреннего состояния.       Поражённый услышанным Чимин посмотрел на Тэхёна, и тот пояснил:       — Во время первичной калибровки я поставил ему значение воли на девяносто процентов. Думал, это сделает его похожим на живого собеседника, а сделало ленивой грудой пластика. Вот тебе и восстание машин. Ничто так не очеловечивает, как нежелание работать.       — Ха-ха! — Чимин снова не сдержал веселья. — Как говорит Юнги, искусственный интеллект на то и искусственный, что не интеллект.       Тэхён посмотрел на него подозрительно. Фыркнув, он вернулся к уборке.       — Я сейчас же переименую контакт твоего дружка в «мужчину с плохим чувством юмора».              — А он уже удостоился места в твоей записной книге? Вау. И как он записан сейчас? «Мужчина, похожий на лису»?       Слово коснулось слуха. Рука застыла над полкой.       — Как ты сказал? — Тэхён обернулся. Смущённый его реакцией Чимин повторил:       — «Мужчина, похожий на лису».       События в обратном порядке: лиса, Ёнсон, парк, белки. Всё это было настоящим, всё это было живым.       — Лиса, — прошептал Тэхён. — Я видел лису этой ночью. Нет, не ночью — только что! — Он бросил уборку и подошёл к Чимину. — Когда я проснулся?       — Часа три назад.       — Что?! Невозможно! Я только что был в парке. Чонгук исчез куда-то, и я увидел Ёнсон. Да, точно! Я увидел Ёнсон в свадебном платье, пошёл за ней, а она превратилась в белую лису. Потом вернулся Чонгук, и я… оказался здесь.       Он потянулся к виску. Запустив виртуальный экран, открыл историю устройства. Программа «Somnus» действительно была отключена три часа назад, как и сказал Чимин. Почему же Тэхён забыл об этом?       — Что последнее ты помнишь? — аккуратно спросил Чимин.       — Уборка. Только это.       — А знакомство с Юнги?       — Это было вчера.       Гнетущая тишина повисла в комнате. Чимин, потеряв от волнения голос, прохрипел:       — Это было сегодня. Полчаса назад.       На короткое мгновение Тэхёну показалось, что стены комнаты начали рушиться. Как тогда, в Екатеринбурге. Холодные улицы незнакомого города — один, без друзей, без любви. Но стены выдержали, сломив лишь душу. Тэхён упал на кровать. Чимин, положив руку ему на плечо, сел рядом.       — Я должен тебе кое-что рассказать. Постарайся слушать внимательно, ладно? — Он сделал глубокий вдох. — Утром звонил Намджун. Он сказал, что в базе «Somnus» завёлся вирус. Обошлось малой кровью, всего один пострадавший, однако он не приходит в себя. Дело замяли, близким пострадавшего заплатили. Но это не отменяет того факта, что первое заражение человека компьютерным вирусом произошло. Чтобы не допустить повторения инцидента, сегодня ночью в «Somnus» устроят выброс и отключат программу якобы для устранения обнаруженных багов.       Тэхён, несмотря на просьбу слушать внимательно, пропустил половину слов мимо ушей. Он вспоминал сон, думал о том, как убедителен был Чонгук в своих сомнениях. «Почему ты так уверен?». Действительно, почему?       — У тебя превосходная фантазия, Чимин. Не думал писать книги?       — Я серьёзно!       — Я тоже. Невозможно заразить человека вирусом, написанным для машин. Биотехнологии ещё не доросли до такого.              — Ты вообще меня слушал?! Речь идёт не о здоровье, а о целой жизни!       — У меня на чипе установлен антивирус. Я защищён.       Чимин повысил тон, теряя терпение:       — У заражённого он тоже был! Это не панацея. Прошу, услышь меня. И удали программу наконец.       Но теперь разозлился уже Тэхён.       — Зачем? Чтобы снова лежать без сна, теряя время за изучением потолочной игры света? — Он прижал ладонь ко лбу, разгладил уставшие морщины. — Мне лучше. Хоть я и знаю, что это временно. Риск присутствует при любом раскладе, но в нынешнем я хотя бы получаю надежду.       Это другие сгинут, а ему повезёт. Впервые в чём-то важном.       Чимин погладил Тэхёна по руке. Он был достаточно умён, чтобы понять: поучениями его не образумишь.       — Ты давно смотрел в зеркало?       — Что?       — Лицо своё когда в последний раз видел?       — Вчера. — Вспомнив истину, что Чимин открыл пару минут назад, Тэхён исправился: — В смысле, сегодня.       — И как тебе увиденное?       — Мне лучше, — повторил Тэхён, однако его голос предательски дрогнул. Чимин ничего не сказал. Он ушёл из комнаты, а через минуту вернулся с зеркалом в руке.       — Смотри. И после этого попробуй ещё раз сказать, что тебе лучше.       Гладкое, как поверхность ледяного озера, холодное, как город несбывшейся мечты. Тэхён коснулся рамы и едва не уронил хрупкое изделие. Ах, зеркала. Почему вы никогда не показываете то, что хочется в вас увидеть?       Тэхён смотрел снова и снова, но не узнавал себя в картине ночного кошмара.       — Оно сломано.       — Что, прости?       — Твоё зеркало сломано, — прошептал Тэхён. Чимин почесал затылок.       — Ты же в курсе, что у зеркал нет батареек?       Создатель солнечных зайчиков, капкан для упырей превратил его лик в демоническую маску. Нарисовал тени там, где их вовек не было, обесцветил то, что прежде пульсировало кровью. Тьма под очами, бледность на некогда пламенных устах.       — Ты до сих пор по ней скучаешь?       Не помня голоса и взгляда. Да. Безответно.       — Почему ты так решил?       — Ты назвал её имя. — Чимин открыл книгу, что держал в руке, и показал снимок, спрятанный Тэхёном между страницами. — И ты всё ещё хранишь её фотографию.       — А что мне сделать? Вычеркнуть Ёнсон из памяти лишь потому, что она в браке с другим человеком? Она мой друг. Была им.       Очень долгое время.       Тэхён не умеет вычёркивать имена из записных книг. Переписав их новым алфавитом, не забывает, как они звучат на родном языке. Чимин ещё раз попытался заглянуть ему в глаза. Найдя в них дорогу, он пустил по ней мысль:       — Может, близкого друга пора отпустить?       Но как забыть того, на ком держится мироздание? Он наделил Ёнсон властью, которую теперь не знал, как забрать.       Чимин заявил, что забирает книгу, и вышел из комнаты. Лёгкая тишина повисла в воздухе.              Пальцы сами потянулись к кнопке на виске. Всё-таки Тэхён слушал. Чимин не знает, но для него он главный проповедник мудрости. К его речам Тэхён прислушивается, в его словах ищет пути решения. Тэхён вбил в поиск название лекарства. Интересно, откуда Намджун знает о вирусе? Ах, ну да, он ведь работает в сфере биотехнологий. Почему Тэхён об этом забыл?       В новостном источнике с высоким доверием читателей Тэхён нашёл статью о процессе создания «Somnus». Работа велась более трёх лет, команда менялась неоднократно, бла-бла. В конце статьи он нашёл фотографию всех, кто был причастен к разработке бета-версии. Тэхён махнул рукой, чтобы увеличить снимок, пиксели перед глазами заплясали. Секунда, и он узнал человека в центре. Он узнал заразительную улыбку.       Один вопрос: как не забыть об этом, когда душа проснётся в Екатеринбурге?