«Черная Вдова: секреты тьмы»

Великий лес Куромори. Спустя некоторе время.

— Это место меня убивает… — Какаши обливался потом, воздуха становилось всё меньше. — Либо так, либо снаружи. — Будь моя воля я бы и не уходила отсюда никуда, но не родившийся ребенок потреблял очень много жизненных сил. Лежа на груди Какаши, перебираю пальцами волосы, когда живот внезапно начинает крутить. — Ты в порядке? — Какаши приподнял голову, осматривая меня. — Мне срочно нужно начать питаться… — Но если мы вернемся в Ю но Куни, скорее всего сразу же попадем в ловушку. — Какаши положил руку мне на голову, стараясь поддержать. — Корень как всегда не вовремя. Да и если я окажусь среди людей то сразу же сорвусь. — Безучастно заметила я. — А я? — Сейчас мы находимся в самом безопасном для меня месте. Тут я могу поддерживать контроль ещё долгое время. Но вскоре я начну слабнуть, это дитя поглощает мой внутренний ресурс. — Ты же Саннин. Если мы вернемся и ты сразу же применишь свои способности, то у нас будет шанс. — Не будет, для плода опасно использование природной чакры, даже для такой сильной девочки. Какаши коротко выдохнул. — На сколько тебя хватит? — Я не знаю. Никто не знает. Я относительно недавно ела, тех шиноби из Кумо. Но для моего организма их не хватило бы даже на два дня. А для созревающей девочки по моим ощущениям понадобилось бы людей десять в день. Проще всего было перестраховаться и уйти в какой-то лес, волки, олени… Там много живности, но туда нужно ещё добраться. Зрение уловило приближение Старейшины, который вскоре аккуратно коснулся кокона, зовя меня. — Что происходит? — Какаши поднялся, огонь в его руке давно погас, чтобы не тратить воздух. — Прости Какаши, похоже лежать здесь больше не выйдет. Правила ты знаешь. Просто… Не переживай, там, снаружи, будет полно малышей. — Я провела пальцем по мирно лежащему пауку. — Но они не тронут тебя. Заметила как Какаши помутило. На это я лишь протянула руку, поднимаясь с него. Вскоре кокон исчез, окружение одарило нас свежим воздухом и приятной прохладой. Нас снова облепили пауки разных размеров, но в этот раз Какаши старался держать себя в руках. <Моя Химэ, вам срочно нужно поесть, как в прошлый раз.> — Старейшина был взволнован, как и все присутствующие. Это чувствовалось не только в запахе, но и в вибрациях паутины. <Снаружи нас поджидает опасность, я страшусь за сохранность ребенка. Один неверный шаг, один удачный удар в живот и всё может быть потеряно.> — Я вздохнула полной грудью, ощущая внутренне натяжение в животе. Лес колыхнулся с этим вздохом, будто поддерживая меня. <Тогда съешьте своих детей, их не хватит на долго, но поможет протянуть до того момента когда опасность отступит.> — Я перевела внимание на полчища пауков, ожидаемо никак не отреагировавших на предложение, ведь живут лишь с целью хранения моего рода. <Этого мало… Я знаю людей, они так просто не уйдут, выжидать нет смысла.> — Они ещё недостаточно выросли, чтобы хватило на долго. <Тогда воспользуйтесь ими как оружием.> — Вновь отозвался Старейшина. Оружие… АНБУ, ожидающие нас, наверняка ждут нашего возвращения, вот будет неудача когда старейшина сделает обратный призыв и вместе с нами появятся сотни пауков. От всех уклонится не получится, всех убить не выйдет, главное не медлить.

***

<Вы готовы, моя Химэ?> Я осмотрела присутствующих после чего подала сигнал. Пуф! Оказавшись в номере гостиницы моментально осматриваю окружение. В комнате ещё три человека, не считая Какаши. Пауки сразу бросились на окружающих, пока сквозь пар я не заметила знакомую макушку. <Стоять!> — окружение замерло, ничто не двигалось, лишь Какаши уже находясь в боевой стойке с кунаем наготове, сместил свою бандану на травмированный от резкого света глаз, оставив видимым лишь Шаринган. — Что это за чертовщина… — Неизвестный прокомментировал ситуацию. — Кажется они вернулись. Знакомые голоса. Когда облако от техники уляглось, нашему взгляду предстали Шикаку, Ибики и Иноичи, последний успел заблокировать атаку большого паука, но в ответ не напал. — Рискну предположить, что встретить вы ожидали не нас. — Прочистив горло подал голос Шикаку. — Что происходит, Аризу? Дыхание участилось. Почувствовала как слюна наполняется ядом. <Ко мне.> Пауки окружили меня, более мелкие облепили тело. — Корень случился. К слову где они? В комнату вошел Асума, ответив на вопрос Какаши: — Мы о них позаботились. Они ушли. — Он обратил внимание на меня, тыкнув пальцем. — Что это с ней? Какаши обернулся, и сразу узнал это повидение. — Вот черт. Бегите отсюда! Седовласый бросился ко мне и не смотря на присутствие пауков, поднял меня на руки и на всех парах понес за пределы деревни. Сильные руки удерживали меня крепко, не позволяя даже коснуться земли. Крыши домов проносились мимо. Кто-то что-то кричал вслед. Я не разбирала слов. Только запахи. Слишком много. Слишком яркие. Слишком живые. Пальцы сами собой сжались, небольшой зуд в спине. Внутри приятно потянуло. Голод. Пауки плотным потоком двигались следом, заполняя пространство за спиной. Более крупные держались по бокам, словно живой щит. Мелкие цеплялись за одежду и волосы, не желая отпускать Химэ. — Какаши… — голос прозвучал непривычно тихо. Он даже не посмотрел вниз. — Потерпи ещё немного. Дыхание у него уже сбивалось. — Ты не понимаешь… — Нет, это ты не понимаешь, — резко перебил он. — Не смей сейчас думать о мелочах. Сконцентрируйся. Запах. Сердцебиение. Каждый встречный человек ощущался слишком отчётливо. Мышцы непроизвольно напряглись. Слюна снова наполнила рот. Какаши ускорился. — Осталось немного. Скоро будет лес. На крыше соседнего здания мелькнула тень. — Какаши! Запрыгивай, в один прыжок до леса доберемся. — Джирайя-сама?

***

Лес поблизости Ю но Куни. Какаши Хатаке: — Ты смотри, а она делает успехи. В прошлом она срывалась мгновенно. — Вы уже видели её в таком состоянии? — Да, при нападении Кьюби. Тогда было даже страшнее, она чуть не убила меня! — Нарочито драматично заметил Джирайя, осмотрев огромных размеров кокон и тянущиеся от него сети, тонущие в листве и траве. — Поверить не могу, что за такое короткое время можно создать что-то настолько большое. — Но ведь и пауков не мало было. — Возразил мужчина. — Не расскажешь как до такого дошло? — Вас послал Хокаге? Ответ не заставил себя ждать. Джирайя искренне засмеялся, затем ответив: — Нет уж, у меня была другая крайне важная миссия в этой деревне… — Он потер руки, со странной улыбкой. — Я собирал материал для своей следующий книги. Сидя на довольно большом удалении от всей процессии на ветке раскидистого высокого дерева, вне её досягаемости, издали иногда мелькали силуэты пауков, тащащих к кокону свою добычу. — К слову, Какаши… А чего это она в этот раз так разбушевалась? Я уже собирался ответить, но вдруг в голове кольнуло. <Аризу ведь говорила, что Коноха уничтожила её клан. Но кто отдал приказ?> — Голодная, наверное… Хорошо что вы оказались близко, я бы не успел отвести её далеко от деревни. — О-хо-хо, в этом ты прав. — Великий Саннин ободряюще похлопал меня по спине. — Как удачно именно сегодня здесь оказались тридцать шиноби Корня… Джирайя явно наиграно изобразил задумчивость, потирая подбородок и иногда бросая любопытные взгляды на меня. — Хорошо, что я оказался рядом и подговорил наших общих друзей прогнать их, да? Джирайя широко улыбнулся. Слишком широко. Я смотрел на него несколько секунд, пытаясь понять, шутит он или нет. Взгляд невольно скользнул к кокону. Паутина едва заметно пульсировала. Изредка внутри что-то шевелилось, а затем из небольших отверстий появлялись пауки, исчезая в лесной чаще. Возвращались не все. — Вы знали, что Корень будет здесь? — спросил я. Улыбка Джирайи стала чуть менее беспечной. — Предполагал. — Поэтому появились именно сегодня? — Поэтому задержался. Я опустил взгляд. — А если бы не появились? — Тогда ты бы сейчас не сидел рядом со мной. А Аризу уничтожила ещё одну деревню. Ответ прозвучал спокойно. Без привычной шутливости. Несколько мгновений мы сидели молча. Вдалеке мелькнул силуэт крупного паука, тащившего что-то значительно тяжелее себя. Я не стал реагировать на его ответ. Это вполне могла быть провокация. — Джирайя-сама… — М? — Вы много знаете о клане Кумори? Лес затих. Или мне так показалось. Даже Джирайя перестал улыбаться. — Сложный вопрос, — произнёс он наконец. — Я задал простой. Он тяжело вздохнул. — Разве не проще спросить об этом саму Аризу? Я нахмурился. — Вы прекрасно знаете, что она знает об истории своего клана не больше рядового жителя Конохи. Джирайя сорвал листок и несколько секунд крутил его между пальцами. — Я тоже знаю не много. Он посмотрел в сторону кокона. — В основном слухи, когда они… Пропали, я был ещё сопляком. — И все же? — Это как бы и не клан. Кланом его уже люди окрестили. Видели из его представителей только женщин, правда понятно это было лишь по голосу. Известно, что в лесу где они обитали постоянно пропадали мужчины, а некоторые деревни пользовались их услугами, в обмен на них же. — Это всё? Я почувствовал, как внутри неприятно сжалось. Перед глазами возникла маленькая Аризу. Прячущаяся за моей спиной. Избегающая света. Закрывающая уши от шума. Тогда она казалась просто странной. Теперь… — Из-за этого их уничтожили? Джирайя хмыкнул. — Это уже другой вопрос. Саннин перевёл на меня взгляд. — Какаши, большинство войн начинаются не потому, что одна сторона абсолютно права, а другая абсолютно виновата. Люди боятся того, чего не понимают. А Кумори… не очень старались быть понятыми. — Джирайя взял несколько мгновений паузы, затем коротко добавил. — Но, если честно, Какаши… Я не уверен, что кто-то действительно хотел их понять. — Вы когда-нибудь общались с Аризу? — А вот знаешь, общался однажды. Даже случайно увидел её кода собирал материал для книги… Да… Неловко вышло. — И какой она вам показалась? — спросил я. Джирайя задумался. — Одинокой, наверное. Он тяжело выдохнул. — А ещё… очень старательной. Она действительно пыталась понять людей. Просто никто не замечал этого. — В одно время Минато с Кушиной собирались помочь ей. Но и в этот раз Кьюби помешал девочке обрести семью. <В этот раз? Значит клан был уничтожен с его помощью?> Джирайя тем временем продолжил. — Ты при возможности спроси у неё об этом. Уверен она знает больше чем рассказывает тебе. Как думаешь, считает ли она тебя своей семьей, раз уж вы выросли вместе? — От последнего вопроса Саннина я подавился, сильно закашлявшись. <Что же вы на рану соль сыпете, Джирайя-сама…> — Да… Да, думаю считает… — Тогда никогда не забывай одну вещь, Какаши. Саннин больше не улыбался. — Она не человек. Лес на мгновение снова погрузился в тишину. — И никогда им не станет. Ни через год. Ни через десять лет. Сколько бы времени она ни провела среди людей. Он перевёл взгляд на огромный кокон. — Но знаешь, что я понял за свою жизнь? Я молча смотрел перед собой. — Люди тоже далеко не всегда ведут себя как люди. Джирайя тяжело выдохнул. — Так что не пытайся сделать из неё кого-то другого. Не жди, что однажды она проснётся и начнёт думать, чувствовать и жить как все остальные. Он снова посмотрел на меня. — Просто реши для себя, сможешь ли ты принять её такой, какая она есть. На этот вопрос за тебя уже никто не ответит. Поднявшись на ноги, Джирайя отряхнул себя. — Ну, думаю мне пора. Не наделайте глупостей, детишки. Шуншин. Некоторое время я сидел неподвижно, глядя на кокон в дали. Лес снова наполнился привычными звуками. Где-то вдалеке шелестела листва. Между деревьями мелькали силуэты пауков. Джирайя ушёл. И вместе с ним ушла возможность сделать вид, что всё происходящее — просто очередная миссия. Аризу Кумори: Очнувшись я обнаружила себя в темноте, прямо посреди трапезы. Среди обмотанных паутиной тел различных животных. Внутри кокона было тепло, уютно. То тут то там было движение. Кто-то висел, кто-то лежал, кто-то ползал, кто-то тащил ко мне новое лакомство. Всё в порядке… Приложив руку к животу, прислушалась к ощущениям. Всё в порядке. Зрение уловило два источника тепла в дали, один из которых вскоре исчез. <Пусть только попробуют зайти за грань. Убить.> — Получив команду, пауки продолжили заниматься уже ставшими для них рутинными делами. Одни ловили птиц, другие грызунов. Третьи более крупную дичь. <Когда ты родишься, я наконец-то узнаю, как я появилась на свет.> — Всё ещё держа руку на животе, переключилась на следующий кокон, жадно поглощая содержимое. А меньше их не становилось, лишь больше. И я понимала, этого всё ещё мало. Время шло, утро сменилось ночью, ночь сменилась днём, а тот, в свою очередь, ночью. Кокон уже не был пустым, люди назвали бы это место кладбищем, правда не людей, животных. И я, лежа почти в самого верху купола, на горе скукожившихся, выпитых тел, уже сама удивлялась: <Ещё мало?> До этого мне даже в голову не приходило, что питаться животными настолько неэффективно. Что есть такое в людях, чего нет в этом? <Возможно больший объем чакры? Звучит правдоподобно.> <Пересчитайте количество тел> — Находящиеся внутри кокона дети начали шевелиться, выполняя мою просьбу, и спустя непродолжительное время результат был получен. <Две тысячи четыреста восемьдесят семь, мамочка.> <Обращайся к ней Химэ, как тебя учил Старейшина.> И так постоянно, стоит кому-то подать голос, как говорить начинают все… <Успокойтесь, маме нужен покой.> — Запахи улеглись и все снова принялись заниматься другими задачами. Время продолжало идти. Иногда я замечала новые источники тепла возле того который всё ещё был возле границы моей территории, иногда их становилось больше, что заставляло меня напрячься, но результат всегда был один. Они уходили. Дети всё возвращались, неся с собой мою еду. Всей семьей мы неустанно работали ради нашего будущего и это грело изнутри. Умом я понимала — это нормально для нас. Но внутри всё щекотало от того, что раньше я подобного восторга не испытывала. И этот восторг побуждал работать ещё интенсивнее. <Это только процесс созревания… А уже такие затраты… Интересно как она родится? В истинной форме, а потом трансформируется?> Счетчик тем временем перешагнул за пять тысяч. На границах территории начались какие-то волнения. <Моя Химэ…> От бесконечной трапезы меня отвлек запах, встревоженный. <Что случилось> — Не отрываясь от кокона начала разговор я. <Это люди, они начали жечь нашу паутину…> Я остановилась. <Убить> Не волнуйся Аризу, просто продолжай есть, тебе нужно есть. <Очень много, и огонь много…> Неблагодарные твари. <Убить.> <Всех убить.> <Трупы тащите сюда, я голодна.> Запахи вокруг мгновенно изменились. Если ещё секунду назад в них преобладали тревога и боль, то теперь поверх них легло нечто другое. Уверенность. Дети получили ответ. Получили направление. Получили волю Химэ. Паутина задрожала сильнее. Где-то далеко оборвалась ещё одна нить. И ещё. <Они падают.> <Много тепла.> <Они кричат.> <Огонь погас.> Хорошо. Пальцы вновь сжались на очередном коконе. Разорвав его, жадно припала к содержимому. Мало. Слишком мало. Даже теперь. Живот болезненно потянуло. Инстинкты настойчиво напоминали: Есть. Есть больше. Не останавливаться. <Мамочка…> <Химэ.> <Мы нашли вкусных.> Я замерла. Вкусных? Запахи, до этого напоминавшие лишь хаотичную мешанину тревоги, стали ярче. Насыщеннее. От них по телу пробежала дрожь. <Тащите сюда.> Ответ пришёл мгновенно. <Да, Химэ.> Я снова приложила ладонь к животу. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Нужно только есть. Снаружи становилось всё шумнее. Даже сквозь толщу кокона доносились глухие вибрации. Взрывы. Удары. Треск горящей паутины. Будь это моя паутина — не горела бы… Как жаль, что я не могу принять участия в добыче пищи. Крики. А потом… Паутина возле основания кокона зашевелилась. Сначала показалась одна лапка. Потом вторая. Огромный паук с трудом тащил за собой человеческое тело. Следом появился второй. Третий. Четвёртый. Шиноби. Некоторые ещё пытались сопротивляться. Дёргались. Хрипели. Один даже пытался складывать печати связанными руками. Но паутина быстро обездвиживала их. <Химэ, мы принесли.> Я смотрела на них сверху, не двигаясь. Восседая на троне из трусов. Корень. Но как дети справились с ними? Разведчики? Один из них встретился со мной взглядом. Испуганным. Непонимающим. Словно не понимая, почему всё произошло именно так. Почему охотник оказался добычей. — Это что, страх? Кажется Данзо плохо обучил вас. Затем перевела взгляд на принесённых людей. — А эти видимо жгли мои временные владения… Какое безрассудство. — Аризу Кумори. Тебе это с рук не сойдет! Данзо узнает об этом! Смотрите какие эмоции, может Данзо не так умел как думает? — Ох… Я очень на это надеюсь… — Томно произнесла я, наблюдая как дети тащат временно живых шиноби ко мне. Взгляд скользнул по их лицам, когда дети любезно стянули с них маски. Усталость. Боль от яда. У некоторых страх. Странно. Мне казалось, что Корень от подобного избавляется ещё на этапе подготовки. И вот в это Данзо хотел забрать меня с самого детства? — Не смотри на меня так, тварь! — один из мужчин дёрнулся, пытаясь высвободить руку из липкой паутины. — Ты чудовище! Я наклонила голову. Чудовище? Дети вокруг меня зашевелились. Некоторые раздражённо перебирали лапами. Другие принюхивались к пленникам. Третьи продолжали тащить новые коконы с животными, будто происходящее их совершенно не касалось. — Вы пришли сюда с огнём, — спокойно заметила я. — Начали уничтожать то, что не принадлежит вам. Причинили боль моим детям. Убивали их. — И после этого называете чудовищем меня? Шиноби стиснул зубы. — Ты ешь людей! — Да. Ответила без колебаний. — А вы убиваете людей. Молчание. — Мы делаем это ради деревни! — А я ради семьи. Некоторое время никто не говорил. Я смотрела на них сверху, а они смотрели на меня снизу. Будто мы пытались понять друг друга. И оба терпели поражение. Очередной спазм заставил вздрогнуть. Мало. Даже сейчас. Живот болезненно сжался. Дети тут же встревожились. <Мамочке больно?> <Химэ больно?> <Убить ещё?> <Принести больше?> — Тише. Этого оказалось достаточно. Запахи улеглись. Шиноби Корня заметно напряглись, видимо думая, что я говорю сама с собой. Один из них побледнел настолько, что я невольно задумалась, способен ли человек потерять весь свой цвет. Или он от природы такой? — Вас я буду есть заживо, — произнесла я, рассматривая его лицо, — Последний расскажет кто страшнее, я, или Данзо. <Химэ?> Я вновь перевела взгляд на шиноби. — Тащите их ко мне. Этих должно хватить для неё. Несколько человек непонимающе подняли головы. Я улыбнулась. Совсем немного. — Напасть на Химэ — ошибка… Напасть на беременную Химэ — фатальная ошибка. На несколько секунд воцарилась абсолютная тишина. Даже дети словно замерли. — …что? Беременность… Ладонь медленно погладила живот. Я подняла взгляд, восемь глаз встретились с человеческими. В коконе стало тихо. А затем рядом раздался знакомый детский запах. <Мамочка…> <Химэ.> Маленький паучок осторожно коснулся моей ноги лапкой. <Нужно поесть.> Я моргнула. Посмотрела на принесённых людей. На животных. На бесчисленные коконы вокруг. — Верно, — тихо ответила я, подтаскивая извивающийся кокон ко рту. — Спасибо. Пленники смотрели на меня с ужасом. Прислушиваясь к глухим крикам своего соратника, пробивающихся сквозь уплотнившийся кокон.

***

Спустя несколько часов. — Ты последний. — Произнесла я, удерживая обездвиженного шиноби на своих коленях. — Так что, кого ты сейчас боишься больше? Подумай над ответом, твоё тело сообщит мне о лжи. Остался последний. Как раз кстати… <Я наелась.> Шиноби плюнул мне в лицо, но я успела уклониться. У некоторых людей тоже есть яд? — Ну и ладно. — Одно движение и шея молодого парня сломалась. <Химэ, что теперь?> — Пауки начали стягиваться в сторону кокона, ожидая распоряжений. <Теперь уберите за собой, и ожидайте в коконе.> Вокруг ни души, отлично. Выйдя из кокона я наконец-то увидела следы боя, тела детей, тело ощутило запах гари. Значит они брали количеством, просто нанося укус за укусом, пока в теле шиноби не накопилось достаточно количество яда чтобы повалить их. Молодцы. <И что теперь? До деревни далеко, путь не безопасен, не говоря уже о самой Конохе. Тут тоже оставаться нельзя, будут и другие шиноби… И Какаши нет, надеюсь он в порядке.> Выхода не было, нужно было изменить место дислокации, да так чтобы не нашел никто. Мы глубоко в лесу, но всё же непозволительно близко к людям. <Когда дети уберут все следы нужно будет идти дальше, надеюсь вынашивание будет длиться не так долго как у людей.> Вспоминая Кушину, я невольно поморщилась. Даже такая сильная женщина на протяжении долгих месяцев оставалась уязвимой, а ближе к родам и вовсе едва могла позаботиться о себе самостоятельно. Слишком долго. Слишком опасно. Такого я себе позволить не могла. Сейчас всё держалось лишь на том, что я ещё способна двигаться, принимать решения и, если понадобится, защищаться. Если однажды это изменится, то последствия могут оказаться слишком серьёзными. Обведя взглядом поляну, я в очередной раз отметила, насколько старательно работают дети. Сгоревшая паутина исчезала, словно её никогда не существовало. Одни уносили тела шиноби и погибших животных, другие собирали остатки коконов, третьи стаскивали кучи листвы и земли, скрывая следы недавнего боя. Даже погибших собратьев они убирали без суеты и лишнего внимания, словно выполняли привычную часть своей работы.

***

Когда всё было закончено, мы отправились в глубь леса. Удаляясь от цивилизации. Чтобы не тратить силы я забралась на одного из пауков, который в быстром темпе нес меня вперед. Далеко позади заметила одинокую фигуру, пришедшую к недавнему укрытию. <Кто помнит человека которого я привела с собой?> Ответы достигли меня быстро. <Ты, иди к недавнему убежищю, только быстро. Если увидишь того человека — приведи к нам.> Паук скрылся в чаще, не тратя время на разглагольствования. Вскоре, зайдя достаточно далеко, я заметила небольшое углубление в земле у холмика, на котором росло старое дерево. Видимо, дождевая вода годами размывала почву, образовав естественное укрытие, не бросающееся в глаза. Это место подойдёт. Внутри можно сформировать кокон, укрепить его собственной паутиной, сверху присыпать землёй и листьями, оставив лишь несколько узких проходов для детей. Если всё сделать правильно, то даже внимательный человек пройдёт мимо, не заметив ничего необычного. Придётся использовать собственную паутину, чтобы скрыть наше присутствие от сенсоров, но это мелочи. Нам не нужен простор. Не нужен свет. Не нужны удобства. Нужно лишь место, где я смогу спокойно выносить ребёнка, а дети — защитить меня до её рождения.

***

Вскоре импровизированное логово было готово. Оставалось лишь залезть, наглухо всё закрыть и замаскировать. Но это будет уже не моя забота. На краю досягаемости моего зрения вновь появился силуэт, стремительно приближающийся к нам. Несколько секунд и на некотором расстоянии от меня приземляется Какаши, но не подходит. — Ты в порядке? — Он был серьезен, что-то беспокоило его, что-то кроме меня. — Если о Корне то дети разобрались. — Значит некоторые всё же добрались… Я думал, что устранил всех. — Он оглядел округу, с его плеча спустился паук, направившись ко мне. — Спасибо, Какаши. — Тебе не нужно благодарить за это. В ответ я лишь кивнула, не переставая следить за окружением. Какаши тем временем продолжил: — Какие твои дальнейшие действия. Аризу, хочу предупредить, во время… В общем то чем ты занималась не осталось незамеченным. Вся Ю но Куни в курсе, что «нечто» поселилось в лесу. — Да, я поняла это когда они начали жечь паутину, а заодно и детей. Хотя маска и скрывала большую часть лица, я заметила, что Какаши поджал губы. — Я собрала достаточно энергии для ребенка. Теперь нужно только выносить и родить. — Хорошо, я отнесу тебя в Коно… — Нет. Даже под страхом смерти я не отправлюсь туда в таком состоянии. — Резко ответила, перебив парня. — Сейчас главная опасность исходит от Конохи. — Более спокойно закончила я. — Да, ты права. Значит будешь тут? Могу я остаться рядом? — Я не уверена… Я не знаю. Во всяком случае не внутри. — Я показательно перевела взгляд на уже дожидающийся меня кокон. — И всё? Просто будешь… Ждать? — Это самый безопасный вариант. Дети закопают меня, заметут следы. Это место останется запечатанным пока всё не произойдет. Какаши несколько секунд помолчал, почесав затылок. Посмотрел по сторонам, будто оценивая выбранное мной место. Затем все же взглянул на меня: — А сенсоры? — Не проблема. — Без раздумий ответила я. Это в моей крови. Скрытность, маскировка, бесконечное ожидание без малейшего движения. Это всё то от чего пришлось отказаться в угоду бытия шиноби. Если бы Какаши видел хотя бы один мой бой, он бы многое для себя понял. Но он не видел. Ох… А он стал значительно сильнее, раз сумел в одиночку разобраться с остальными 26 АНБУ Корня. Разве что друзья помогли ему. — Есть что-то чем я могу помочь? — Есть… Нужно чтобы ты как-то… Смягчил реакцию руководства деревни на моё очередное исчезновение. Мне ведь отпуска никто не давал, а если и так… Сомневаюсь что я вернусь в деревню в ближайшие месяцы. Надеюсь только что не пропаду на год. — Я поговорил с Асумой. Он обещал поговорить с Хокаге. Да и без этого я думаю что он поймет. — Хирузен может и поймет. Но не он один сидит в совете Конохи. Учихи уже отказали мне в поддержке. На Хьюга я бы не рассчитывала. Могу расчитывать только на тебя. Какаши не отводя взгляд выслушал меня, затем лишь коротко кивнул. — Я оставлю рядом с тобой малыша. — Я протянула ладонь в сторону Хатаке, маленький паук, до этого прячущийся в моих волосах, выполз и направился к парню, сменив черные локоны на седые. — Ты поймешь по его поведению когда всё закончится. — Он начнет танцевать? — Уточнил Какаши. Я запнулась. — Нет. Думаю нет… Наверное нет. После непродолжительной паузы Хатаке кивнул своим мыслям. — Ты начинай, я ещё побуду тут. Отвечать не требовалось. Поняв что разговор закончен я медленно заползла в тесный кокон, плотно закрыв его, чтобы свет не проникал туда. Вскоре он укрепился достаточно чтобы пропали и звуки. Теперь это место было моим миром. Хатаке Какаши: Я наблюдал как девушка запечатала себя в круглом белом шаре, сотканном из бесчисленного количества нитей. Как шар облепили пауки, наложив ещё несколько слоев паутины. <Как она собирается там дышать?> Мысли менялись, менялся и ландшафт. Вскоре единственное что могло хотя бы отдаленно натолкнуть на мысли об нахождении здесь Аризу — это паук, скрывшийся в моих волосах. И моя память. <Нужно возвращаться, задается мне нам всем влетит за содеянное.> Вернувшись в Ю но Куни быстро нашел уже давно ожидающую компанию с которой мы сюда и прибыли, после чего мы дружно отправились в Коноху. Страна Огня. Деревня скрытая в Листве. — Что вас задержало? Шикаку, Чоза, Иноичи со своими женами, а также Ибики, Майто Гай, Куренай, Асума, Анко и Какаши. Все стояли в кабинете Хокаге, не зная как ответить на вопрос. Некоторые поглядывали на Хатаке, не зная стоит ли упоминать произошедшее на горячих источниках. Какаши сделал шаг вперед, привлекая к себе внимание. — Хокаге-сама. Мы задержались по моей вине, позвольте я лично всё вам объясню. Хирузен перевел внимательный взгляд на капитана АНБУ, находящегося под его прямым подчинением, не на сына Белого Клыка, не на ученика ученика его ученика. Именно на капитана. Махнув рукой, молча приказал остальным покинуть помещение, напоследок взглянув на них и затянулся трубкой. — Говори. — Хирузен откинулся в кресло, продолжая тянуть трубку. Какаши посмотрел в разные углы кабинета, отмечая что находившиеся под маскировкой АНБУ, находящиеся под его руководством и охраняющие Хокаге тоже ушли. — Хокаге-сама. Когда мы отправились в Ю но Куни я взял с собой се.. — Прочистив горло он продолжил. — Взял с собой Аризу Кумори, предположив, что если ей не дают заданий, то и с этим проблем не будет. Сарутоби притих, эта тема становилась ему всё более интересна, слишком многое в последнее время крутилось рядом с этой девочкой. Проблемы с Кумогакуре, заинтересованность Данзо… Хатаке продолжил: — Ночью на неё напали люди Данзо-сама. Хирузен отложил трубку, отведя глаза в сторону. — Где сейчас девочка? — Она в… Не в лучшем состоянии, после всех событий. Аризу не пожелала возвращаться в деревню пока полностью не восстановится, так как считает, что в Конохе ей находится опасно. Хирузен некоторое время молчал, постукивая пальцами по столу. Впервые за весь разговор он выглядел не как Хокаге, знающий ответы на все вопросы, а как пожилой человек, которому приходится пожинать последствия собственных решений. — Она сказала, где будет скрываться? Какаши выдержал короткую паузу. — Нет, Хокаге-сама. Ложь. Аризу действительно не сказала, где именно будет находиться. Она лишь показала кокон, в который собиралась себя запечатать. — Ты пытался убедить её вернуться? — Да. Это уже было правдой. — И? Какаши опустил взгляд. — Она отказалась. Если быть честным, я хотел остаться с ней, она была в плохом состоянии. Но она не пожелала чтобы я портил свою репутацию перед руководством. Хирузен тяжело вздохнул. — А её репутация её не заботит? — Она же Кумори, — спокойно ответил Какаши. — Я прожил с ней в одном доме достаточно, чтобы перестать судить её как человека. В кабинете воцарилась тишина. Дым от давно забытой трубки медленно растворялся в воздухе. — И что ты думаешь по этому поводу, Какаши? Вопрос прозвучал неожиданно. Не как приказ. Не как проверка. Как искренний интерес к мнению человека который знает о чем говорит. Какаши долго молчал. — Я считаю… — тихо произнёс он. — Я бы на её месте дважды подумал об возвращении в деревню после нескольких попыток похищения своими же товарищами. — Хочешь сказать, она покинула деревню навсегда? — Хочу сказать, что если она вернется то только тогда когда будет уверенна что сможет защитить себя, ведь деревня не смогла. Сарутоби вновь потянулся к трубке, вскоре скрыв себя за пеленой густого дыма. — Что с АНБУ которые пришли за ней? — То же что и со всеми кто пытался навредить ей. Хирузен долго молчал, обдумывая свой следующий вопрос, затем, поднявшись с кресла, развернулся к Хатаке спиной, подойдя к окну где открывался красивый вид на деревню. — Какаши, ты доверяешь ей? — Я доверяю каждому члену отряда Ро. — Какаши… — Тон Хокаге опустился, в этот раз ему нужен четкий ответ. — Я верю ей. Верил и учитель с супругой, думаю вы знаете. Если бы не Кьюби, напавший на деревню, если бы не Данзо, безвозвратно испортивший репутацию Аризу, заставив её разорвать связь со всеми нашими друзьями. Как бы сейчас сложилась её жизнь? Она бы продолжала быть капитаном АНБУ, возможно именно она заняла бы моё место. Но… — С Данзо я разберусь, Какаши. А ты сделай так чтобы она больше не сомневалась в деревне, поскольку я не могу вечно идти на уступки для неё. Это в последний раз. Если это повторится… Старик не договорил. Всё было очевидно. Нукенин. — Сделаю всё что в моих силах, Хокаге-сама. Короткий поклон и мне позволяют выйти из кабинета. Когда двери закрылись, в коридоре меня уже ждали. — Ну и что? — Весьма неожиданно меня встретила Куренай. — Что? — Какаши, если будешь увиливать я тебя ударю! — Куренай уперла руки в боки, чуть ли не обижено глядя на меня. — Не здесь. Выйдя из резиденции Хокаге, снаружи ждали остальные. — Ну и что? — Что вы здесь делаете? — Я не мог оставить своего вечного соперника в беде! — Громко заявил Гай. — Какаши, если ты думаешь, что мы ничего не заметили то глубоко ошибаешься. — Заметил Иноичи, поймав на себе одобрительный кивок Чоуза. — Не понимаю о чем вы. — Об Аризу. — Подал голос Шикаку, держа руки скрещенными на груди. — Ты обязан нам рассказать, Хатаке. — Уверенно отозвался Асума. — Нет, не обязан. Какаши уже собирался уйти, но Асума перегородил дорогу. — Нет уж. Ты со своей пассией втянул нас в это, и мы должны понимать что происходит раз уж невольно стали… соучастниками. Куренай перевела возмущенный взгляд на Асуму, покраснев. — Асума! — А что? Только не говорите мне что вы всё это время не замечали как они друг на друга смотрят? — Также как ты смотришь на Куренай? — Теперь покраснел уже Асума, возмущенно глянув на Какаши. Хатаке в свою очередь глянул на Шикаку, как на самого рассудительного человека в компании, надеясь на его поддержку. — Мне нужно идти. — Бросил Какаши и не реагируя на присутствующих направился домой. Хватит с него событий за эту неделю.

Кабинет Хокаге. Неделю спустя:

— Данзо. Мне доложили о твоей попытке присвоить себе Кумори. Ты доволен результатом? — Хирузен строго смотрел на своего давнего друга, совершенно не понимая что творится у него в голове. — А ты доволен её поведением? Выходит и заходит в деревню когда ей угодно. Ни во что не ставит шиноби нашей деревни. Если бы ты сразу отдал её мне всего этого можно было избежать. Но ты как всегда поступил по-своему. Ты смотришь на неё и видишь в ней ребенка, даже сейчас, хотя перед тобой оружие массового уничтожения! — Данзо нависал над Сарутоби, стоя по другую сторону стола, оперевшись на него руками. — Данзо, я предупреждал тебя чтобы ты не лез в это дело. Разве ты не видишь, что именно твои действия ведут к так нежеланным тобой последствиям? Я больше не могу позволять тебе делать всё что ты захочешь. Ещё раз повторится что-то подобное и твоя организация будет распущена. — Хирузен все также строго смотрел Данзо в глаза, сложив перед собой руки в замок. — Ты не посмеешь. — Возмутился Шимура. — Это не обсуждается. — Поставил точку Хокаге. Данзо быстро покинул кабинет, не забыв хлопнуть за собой дверью, после чего быстро направился в подземелья Корня. Судорожно рассуждая что ему делать дальше он внезапно вспомнил об одном маленьком упущении. <Если я не могу заполучить Кумори… Значит сделаю так чтобы она сама пришла ко мне.>

***

Данзо стоял в темном просторном помещении — штаб Корня. Перед ним стоя на одном колене, склонив головы, сидели двое АНБУ, внимавших его словам. — Шаринган временная сила. Даже если клан Учиха отлично владеет шаринганом, чем чаще они используют эту силу тем быстрее теряют зрение. И рано, или поздно, они ослепнут. — Взяв небольшую паузу, дабы подчиненные приняли информацию к сведению, вскоре он продолжил. — Более того, есть запретные техники которые пробуждаются если принести шаринган в жертву. Затем Шимура размотал несколько бинтов на голове, обнажив правую глазницу, в которой оказался шаринган. — Добудьте мне замену моего правого глаза. — Для того чтобы атаковать члена клана Учиха нам потребуется серьезная подготовка. — Взял слово один из АНБУ, подняв голову. — Есть ещё кое-кто, и он не из клана Учиха. У него нет ни родителей ни учителей, он убил даже своего товарища. — Хатаке… Какаши… — С неким трепетом произнес второй, более молодой АНБУ. — В этом случае нам не стоит беспокоиться о возможных последствиях.

***

Следуя приказу Данзо, утром следующего дня двое молодых АНБУ в белых плащах принялись следить за Хатаке, обнаружив его на кладбище Конохи. Седовласый, одетый в форму АНБУ, неподвижно стоял над чьей-то могилой. — Чья это могила? — Тихо поинтересовался молодой шиноби Корня. — Друга, которого он убил. — Беспристрастно ответил его более старший напарник. Вскоре возле Хатаке появилась девочка с фиолетовыми волосами, одетая в ту же униформу. — Какаши-семпай, вас вызывает Хокаге-сама. Хатаке быстро обратил внимание на свою подчиненную: — Хорошо. — Ответил, затем незамедлительно отправился в резиденцию Хокаге. — И перестань звать меня «сэмпай», мы не в академии. — Но вы все равно на звание выше меня в АНБУ. И помимо этого вы ещё мой образец для подражания. — Найди кого-нибудь получше для этого. — Безучастно отреагировал Какаши. Когда Хатаке с девочкой ушли, двое Корневика последовали за ними, но прежде один из них приблизился к могиле, на которой был разложены свежие цветы. — Нохара Рин… Кабинет Хокаге. — Ты наверняка знаешь, что у Орочимару есть секретные лаборатории, разбросанные по всей стране, так? — Говорил Хокаге, сложив ноги в позе лотоса. — Хай! — После того как он покинул деревню он разрушил несколько таких, а другие не тронул, включая те о которых мы не знали. Какаши внимательно слушал информацию, которая могла пригодится во время его миссии, а Хирузен всё не останавливался, давай всё больше и больше информации для анализирования. — Один отряд во время исполнения своей миссии случайно наткнулся на такую лабораторию. Согласно их докладу они нашли нечто напоминающее исследовательский центр, заброшенный Орочимару. — Они внутрь вошли? Осмотрелись? — К счастью нет. — Хокаге выдержал паузу, подбирая слова, затем продолжил. — Я не хочу чтобы жители деревни узнали о его отвратительных экспериментах и о том что случилось с их пропавшими родственниками и друзьями. Благо нам удалось предотвратить утечку информации когда Арачи самовольно решила огласить эту информацию. Хатаке поднялся, уже догадываясь о сути своего задания. — Вы хотите чтобы я туда пошел? — Прошло несколько лет с тех пор как Орочимару покинул деревню, но он до сих пор бельмо на глазу. Я не хочу тебя об этом просить, но другого выхода нет. — Хай! Когда Какаши покинул кабинет, спустя час в него пожаловал Данзо. — Они нашли одно из убежищ Орочимару. — Не спрашивая, скорее констатируя факт, завел разговор Шимура. — Одна из его лабораторий. Я отправил кое-кого на разведку. — Ясно… — Данзо оставался невозмутимым. — Тебя что-то тревожит? — Хирузен поднялся с места, улавливая что-то во взгляде Данзо. — Он мог оставить какую-нибудь ловушку прежде чем уйти. Ты уверен, что исследовать эту лабораторию безопасно? — Я отправил туда опытного агента АНБУ. Услышав желаемое, Данзо развернулся и покинул кабинет, прежде бросив: — Надеюсь все пройдет по плану. Хирузен за его спиной нахмурился. Лес. Вход в подземелье. Какаши стоял у вскрытого люка, ведущего в пещеру. Тщательно все осмотрев и обдумав, он спрыгнул вниз, сразу осматривая открывшееся ему пространство. Заметив недалеко металическую дверь он сразу направился к ней. Увидев на двери печать, Хатаке сложил печать концентрации, затем прикоснулся к бумаге, но та в свою очередь ярко засветилась, затем: Взрыв! Какаши успел вовремя среагировать, резко отпрыгнув и уворачиваясь от летящих в него камней. Вдруг перед ним оказалась водяная стена, которая заблокировала летящие осколки. Резко обернувшись, Хатаке заметил давнего знакомого. — Это ты, Киноэ? — Давно не виделись, Какаши-сан. — Обратился к нему АНБУ, поднявшись с колена когда взрыв миновал. — Что ты тут делаешь? — Поинтересовался седовласый, направившись к разнесенному проходу, отныне свободному. — Я на задании. — Вроде моей поддержки? — Уточнил Хатаке, развернувшись к шиноби, осмотрев его пристальным взглядом. — Нет. Данзо-сама отправил члена Корня сюда потому что он заинтересован в исследованиях Орочимару, я прав? АНБУ отвернул голову, подбирая слова, но так и не проронив ни слова. — Шиноби из Корня никогда не говорят о своих миссиях, как я мог забыть. — Улыбнувшись единственным видимым глазом, Какаши сложил руки на груди. — Неважно, ты помог мне. — Да как я мог допустить чтобы вы сгорели тут?! — Слегка возмущенно спросил представитель Корня. Слегка удивленный Какаши лишь почесал затылок. — Хочешь вместе пойдем? Что бы мы не нашли, мы поделимся с Корнем. Молодой парень задумчиво приложил руку к подбородку. — Что-то не так? Может мы и работаем в разных отрядах, но мы все ещё члены Конохи. Давай объединимся. — Да, кто знает, может там впереди змея, или демон какой-нибудь. Кто знает. В процессе исследования лаборатории было выяснено, что в большинстве комнат ничего ценного в ней не осталось, либо было уничтожено. Какаши Хатаке: Очередная найденная дверь оказалась закрытой… — Хм, закрыто… — Я разберусь. — Киноэ сложил несколько печатей после чего поднес указательный палец к замочной скважине, вскоре провернув его. <Что? Стихия дерева?> — Эта техника была давным-давно забыта в Листе, как ты её выучил? Мы вошли внутрь комнаты, осматривая её. — Секрет. — Несколько гордо ответил Киноэ. — Ты знаешь что техники стихи дерева крайне важны для Конохи? — Не знал. — Нисколько не удивившись ответил парень, на мой вопрос. — Джинчуурики Девятихвостого принадлежит Конохе, а стихия дерева это сила способная контролировать его. — Начал объяснения, параллельно осматривая бумаги. — Я знаю, что шаринган другая такая сила. — Ответил Киноэ, наблюдая за тем как я заканчиваю осмотр комнаты и покидаю её. — Твоя стихия дерева не для Корня. Это сила которая должна служить на благо Конохи, а Данзо-сама хочет оставить её для себя. — На секунду остановившись у двери я добавил. — Ты как никто другой подходишь для работы под прямым указом Хокаге, не хотел бы ты покинуть Корень и выйти из тени? Киноэ так и не ответил мне, продолжая двигаться позади меня с кунаем наготове. Войдя в следующую комнату перед нами открылся вид на множество стеклянных резервуаров, два из которых светились, от которых исходил холодный пар. — Что это? — Подойдя ближе я начал тереть стекло, в надежде увидеть содержимое, но открывшееся мне отражение показало атаку сзади. Едва уклонившись от куная, отпрыгиваю в сторону. Держась за руку. <Задел меня…> — Ты что делаешь, Киноэ? Парень стоял в боевой стойке, затем бросил в меня кунай, впрочем успешно отраженный обнаженным мечем. — Киноэ, ты серьезно?! Отражая атаку за атакой, ему всё же удалось выбить из моих рук меч. Казалось он остановится, но вдруг из-под Земли вырвалось дерево, отбросив меня в стену. Киноэ уже стремительно приближался. Бандана была снята, шаринган обнажен. Корень моментально прикрыл глаза, отступив и скрывшись. Я поступил также. <Он знает как драться против шарингана, он собирался сделать это с самого начала…> — негодовал я, прикрыв порез специальным пластырем. <Хорошо, значит пора стать серьезным.> Техника теневого клона. — Киноэ. Если ты настроен убить меня то я сдерживаться не буду. Это будет бой насмерть. В то же мгновение клона обхватило дерево. Пора! Сюрикены полетели прямо в руку. Я уже сзади. Кунай у горла. — Почему ты хочешь убить меня? — Это моя миссия. — Спокойно произнес парень. — Что это за миссия такая, где друг должен убить друга?! <Если это Данзо… Неужели так он хочет воздействовать на Аризу? Нет… Даже он бы не пошел на такое… Или же…> — Тебе лучше знать… <Что?> — … Ведь это ты убил своего друга. Передо мной стоял древесный клон. Подмена стихией дерева. Сзади! Отразил. Отступаю назад. — А ты стал сильнее… — Да, поэтому не сдерживайся, Какаши. — Я не собираюсь убивать друга. — Стоя в защитной стойке я все еще не мог понять… Зачем? — Хватит! Снова атака. Взмах. Отразить. Уклониться. — Хватит Киноэ! Откажись от этой миссии! — Для шиноби миссия — это всё! — Бросил он мне, нанося удар за ударом. Снова дерево! Удар снова пришелся в живот, уже не так сильно, разрывает дистанцию. Бросаю кунай, попав ему в ногу. Черт… Снова скрылся. — Это не так! Если тебе приказывают убить друга — это значит, что приказ неверен. Тот кто дал тебе такой приказ — не прав! Сзади. — Данзо-сама не ошибался! — Удар. — Я выполню свою миссию! Обменявшись ещё несколькими ударами, нахожу изъян, ударив с разворота ногой в живот. Киноэ отбросило. — Иди к черту со своей миссией! — Перехватил инициативу. Сюрикены в воздухе, сближаю дистанцию. — Я скажу снова! Убийство друга — не миссия! — Тогда почему ты её убил?! — Что? — Разрыв дистанции. — Почему ты убил Нохара Рин?! В одно мгновение перед глазами снова появилась она… Улыбающаяся мне, с пронзенной грудью, моей же рукой. Черт, не успею уклониться! Удар стихией дерева приходится сразу с нескольких сторон. — Почему ты её убил?! <Я не убивал.> — Почему ты её убил?! <Я её убил.> — Ты убил её, потому что это было твоей миссией! Дерево запечатывает меня. Чидори! Дерево разрывается в прах. — Не смей говорить о Рин. В моих миссиях АНБУ мне пришлось иметь дело с шиноби-отступниками и предателями Конохи. Я ничего не могу поделать с тем, что у меня прозвище «Какаши-убийца друзей». Мгновенное ускорение. — Но! Рин была!… Дерево. Разрезать! — … Я не хотел её убивать! Повалив Киноэ на землю, замахиваюсь над ним, не развеивая технику. — Я не смог защитить друга! Вот почему Рин умерла! — От этого Чидори? Не смог защитить её? Повисло молчание. Не знаю о чем думал Киноэ, но в его глаза, видных сквозь прорези в маске, застыло удивление. — Ты собираешься убить меня?… — Ты друг Конохи? Или предатель? — Я не предатель. — Тогда кто ты? — Я Киноэ из Корня. — Тогда Киноэ. Откажись от Корня. — Не могу. — Он повернул голову, будто напоказ отворачиваясь от меня. — Тогда я возьму тебя под охрану и отведу к Хокаге. — Делай что хочешь.

***

— Встать. — Сидевший на коленях Киноэ, со связанными за спиной руками, молча поднялся. — Мы уходим. — А как же миссия, Какаши-сан? — Молодой АНБУ слегка повернул голову в мою сторону. — Нашей миссией было найти это место, пришлось остановиться из-за тебя. — Не нужно было этого делать. — Всё также монотонно ответил длинноволосый. — Ты пытался меня убить, так что хватит шуток. — Я не шучу! — Идем. — Жестко ответил, силой толкнув парня вперед, сопровождая его. — Я слышал, что в корне тренируют не поддаваться эмоциям. Это и про тебя? Киноэ ответил не сразу. — Не только эмоции. Шиноби Корня не имеют имен, прошлого и будущего. У нас есть только наши миссии. — Что ж, ты провалил свою миссию. Вдруг позади нас что-то разбилось, несколько источников света погасло. Развернувшись принялся внимательно осматривать помещение. Киноэ было подался вперед, но я остановил его протянутой рукой с кунаем. — Стой здесь. — Приказным тоном обратился к нему, не оборачиваясь. Подбежав к поврежденным от нашей схватки резервуарам ощутил опасность. <Откуда?> Справа? Слева? Сверху? Снизу? <Ничего… У меня мурашки по коже…> Крик. Обернувшись в сторону Киноэ, вижу как он отбивается ногами от белых змей. <Змеи?!> Сзади! Резко обернувшись, перед собой я увидел гигантскую белую змею, стремительно атаковавшую меня. Одним большим прыжком перелетаю всю комнату, приземлившись возле АНБУ. — Кто они? — Это не просто змеи — это эксперименты Орочимару. Вдруг змея распалась на множество более мелких, дистанционно атаковав нас. Чидори! Но техника не сработала. <Что?!> Волна змей обрушилась на нас, пришлось отбиваться одним кунаем, который вскоре был брошен в большого змея, впрочем тот снова разделил тело, кунай прошел мимо. Киноэ свалился с ног. <Снова атакует!> Уклонившись от атаки прыжком, приземляюсь на один из множества резервуаров. Лишь тогда замечаю как змея берет тело парня в пасть. — Киноэ! Пользуясь растерянностью змеи, ищу слабое место. <Значит снова Чидори…> Печать концентрации. Змея мгновенно реагирует совершив лобовую атаку. <Как раз этого я и ждал!> Также совершаю лобовую атаку, в последний момент уклонившись и разрубив змею пополам.

***

<Ну же, приходи в себя!> — Киноэ! Ты в порядке?! <Только не снова!> Парень слегка пошевелил головой. — Вроде… Но почему? Помогаю другу подняться, развязав ему руки. — Почему Что? — Почему ты спас меня? — Столь удивленным тоном он это сказал, что я всерьез начал сомневаться в порядке ли он. — Я не мог позволить тебе умереть просто так. Уже сидя напротив меня он ответил: — Ну если это и так, то я заслужил это. Повисла тяжелая пауза. — Ты… Хотел умереть? — Нет, не хотел… — Тогда радуйся, что живой. — Уже более весело произнес я, слегка наклонившись к Киноэ. Молодой АНБУ растерянно повернулся ко мне, будто не поняв о чем я говорю. — Спасибо… Что живой? Между нами повисла неловкая пауза. Я просто не знал как ему ответить на это. Вдруг позади послышалось шипение. Мы резко развернулись. — Это… <Это от змей…> — Не вдыхай! Это яд! Бежим! Поднявшись делаю несколько шагов, тело валится на землю, выбив воздух из груди. — Какаши! — Последнее что я услышал перед тем как мир погас. <Не сейчас…>

***

Киноэ: Закрыв дверь лаборатории, быстро вколол Какаши универсальное противоядие, изобретенное тем же Орочимару, навис над ним… <Идеальный шанс. Я могу и забрать шаринган и доставить Какаши Данзо-сама>. Посмотрев на кунай в голове промелькнуло несколько воспоминаний, и о знакомстве… И об услуге… <Вы ничего не видели, да? Какаши-сан?>

***

Поднявшись из подземелья замечаю напарника. — Киноэ, где Какаши? — Поинтересовался старший, подбежав ко мне. — Ты справился? — Да. — Продемонстрировал напарнику широкую колбу с шаринганом внутри. — А сам Какаши? — Он попал в ловушку Орочимару, повезло что глаз уцелел. — Выдержав паузу продолжил. — АНБУ Хокаге его скоро найдут, я сделал так чтобы они не поняли, что глаза нет. — Отлично, надо уйти до из прихода. Старший ушел, я же вновь посмотрел на вход в подземелье, вслушиваясь в пение птиц, которое стало ощутимо громче. Затем, развернувшись, ушел вслед за напарником.

***

Какаши Хатаке. Спустя неопределенное время. Резко придя в себя, обнаружил, что нахожусь за пределами лаборатории. — Киноэ? Посмотрев по сторонам, друга не увидел. Лишь записку, прибитую кунаем к стене. «Какаши. Я озадачен этой миссией. Я должен убить друга, так что я собираюсь отказаться от неё и скажу Данзо-сама, что не справился с ней. Будь осторожен Какаши.» — Киноэ… <Нужно спешить.> Резиденция Хокаге. Вечер того же дня. Возле кабинета Хокаге начались волнения. — Какаши-семпай, нам нужно осмотреть вас! — Нет, сперва я должен доложить! Ворвавшись в кабинет Хокаге, Какаши упал на колени, буквально задыхаясь. Хирузен, до этого спокойно разбираясь с бумагами, взволновано посмотрел на двоих АНБУ. — Что случилось? — Третий-сама. Шиноби с древесными техниками из Корня. Он должен был разобраться со мной. Это был приказ Данзо. Взгляд Сарутоби стал стальным. — Но он отказался от своей миссии и спас меня! — Продолжил Хатаке, переведя дыхание. — Потом он вернулся в деревню, но далее о нём ничего не известно… Выдержав паузу Какаши наконец закончил: — Пожалуйста! Поговорите с Данзо-сама и спасите Киноэ! На мгновение взгляд старика даже выразил испуг, возможно из-за ситуации… Возможно от того, что шиноби его деревни просит защитить шиноби его деревни от шиноби его деревни… Это мог знать только он. Но затем Хирузен выдохнул и вновь взял в руку кисть. — Третий-сама! — Есть договоренность, я не вмешиваюсь в дела Корня. Даже в этой ситуации я ничего не могу поделать. Какаши не сдвинулся с места, как и его спутница, также стоящая на одном колене. Хатаке продолжал сверлить Сарутоби пристальным взглядом пока тот все же не повернулся к нему. — Югао. — Обратился старик к девушке. — Хай! — Доставь письмо в Корень. Это приказ Хокаге. Немедленно вызови сюда Данзо. — Хай! Девушка, до этого сидевшая чуть позади Какаши, подошла, взяв письмо. После, не отворачиваясь вновь остановилась возле Хатаке, опустив на лицо фарфоровую маску. — Я полагаюсь на тебя Югао. — Уже более спокойно произнес Третий. — Вы можете на меня положиться. — И под пристальным взглядом своего прямого капитана с одной стороны и Хокаге с другой, покинула кабинет. Когда дверь захлопнулась, Хирузен обратился к Хатаке. — Какаши. — Хай! — Иди в больницу и пусть тебя осмотрят. — Хай. Покинув кабинет, Какаши быстро догнал подчиненную, поравнявшись с ней. — Семпай? — Я иду с тобой. — Холодно проинформировал её седовласый, натянув свою фарфоровую маску на лицо. База Корня: — Третий-сама требует к себе Данзо-сама. И просил сказать, что это немедленно. Стоя в просторном темном помещении, у самого входа, Узуки Югао показала письмо, врученное ей Хокаге. Двое членов Корня, охранявшие вход, перегородили дорогу, сухо заметив: — Данзо-сама здесь нет. — Совершенно без эмоций проинформировала девушка в маске. — Как только он вернется — мы ему сообщим. — Холодно закончил второй. — Где он сейчас? — Подал голос Какаши. — Мы не знаем. — Он не сообщает нам своё расписание. — Возвращайся к Третьему и сообщи об этом. — Обратился к Югао Какаши, слегка повернув голову. — А что вы будете делать? — Я останусь здесь и буду ждать. Ступай. — Спокойно закончил Хатаке. Когда Узуки Югао ушла, маска была снята, упав на пол. Шаг. Второй. — Стоять, тебе туда нельзя! — Ты под юрисдикцией Корня. Взгляд. Первый валится на землю. Взгляд: — Где Киноэ?

***

Быстро найдя друга, прикованного, подготовленного к пыткам. Хатаке быстро снимает с Киноэ гендзюцу. — Нужно уходить. — Какаши? Выбежав из комнаты двое АНБУ встречают движущихся к ним Донзо с подчиненным. — Стихия дерева! — Печать сложена, в коридоре вырастает крепкая стена. Поднимается тревога. Минуя коридор за коридором двое шиноби добегают до выхода из базы Корня. До выхода… На котором их встречает Данзо. — Стихия ветра! Вакуумные пули! — Втягнув в себя воздух, Шимура выпустил изо рта несколько залпов пуль. — Стихия дерева! Сферическая стена! — Но силы техники оказывается недостаточно, и та с характерным треском разрушается. — Очень хорошо, что ты сам к нам пришел, Какаши. Ты вошел под юрисдикцию Корня и пытался забрать одного из наших. Не думай, что выбраться будет также просто. — Слегка довольно закончил Данзо. К этому моменту Какаши и Киноэ уже были окружены со всех сторон. Затем все подняли взгляды, заметив что на стенах, на переходах… Везде наблюдают АНБУ Хокаге. Затем, рядом с Данзо приземлился сам Третий. — Хирузен? — Слегка удивленно констатировал факт Шимура. — Я знаю как ты относишься к Какаши. Но это не причина убивать одного из лучших шиноби. — О чем ты говоришь, Хирузен. Я не хуже тебя могу позаботиться о Какаши, не говоря уже о Кумори. Он! — Данзо кивнул на Хатаке. — Без всякого разрешения вошел на территорию Корня. — Без разрешения? Нет, это я его отправил с сообщением к тебе. — Проинформировал старого друга Хирузен, пристально смотря в глаза Какаши. — Затем он пошел искать тебя. По моему приказу. Повисла гнетущая тишина. Данзо не моргая смотрел на Какаши. — Похоже мы недопоняли друг друга. Я слышу об этом впервые. — Данзо слегка сместился, повернувшись к Хокаге. — Что ж, с Какаши разобрались. Теперь поговорим ради чего я здесь. Это касается ещё одного шиноби нашей деревни. — Хирузен подошел к Киноэ, став перед ним и повернулся к Данзо. — Ты знаешь, что шиноби с древесной стихией давно не было в деревне. Было время когда мы проводили и эксперименты в надежде на успех. Сейчас я вижу такого шиноби в деревне, почему ты его скрывал в Корне? — Я нашел его, защитил и вырастил. Я не скрывал его. Я считал, что не нужно тебе об этом сообщать. — Послушай Данзо. Ребенку Джинчуурики сейчас четыре года. Запечатывающая древесная техника становится всё более и более необходима деревне. Так что… — Хирузен слегка опустил голову, спрятав свои глаза за головным убором Хокаге. — … не можешь ли ты отдать его мне? Он будет работать в АНБУ под моим началом. Какаши с Киноэ удивленно переглянулись за спиной Третьего. — Но… — Лишь смог вымолвить шокированный Шимура. — Пожалуйста, Данзо. Я знаю, что он важен и для тебя, но он также нужен и Конохе. Отдай его мне. Шимура посмотрел по сторонам, разглядывая множество АНБУ, пришедших вместе с Хокаге. — Тогда мы всё решим по-мирному. — После долгой тишины закончил Хирузен, не увидев отказа в молчании Данзо. — У членов Корня есть проклятая печать, так что они не рассказывают секретную информацию. Я не буду снимать проклятую печать. — Так тому и быть. Отлично. Затем Хирузен, не разворачиваясь к Киноэ, обратился к нему: — Теперь ты под моим началом. С этой минуты ты в АНБУ под моим контролем. Какаши подошел к Киноэ, ободрительно положив руку ему на плече. Впервые на лице мальчика, что был ниже седовласого почти на голову, появилась улыбка… Что-то наподобие улыбки. — Простите. — Киноэ обошел Сарутоби, подойдя ближе к Данзо, затем поклонился ему. — Спасибо за всё.

***

Аризу Кумори. Неизвестная локация. Время… Некоторые его боятся, некоторые его ждут, другие не замечают. Время… То что не может утратить смысл, ведь без него и смысла быть не может… Время… То что перестает существовать, когда сознание угасает.       Аризу не знала, сколько прошло времени с тех пор, как кокон окончательно сомкнулся вокруг неё. День? Несколько? Неделя? Лишённая света и необходимости двигаться, она постепенно перестала различать течение времени. Совсем не двигаясь она почти не дышала, вся концентрация уходила на плод. Она чувствовала его, слышала, ощущала… Ощущения… Изначально не было ничего, потом подкрадающееся, тягучее чувство внутри, медленно но верно переходящее в тихую боль. Но боль от чего? Должно ли так быть? В прошлый раз боли не было. Живот крутило, он немного разбух, организм буквально перестраивался в угоду ребенка, бешеными темпами поглощая накопленную будущей матерью энергию. <Терпи…> <Терпи…> <Терпи…> Деревня скрытая в Листве. Штаб АНБУ. Дверь раздевалки открылась, и внутрь вошел Киноэ, немного растерявшись. Он переводил взгляд от одного оценивающего шиноби к другому, когда вдруг вспомнил, что нужно поздороваться. — А… Привет. Меня перевели сюда из Корня. Я Киноэ. Отряд Ро уставился на него, никак не реагируя. — О, привет Тензо. — Слегка буднично махнул рукой Какаши, повернувшись к другу. — Тензо? — Слегка удивился парень, несколько глупо осмотрев Какаши. — Киноэ был твой позывной в Корне, в АНБУ ты можешь вновь называть себя Тензо. — Но это имя… — Разве ты не называл себя Тензо в прошлом? — Теперь очередь удивляться была уже у Какаши. — И так, внимание всем. Это Тензо, новенький. Я ручаюсь за него. — Сообщил Хатаке своей команде, показательно подняв большой палец вверх. Один из отряда взял за плечи Тензо и провел его внутрь, пока остальные приветливо здоровались. — Приятно познакомиться. — Добро пожаловать. — Здарова Тензо! Уверен мы подружимся! — Тензо? — Слегка посмеиваясь повторил новенький в отряде Ро. — Тензо, ты в моей команде, команда Ро. Рассчитываю на тебя. — Уперев руки в боки сказал Какаши, когда Тензо уже был перед ним. — Хорошо, сэмпай.