Меч и Посох

      Небо затянуло тучами, скрывшими собой лик солнца, тут же омрачая и без того безрадостный день. Время перевалило за полдень, и отряд обосновался под кронами деревьев леса Кринагос, за которым в паре часов езды располагался большой, известный развитой культурой город Веланта, не уступавший столице в своей величественности.       Сэр Майкл прокладывал путь на карте, разглядывая тропы и выискивая самые краткие дороги, дабы поскорее добраться до границы. Лукас раскладывал припасы, довольно скромно, чтобы растянуть на все дни пути, что им предстояли. Дастин же набрал дров и развел костер при помощи необыкновенного устройства, что одним поворотом закрученного тонкого куска металла выбил искры и зажег пламя на деревяшках, которые мгновением ранее мастер облил странно пахнущей жидкостью.       - Впервые вижу такую вещицу, - опустившись к парню, молвил чародей, до того в стороне читавший книгу, стараясь не мешать остальным.       - Конечно. Это ведь мое изобретение, - хвалился Дастин, гордо улыбаясь. – Оно очень просто работает, если подумать. Уже давно люди получают огонь, высекая искры, прикладывая усилие. Я же упростил это. Благодаря натяжению и силе, мы тратим меньше времени. А чтобы огонь тут же вспыхнул, хватает совсем немного обыкновенного масла для смазывания креплений колес. Оно удивительно легко загорается. За ленью стоит будущее нашего мира. Вот увидишь, мои слова еще оправдают себя.       - Это и правда удивительно, - искренне восхищался Уилл, беря в руки диковинную вещицу и осматривая со всех сторон. – Не спроста о тебе ходят разговоры.       - Это какие же? – повел плечами мастер, не снимая с лица улыбки, вовсе не самодовольной, а по-доброму удовлетворенной от лести волшебника.       - Что сохраненное время ты тратишь на пустые разговоры, - подстегнул его лучник. – Ты закончил? Нужно браться за еду.       - Я-то давно управился. Это ты все копошишься, - парировал Дастин, не намеренный оставлять победу в словесной перепалке Лукасу.       Их отношения казались весьма забавными. Те спорили друг с другом по любому поводу, едва тот появлялся. Однако назвать их недругами язык не поворачивался, поскольку злого духа в их словах никогда не было. Будто то просто была привычка двух пышущих юношеским огнем парней, что спустя недолгое время, не успеет и часа минуть, станут уплетать за обе щеки пищу с одной посудины.       Уилл так же прекрасно это понимал, хотя в совместном пути они пробыли лишь половину от первого дня дороги. Словно это было чем-то очевидным, бросающимся в глаза сразу же. К тому же, Майк никоим образом не показывал своего недовольства их разборками, видимо, привычный к такому зрелищу.       И лишь когда сложил карту и вернул ее на прежнее место, паладин обратил свой взор на остальных.       - Довольно. Хватит дурью маяться. У нас не так много времени, - приказным голосом, не повысившим даже тона, сказал рыцарь.       Несмотря на свои упертые и огненные нравы, вздорившие тот час прекратили разборку и вернулись к своим трудам. Чародей бросил взор на рыцаря. Он не кричал, не упрекал соратников бранными словами, а лишь четким и кратким словом сумел унять. Видимо, тем и отличался человек, что вел за собой, от прочих.       - Маг, тебе бы тоже не мешало заняться делом, - обратился к Уиллу Майк. - Поблажек из-за того, что ты едва к нам присоединился, можешь не ждать. Отложи книгу и отведи лошадей к реке.       Волшебник не стал отвечать, только коротко кивнул и, взявшись за поводья, направился к прохладной реке, протекавшей неподалеку. Животные, едва оказавшись рядом, опустили морды к воде. Уилл улыбнулся, оглаживая их спины и вслушиваясь в быстрое течение, которое легко вытравливало из головы все непрошенные мысли, посещавшие ее.       Вернулся он к остальным, когда трапеза была в разгаре, а отряд бурно обсуждал свое прошлое путешествие. Их за плечами оказалось немало, поскольку юноши довольно долго вместе служили королю. Помнилось им, как в портовом городке сражались с моряками, промышлявшими кражей и торговлей людей. В основном ими являлись молодые девушки, коих похищали и за приличную плату отдавали в руки новых хозяев. И судьба их была очевидна, но весьма мрачна.       - А помните, как Филипп одним взмахом посоха уложил на колени целую дюжину разбойников? – воодушевленно рассказывал Дастин. – Они напирали на него со всех сторон, пока мы сражались с остальными. Видимо, посчитали, что он легкая добыча. А Филипп как поднимет посох к небу, и все уже прикованы к земле, корчась от боли.       - Конечно. Он ведь могучий чародей. Сам король Тридан нарек его Филиппом Бесстрашным, - гордо поддерживал Лукас, отрывая кусок хлеба, что вскоре исчез у него во рту. – Долго он будет восстанавливать свои силы после той битвы с чудищем?       - Я не особо сведущ в чародейских делах, - отозвался рыцарь и кивнул в сторону Уилла. – Можешь спросить у его соплеменника.       - Да, к слову. Посторонним запрещено входить в зачарованный лес. Там что-то таинственное происходит? – полюбопытствовал мастер, вперив взгляд в волшебника.       - Думаешь, если Филипп нам не рассказывал, то Уилл станет? – неодобрительно бросил лучник.       - Вечно тебе надо вставить мне палки в колеса, так? – вздохнул в неудовольствии Дастин.       Лукас был прав. Каждой части королевства присущи свои устои. На юге люди дружелюбны и гостеприимны, привыкшие к совместному труду под палящим солнцем. На севере, где преимущественно занимались рыболовным ремеслом из-за большого количества озер и портовых городков, выходивших в море, народ был смирнее, суровее, под стать волнам, с которыми они сталкивались каждый божий день. Люди, жившие на востоке, ценили собственное достоинство, являли собой гордыню, поскольку многие отличившиеся в искусстве, военном деле или блиставшие знаниями были выходцами из этих мест. На западе же отличались своей упорностью и твердостью характера, что помогало местным жителям достигать поставленной цели, словно стрелы Лукаса, которые всегда попадали «в яблочко».       У чародеев так же существовали свои законы. Первый и главный – не раскрывать тайн, что хранились за кронами деревьев в густой чаще, обитатели которой не были обыкновенными людьми. Их быт многим отличался от прочих в королевстве.       - Я не могу, - неловко улыбнулся Уилл. – Но, думаю, лечение вашего друга может занять около месяца. Затянуть раны на теле очень просто. Но те, что внутри, а особенно силы чародея, куда тяжелее поддаются восстановлению.       - Все маги невероятно скрытны, не так ли? – протянул сэр Майкл, отпивая глоток воды. – Полагаю, что хоть что-то о тебе нам все же не помешало бы узнать, прежде чем доверить свои жизни в твои руки.       - Да ладно тебе, Майк. Мы ведь обсуждали это, - отмахнулся лучник. - Уиллу достаточно и начальных навыков. Мы не такие уж ужасные воины, чтобы всецело взваливать на него нашу защиту.       - Я думаю, что все выяснится на поле битвы, - подытожил Дастин. – До той поры нам вовсе не обязательно спорить о чем-либо, а с нашим новым другом у нас будет предостаточно времени познакомиться. Конечно, если господин суровый лидер удосужиться оказать ему самый теплый прием.       - Я… - отозвался Уилл, привлекая внимание. – Родился в небольшой семье ремесленников. С ранних лет, как и все чародеи, обучался магии и жил в нашем поселении с матерью и братом, пока не покинул их, чтобы отправиться к королю во служение. Этого пока достаточно?       Чародею было явно неуютно в их кругу. По большей части, из-за темных оценивающих глаз рыцаря, что с самого утра не проявлял к нему благосклонности. А становиться ненавистным членом команды у того, кто ее возглавлял, уж очень не хотелось.       Высказываться резко он не мог. Это было совершенно не в характере юноши, а ко всему прочему могло лишь усугубить ситуацию, из-за чего Уилл принял решение пока не высказывать недовольств, а добрым путем получить доверие со стороны отряда.       - А ты не промах, верно? – усмехнулся Лукас, протягивая чародею чарку с водой, дабы чокнуться. – Баловство. Когда доберемся до города, отведаем вина. В Веланте есть чудный постоялый дворик, где разливают отличное вино. Быть может, у тебя все же развяжется язык. Шучу, шучу. Ты аж побледнел.       - Только не перестарайтесь. Нам отправляться с самого раннего утра, -предупредил Майк и встал на ноги. – Привал окончен. Собираемся в дорогу.       Паладин направился к лошадям, что смирно стояли там, где их оставил Уилл. Остальные же в скором времени убрали все за собой, не забывши на месте ни крошки, и двинулись в путь.

***

      В город они прибыли после захода солнца. Веланта встретила их мирной вечерней суетой. Те, что не были обременены заботами о семье, распивали алкоголь в барах, развлекались в публичных домах, веселились в центре городка, откуда всюду разливалась чудесная музыка уличных музыкантов.       Оставив коней, юноши вошли в здание постоялого двора. В помещении чуть тяжело дышалось из-за застоявшегося воздуха и запаха сигар, которые раскуривали постояльцы, некоторые из которых уже явно перебрали с выпивкой и громко обсуждали какие-то свои «подвиги» на весь бар.       - Ужасно. Как можно столько выпить? – негодовал Уилл.       - Впервые в подобном месте? – ухмыльнулся мастер. – Это еще нормально. Бывает, заходишь, а кто-то уже вовсю машет кулаками, пытаясь доказать свою силу. Это глупо, но кто ж их осудит? Для этого и существуют такие заведения.       - И вам не обязательно становиться частью течения жизни этого места, - предупредил рыцарь, подходя к ним ближе. – Если хотите выпить, то займите столик. Наши комнаты на втором этаже под номерами три и четыре.       Сэр Майкл, более не высказав ни слова, шагнул к лестнице, оставляя соратников одних на вечерние посиделки. Лучник и мастер проводили его молчаливыми взорами, в которых чародей разглядел отстраненность, будто то происходило не в первый раз.       - Он не пьет? – спросил Уилл у подошедшего к ним с выпивкой в руках Лукаса.       - Предпочитает держать сознание не затуманенным на заданиях, - усаживаясь за столик, пояснил он. – Тем лучше для нас. Когда напьется, становится таким болтливым, просто невыносимо.       - Он не кажется болтливым, - высказал волшебник, беря в руки стакан. – Скорее, молчаливым и холодным.       - Не бери в голову, - отмахнулся Дастин. – Сегодня твой первый день с нами. Это событие стоит отметить. Без излишеств, разумеется. Нам все же в дорогу. Однако я хочу поднять этот стакан за Уилла Премудрого, нашего нового чародея, который обязательно докажет, что на многое способен и поставит на место всех, кто в нем сомневается.       - Хорошо сказано, - впервые за весь день согласился с товарищем Лукас, и они чокнулись стаканами, объявляя вечер открытым.       Признаться честно, Уилл так же не особо умел пить, по сему всегда старался не перебрать. В поселении волшебников вино разливали только по праздникам, поскольку захмелевший человек и без того может быть опасен, а когда этим человеком является чародей, у которого в руках есть сила, способная сотворить довольно много всего, то остается только молиться святым, чтобы по случаю ни в кого не прилетел огненный шар.       Тем же вечером, Уилл выпил несколько стаканов, что для его, не привыкшего к алкоголю, тела оказалось достаточно, чтобы ощутить легкость в голове, которая заставляла ее кружиться от одного взгляда на мечущиеся на фитилях свеч огоньки, освещавшие залу. Лукас и Дастин казались куда более собранными, и заканчивать вечер пока не планировали.       - Я, наверное, пойду в комнату, - молвил чародей, поднявшись из-за стола.       - Может, тебя проводить? – предложил мастер, но Уилл тут же его остановил, взмахнув рукой.       - Все в порядке. Я сам дойду. Второй этаж, третья и четвертая комната. Видите? Я все помню, - уверил он их и, взяв в руки посох, направился к лестнице.       На втором этаже было намного тише, лишь отголосками доносились разговоры снизу, где продолжалось веселье. Уилл слышал их, будто находясь под куполом, через барьер, но никакого заклинания не произносил. Перед глазами на одно мгновение все поплыло, огни на висящих на стенах канделябрах ослепляли, и чародей прикрыл глаза, прижавшись спиной к стене, чувствуя, что готов прямо сейчас пасть наземь, и то явно было не из-за выпитого алкоголя. Это Уилл понял сразу, поскольку похожее чувство уже испытывал когда-то.       - Сиджилум, - взмахнув над левой рукой посохом, произнес он. Но в ослабшем своем состоянии, сила заклинания так же сумела лишь облегчить его положение. - Почему сейчас?..       Чародей поджал губы и тяжело выдохнул, стараясь успокоиться, остаться в сознании. Маг оттолкнулся от стены и шагнул к двери одной из комнат, распахнул ее и вошел внутрь. Уилл не разобрал сразу, был ли кто-то в ней. Юноша захлопнул за собой вход и скатился по деревянной двери, усаживаясь на пол.       - От меня так просто не избавишься, - взревел голос в голове, оглушая мысли. – Ты ведь знаешь это, Уилл? Уилл…       - Уилл! Приди в себя! – кричал кто-то над его головой. И, подняв чуть прояснившийся взор, чародей увидел Майка, что склонился над ним с непониманием и тревогой в глазах, сотрясал его за плечо, чтобы привести в чувство. Похоже, не разобрав, Уилл вошел в комнату, которую занял рыцарь. – Ты в порядке?       - Я… Все хорошо, - кивнул он, бледный, словно лист бумаги, и встал прямо, опираясь на посох одной рукой, а второй удерживаясь за плечо паладина. – Кажется, я перебрал с вином.       Майк помог ему сесть на край кровати и распахнуть верхнюю завязку его одеяния, дабы дышалось легче. Чуть погодя, цвет вновь прилил к его лицу, отгоняя прежний болезненный вид.       - Если не умеешь пить, то не берись вовсе, - вздохнул рыцарь и протянул ему стакан воды. – Ты меня напугал. Оклемаешься до утра?       Хоть в его голосе сквозил все тот же холодный тон, почему-то Уиллу почудилось в нем беспокойство, которого он вовсе не ожидал от парня. Казалось, Майк должен был отчитать нерадивого пьяницу, что осмелился довести себя до такого состояния, когда всех предупредили не брать лишнего.       - Да. Просто с непривычки. Посплю и приду в себя, - коротко ответил Уилл, откладывая стакан в сторону и укладываясь в кровать. – Спокойной ночи.       Паладин не удостоил его ответом, лег на свое ложе и, отвернувшись к стене, затих. Чародей прижал руку к груди, где жадно билось сердце, готовое вырваться наружу. С раннего утра он обязательно наложит еще одно заклинание. Подобного не должно повториться ни за что.