Меч и Посох

      К вечеру того же дня отряд под предводительством Майка Могучего устроил привал у бурных вод реки Териа, бравшей свои истоки с ледников горы Ревиан, на пике которой даже в летний зной не таяли снега. До следующего пункта на карте рыцаря они доберутся к обеду завтрашнего дня, а до той поры следовало напоить и накормить коней, а так же отдохнуть самим.       Пока Лукас и Майк ставили палатки, а Дастин привычно занимался костром, Уилл отвел коней на водопой. Его руки чуть дрожали, что несколько беспокоило чародея. Тело было довольно слабым до этого, а заклинания, которые он вынужден был использовать в сражении, и вовсе источили его силы.       Паладин бросил на него обеспокоенный взгляд, в котором так же читалось раздражение. Ему не нравилось, что их маг, очевидно, что-то утаивал от них. И будь то простые тайны юношеской жизни, дела Майку никакого бы не было до того, что скрывал Уилл. Но, судя по тому, что он видел, это напрямую касалось способностей чародея, что уже могло подвергнуть риску всю их команду.       - Странный он, правда? – забивая заостренные палки, как колышки, в землю, спросил Лукас. – Такой тихоня наверняка в чем-то темнит. Особенно после сегодняшнего это столь очевидно.       - Не смотри на то, что он тихий, - предупредил друга Майк. – Многие истории ведают о том, что подобные ему чаще всего хранят в себе больше, чем те, что болтают без умолку.       - Как то, что он огрызнулся сегодня на тебя? – усмехнулся лучник.       - Ты вроде делом занимался. Так продолжай с ним, - нахмурился в ответ рыцарь, поднимаясь от земли и выпрямляясь во весь свой рост. – Закончи с этим сам. Мое тебе наказание за длинный язык.       - Не интересно с тобой. Ты в курсе? – недовольно проговорил юноша ему вслед.       Майк тем временем разбирал припасы, чтобы разделить на этот вечер и завтрашнее утро. Брали они с собой в дорогу не много, чтобы еда не испортилась за дни странствия. В следующий раз они пополнят запасы уже завтра, когда будут проезжать мимо небольшой деревушки Лориа. Надолго задержаться не выйдет, поскольку впереди оставалось еще несколько дней в пути, прежде чем отряд доберется до границ, где находилась еще одна брешь, и лишь святым оставалось молиться в надежде, что жители приграничных поселений живы.       Уилл оставил коней отдыхать и направился к Дастину, чтобы узнать, не требовалась ли мастеру помощь. Получив, очевидно, отказ, чародей шагнул к своим вещам и заглянул в тканевый мешок, беря оттуда вязаное одеяло и книгу, с которой и прошлым утром его видел рыцарь. Однако что-либо говорить по этому поводу не стал на сей раз.       Собравшись у костра, юноши трапезничали и насущной темой для беседы, естественно, стало событие, произошедшее этим утром. Хотя и желание позабыть об этом, словно не было теневого монстра в дне пути от столицы, а то лишь помешательство, которое настигло их отряд столь внезапно, было неимоверно сильным.       - Самое жуткое, что теперь оно движется у нас под ногами. Может выползти из любой расщелины, - с явным отвращением в голосе говорил Лукас. – И велика вероятность, что пока наши воины сражаются с ними на поверхности, те спокойно движутся к столице под землей.       - Долина теней забирает жизнь, чтобы жить самой. След от ее стеблей все равно будет заметен, - возразил Уилл. – Как то дерево. Оно было мертвым, покрытым личинками, которые живились ее гнилью. Если мы увидим нечто подобное вновь, то это будет первым доводом.       - Твоя осведомленность поражает, - с подозрением в голосе протянул Майк. – Откуда чародею, который никогда прежде не отправлялся в поход, знать больше, чем воинам, которые не первый раз на задании?       - Ты поразишься тому, чему обучают чародеев в зачарованном лесу, - парировал в ответ маг, глядя с вызовом во взоре на паладина.       - Так, прекращайте, - не выдержал Дастин. – Мы лишь два дня, как стали командой, но ваша грызня надоедает неимоверно. Уилл, Майк спас тебе жизнь сегодня. Майк, а Уилл нашел место распространения стеблей Долины теней и избавился от них. Этого должно быть достаточно хотя бы на первое время, чтобы вы начали доверять друг другу. Разве нет?       - Оставь их. Это все равно гиблое дело, - отмахнулся Лукас, спокойно поглощая еду, пока товарищи спорили.       Лукас любил поспорить и сам, но в ту пору, когда распри случались у других, старался не влезать, позволяя тем, кто что-то не поделил, самолично разобраться с проблемой. Таков был его нрав, что лишь в крайней нужде, когда препирательства были ни к чему, либо не своевременно, Синклер мог растаскать споривших по углам, чтобы остудить их пыл. Но, как рассуждал лучник, «коня, что в поле разогнался, резко останавливать нельзя – сам свалишься с него».       - Как бы там не было, думаю, стоит отправить весть во дворец сразу, как доберемся завтра до поселения, - рассудил Майк. – Пусть король Тридан предупредит гвардию, чтобы для тех это не стало неожиданностью.       - Лучше поскорее разобраться с этим, - согласился лучник. – После еды все сразу в палатки спать. Чем раньше проснемся, тем скорее окажемся в Лории.       - Раскомандовался, - усмехнулся Дастин, в шутку подначивая товарища.       - От одной ссоры к другой перейдем? – протянул с интересом Лукас.       - Если на то будет расположена Ваша душа, юный господин злюка, - парировал мастер в ответ.       Уилл и Майк умолкли, и лишь голоса лучника и мастера продолжали наполнять поляну, где они остановились, да потрескивание огня в костре дополняло вечернее время. Однако долгие сидения им были ни к чему, поскольку едва утреннее зарево покажется из-за горизонта, их путь придется продолжить.       Костер был потушен, остатки еды и воды убраны в сумки, и вскоре все разошлись по своим палаткам для того, чтобы погрузиться в крепкий сон. Но чародею не спалось. Едва его глаза закрывались, как кошмары вновь преследовали юношу. Отдаленность от родного дома и безопасности зачарованного леса давала о себе знать в самой худшей своей форме. Даже одеяло, что матушка связала Уиллу в дорогу, чтобы напоминать о тепле и запахе родных стен, лишь немного облегчало его душу.       Решив, что свежий ночной воздух сумеет развеять мысли и позволит расслабиться, чародей вышел из своей палатки, взяв книгу с собой. Устроившись у воды, прислушиваясь к ее течению, Уилл открыл книгу и взмахнул рукой в воздухе.       - Люсенди. – От его ладони полился свет, не достаточный, чтобы потревожить остальных, но подходящий для ночного чтения.       Насекомые стрекотали в траве, течение реки шумело, и умиротворение разливалось по телу с каждым потоком ветра, который заставлял листья деревьев шелестеть. Перелистываемые страницы заполняли природные звуки чем-то иным, но Уиллу нравилась эта шумная тишина вокруг. Она позволяла немного сосредоточиться на своих ощущениях, взять русло течения внутри себя в свои руки и разгрузить мысли, вспомнить о доме, о семье, о теплой постели в своей комнате, друзьях и старейшинах, с которыми он виделся каждый день.       Без посоха чародеи не могли колдовать в полную меру своих возможностей. Тот усиливал их магию, помогал облегчить старания. Однако небольшие трюки, как заклинание света, которое использовал в тот миг Уилл, вполне были под силу и не забирали много энергии, что было особенно важно для мага сейчас.       Чародей прокручивал в пальцах небольшой кусочек угля для рисования, который взял в дорогу для того, чтобы отмечать важные моменты в книге и на карте. Но в мгновения, когда мысли одолевали его, Уилл рисовал незамысловатые наброски. Чаще всего они показывали наглядно, как заклинания из книг выглядят при использовании, чтобы на скорый взгляд суметь найти его на страницах. Так на чуть потрепанной от своих лет странице книги появился чародей в длинной мантии, у которого в руках был посох, что излучал энергию, собиравшуюся в щит, надежную защиту для него и его соратников.       - Для тебя не писаны наши правила? – обратился к нему недовольный, до боли знакомый голос.       Обернувшись, Уилл увидел Майка, возвышавшегося у него за спиной во весь свой рост. Хотя без своих доспехов, в ночной рубахе, он выглядел не столь суровым, все же его твердый взор и скрещенные на груди руки заставляли напрячься.       - Нам вставать вместе с восходом солнца, - напомнил рыцарь. – Если завтра заснешь на спине у своего коня и свалишься, сломав себе шею, мы вновь останемся без чародея.       - Мне не спалось. Захотел развеяться, да без дела сидеть желания не было, - объяснил волшебник, сжимая в пальцах страницу книги, на которую паладин, наконец, обратил внимание.       - Ее ты читал вчера, - утвердительным тоном молвил Майк. – Знаешь, когда от тебя проку никакого, то хоть не трать время на ерунду. Ты боишься даже использовать свои силы. Ты испугался демогоргона, и он едва не лишил тебя жизни. Если уж пошел на служение короне, то чувство страха стоит отбросить. Как и свою изнеженность.       - Изнеженность? – повторил в недоумении за ним Уилл.       - Ты не спал прежде в палатке, вот и не спишь теперь, хотя завтра рано в дорогу, - начал объяснения паладин. – Второй сын в семье, судя по твоим словам. Значит излюбленный сын и брат, которого старались ограждать от тягот мира. Было время на рисование, - он кивнул на рисунок в книге. – Изнеженный, как я и сказал.       Чародей закрыл книгу и поднялся на ноги, чтобы предстать перед лидером лицом к лицу. Оскорбленность Уилла можно было ощутить на коже. Свет от заклинания погас, и теперь только лик луны и звезд на небе освещал двух юношей.       - Не стоит судить, если ты ничего про меня не знаешь, - проговорил, выделяя каждое слово, волшебник. - Быть может, я не лучший чародей, которого ты хотел бы видеть под своим командованием, но, прежде всего, ты рыцарь, который служит королевской семье. Королевской семье, которая рассудила, что я могу помочь в этой надвигающейся войне.       - Каждый в праве ошибиться, - бросил Майк, отводя взгляд в сторону, словно в ту же секунду жалея о своих словах.       Уилл вновь ощутил это. Как в то утро, когда они отбыли из дворца. Неуверенность паладина, когда он молвил о короле Тридане. Он решил не заострять на том свое внимание тогда. Однако вот вновь это повторилось. Будто обида на самого себя за то, что он позволил себе высказаться подобным образом. Дал волю словам неуверенности в королевском решении слететь со своих уст.       - Ты говоришь о том, что я плох, ведь храню тайны от вас, - тише заговорил Уилл. – Однако ты и сам не говоришь того, что думаешь на самом деле. Мы оба что-то утаиваем друг от друга. И никогда не сумеем рассказать о том, что гложет наши мысли.       Майк умолк, вновь взирая на чародея, прислушиваясь к его словам и стараясь уловить момент, чтобы возразить, но понимал, что в чем-то волшебник прав. Он сжал руки в кулаки с силой, подавляя внутренние терзания.       - Когда наш поход завершится, я попрошу Его Величество перевести меня в другой отряд, - подытожил Уилл. – К тому времени, полагаю, ваш Филипп восстановит свои силы и сможет вернуться в ваши ряды. А до той поры нам придется потерпеть друг друга.       Чародей не желал более продолжать эту беседу и прошел к своей палатке. Он не был вспыльчив или склонен к ссорам по своей натуре, поэтому старался не влезать в конфликты и заканчивать их как можно скорее, если уж тем довелось случиться. Однако слова Майка, действительно, задевали что-то внутри юноши. Хотелось отстоять свое слово до самого конца. Но был ли смысл в спорах с человеком, что с первого взгляда тебя невзлюбил?       - Доброй ночи, - бросил Уилл, заканчивая их разговор, и скрылся в палатке.       Майк еще с пару мгновений вглядывался в то место, где недавно стоял чародей. Он на силу закрыл глаза, пытаясь успокоиться. А затем только горько усмехнулся, возводя глаза к небу. Его мысли и чувства? Разве были они важнее слова короля? Разве скажи рыцарь о том, что этот малец может погубить и себя, и их отряд, король Тридан сменил бы свое решение? Может, переход Уилла в другой отряд, действительно, облегчит положение Майка? Может ведь так быть?..

***

      Солнце едва выглянуло из-за горизонта, своими лучами освещая покрытую свежей расой траву, пробуждая все живое и провозглашая новый день. Юноши убирали палатки, собирали свои вещи и готовили коней к дороге.       Дастин разбирал свои ловушки, что установил вокруг их места ночлега на случай непредвиденного врага. Та не пригодилась, но позволила сну быть куда более крепким и спокойным. Лукас запрягал коней. Майк складывал палатки и убирал веревки для следующего их привала. В то же время Уилл собирал сумки, чтобы ничего не забыть по случайности.       Чародей шагнул к коням, чтобы закрепить тканевые мешки. Ремешки казались уже старыми, но достаточно прочными, дабы послужить для еще нескольких походов. Убедившись, что все надежно, Уилл отвел взор на товарищей, заканчивавших со своими делами. Майк, стоявший возле своего скакуна, отвлекся от карты, взглянув на мага. Только десять шагов отделяло их друг от друга, но на самом деле этой пропасти было достаточно. Нет, казалось, что та была куда больше, словно то же расстояние, которое отделяло столицу от границы с Долиной теней.       Уилл промолчал и вернулся к Дастину, чтобы помочь другу побыстрее собраться. Мастер был весьма проницательным, хорошо знал человеческую натуру. Он оглядел чародея и рыцаря, ощущая, что холод, блуждавший между ними, стал ледяным, опасным.       - Что у вас успело произойти? – вполголоса полюбопытствовал юноша у мага.       - Ничего. Просто мы, наконец, поняли, что у нас есть кое-что общее.