Да, мой господин!

В полнолуние Хисын прибежал к Йевон в облике волка. Она испугалась. Как раз шла из магазина, как из кустов возле её дома выпрыгнул кто-то. Йевон вздрогнула, повернула голову. Волк уставился на неё весёлыми блестящими чёрными глазками и зевнул. Йевон поманила волка к себе, чтобы поскорее спрятать его дома от посторонних глаз. Хисын охотно последовал за ней задорной походкой: он слегка пружинил и покачивался из стороны в сторону и вилял хвостиком. Йевон дала ему кости, оставшиеся от курицы, которую она ела в обед. Хисын быстренько разделался со скромным угощением. Йевон смотрела на волка и диву давалась, как такое вообще может быть, чтобы кто-то из альф умел обращаться в хищника. Впрочем, этот хищник был не совсем хищник. Волк, но очень добрый, не такой, как в сказках, где он постоянно хочет кого-нибудь съесть, овечку или козлёнка. Йевон сомневалась, что Хисын в принципе способен напасть на кого-то… если только на неё. Он улёгся на свой любимый диван, положил лохматую тёмно-рыжую голову на лапы и очень скоро задремал, а потом и вовсе уснул. Йевон почесала его за ушками. — Какой же ты красивый в этом обличье, — сказала она тихонько, перебирая пальцами его блестящую шерсть. Положила на его спину голову. Волк был тёплым. Йевон обняла его. Интересно, скоро ли спадёт заклятие, и Хисын станет просто человеком? Пока он ещё обращался в волка, а это значило, что чувства Йевон и Хисына были ещё не так крепки. Йевон, обнимая волка, задумалась: а что если она не его омега, поэтому Хисын до сих пор волк? Если бы она была стопроцентно его, то заклинание давно бы утратило свою силу. Йевон коснулась губами тёплой шерстки возле мордочки волка, пожелала ему спокойной ночи и ушла спать в свою комнату. Утром она первым делом пошла проверить Хисына. Хисын спал под пледом. Плед опять сполз с него на пол. Йевон, уже без стеснения (а чего стесняться-то? она видела его голым много-много раз), поправила плед, погладила Хисына по волосам. Он поймал её руку, распахнул свои большие карие глаза и, улыбнувшись приветливо, произнёс: — Доброе утро, моя милая Йевон. Его голос звучал мягко и сонно. Хисын потянул её за руку, ухмыльнувшись чему-то: — Я вчера ничего не сломал в твоём доме? — Нет. Ты был спокойным волком. Пришёл, поел и уснул, — сказала Йевон, посмеявшись над Хисыном-волком немножко. — Будешь одеваться? Сейчас принесу твою одежду. — Не торопись, — настоял Хисын. — Это хорошо, что я ничего не сломал. Совсем не помню, что делаю, когда я волк. Наверное, просто хожу-брожу по городку. — Наверное. А потом ко мне приходишь. — Ага. Больше всего я люблю твой дом. Он уютный. Мне в нём так хорошо, но ещё лучше будет, когда ты обнимаешь меня, красавица. — Господин Ли, не смущайте меня, — кокетливо махнула рукой Йевон, садясь на кровать и беря его ладонь в свои руки. Погладила указательным пальчиком по линиям. Хисын опустил со своей груди плед, потом ниже, до бёдер. Скинул плед на пол. Йевон косо посмотрела на грудь, живот и пах Хисына. Какой же красивый и соблазнительный вид! Она сглотнула слюну. Голова слегка закружилась от возникшего в теле возбуждения. — Ну иди ко мне поближе. Ложись сюда, — ласково позвал её Хисын, отодвигаясь к спинке дивана. — Сколько дней прошло с твоей течки? — Я не считала, около двенадцати… — проговорила Йевон, перемещая руку, которую он положил ей на бедро, на свою грудь. — А что? — Мы в таком заманчивом положении… может, займёмся чем-то интересным? — нашептывал Хисын ей на ухо. Его рука медленно спустилась ей на животик, приподняла краешек ткани, пощекотала кожу чуть-чуть ниже пупа. Йевон зашевелилась, пододвигаясь к Хисыну, чтобы его набухший член упирался ей в попу. Йевон нравилось чувствовать возбуждение Хисына. Она отвела руку назад, нащупала пальцами головку члена и стала ласкать её осторожными поглаживаниями и пощипываниями. Хисын заулыбался. Такое развитие событий он и желал. Йевон переместила пальчики подальше, обхватила член и провела от мошонки до кончика, слегка ущипнула за кончик. Хисын спрятался в её волосах, жадно вдыхая шампунь. Ему чудится, или он тоже пахнет пихтой? Возможно, запах Йевон перебивал другие запахи. Хисын толкнулся между её бёдер. Йевон захихикала. — Какой ты нетерпеливый. Я не разделась ещё, — сказала она игривым голосом. — Это дело пары секунд — раздеть тебя, — прошептал Хисын ей в шею. Забрался ладонью в её трусики. Он гладил между ног, чтобы она промокла побыстрее. Йевон уже была мокрой. Уже его хотела. Хисын промурлыкал что-то в её шею, нырнул ладонью глубже, осторожно вводя пальцы во влагалище. Он не ошибся. Внутри Йевон было мягко и влажно. Йевон раздвинула ноги чуть-чуть, чтобы Хисыну удобнее было входить, и начала двигаться по его пальцам. Смазки прибавилось. Хисын спустил её пижамные штаны, медленно стянул трусики и погладил лобок в еле заметных тёмных волосках. — Нравится? — спросила она, соблазнительно улыбаясь. — Очень нравится. После этих слов Хисын придвинул её к себе, Йевон слегка выпятила попу, и он вошёл во влагалище, мягко двинувшись дальше. Ладони Хисына скользнули по бокам её тела, задирая кофту. Он сжал её грудь, помял в ладонях, поигрался с сосками, поочерёдно беря их в рот и облизывая языком. Йевон потирала клитор и стонала сладко. Хисын увлёк её в поцелуй. — Секс с тобой — прекрасное начало дня. Хочу так почаще. — И я хочу… ах! Ммм! — она зажмурила глаза, ощутив внутри боль от того, как Хисын резко ускорился, войдя до предела и очень сильно её растянув. Его движения стали нетерпеливее. Йевон деражалась за его бедро и умоляла дать ей кончить. — Не-а. Не дам. — Ну дай. — Нет, моя хорошая. Никакого кончить через десять минут после начала. Я ещё не насладился вкусом твоего тела. Йевон ошарашенно уставилась на него, когда он опустил голову к её груди, щекоча кожу своими пушистыми волосами. Хисын целовал и лизал её, лизал и целовал, снова и снова он делал это, не давая ей кончить. Её грудь была в его слюне, её живот был в его слюне, а её промежность была в его сперме. Но Хисын хотел ещё. — Буду изводить тебя очень долго. Я голодный, как волк. Хочу твоё тело ещё. Какое мягкое… Он игрался с её сосками пальцами. Стянул с неё пижамные кофту и штаны, трусики бросил на них. — Теперь мы оба голые. Можем заняться настоящим сексом. Он поставил её на четвереньки. Йевон прогнулась в спине, когда он вошёл сзади, вгоняя член в хлюпавшее от обилия смазки влагалище. — Ммм, обалдеть, какая мокрая. Мне о-о-чень нравится. Так прекрасно входит, скользит между твоих ног и внутри… везде так мокро… Хочу, чтобы и твоя грудь была в наших смазках. Это моя грязная фантазия — видеть тебя, всю измазанную твоей смазкой и моей спермой. — Хисын, боже… Йевон и сама почувствовала, как хорошо он двигается внутри, натирая стенки до приятного жжения. Хисын с громким хлюпаньем вдалбливался в неё, сам-то он кончил уже парочку раз, а Йевон не давал. Игрался с ней, как со своей самой любимой игрушкой. Но Йевон не была против. Она двигала попой, прогибалась в спине, покачиваясь слегка от движений Хисына. Он любил брать её сзади, чувствовать, как она вот-вот рухнет под его напором. Порой ему так срывало крышу от совокупления с ней, что он становился агрессивным. У Йевон задрожали руки. — Хисын! Остановись! Я больше не могу держаться! — взмолилась она. — Потерпи ещё немного. Хисын бережно уложил её на диван и вошёл снова, двигаясь так же быстро и резко. Йевон истекала потом и смазкой. Хисын того и добивался. Он растянул её настолько хорошо, что вместе с членом смог ввести в неё палец. Йевон вскрикнула. — Тише… Всё хорошо… — прошептал Хисын возле её губ. — Ты только что… только что… — Угу. Окунул палец в твою смазку. Круто, да? — он облизал свой указательный палец. — Это так вкусно… — Ты с ума сошёл. — Так и есть. А теперь то, что я хотел… — он вынул из неё член и кончил между её грудями. Йевон тяжело дышала. — А мне кончить так и не дал. Я расстроилась… — А кто сказал, что я закончил? — Нет? — Это только начало. Он зловеще ухмыльнулся, подхватив её под бёдра и раскрыв рот, чтобы в следующую секунду присосаться губами к её плоти между ног. — Ох, что же ты делаешь… — Доставляю тебе удовольствие! — ответил Хисын, слизывая смазку с клитора. Йевон медленно закрыла глаза и расслабила мышцы. Она совершенно не соображала. Хисын так её обессилил, что она могла только лежать. А в нём сил было хоть отбавляй. Он проходился языком между её половых губ туда и обратно, пробовал войти насколько мог глубоко и подвигать языком внутри. Как только Йевон заглянула вниз, Хисын ухмыльнулся, демонстративно облизнувшись и сказав: — Твоя смазка слаще любого десерта! Как ты, удовлетворена? Она отрицательно покачала головой. Хисын сунул в неё один палец. — Тогда подвигайся. Йевон послушно свела ноги и стала медленно скользить по его пальцу. Это было приятно. Она улыбнулась удовлетворённо и промычала. Его пальцы внутри были так же хороши, как его член. Двигаться на них было до мурашек хорошо. Хисын ещё и второй палец ввёл, чтобы Йевон совсем хорошо стало. Она растянулась на диване полностью удовлетворённая и истекающая смазкой. Бёдра были влажными. — Какая ты у меня… вкусная… — прошептал Хисын, обняв её. Йевон принюхалась к его коже. Как же хорошо лежать в объятиях любимого человека, ощущать его тепло, тереться об его кожу! — Пойду оденусь. Не вставай. Отдохни. Вижу, ты устала. Немножко чувствую себя виноватым в твоей усталости, но сегодняшний секс был потрясающим! Я такой удовлетворённый! Горы могу свернуть! — А я бы поспала с удовольствием, — зевнула Йевон. — Ты меня вымотал. — Моя ты уставшая. Он поцеловал её в губы, задержавшись на них подольше, чтобы углубить поцелуй. Их губы разъединились с громким причмокиванием. У Хисына губы были влажными, притягательными. Глаза искрились теплотой и любовью. Йевон вздохнула от того как ей повезло с этим парнем. Она видела предполагаемого белого волка, Кима Сону, и ничего к нему не почувствовала, даже на запах его внимания не обратила. Зря Хисын беспокоился. На работе она рассказала ему об этом. Хисыну стало спокойнее на душе, а то он разрывался между тем, что у него в любой момент могут увести Йевон, и тем, что он будет делать, чтобы этого не случилось. Он хотел план продумать, но за всеми делами так и не сделал этого. Только принёс Йевон свою одежду, как обещал, и сказал, что в полнолуние будет у неё. Хисын похозяйничал у неё дома, напевая какие-то весёлые песенки. Йевон валялась на диване счастливая донельзя и нюхала подушку, на которой спал Хисын. Вот оно, счастье! Она вскочила с дивана, оделась и побежала на кухню есть омлет и пить кофе. Перед выходом на работу они долго-долго целовались. — Идём, — шепнул Хисын, приобняв её напоследок. — Идём. По дороге на работу она тихонько спросила: — Как тебе новые боксёры, не жмут? Я угадала с размером? — Угадала. И цвет мне нравится. Люблю темно-синий. Она решила сделать ему подарок просто так и купила бельё, которое ей самой понравилось. Они расстались на первом этаже, пройдя через турникеты. Хисын пошёл к себе в кабинет, а Йевон к себе. Во время обеденного перерыва они решили поесть вместе в кафе недалеко от офиса. — Покажи. Не видела, как они на тебе смотрятся. — Йевон, сюда может кто-нибудь заглянуть. Бельё для него она купила, но Хисын не пришёл к ней, чтобы показать, как хорошо на нём сидят новые боксёры. А она жуть как хотела увидеть его натренированные бедра в этих синих боксёрах. — Хорошо. Быстро покажу и пойдём обедать. — Ура! Йевон приготовилась смотреть. Хисын расстегнул ширинку, спустил немного брюки. Йевон чуть не завизжала от восторга. Боксёры ему идеально подошли, он был в них такой секси! Просто вау! Она захлопала в ладоши, закрыла губы, улыбнувшись широко. Хисын смутился, пробурчал что-то. И тут в кабинет без стука ворвался Ким Сону! Он буквально влетел в дверь. Прирос ногами к полу, выпучил глаза на ширинку Хисына, если быть вернее, на его пах, который почему-то выпирал. Сону не нужно было объяснять, почему у его начальника выпирал пах! Он закрыл лицо руками, покраснев. — Это то, о чём я подумал? — спросил Сону удивлённо-боязливым голосом. — Точно то самое… — подтвердил он. Ещё и Йевон сидела на коленках возле Хисына. Эта картина надолго отпечаталась в памяти Сону, как самая нелепая и двусмысленная.