Мы снова вместе.
Генератор снова заработал и теперь в несколько раз лучше, ведь буря стала менее суровой и больше никто не забрасывал в топку неизмеримое количество топлива, с которым «Гена» не мог справиться. Местность вокруг генератора площадью 150 на 150 метров постепенно отмерзала. С ледяных статуй начал капать растаявший лёд и друзья Альфёдова начали возвращаться. Снеговик в это время продолжал плакать, сидя на земле и думая, что всё сломал. Через пару минут он вздрогнул и отполз на несколько метров в противоположную сторону от чьего-то внезапного прикосновения. Это был Джаст. Он и все остальные люди только что окончательно освободились ото льда. Понимая, что среди них только один человек мог их спасти, все подошли к Альфёдову и крепко обняли его, подняв с земли. Снеговик был безумно рад снова находиться рядом со своими друзьями и, улыбнувшись, обнял их в ответ.
Вот, шум толпы людей рядом с генератором наконец-то возобновился. Вскоре все дружно перенесли ледяную статую Бори поближе к генератору и тот тоже оттаял. Игроки стали бережнее относиться к «Гене» и больше не подпускали к нему Жирафа. Со временем буря постепенна начала отступать и сервер Майншилд снова наполнился яркой салатовой травой, красивыми цветами и большим множеством животных. Альфёдов всё ещё не до конца осознавал, какой подвиг он совершил. С окончания заморозков прошло пару дней. И вот, снеговик и его сосед Джаст снова сидели в своей уютной землянке, споря о чём-то незначительном. Тема спора была настолько мелочна, что нормальные аргументы со стороны каждого было тяжело подобрать. Поняв, на сколько абсурдно звучит это разногласие, Альфёдов встал, подошёл к Джасту и, перебив своего друга, крепко обнял его. «Я скучал.» — сказал снеговик, осознавая, как сильно он отвык от этих мелких ссор. Джаст обнял Альфёдова в ответ, но вскоре всё равно продолжил свою речь, пытаясь выйти из спора победителем. Так они и продолжили жить. Серверу больше ничего не угрожало, игроки всё так же весело проводили друг с другом время. Никаких серьёзных конфликтов и катастроф. А Альфёдову в честь его подвига построили отдельную статую на спавне.
